История болезни
Очень много лет назад (может быть, 15-20-25, не помню) мне делали впрыскивания камфоры, и после одного впрыскивания под кожей остались крошечные шарики, которые можно было ощупать рукой. Затем они никогда не давали себя чувствовать, не мешали.
В ноябре 1949 г., после перенесенного мной гриппа, я заметила, что на левой руке выше локтя появляются розовые пятна, а эти шарики как бы соединяются в целое. Потом эти явления стали заметнее, вся поверхность стала твердой, красной (даже синеватой) и воспаленной. Ощущалась даже легкая боль.
Первый врач, которому я показала руку, приписал компресс по Вишневскому, который мне сняли через два дня. Врач сказал, что все прошло (хотя никаких изменений не произошло), что больше ничего не надо делать.
Второй врач приписал через несколько времени — пенициллин внутрь и кварц. Первое же прижигание обожгло руку так сильно, что повторить его нельзя было. Тут же я заболела гриппом, и принимала дома пирамидон — для прекращения боли в руке.
В январе 1950 г. рука постепенно приняла вид абсолютно здоровый, — никаких следов болезни не было, и я думал, что все кончилось. Но в феврале 1950 г. опять после гриппа — появились те же розовые пятна, и повторилась вся картина прежней болезни, только в большей степени.
Третий врач приписал мне УВЧ. После нескольких сеансов получилось ухудшение, и в это время мне сказали, что профессор Шлепоберский может меня принять, что он — специалист по этой болезни.
В 5 <нрзб> больнице, после приема у профессора Шлепоберского, мне сделали облучение рентгеном — 6 раз, за время примерно, в 6 недель, всего 450 эр.
Рука стала гораздо мягче, светлее, опухоль спала, вообще, выздоровление шло быстрым ходом. В середине мая я уехала на 4 месяца в Ригу, летом жила на взморье и купалась в море. Рука приобрела еще более здоровый вид.
В сентябре, приехав в Москву, я показалась профессору Шлепоберскому. Он остался очень доволен результатами лечения, сказал, что сейчас больше продолжать облучение не надо, но что я должна показываться примерно через полтора месяца.
Но поскольку рука все более и более бледнела и мягчела, я, конечно, забывала ходить туда. В январе этого года можно было предположить, что рука опять примет здоровый абсолютно вид.
Но в середине марта, после того, как у меня кончилось двухстороннее воспаление легких и мне сделали укол пенициллина — 3 милл. и уколы камфары, — после того, как я уже окончательно выздоровела, — у меня опять появились розовые пятна, затвердение и воспалительный процесс.
