Ефремов, Сергей Александрович

Материал из Циклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
← другие однофамильцы Ефремов

Сергей Александрович Ефремов

Ефремов Сергей Александрович.jpg



Дата рождения
17 сентября 1923 года
Место рождения
деревня Лычёво,
Владимирская область, СССР
Дата смерти
3 мая 2018 года
Место смерти
Томск, Российская Федерация
Принадлежность
Союз Советских Социалистических Республик СССРРоссийская Федерация Россия
Род войск
пехота
Годы службы
19411985 (с перерывом)
Звание
Майор
Часть
43-я армия
Командовал
стрелковый взвод 371-й стрелковой дивизии
Должность
командир стрелкового взвода, начальник финансового отделения (позже - пожарной охраны) Томского военно-медицинского института
Сражения/войны
Великая Отечественная война: Битва за Москву
Награды и премии
Орден Отечественной войны I степени Орден Красной Звезды Медаль «За оборону Москвы» Медаль «За боевые заслуги»
Медаль «За отвагу»Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» Медаль «40 лет Вооружённых Сил СССР» Медаль «50 лет Вооружённых Сил СССР»
Медаль «60 лет Вооружённых Сил СССР» Медаль «70 лет Вооружённых Сил СССР»20 years of victory rib.png 30 years of victory rib.png
Юбилейная медаль «Сорок лет победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» Медаль «Ветеран Вооружённых Сил СССР»Юбилейная медаль «За доблестный труд (За воинскую доблесть). В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина» Медаль «Ветеран труда»
Медаль «За освоение целинных земель» Медаль «В память 850-летия Москвы»



Сергей Александрович Ефремов (17 сентября 1923, деревня Лычёво, Владимирская область, РСФСР — 3 мая 2018, город Томск, Российская Федерация) — советский и российский военный деятель, участник битвы за Москву и Великой Отечественной войны, майор интендантской службы, начальник финансового отделения (позже — пожарной охраны) Томского военно-медицинского института (с 1965 по 1985 годы)[1].

Биография[править]

Ефремов Сергей Александрович родился 17 сентября 1923 года в деревне Лычёво Кольчугинского района Владимирской области. До 17 лет рос в крестьянской семье.

В 1939 году вступил во Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодёжи (ВЛКСМ), позже — Коммунистическую Партию Советского Союза (КПСС). После окончания средней школы поступил в Ивановское военно-политическое училище (г. Иваново), где обучался с июня по октябрь 1941 года.
В октябре 1941 года добровольно вступил в ряды Советской Армии. Участвуя в боях рядовым разведчиком в районе Москвы, Наро-Фоминска и Малоярославца в составе разведроты (роты автоматчиков) Особого Московского полка 43 Армии Западного фронта, выполнял всевозможные задания командования, лично ходил девять раз в глубокий тыл противника и доставал ценные сведения.

Наиболее запоминающимся событием Великой Отечественной войны для Ефремова С. А. был захват «языка» (высокопоставленного немецкого солдата, обладающего информацией о дислокации и численности немецких отрядов). Глубокой ночью пробравшись ползком к вражескому укреплению, Ефремов С. А. с несколькими бойцами ликвидировали часовых и добрались до одноэтажного строения, в котором находился «язык». Осторожно проникнув внутрь, Ефремов С. А. направил автомат в сторону спящего немецкого офицера и крикнул «Хэнде хох!» («Руки вверх!»). Пленив «языка», Советские разведчики осторожно вернулись к «своим». Спустя некоторое время Ефремова С. А. вызвали в штаб, где его лично поблагодарил за успешное выполнение столь сложного задания сам маршал Советского Союза Жуков Георгий Константинович.

При разведке переднего края обороны противника 28.12.1941 г. был ранен в руку и направлен в эвакогоспиталь № 706 (г. Владимир).
Вторично вернувшись в строй в состав 371 стрелковой дивизии 1231 стрелкового полка 10 Армии Западного фронта, с рядового бойца вырос до командира стрелкового взвода. Выполняя приказ командования овладеть выгодным рубежом высотой 131 метр, в районе Спас-Демьянска 14.08.1942 года от вражеской мины получил тяжелое ранение правой руки и был эвакуирован в госпиталь № 3780 («Сунгуль»), расположенный в Челябинской области.

С 26.12.1943 по 05.09.1944 находился в запасе по ранению. С 05.09.1944 по 10.02.1949 обучался в генеральской школе по подготовке старшин радиоспециалистов повышенного типа (город Горький). С 10.02.1949 по 21.02.1950 прошёл курсы лейтенантов финансовой службы в городе Арзамас.
С 21.02.1950 по 15.11.1957 работал начальником финансового довольствия в различных подразделениях Советской Армии, расквартированных на территории ГДР (Коттбус, Вюнсдорф). В ГДР встретил свою будущую супругу, Ефремову (урождённая Мурзакова) Елену Ильиничну. Воспитал сына (Игоря) и дочь (Ларису).

С 15.11.1957 по июнь 1965 служил во 246-м гвардейском артиллерийском полку 109-й гвардейской мотострелковой дивизии Сибирского военного округа (СибВО) (город Ишим), 246-м гвардейском артиллерийском полку 18-го артиллерийского корпуса 67-й мотострелковой дивизии СибВО (город Омск), 141-м мотострелковом полку 85-й мотострелковой дивизии СибВО (город Новосибирск). Находясь в городе Омске, с успехом окончил Омский финансово-кредитный техникум. С июня 1965 по декабрь 1985 года работал на военно-медицинском факультете при Томском медицинском институте (позже — Томский военно-медицинский институт, ТВМИ). Сначала — начальником финансового отделения, затем — начальником пожарной охраны. Работая в ТВМИ, майор интендантской службы запаса Ефремов С. А. активно занимался военно-патриотической деятельностью и воспитательной работой.

В 1970 году составил и опубликовал сборник расчётных таблиц по начислению заработной платы рабочим и служащим (издательство Томского государственного университета, объём 224 страницы, выпущено 25 тысяч экземпляров). В течение сорока лет мирного труда, Ефремов С. А. умело передавал свой богатый фронтовой и жизненный опыт молодому поколению, принимал активное участие в военно-патриотическом воспитании Советской молодёжи и подготовке офицерских кадров для Советских Вооружённых Сил.

За отличное несение военной службы, успехи в боевой и политической подготовке, примерную воинскую дисциплину, а также за высокие показатели в труде, патриотическое воспитание подрастающего поколения, неоднократно награждался благодарственными письмами, почётными грамотами, ценными подарками и наградным оружием.

Ушёл из жизни 3 мая 2018 года на 95-м году жизни. Похоронен на кладбище «Воронино» (Томский район).

Семья[править]

  • Отец — Александр Тимофеевич Ефремов.
  • Мать — Прасковья Ефимовна Ефремова.
  • Сестра — Нина Александровна Ефремова.
  • Братья — Александр Александрович Ефремов (1920—2019), Борис Александрович Ефремов, Виктор Александрович Ефремов.
  • Жена — Елена Ильинична Ефремова (род. 01.05.1931).
    • Дети — Игорь Сергеевич Ефремов (род 31.05.1956), Лариса Сергеевна Панова (род. 05.02.1960).
      • Внуки — Анна Игоревна Малютова (род. 08.03.1980), Сергей Аркадьевич Панов (род. 19.06.1988), Андрей Аркадьевич Панов (род. 16.02.1987).
        • Правнуки — Богдан Владиславович Малютов (род. 2017), Сияна Владиславовна Малютова (род. 2019).

Награды[править]

Воспоминания о встрече с Георгием Константиновичем Жуковым[править]

Ефремов С. А. после окончания Великой Отечественной войны много писал мемуаров — воспоминаний о своей фронтовой жизни[2]. Одним из самых ярких и запоминающихся событий для Ефремова С. А. стала встреча с Георгием Константиновичем Жуковым, которую он описывает следующим образом (орфография и пунктуация автора сохранены):

Описание встречи с Г. К. Жуковым

Итак, о первой встрече с маршалом Георгием Константиновичем Жуковым хотелось бы изложить более подробно, потому что она не могла бы состояться, если бы я не был бы связан со службой в Оперативном отделе штаба Западного направления, который дислоцировался в подмосковной деревушке Перхушково. Но и это ещё не всё, если не сказать о том, как я, рядовой красноармеец, оказался на службе в таком большом штабе, где размещался командный пункт маршала Жукова, на должности писаря-чертёжника Оперативного отдела штаба Западного направления.

А вот почему же из сотен красноармейцев, находившихся на пересыльном пункте запасного полка, выбрали именно меня? Я сам попытаюсь ответить на этот вопрос. Я полагаю, что техник-интендант 3-го ранга Белов - начальник секретной части оперативного отдела штаба - имел большие полномочия для просмотра множества документов и личной беседы со многими военнослужащими. Но он почему-то выбрал именно меня. Лично мне кажется, что у него было много оснований, чтобы остановиться на моей кандидатуре, а именно потому, что я начал свою военную службу добровольцем-курсантом в Ивановском военно-политическом училище.

На фронт я попросился добровольцем-политбойцом в самые критические дни боёв за Москву. Участвовал в боях политбойцом-автоматчиком в Особом Московском полку 43-й армии. Из нас - бывших курсантов ИВПУ совместно с Подольскими курсантами военных училищ и войсками 53-й (Саратовской) стрелковой дивизии составили заслон - удержать оборону по реке Нара в районе Варшавского шоссе в середине октября 1941 года на Ильинском рубеже 57-го моторизированного корпуса фашистов, наступавших на Москву, особенно на Боровском направлении. Тогда там кипело ожесточённое сражение. И наша оборона выстояла. Про это время «ада», когда кипело ожесточённое сражение, можно вспоминать и писать много, да и в мемуарной литературе написано об этих боях немало.

Далее, после контрнаступления наших войск с середины декабря 1941 года ударная группа 43-й армии, в которую входил наш Особый Московский полк, 18 декабря 1941 года приступила к прорыву оборонительной полосы противника на участке Каменка-Бор с задачей занять ст. Балабаново. У нас завязались очень ожесточённые бои, особенно прикрывавшие Варшавское шоссе. А несколько позднее, 28 декабря 1941 года, при освобождении станции Балабаново я был ранен и отправлен в госпиталь №706 г. Владимир.

По излечению мне дали предписание явиться на пересыльный пункт (запасной полк), находившийся под Москвой, для прохождения дальнейшей службы. Это было в первых числах февраля 1942 года. Там, на этом пересыльном пункте и выбрал меня техник-интендант 3-го ранга Белов.

Безусловно, он, наверное, поинтересовался моей прежней военной службой, образованием, партийностью (я был членом ВЛКСМ с 1939 года), моей гражданской профессией - бухгалтера оперативной отчётности и, безусловно, другими вопросами, которые для меня остались неизвестными. Всё это происходило по времени после обеда, ближе к вечеру.

Товарищ Белов сказал мне, чтобы я взял свой вещмешок и следовал за ним. Неподалёку стояла легковая автомашина. Товарищ Белов приказал мне сесть в эту машину, и мы куда-то поехали. Ехали мы, как мне показалось, в пределах одного часа по каким-то лесным дорогам и, наконец, подъехали к КПП.

Дальше он провёл меня в комендатуру и сказал, что пока в отношении меня будет проводиться проверка Особым отделом, я буду жить здесь, в комендатуре. Я жил там около 10 дней. За это время со мной несколько раз беседовали сотрудники Особого отдела, дали мне кличку «Автоматчик» и сказали, где и когда я буду встречаться с одним из сотрудников и докладывать о своей работе и работе сослуживцев, невзирая на их ранги. В дальнейшем мне это приходилось делать.

По истечении проверки, я получил пропуск за подписью начальника гарнизона - полковника Лесных, по которому мне разрешалось ходить по всей внутренней территории военного городка Перхушково.

Затем, по звонку дежурного по комендатуре, за мной пришёл всё тот же техник-интендант 3-го ранга Белов. По дороге в штаб Западного направления он меня познакомил с расположением объектов военного городка, где размещались управления и отделы штаба, а также особняк - командный пункт маршала Георгия Константиновича Жукова. Также, там располагался штаб Западного фронта, где был начальником штаба генерал Соколовский со своим оперативным отделом.

Белов также показал мне резиденцию члена Военного Совета генерала армии Булгарина, пункт сбора донесений и узел связи штаба Западного фронта, которые мне впоследствии приходилось посещать с секретными пакетами или другими распоряжениями штаба.

Потом, наконец, мы прибыли в 2-этажное здание, где размещался на 1-м этаже Оперативный отдел штаба Западного направления, а на 2-м этаже - разведотдел штаба. По прибытии Белов представил меня заместителю начальника Оперативного отдела штаба Западного направления полковнику А.И. Кузовкову. Полковник Кузовков представил меня начальнику Оперативного отдела генералу Дергунову, а тот представил меня своим офицерам отдела - полковникам Лизунову, Стрельбицкому и подполковнику Чернышову.

Ну а затем полковник Кузовков ввёл меня в курс моих обязанностей, при этом отметил, что с 1 февраля 1942 года приказом Ставки Верховного Главнокомандующего образована новая структура штаба Западного направления, которая будет координировать оперативную работу и боевые действия трёх фронтов: Западного, Калининского и Брянского.

Калининским фронтом командовал И.С. Конев, Брянским - маршал Тимошенко, а Западным фронтом командовал маршал (тогда - генерал армии) Георгий Константинович Жуков.

В мои обязанности входило: 1. Вести учёт боевых потерь наших войск, захваченных в боях трофеев и потерь войск противника по донесениям штабов фронтов, частей и соединений, которые я буду брать ежедневно с секретной части штаба у техника-интенданта 3-го ранга Белова под расписку, и после всех записей сдавать журналы учёта ему же лично, тоже под расписку. Эти данные впоследствии обрабатывались Оперативным отделом. 2. Получать топографические карты районов боевых действий по данной мне номенклатуре офицерами Оперативного отдела, а потом склеивать их в один большой лист, всех трёх фронтов, и сдавать в секретную часть для учёта. 3. Выполнять работы по доставке секретных оперативных данных на пункт сбора донесений. 4. Доставлять на командный пункт генерала армии Г.К. Жукова опечатанный конверт с картой трёх фронтов и нанесённой на ней обстановкой боевых действий Западного Направления под расписку дежурному порученцу: подполковнику Казбинцеву, либо подполковнику Медведеву, либо майору Иванову. 5. Охранять одного из порученцев, когда тот летит самолётом в один из Штабов армий с важными документами. 6. Выполнять другие поручения, исходящие от штаба.

Доставка на командный пункт командующего войсками Западного направления генерала армии Георгия Константиновича Жукова опечатанного конверта с картой и передача его под расписку одному из его дежурных порученцев являлось одним из основных обстоятельств, связанных с воспоминанием о встрече с Г.К. Жуковым и его диалог со мной.

Составляя опечатанный конверт с картой и вручая его под расписку одному из дежурных порученцев, я каждый раз видел Г.К. Жукова в открытый дверной проём, как он стоя, нагнувшись над картой, расстеленной на его длинном и широком специальном столе, с карандашом в руке что-то размышлял, не обращая внимания ни на кого, в том числе и на меня, как будто бы он меня и не видел и не слышал, когда я вручал конверт дежурному порученцу под расписку в разносной книге учёта секретных документов.

Комната дежурного порученца была небольшой, и она как бы была изолирована от комнаты Г.К. Жукова и я всегда заходил очень осторожно, чтобы не привлекать какого-либо внимания ко мне, а я лично боялся какого-либо диалога с Г.К. Жуковым. Всё это происходило в ночное время, примерно с 24-х до 3-х часов ночи. Часовые, которые находились у крыльца входа в особняк, были в офицерской форме Особого отдела с синими нашивками. Я не помню случая, чтобы они не проверяли мой пропуск, хотя все они знали меня в лицо.

Работали мы все допоздна, часов до 3-х (иногда - до 4-х) ночи, поскольку из Ставки Верховного Главнокомандующего могли позвонить в любое время, даже ночью. Начинали работу в 9 часов утра.

В первое время я очень робел, но потом, узнав всех дежурных порученцев, моя робость становилась меньше. Видел и несколько раз личного шофёра Г.К. Жукова, который ходил в кожаных шароварах и кожаной куртке, на которой был прикреплен Орден Красной Звезды, но разговаривать с ним лично не приходилось.

Но вот однажды произошёл такой непредвиденный для меня случай. Это было в середине марта 1942 года. Я, как обычно, в 3 часа ночи, по поручению своего начальника, пошёл относить пакет с картой в штаб (на командный пункт Г.К. Жукова, где он работал). После предъявления пропуска часовому, я поднялся по знакомым мне ступенькам и зашёл в комнату дежурного порученца. Но там, как это ни странно, никого не оказалось.

Однако, раньше, по Средам, там дежурил подполковник Медведев. Я был очень озадачен и даже на некоторое время растерян. В проём двери всё также, как и раньше, я видел Г.К. Жукова, склонившегося с карандашом в руке над картой, но мой приход на него не произвёл никакой реакции. Меня мучила мысль: как быть с картой, опечатанной в конверте? Ведь не мог я конверт оставить на столе у порученца без росписи в книге учёта секретной корреспонденции.

Тогда я, собравшись с мыслями, принимаю решение - передать конверт непосредственно Г.К. Жукову. Я много слышал про его крутой характер, поэтому я тянул некоторое время в ожидании скорого появления дежурного порученца, но его всё не было.

Тогда я, наконец, набрался храбрости, поскольку меня послало моё начальство, вышел из приёмной порученца, встал в дверной проём кабинета Г.К. Жукова по стойке смирно и обратился к нему с такими словами: «Товарищ Командующий, разрешите обратиться!». Г. К. Жуков, не отрывая глаз от карты, находящийся всё ещё в позе, в которой я его видел, когда только стал заходить, резко и круто вымолвил: « У меня есть воинское звание!». Я немного растерялся и сказал: «Виноват, товарищ генерал армии!». Мне ничего не оставалось делать, как вести с ним диалог. Тогда я сказал: «Товарищ генерал армии, разрешите обратиться!». Г. К. Жуков, не отрывая глаз от карты, произнёс: «Что у тебя там такое?». Я обрадовался, что он со мной заговорил и доложил ему о том, что я принёс пакет с картой и мне поручено передать его из рук в руки под расписку, а Ваш порученец куда-то отлучился.

Наконец, Г.К. Жуков немного смягчился и сказал: «Давай книгу, я сам распишусь за пакет». Я подал ему книгу, и он действительно расписался за пакет, который я положил ему на карту. Потом Г.К. Жуков оторвался от карты, медленно поднял голову, внимательно посмотрел на меня и спросил: «Ты где получал такое старое обмундирование?».

Я доложил Г.К. Жукову, что я был обмундирован при выходе из госпиталя №706 города Владимира, где я находился на излечении по ранению, которое получил, будучи политбойцом-автоматчиком в Московском Особом полку 43 армии при прорыве обороны противника на участке Каменка-Бор под станцией Балабаново. Г.К. Жуков сказал, что «ты должен выглядеть гораздо опрятнее». Он поручил мне передать А.И. Кузовкову, чтобы меня обмундировали во всё новое. Я ответил Г.К. Жукову: «Слушаюсь, товарищ генерал армии! Разрешите идти?». «Идите» - сказал Г.К. Жуков.

По прибытии в расположение Оперативного отдела я доложил моему начальнику, полковнику А. И. Кузовкову обо всём случившимся, а также про обмундирование. Я чувствовал, что мой начальник в глубине души переживал за замечание Г.К. Жукова в отношении обмундирования, которое недосмотрел по отношению к своему подчинённому. Где-то через 2-3 дня техник-интендант 3-го ранга Белов повёз меня на вещевой склад 6-го полка охраны штаба Западного фронта и мне выдали всё обмундирование первой категории.

Этот случай моего общения с Г.К. Жуковым изменил моё отношение к нему не только как к крутому и жестокому военачальнику, а как к заботливому и душевному командиру высокого ранга к подчинённым. В дальнейшей моей службе в Оперативном отделе всё шло своим чередом до расформирования отдела в начале июня 1942 года. Про офицеров штаба мне мало, что было известно, только по слухам, что они почти все были назначены на командные должности в войсках и штабах. Мой начальник А. И. Кузовков был назначен командиром дивизии.

Лично я 10 июня 1942 года был откомандирован в расположение начальника гарнизона Перхушково - полковника Лесных, который впоследствии меня откомандировал в 6-й полк охраны Западного фронта для несения службы по охране внешнего периметра Перхушково, которым занимался наш батальон охраны 6-го полка. Когда штаб перебазировался в город Малоярославец, меня назначили постовым: проверять пропуска всех автомашин, движущихся с территории Перхушково по Малоярославскому шоссе к новому месту дислокации штаба Западного фронта.

Через некоторое время у Командования 6-го полка охраны штаба Западного фронта я попросился в действующую армию - на фронт. Командование мою просьбу не удовлетворило, видимо, по той причине, что я много знал, чего не должен знать рядовой боец на фронте, а направили меня в 208-й Запасной полк в учебный батальон - курсантом.

Пройдя курс обучения и получив воинское звание старшего сержанта, нас всех выпускников учебного батальона 208-го Запасного полка направили в маршевую роту для отправки на фронт, в качестве пополнения 371-й стрелковой дивизии (впоследствии - Краснознамённой, Витебской Орденов Суворова и Кутузова), 10-й гвард. и 5-й Краснознамённой армии.

В этот период времени (лето 1943 года) дальнейшие боевые наступательные действия развивались нашей 371-й СД на Смоленском направлении. В наступательном бою за освобождение Спас-Деменска я был тяжело ранен в должности командира взвода. На этом я хочу закончить своё первое воспоминание, связанное с маршалом Г.К. Жуковым.

Примечания[править]

Литература[править]

  1. Ефремов С. А. Сборник расчётных таблиц по начислению заработной платы рабочим и служащим. — Томск: Издательство ТГУ, 1970. — 227 с.
  2. Жаткин О. А. Томский военно-медицинский институт в единой системе подготовки военно-медицинских кадров. — 2-е изд., доп. и перераб. — Томск: STT, 2006. — 414 с. ISBN 5-93629-213-4

Ссылки[править]

Znanie.png Одним из источников этой статьи является статья в википроекте «Знание.Вики» («znanierussia.ru») под названием «Ефремов, Сергей Александрович», находящаяся по адресам:

«https://baza.znanierussia.ru/mediawiki/index.php/Ефремов,_Сергей_Александрович»

«https://znanierussia.ru/articles/Ефремов,_Сергей_Александрович».

Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC-BY-SA 4.0 и более поздних версий.
Всем участникам Знание.Вики предлагается прочитать материал «Почему Циклопедия?»