Гражданская война в Афганистане (1928—1929)
Гражданская война в Афганистане
- Дата
- 14 ноября 1928 — 13 октября 1929
- Место
- Королевство Афганистан
- Итог
- Победа Мухаммед Надир-шаха
| Стороны | |||
|---|---|---|---|
| Командующие | |||
| Потери | |||
.svg){kind=small}
- Общие потери:
- ок. 40 тыс. чел.
Гражданская война в Афганистане (англ. Afghan Civil War (1928–1929), пушту د امان الله خان سمونونه او کورنۍ جگړه) — вооружённый конфликт в Афганистане, в котором активно участвовал Советский Союз[1][2].
Предшествующие события[править]
С 1919 года между РСФСР и Афганистаном были установлены дипотношения.
В мае 1921 года афганцы и Советы подписали Договор о дружбе. Советы оказывали афганскому королю Аманулле-хану помощь в виде денежных средств, технологий и военного оборудования. Несмотря на это, Аманулла всё больше разочаровывался в Советах, особенно когда стал свидетелем растущего угнетения его единоверцев-мусульман по ту сторону границы.
В апреле 1923 года в Афганистане была принята новая конституция. Среди проведённых Амануллой реформ были запрет полигамии и браков с несовершеннолетними, отмена чадры, что привело к созданию мощной оппозиции (в первую очередь, в лице исламского духовенства).
Следует указать, что Аманулла скорее подражал не Западу, а кемалистской Турции.
В марте 1924 года в Хазараджате вспыхнул мятеж.
В сентябре 1924 года в Кабул, по приглашению Амануллы, прибыла миссия из 11-ти советских авиаинструкторов. Планировалось создание ВВС Афганистана. Британия, предоставившая Аманулле аэропланы De Havilland, заявила протест, однако Аманулла его проигнорировал. 6 октября советские лётчики на британских машинах осуществляли боевые вылеты против хостинских мятежников, а 14 октября нанесли бомбовые удары по базам повстанцев в районе Хоста и Надрала.
15 сентября 1927 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение передать Афганистану 12 аэропланов Р-1, 2 зенитные батареи (8 орудий) и фонды лётной школы.
Север Афганистана был наводнён эмигрантами из среднеазиатских республик, бежавших от Советской власти. В их среде, при финансовой и материальной (вооружением) поддержке Британии, укрепилось движение, которое в СССР именовалось «басмачество», хотя его участники называли себя моджахедами. Их ведущим главарём был узбек Ибрагим-бек.
В конце 1927 года Аманулла предпринял длительную заграничную поездку.
В августе 1928 года Аманулла вернулся из Европы с решением начать крупные реформы и модернизацию. Появились фотографии королевы Сорайя Тарзи без чадры и в европейском платье. Всё это встретило резкое недовольство в клерикальных кругах, и пуштунские племена выступили за изгнание Амануллы-хана с супругой из страны.
Это недовольство подпитывала британская разведка, желавшая свержение Амануллы.
Начало восстания, Бачаи Сакао захватывает Кабул[править]
14 ноября 1928 года вспыхнуло восстание среди пуштунского племени шинвари в Джелалабаде, охватившее и провинцию Лагман. Шинвари перерезали телеграфные провода и дорогу, ведущую в столицу. После этого они составили манифест из десяти пунктов, пять из которых касались того, что они считали недопустимым вмешательством Амануллы в жизнь женщин. Однако во время восстания шинвари два года спустя шинвари утверждали, что это восстание было «не столько направлено против Амануллы, сколько против местных сборщиков налогов в Джелалабаде». Первоначальной реакцией правительства было отправить небольшой контингент на помощь Джелалабаду, но он был остановлен в Нимле, в 20 милях (32 км) к западу от Джелалабада, и вскоре был окружён и уничтожен. После этого Аманулла отправил двух представителей для подавления восстания — своего министра иностранных дел Гулама Сиддика Хана и главу Национального совета Шайра Ахмада Хана. Однако в конце ноября они поссорились и, по словам Файза Мухаммада, вели переговоры с племенами по отдельности. Говорят, что Гулам Сиддик подстрекал некоторых шинвари к нападению на Шайр Ахмад-хана, в результате чего шинвари сожгли дотла зимний дворец эмира в Джелалабаде.
3 декабря 1928 года Аманулла решил отправить своего шурина Али Ахмад-хана Луйнаба для решения этой проблемы и снабдил его регулярными войсками, ополчением и значительной суммой денег, чтобы он мог задобрить вождей племён. Гуламу Сиддику и Шайру Ахмаду было приказано вернуться в Кабул.
Таджик Бачаи Сакао (Хабибулла Калакани), которого курировал английский шпион Томас Эдвард Лоуренс, объединив таджиков и гильзаи, начал наступление на Кабул с севера. Восстание охватывало всю страну, силы восставших начали подходить к столице и с юга.
В конце ноября силы Хабибуллы осадили Джабаль-эс-Сирадж к северу от Кабула, и 11 или 12 декабря, после 18 дней осады, Ахмад Али Лоди сдал цитадель, передав все государственные средства, а также 18 пулемётов и неопределённое количество тяжёлого вооружения и винтовок.
Хабибулла был поддержан религиозными лидерами. Он обвинил Аманнулу-хана в нарушении шариата, декларировал отмену всех буржуазных реформ, обещал отмену налога на землю, воинской повинности, объявил об аннулировании задолженностей, чем притянул к себе огромные массы населения. Правосудие должен был вершить шариатский суд. Закрывались школы, а просвещение передавалось под контроль мулл.
Хабибулла установил тесные контакты с лидером басмачей Ибрагим-беком и бывшим бухарским эмиром Сейид Алим-ханом.
Армия королевства Афганистан практически не оказывала сопротивления движущимся на Кабул повстанцам, к которым вскоре присоединились басмачи.
11 декабря 1928 года Хабибулла был провозглашён падишахом Афганистана, а 13 января объявлен эмиром «Хабибуллой II».
14 декабря 1928 года Хабибулла напал на Кабул с 2000 солдатами (только 200 из них были вооружены винтовками, а остальные — палками и топорами). Он и его войска вошли в форт Мурад-Бег на северных склонах Кух-и-Кутала, недалеко от деревни Хайр-Хана.
Битва продолжалась, и весь город наполнился звуками артиллерийской канонады и ружейных выстрелов. Однако только кавалерия личной охраны эмира и несколько других верных ему солдат вступили в бой с силами Калакани. Остальная армия была в мятежном настроении, поскольку офицеры присваивали себе солдатский паёк. Считая виновными в случившемся своих командиров, а не мятежников, солдаты, получив приказ стрелять, просто палили в воздух. Повсюду царили шум и неразбериха. Эмир пришёл в ярость, когда узнал о мятеже, и приказал раздать всё оружие жителям Кабула и соплеменникам, которые пришли в город, но ещё не отправились в Джелалабад сражаться с шинвари. Однако почти всеобщее отвращение афганцев к Аманулле привело к тому, что большинство из них отказались выступать против Калакани. Что ещё хуже для Амануллы, некоторые представители племён вазири, мангаль и ахмадзай перешли на сторону Калакани, заняли позиции на холме Асмай в центре Кабула и открыли огонь по войскам эмира.
Гулам Гаус, чей отец, Малик Джахандад Ахмадзай, был казнён после восстания, направился в свой родной город, прихватив с собой более 300 винтовок, вооружил местных жителей и восстал против правительства. Другие племена действовали аналогичным образом, поскольку не было контроля за распространением оружия.
Битва приняла неожиданный оборот 25 декабря, когда Калакани был ранен в плечо авиабомбой и был вынужден отступить на 20 километров к северу, в форт Мурад-Бег в районе Кухдамана.
Отступление Калакани дало Аманулле шанс перегруппироваться. В конце декабря он начал обстреливать форт Мурад-Бег, и этот обстрел продолжался до 13 января. Однако обстрел не дал никаких результатов.
14 января 1929 года Аманулла объявил об отмене большинства своих реформ, отрёкся от престола, передал власть своему брату Инаятулле-хану и бежал в Кандагар.
16 января, когда 80 хазарейцев из Бихуда защищали крепость Калах-и-Буланд, а также арсенал в Кулула-Паше, некоторые чиновники заявили о своей верности Хабибулле. Среди них были Шайр Ахмад, глава национального совета, Файз Мухаммад Хан, бывший министр торговли, Абд аль-Хади Хан, министр финансов, и сыновья Абдур Рахмана Хана: Мир Хашим, Сардар Амин Аллах Хан, Мухаммад Умар Хан, а также ряд заместителей министров и глав государственных бюро.
17 января Инаятулла, обеспокоенный отсутствием поддержки со стороны жителей Кабула, сдался Калакани и отрекся от престола. Калакани позволил ему мирно покинуть Кабул вместе с семьёй и 3000 рупий.
17 января Инаятулла-хан, по совету Хазрата Шур Базара (Гуль Аки), сдал Кабул без особого кровопролития отрядам мятежников под командованием Хабибуллы.
В городе началась резня на этнической и религиозной почве. Пуштуны-сунниты убивали хазарейцев-шиитов. Происходили погромы школ, фабрик, радиостанций и всего, что «извращало разум истинного мусульманина».
Был утрачен контроль государства над другими провинциями Афганистана. В стране воцарился хаос. Ибрагим-бек вспоминал, что начались беспорядки, один кишлак шёл на другой, сводя старые счёты. Историк Мир Гулам Мухаммад Губар, современник тех событий, писал, что правление Хабибуллы было трагедией для страны.
Наибольшую оппозицию северянам Бачаи Сако оказали пуштуны, особенно садозаи и баракзай. 22 марта 1929 года на джирге представителей южных племен Надир Хан ставит вопрос о законности правительства Бачаи Сако. От имени пуштунских племен он бросает вызов Бачаи Сако.
Дальнейшая борьба и реакция СССР[править]
Бежавший на юг страны Аманулла-хан продолжил борьбу за престол, и весной того же года возглавил сопротивление против Хабибуллы и его союзников — басмачей.
10 марта 1929 года разведывательный отдел Среднеазиатского военного округа сообщал в Москву:
Вслед за захватом власти в Афганистане Хабибуллой отмечается резкое повышение активности басмшаек, учащаются случаи перехода на нашу территорию. Развернувшиеся в Афганистане события, развязывая силы басмаческой эмигрантщины, создают угрозу спокойствия на нашей границе.
В Среднеазиатском бюро ЦК ВКП(б) так оценили создавшееся положение:
События в Афганистане объективно являются одним из звеньев антисоветской деятельности английского империализма на Востоке.
В ЦК ВКП(б) обратился посол Афганистана генерал Гулам Наби Хан с просьбой разрешить формирование на советской территории отряда из бежавших из страны сторонников Амануллы-хана для оказания военной помощи законному правительству.
После встречи Сталина с министром иностранных дел Афганистана Г. Сидик-ханом, генеральным консулом Г. Наби-ханом и военным атташе в Афганистане В.М. Примаковым в Ташкент последовало указание о срочном формировании особого отряда из коммунистов и комсомольцев для отправки в Афганистан.
Афганский отряд был пополнен красноармейцами из 81-го кавалерийского и 1-го горнострелкового полков, а также 7-го конно-горного артиллерийского дивизиона РККА при 4-х горных орудиях, 12 станковых и 12 ручных пулемётах. Отряд имел мощную подвижную радиостанцию, был отлично вооружён, экипирован и имел достаточный запас провианта.
Все красноармейцы были переодеты в афганскую форму. Командиры получили азиатские имена, которыми должны были называться в присутствии афганцев. Командование отрядом было поручено В. М. Примакову. Начальником штаба был назначен кадровый афганский офицер Г. Хайдар. Формально отряд подчинялся афганскому генералу Г. Наби-хану.
10 апреля отряд, насчитывавший около 2 тысяч бойцов, уже был готов к выступлению.
Вступление в войну войск РККА[править]
Ранним утром 15 апреля 1929 года шесть аэропланов, оснащённых пулемётами, пересекли советско-афганскую границу в районе узбекского города Термез и появились над афганским погранпостом Патта-Гиссар. Служащие гарнизона, не приняв должных мер предосторожности, вышли посмотреть на летательные аппараты. Аэропланы, сделав развёрнутым фронтом два круга, снизились и открыли пулемётный огонь по афганским пограничникам. Было сброшено несколько бомб, разрушивших казарму. Из 50 афганцев, составлявших гарнизон, спаслись только двое. Вся операция длилась 10 минут.
Тем временем отряд Примакова, погрузившись в моторные лодки, каюки и баржи, пересёк Аму-Дарью и высадился на афганском берегу.
Двое спасшихся афганских пограничников добрались до соседнего погранпоста Сия-Герт, находившегося в 20 верстах, и сообщили о случившемся. Гарнизон в 100 сабель тут же направился к Патта-Гиссар, но через пять вёрст пути столкнулся с противником и был уничтожен пулемётным огнём.
В то же время из Кандагара на Кабул выдвинулся Аманулла с 14 тысячами хазарейцев.
16 апреля отряд Примакова подошёл к Келифу. Гарнизону был передан ультиматум с предложением сложить оружие и разойтись по домам. Афганцы отвергли требования советской стороны, но, после нескольких орудийных выстрелов и пулемётных очередей, разбежались.
17 апреля был взят город Ханабад, защитники которого укрылись в Мазари-Шарифе.
В ночь на 18 апреля губернатор Мазари-Шарифа Мирза Касым вызвал к себе советского генконсула, с которым у него были дружеские отношения, и потребовал разъяснений по поводу происходившего. Консул был поставлен в затруднительное положение, так как сам не был проинформирован о данной операции РККА на афганской территории.
Утром 22 апреля отряд Примакова начал артобстрел Мазари-Шарифа. Пулемёты били по защитникам на стенах. Через два часа после начала боя артиллеристы подвели орудия ко входу в цитадель и, произведя залп, разбили ворота. Отряд ворвался в город. Часть оставшегося гарнизона бежала к Таш-Кургану, другие укрылись в ближайшей крепости Дейдади.
Потери афганцев в Мазари-Шарифе составили около 3 тысяч человек. Огромное количество изуродованных артиллерийским огнём трупов лежало у ворот. Потери отряда Примакова составили единицы.
В тот же день в Ташкент была отправлена телеграмма, а оттуда в Москву передана депеша: «Мазар занят отрядом Витмара».
По словам находившегося тогда в Мазари-Шарифе советского генерального консула:
Пехота, бросившаяся в город, забыла, что ей нужно было играть роль афганцев и пошла в атаку с традиционным русским „Ура“.
По словам другого очевидца, нелегального представителя разведупра в Мазари-Шарифе, Матвеева:
Операция была проведена чрезвычайно грубо. Несмотря на то, что по отряду было отдано распоряжение по-русски не разговаривать, после занятия Мазари-Шерифа на улицах сплошь и рядом раздавалась русская брань. Наши аэропланы самым бесцеремонным образом, даже не закрасив звёзд на крыльях, ежедневно совершали полёты в районе противника и бросали бомбы. Не исключена возможность, что кто-нибудь из иностранцев сумел сфотографировать эти картины и тогда нам трудно будет отговориться.
За неделю похода к отряду присоединилось 500 хазарейцев, из которых был сформирован отдельный батальон.
На совете глав администраций, военачальников и учёных-исламистов было решено объявить «джихад» против вторжения на их землю «неверных», собирать ополчение и, под зелёным знаменем пророка, выступить навстречу противнику.
24 апреля гарнизон крепости Дейдади и племенные ополчения попытались выбить отряд Примакова из Мазари-Шарифа. Бой длился целый день. Многочисленные, но плохо вооружённые афганцы, с молитвами и религиозными песнопениями, шли в атаку густым строем по открытой местности под орудийный и пулемётный огонь. Несмотря на громадные потери, одну волну атакующих сменяла другая.
К концу дня атаки прекратились, но положение осаждённых было критическим. Город был окружён плотным кольцом. В Ташкент была послана шифрограмма с просьбой оказать помощь.
25 апреля через Аму-Дарью на территорию Афганистана срочно был переброшен эскадрон с пулемётами, но на пути к Мазари-Шарифу он был встречен превосходящими силами афганских ополченцев и был вынужден вернуться обратно.
26 апреля в Мазари-Шариф аэропланами было доставлено 10 пулемётов и 200 артиллерийских снарядов.
Не имея возможности взять город силой, афганцы, чтобы принудить отряд Примакова сдаться, ночью перекрыли все арыки, ведшие к городу, и приступили к осаде. Положение в городе ухудшалось. Афганский батальон начал роптать. Примаков передал в Ташкент донесение:
Окончательное решение задачи лежит в овладении Дейдади и Балхом. Живой силы для этого нет. Необходима техника. Вопрос был бы решён, если бы я получил 200 газовых гранат (иприт, 200 хлоровых гранат мало) к орудиям. Кроме того необходимо сделать отряд более манёвроспособным, дать мне эскадрон головорезов… Мне отказано в эскадроне, авиации, газовых гранатах. Отказ нарушает основное условие: возьмите Мазар, потом легально поможем. Если можно ожидать, что ситуация изменится и мы получим помощь, я буду оборонять город. Если на помощь нельзя рассчитывать, то я буду играть ва-банк и пойду брать Дейдади. Возьму — значит мы хозяева положения, нет — значит обратимся в банду и ищем путей домой.
5 мая на помощь отряду Примакова был выслан второй отряд РККА (отряд «Зелим-хана», под которым скорее всего имелся ввиду Иван Ефимович Петров) численностью в 400 человек при 6 орудиях и 8 пулемётах. На пути ему противостояла пограничная застава, которая «в считанные минуты была сметена» орудийно-пулемётным огнём красноармейцев.
6 мая 1929 года по позициям афганцев под Мазари-Шарифом авиацией САВО были нанесены бомбово-штурмовые удары.
В двухдневный срок эскадрон «Зелим-хана», после стремительного броска, 7 мая вышел к Мазари-Шарифу и совместными действиями с отрядом Примакова атаковал афганцев, которые отошли к Дейдади.
8 мая, после авиаударов и артобстрела, гарнизон покинул крепость, оставив в ней 50 орудий, 20 пулемётов, большое количество стрелкового оружия и боеприпасов.
10 мая сводный отряд Примакова несколькими колоннами двинулся дальше на юг, в сторону Балха и Ташкургана.
С востока против отряда Примакова выдвинулся Ибрагим-бек — 3 тысячи сабель. Из Кабула выступила национальная гвардия Хабибуллы — 1500 сабель, под командованием военного министра Сеид Хусейна.
11 мая одна из колонн в 350 человек обнаружила отряд Ибрагим-бека. Тут же на главном направлении были выставлены восемь орудий. По флангам, в 200 метрах от дороги, установили по два пулемёта. Прицелы были взяты заранее. При подходе колонны Ибрагим-бека на 500 метров артиллерия открыла огонь. Три орудия били в голову колонны, три в хвост, а два в центр. С флангов заработали спрятанные пулемёты. Ибрагимовцы бросились в разные стороны. Многие из них были убиты красноармейцами в ходе погони.
Через полчаса после начала боя, на западном направлении дозор обнаружил отряд Сеид Хусейна.
Участник тех событий, командир взвода А. Н. Валишев, оставил подробное описание картины сражения:
Два часа длился страшный бой… Басмачи отчаянно сопротивлялись. Выиграть бой помогла военная смекалка Ивана Петрова. По его распоряжению к противнику отправили трёх пленных, захваченных у бека, чтобы сообщить главарю второй банды о результатах предыдущего боя — 2500 убито, 176 в плену и лишь трём сотням вояк удалось спастись бегством. Предупреждение подействовало: басмачи сложили оружие. Конечно, если бы оба отряда появились одновременно с противоположных сторон, то, имея 10-12-кратное превосходство в живой силе, они смогли бы смять отряд.
Сеид Хусейн, оставив свои подразделения, бежал.
12 мая отряд Примакова занял Балх, а на следующий день вошёл в Таш-Курган.
18 мая Примаков был вызван в Москву и в тот же день спецавиарейсом вылетел в Ташкент. Командование отрядом было передано Александру Ивановичу Черепанову.
В тот же день на севере Афганистана было проведено очередное совещание старейшин и чиновников. По словам Файз Мухаммада, на заседании также присутствовали английские шпионы, занимавшие высокие посты. Было решено напечатать объявления-циркуляры:
«В связи с нападением русских на Мазари-Шариф и Катаган и вступлением их войск в те районы, все жители Афганистана должны прекратить гражданскую войну и встать на защиту от нападения русских»
Соледуя инструкциям Примакова, Черепанов повёл отряд дальше на юг, в сторону Кабула.
Действия Амануллы и его бегство[править]
Войска Амануллы начали наступление на Кабул, но в конце мая 1929 года потерпели поражение и прекратили борьбу. 22 мая Аманулла бежал в Индию, отправив Наби-Хану телеграмму с распоряжением также прекратить сражаться, и покинуть страну — после чего советские войска вернулись в СССР.
Таким образом, 22 мая Аманулла бежал со всей казной в иностранной валюте, золотом и драгоценностями в Индию, а оттуда переправился в Европу. Перед этим он отправил Г. Наби-хану телеграмму с распоряжением покинуть страну, однако Наби-хан всё-таки остался и покинул страну только с отрядом РККА.
Последующие действия РККА[править]
23 мая авиация САВО произвела бомбардировку заселённых эмигрантами приграничных городов Ханабад, Андараб, Таликан и Хазрати Имам.
В тот же день Сеид Хусейн со свежей дивизией внезапно захватил Таш-Курган, нарушив коммуникации советского отряда. В афганском подразделении Г. Наби-хана началась паника; его военачальники, бросив отряд, бежали к советской границе. Черепанов был вынужден развернуться, чтобы отбивать Таш-Курган.
Утром 25 мая, после авиаударов и артподготовки, отряд ворвался в город, где завязались жестокие уличные бои. За два дня (25-26 мая) город трижды переходил из рук в руки.
В итоге отряду Черепанова удалось оставить город за собой, потеряв при этом убитыми 10 командиров и красноармейцев и 74 хазарейца, ранеными — 30 красноармейцев и 117 хазарейцев. Были израсходованы почти все снаряды. У двух горных трёхдюймовых орудий от перегрева вырвало стволы. Вода из горных ручьёв, заливаемая в станковые пулемёты «Максим», быстро испарялась.
28 мая Черепанов получил радиограмму из штаба Среднеазиатского ВО о возвращении в СССР. Г. Наби-хан переехал в Термез (Узбекская ССР).
Свержение Хабибуллы[править]
Против Хабибуллы восстал в конце лета 1929 года военный министр при Аманулле и его двоюродный брат Мухаммед Надир-шах, который возглавил пуштунов против таджиков. Война из гражданской перешла в межэтническую. Британцы позволили Надиру вербовать сторонников в британском Пакистане, которые и составили большинство его войска.
14 июля войска Надир-шаха вошли в долину Логар, одержали победу при Падхваб-и-Ругани и оттуда двинулись на Сурхаб, где окружили и осадили одно из подразделений Хабибуллы в Кариз-и-Дарвише, которое сдалось на следующий день. 18 июля войска Хабибуллы вступили в бой с хугьяни близ Хурд-Кабула. Чтобы одержать верх в сражении, Хабибулла конфисковал все автомобили и конные повозки в Кабуле, чтобы подкрепление могло прибыть быстрее. Этот план сработал, и 19 июля ситуация стабилизировалась. 18 августа Надир перенёс свою штаб-квартиру в Али-Хейл вместе с племенем джаджи, которое заверило его в своей непоколебимой преданности.
17 июля ополченцы-хазарейцы атаковали силы «Саккавистов» на перевале Унай и в Кала-и-Сафиде, обратив их в бегство и преследуя до Таканы и Джалриза. С 25 по 29 июля в Джалризе шли бои, однако 30 июля хазарейцы отступили из Джалриза обратно в Хазараджат, узнав, что Надир потерпел неудачу в восточной провинции. 1 августа хазарейцы начали новое наступление, атаковав Кала-и-Маджид (недалеко от Сиях-Багала) и Кала-и-Сафид, форт на перевале Унай, и снова оттеснив силы Хабибуллы до Джалриза. 3 августа силы Хабибуллы, как сообщается, снова потерпели поражение в Джалризе. 15 августа ополченцы-хазарейцы начали наступление на туркменские племена, которые 31 июля присягнули на верность Хабибулле, заняли позиции в Дарра-и-Суфе, Кух-и-Шадьяне и Мармале и осадили форт Дих-Дади (гарнизонную деревню на полпути между древним Балхом и Мазари-Шарифом).
18 августа в Бамиане, Гури и Баглане произошло антисаккавистское восстание, которое перекрыло путь силам Хабибулле в Туркестан и вынудило их отступить в Гурбанд. 21 августа Сайид Шейх Али начал наступление на Калакани и продвинулся до Ханабада, Андараба и Гурбанда. 26 августа в Кабуле появились слухи о том, что хазарейские поселенцы успешно атаковали Мазари-Шариф. В начале сентября сакависты одержали свою последнюю победу, захватив Джелалабад. 23 сентября в Кандагаре вспыхнуло пронадирское восстание, в результате которого силы Калакани были вытеснены из города. 29 сентября пронадирские силы под командованием Шаха Вали пересекли линию Дюранда и заняли Хуши. 30-го числа он отправил отряд из 1000 человек в Танги-Вагджан, ущелье на пути в долину Логар. 3 октября после ожесточённого боя силы, выступающие против «Саккависта», захватили город Мухаммад-Ага, оказавшись в непосредственной близости от Кабула.
Хабибулла сам принял участие в этом сражении, пытаясь поднять боевой дух своих солдат, но безуспешно. Антисакавийские силы продолжали медленно продвигаться к Кабулу и 5 октября захватили Чарасью, Чихил-Тан и Чихил-Сутун. К 7 октября силы Хабибуллы отступили почти со всей территории за пределами Кабула и приготовились к последнему бою. 9 октября, после нескольких часов уличных боёв в Кабуле, Арг был взят в осаду. 13 октября, после нескольких дней бомбардировки, войска Надира вошли в Арг и после короткого, но ожесточённого сражения захватили его, положив конец гражданской войне. Узнав об этом, небольшой отряд армии Хабибуллы, осаждённый в Джабаль-ас-Сирадж, решил сдаться в тот же день.
Этот период гражданской войны в Афганистане был наиболее кровавым, погибло до 15 тысяч человек только сил Хабибуллы.
10 или 15 октября 1929 года отряды Мухаммеда Надира взяли Кабул. Хабибулла сбежал, но был схвачен и казнён в городе Кохистан на севере Афганистана 1 ноября 1929 года. Хабибулла, его брат и ещё девять человек были выстроены у западной стены Арг и расстреляны.
Во время правления Надира саккависты предприняли ещё одну попытку восстания — восстание в Кухистане (июль 1930 года), которое было подавлено в течение недели. Деятельность сакваистов продолжалась до 1931 года, когда Надир возглавил кампанию по захвату их последнего оплота — Герата.