Жанатай Шарденов

Материал из Циклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Жанатай Шарденов

Жанатай Шарденов
Zhanataj Shardenov.jpg
Имя при рождении Жанатай Шарденов
Дата рождения 4 апреля 1927 года
Место рождения село Ковыленко, Казахская ССР, СССР
Дата смерти 30 марта 1992 года
Место смерти Алматы, Республика Казахстан


Гражданство СССР, Республика Казахстан




Род деятельности художник




Жанатай Шарденов (4 апреля 1927 года — 30 марта 1992, в с. Ковыленко Целиноградской (ныне Акмолинской) области) — народный художник Республики Казахстан. Член Союза художников СССР.[1] Работы Шарденова смело можно назвать шедеврами художника, творчество которого со временем стало предметом особого внимания ценителей казахстанского изобразительного искусства. Феномен возрастающего интереса к произведениям Шарденова видится в сильном темпераменте художника, отраженном в каждом движении его кисти[2].

Биография[править]

Путешествуя в мире очаровательных тайн, истинный художник снимает с вещей и явлений пленку повседневности и говорит нам: «Вот я снимаю пленку с твоих глаз, смотри на мир, работай в нём и радуйся, что ты человек», — эти строки Николая Заболоцкого как бы раскрывают образ и творчество художника с большой буквы Жанатая Шарденова. Жанатай. Жанатай Шарденов был не только известным художником, но и замечательным отцом, прекрасным человеком.

Жанатай Шарденов родился 4 апреля 1927 года в селе Ковыленко Акмолинской области в семье скотовода и фамилия эта досталась ему от отца Шардена. Суровый степной образ жизни и болезни косили многих. Из большой семьи в живых остался только он один. Его отец умер в 1940 году, затем в 1941 году умерла его мать и Жанатай остался сиротой. Мальчика на воспитание взял дядя, брат по отцу. И все свое детство он занимался тем, что помогал по хозяйству, работал в поле, пас скот в колхозе. Вообще его детство было тяжелым и голодным, поэтому он не очень охотно вспоминал и рассказывал об этом. Остаться сиротой было большой болью для маленького мальчика. Но это и поражает: в то время, когда люди думали о хлебе насущном, Жанатай Шарденов умудрялся заниматься рисованием. Среди хаоса нашел любимое дело, нашел себя. Видно, это были порывы из глубины души, которые он не мог остановить.

Первый рисунок он нарисовал хворостиной на песке. Вскоре его способности к рисованию заметили односельчане. За композицию «Чапаев» на районной олимпиаде ему было присуждено первое место и был вручен главный приз — кусок красного полотна. О нём заговорили по всему селу Ковыленко. В те годы по селам и райцентрам ездила комиссия в поисках народных талантов. Они заметили юного художника, и затем по указанию областного комитета партии его направили в Алма-Атинское художественное училище. Те годы (1943—1949 г.г.), несмотря на трудности военной поры, он вспоминал очень тепло. Наверно, и горные пейзажи он полюбил тогда. Ведь со степью у него были связаны грустные воспоминания. А здесь, в прекрасном городе у подножия Алатау, он открыл свой главный жанр, встретил свою любовь, обрел семью. Время учёбы живописи у признанных мастеров кисти А. Черкасского, Л. Леонтьева, А. Бортникова освещено теплым светом душевного взаимопонимания. Эти годы стали для него истинной школой профессионализма. Уроки учителей сыграли решающую роль в самоопределении молодого художника. Но путь Ж. Шарденова к мастерству легким не назовешь.

После окончания училища он работает в КазИЗО, а в 1954 году для дальнейшей учёбы его отправляют в Ленинград Институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина в качестве вольнослушателя, стипендиата Министерства культуры Казахской ССР. Сам город-музей поразил его. Он с увлечением посещает все музеи и галереи в городе искусств. И здесь он ближе знакомится с творчеством художников-импрессионистов. Для него это было новое открытие, его поразило смешение красок, потрясла цветовая гамма. Я думаю, самую первую большую практику он получил в Ленинграде. Рассказывая об учёбе в академии, он говорил о трудном для него периоде. Стипендии, конечно, не хватало на все — на питание, краски, холст, бумагу и многое другое. Ему приходилось подрабатывать носильщиком на одном из вокзалов города. В свободные минуты он, сидя на вокзале, делал свои зарисовки карандашом под впечатлением импрессионистов. Вспоминая свою жизнь в те годы, он говорил: «Трудна дорога к вершинам искусства, и мне пришлось пройти через невзгоды, но я не жалею». Часто он вспоминал об этом весело и с шуткой. Приехав из Ленинграда, он понял, что его стихия — это пейзаж. Он становится участником городских, республиканских и всесоюзных выставок. Все больше формируется и определяется круг любимых мотивов художника, формируется его образное мышление. Кстати, полотна Жанатая Шарденова демонстрировались более чем на ста различных выставках. Очень много было поездок, встреч за годы творческой деятельности. В 1950 году Жанатай Шарденов встретился со своей любовью Айдансулу Абубакировной. Они прожили вместе 40 лет. Она никогда не сказала что-то негативное о его картинах, о творческих планах. Она просто всегда соглашалась с ним, наверно, она была уверена в его талантливости. Айдансулу Абубакировна всегда жалела его, говорила, что он слишком много работает, особенно в конце жизни. Ведь в семье росло шестеро детей: три сына и три дочери. Вместе с ними росло и его мастерство, вместе с ними рос он и как художник. Он был очень увлечен работой и очень часто ходил по горам, выезжал за город. Иногда семья проводила летние каникулы на дачах Союза художников Казахстана на Иссык-Куле, и все это время он рисовал. Приезжали всегда оттуда с картинами, зарисовками, этюдами. Это были Иссык-Кульские горы, виды Иссык- Куля. Они часто наблюдали за ним, как он работает, но он не был словоохотлив, он любил работать в тишине и одиночестве.

…Шли годы, было вступление в Союз художников Казахстана в 1961 году. Но пейзажисты в 60-70 годы не удостаивались серьёзного внимания. Это было не только в искусстве. Чтобы достичь признания, творческим людям приходилось воспевать партийность искусства, рост социалистических преобразований. В творчестве его таких картин мало. Он писал такие картины долго и не любил вспоминать об этом. Свое призвание он видел в изображении природы, он вырос среди неё, тянулся к ней. Именно в пейзажах он выработал собственное, «шарденовское».

В эти годы была написана серия портретов людей — Героев Социалистического Труда, такие работы, как «Смена», «Пивзавод», «Новые дома», «Портрет чабана». Но душа его требовала другого… Видимо, в жизни все хорошее и плохое складывается из неожиданностей. Судьба улыбнулась ему. Эта встреча сделала его знаменитым и признанным. Это был 1962 год… В его мастерской всегда обращало на себя внимание большое фото, на нем улыбающийся американский художник Рокуэлл Кент и молодой Жанатай Шарденов. Эта встреча запомнилась ему навсегда. При знакомстве с выставкой алма-атинских художников в Казахской художественной галерее Рокуэллу Кенту предложили выбрать что-нибудь на память. Не колеблясь, маститый художник остановился на горном пейзаже Ж. Шарденова, который и увез к себе на родину. Картина представляет собой цепь Алатауских гор с ледяными вершинами, на которой сияет золотое солнце. Жанатай Шарденов, окрыленный успехом, пригласил Рокуэлла Кента к себе в мастерскую, где на память подарил ему ещё два пейзажа. Он понял, что его оценили за упорный труд, за верность своей работе, за живость, искренность и непосредственность чувств в его картинах. Эта встреча и фотография всегда были предметом гордости не только его, но и всей его семьи. После этой встречи он ещё раз убедился в том, что он на правильном пути. Его искренность, темпераментность и влюбленность в свое дело сделали последующие годы его жизни очень плодотворными. Когда интересовалися у него, почему он предпочитает интенсивное накладывание красок, широкие большие мазки, он отвечал: «Эта манера дает мне возможность лучше выразить мое зрительное восприятие внешнего мира, чувства, которые существуют в природе». Важным этапом его творчества были 70-е годы. Он часто ездил по республике, несколько недель пробыл в Темиртау у рабочих известной казахской Магнитки. Он сделал там несколько дюжин эскизов. Были поездки в Караганду, в Кокчетавскую область, на курорт «Боровое», где по просьбе администрации санатория он проводил выставку своих работ, написанных там же, у озера. Были поездки по Прибалтике, в Дом творчества Союза художников СССР (город Паланга), и там была создана серия картин: «Клайпеда», «Паланга», «Бухта», «Прибалтийский пейзаж» и др. Началась серия персональных выставок, и в 1981 году ему было присвоено звание «Заслуженный деятель искусств Казахской ССР», также он был награждён юбилейной медалью «За доблестный труд». В 1987 году Ж. Шарденов был награждён Почетной грамотой Верховного Совета Казахской ССР. Говорить о его картинах — значит связывать их с характером художника. Жизнерадостный, открытый для окружающих людей, он притягивал к себе многих. В его мастерской было всегда полно народу, в основном это были его коллеги- художники, скульпторы, журналисты. Без преувеличения можно сказать, что двери его мастерской были всегда открыты. И когда к нему приезжали иностранные делегации, он каждому выделял свои картины. Кто были эти люди и где сейчас эти картины?..Более 50 лет отдано любимому делу. За эти годы Жанатай Шарденов создал более двух тысяч произведений, пейзажей, портретов, композиций, которые хранятся в более чем 20 музеях Казахстана и других стран. Надо учесть, что почти все они писались на натуре и в снег, и в холод, и в жару, в горах Заилийского Алатау, на Боровом, на Иссык-Куле, в Прибалтике и различных уголках нашей республики и бывшей страны. Сколько любви и труда было вложено в его работы! Умер Жанатай Шарденов 29 марта 1992 года у походного мольберта на пленэре у урочища Медео. Он родился художником и умер художником. Никто не знает, что случилось на самом деле, многие считали, что хотя он смог пережить трудности в своей нелегкой творческой судьбе, но его сердце не выдержало радости, которая вдруг наступила. Когда его наградили званием «Народный художник Казахстана», пришло так много гостей, делегаций. Он никогда не любил долго засиживаться в официальной обстановке, ему хотелось вырваться на природу, работать. Думается, что у него был особый замысел, потому что он был полон чувств, эмоций, которым нужно было вырваться на холст. Он ушел рано утром и больше не вернулся… Его душа осталась там, куда он всегда стремился. Он любил горы, и они возвысили его…Каждый раз, всматриваясь в картины Жанатая Шарденова, чувствуется его душа, человеческая доброта, стремление к гармонии, к природе, любовь к родной казахской земле. Его картины — это отражение красоты его души.

Творчество[править]

В Музее современного искусства столицы, в котором очень гордятся коллекцией, более 15 картин мэтра, которые не раз становились украшением экспозиций. Известный казахстанский искусствовед Валентин Пак так рассказывает о нём: «Художник Жанатай Шарденов родился в голодном 1927 году и уже в раннем детстве остался сиротой. Благодаря односельчанам, заметившим его склонность к рисованию, он попал в Алма-Ату в художественное училище. Те годы, несмотря на трудности военной поры, были освещены, по словам самого художника, добрым светом душевного взаимопонимания учителей и их учеников[3].

Жанатай постоянно говорил об этом, вспоминая одного из основоположников казахстанской послевоенной живописи Абрама Черкасского, их совместные выходы на этюды, беседы в мастерской у распахнутого окна с видом на горы и цветущие сады. „Уроки“ Черкасского сыграли решающую роль в самоопределении молодого художника. Жанатай открыл для себя пейзаж — жанр, ставший для него чуть ли не единственным путем в живописи…». Видимо, многое в жизни слагается из неожиданностей. Судьба однажды ещё раз улыбнулась начинавшему самостоятельный путь художнику. Это было связано с визитом американского художника Рокуэлла Кента, посетившего Алма-Ату в 1962 году. При знакомстве с выставкой алматинских художников, к всеобщему изумлению, он выделил небольшой этюд — горный мотив «Зимой» Жанатая Шарденова. Шарденов, окрыленный успехом, немедленно вылетел в Москву, где экспонировалась тогда большая выставка Рокуэлла Кента. Полотна мастера произвели впечатление масштабностью образов. Однако восторженнее он воспринял музейную коллекцию полотен французских художников, особенно яркую светоносную палитру импрессионистов и Матисса.

Свойственная Жанатаю эмоциональная реплика: «Матисс! Бог цвета!» — указывает на суть вынесенных из поездки впечатлений. Шарденова тогда, не переставая, волновал вопрос: чем, какими качествами его маленький пейзаж удивил художника с мировым именем? И вывод был таким: Рокуэлл Кент оценил живой, стремительный мазок, чистоту цвета и тона в этюде, искренность и непосредственность чувств. Фотография, на которой молодой художник запечатлен рядом с Рокуэллом Кентом, была предметом гордости Жанатая и поэтому всегда украшала стены его мастерской[4].

«Берег Каспия», созданный им в 1973 году, невелик по формату, но захватывает воображение с первого взгляда. Вихреобразные, круглящиеся мазки подхватывают движение волн, подвижной игрой воссоздают горячее дыхание солнца, окрасившего берега моря светлыми оттенками красного цвета. Небольшое полотно «Заснеженные ели» (1976) заставляет восхититься переливами, сверканием красок, состоянием прекрасного момента. Луч солнца озарил вершину, словно короной венчая снежное царство гор. Каким-то чудесным способом рождается на холсте мерцающий свет зимнего дня.

«Чистые» пейзажисты в 60-70-е годы не удостаивались серьёзного внимания. Чтобы достичь официального признания, художникам необходимо было воспевать индустрию, масштабы социалистических преобразований. В творчестве Шарденова таких полотен было мало. Свое призвание он осознавал иначе. Именно в эти годы в небольших мотивах гор, деревьев, времен года вырабатывается собственно шарденовское письмо. Творчество Жанатая по природе своей сродни горной реке, оно не хотело признавать строгих берегов, искрилось, сверкало, одолевало крупные валуны и становилось прекраснее, умножая силы. Подобные ассоциации подсказаны неустанным повторением изображений гор в убранстве всех времен года. Художник всегда спешил на встречу с ними, каждый раз открывая нечто новое в палитре природы. Наибольшего эффекта в живописно-пластической организации холста Шарденов добивается в пейзажах, где его взгляд устремляется к вершинам гор. Здесь все сливается в единый хор — цвет, фактура красочной поверхности.

Шарденов необыкновенно раскован в движении кисти, в цветовой оркестровке пастозного письма. Широкий, сочный мазок сплавляет оттенки цвета и его светоносность. Колорит Шарденова в горных пейзажах поистине необъятен. Он искрится, подобно снежному сиянию, становится необыкновенно декоративным в оркестровке красок осенней поры или закатного часа. О прекрасном, тонком чувствовании нюансов цвета говорят и весенние пейзажи. Схватить существо красочной пластичности, достигнуть цельности, позволяющей наполнить «маленький» мотив живописно-пластической метафорой — основная суть творчества Шарденова. Любил Жанатай писать пышные кроны дубов и зимние березы. В каждом из этих «сюжетов» художник искал, добивался разных цветовых градаций и передачи фактурной материальности. У самых разных зрителей — совсем непосвященных в тайны живописи и знатоков, ценителей искусства — неизменно вызывают восхищение «Осенний дуб», «Слива цветет», «Березы зимой».

Густой красочной массой возникает гигантский ствол, будто не желающий входить в границы полотна. Блестящий эффект фактуры, почти фантастической материальности диковинных наростов, сказочных переливов серебристо-белой бугристой коры деревьев-гигантов. Деревья с пышными ветвями, крепкими стволами — как символ жизни, как связующие начала между сводом небес и глубинными пластами земли. А теперь вслушаемся в речитатив песни шамана: «В центре мира высится первозданный Кок-Тобе, синяя небесная священная гора. На вершине её растет Великий Байтерек — Могучий Тополь, по четыре ветви которого на каждом ярусе охватывают весь небесный свод, пронизывая все его уровни. Корни его проникают через все уровни Земли до нижних вод…».

Ассоциации, думается, объяснимы, если вспомнить о той чувственно-эмоциальной силе, которую несет в себе пластика цвета в полотнах Шарденова. Наверное, эти возникшие параллели не случайны. Ведь то, что живёт подсознанием, находит свое проявление независимо от воли автора. В прежние, советские времена, к сожалению, мы мало задумывались об этом аспекте художественного творчества. Шарденов никогда не декларировал вслух никаких теорий. В ответ на досужие вопросы он восклицал: «Мне не хватает слов, и я доказываю через полотно. Я предан природе. Люблю и лето, и зиму!». Вспоминаются его бурные возгласы о красоте и музыке цвета горных вершин, неба, деревьев, земли, о белых снегах, о том, как богаты краски зимы или заката. Перед полотнами художника, написанными необыкновенно темпераментно и фантастически колоритно, так и хочется сказать: как трудно передать такую красоту словами! Жанатай искренне надеялся, что его работы увидит Париж. Так и произошло: в дни юбилея Мухтара Ауэзова в Париже пейзажи Жанатая Шарденова определяли главную интонацию выставки «Изобразительное искусство Казахстана».

Признание[править]

Международный аукционный дом Bonart составил для Forbes.kz рейтинг, основываясь на стоимости продажи картин именитых мастеров. Первое место со значительным отрывом занимает самый, наверное, узнаваемый художник со своим живописным почерком Жанатай Шарденов. Писавший в своей исключительной пастозной технике c широкими динамичными мазками, он наполнял стремительностью и лёгкостью всё, что наносил на холст. Зарубежные коллеги, увидев работы Шарденова, сравнивали его с Ван Гогом, а его самого называли казахским Шарденом, сопоставляя с известным французским живописцем XVIII века Жан-Батистом Шарденом. Первое признание к Жанатаю пришло благодаря приехавшему в Казахстан в 1962 американскому художнику Ронуэллу Кенту. Далее, уже в Москве, Жанатая высоко оценил известный художник Мартирос Сарьян. Признание стало очевидным и очень долгожданным для Жанатая; наконец-то все не понимающие его манеру живописи вынуждены были вслед за мировым мастером увидеть в работах художника незаурядное и высокоталантливое мастерство[5].

Картину «50 оттенков серого дня». 1978 года можно сравнить с самой известной работой автора «Серебристые горы Алатау», которая хранится в музее Кастеева. Эта работа также написана в зрелом периоде творчества художника, овладевшего ярко выраженным чувством цвета, и, действительно, передаёт не менее 50 оттенков серого, от светлого, холодного, до тёмного и глубоко насыщенного. Цветовая палитра в сочетании с динамичностью мазка отражает авторский почерк мастера[6].

Работы Жанатая Шарденова представлены в аукционном доме BonArt[7].

Картинная галерея «Жаухар» демонтирует 10 работ мастера[8].

Источники[править]

  1. Шарденов Жанатай - Галерея "Жауhар". zhaukhar.kz. Проверено 10 марта 2020.
  2. Heritage Kazakhstan Шарденов Жанатай.
  3. Свой путь. Новое поколение. Проверено 10 марта 2020.
  4. Свой путь. Новое поколение. Проверено 10 марта 2020.
  5. Десять самых востребованных казахстанских художников-классиков. www.forbes.kz (2019-10-25). Проверено 10 марта 2020.
  6. Десять самых востребованных казахстанских художников-классиков. www.forbes.kz (2019-10-25). Проверено 10 марта 2020.
  7. Художник Шарденов Жанатай | купить картины Шарденова | продажа живописи и антиквариата | аукцион коллекционных картин. bonart.kz. Проверено 10 марта 2020.
  8. Шарденов Жанатай - Галерея "Жауhар". zhaukhar.kz. Проверено 10 марта 2020.