Политика коренизации в советских республиках Южного Кавказа в 1920—1930-е годы
Поли́тика корениза́ции в сове́тских респу́бликах Ю́жного Кавка́за в 1920–1930-е годы — советская национальная политика 1920-х — начала 1930-х годов, направленная на продвижение местных (титульных) национальностей в партийном и государственном аппарате, образовании, культуре и прессе. Она должна была укрепить лояльность нерусских народов к советской власти, преодолеть последствия русского доминирования в царской империи и создать национальные элиты, преданные большевизму[1][2].
Общий контекст на Южном Кавказе[править]
После установления советской власти в Закавказье (Азербайджан — 1920, Армения — 1920, Грузия — 1921) три республики в 1922 году объединились в Закавказскую Социалистическую Федеративную Советскую Республику (ЗСФСР), которая просуществовала до 1936 года. Коренизация здесь проводилась в рамках общей политики, принятой на XII съезде РКП(б) в 1923 году, но с учётом сложной этнической мозаики региона: грузины, азербайджанцы, армяне, абхазы, осетины, аджарцы, курды и другие[1].
Политика предполагала перевод делопроизводства на местные языки, подготовку национальных кадров, создание национальных школ и прессы, повышение доли титульных народов в партийных и советских органах. Вместе с НЭПом коренизация помогла стабилизировать власть в регионе, где до этого были сильны националистические движения[1].
Грузинская ССР[править]
В Грузинской ССР коренизация проводилась особенно активно и привела к значительному росту грузинского представительства в аппарате. Если в 1920-е годы грузины доминировали в руководстве, то политика благоприятствовала им за счёт меньшинств (абхазов, осетин, аджарцев, мингрелов). Это вызывало напряжённость: например, «мингрельский вопрос» в конце 1920-х — начале 1930-х, когда мингрелов обвиняли в сепаратизме, хотя коренизация формально поддерживала грузинский язык и культуру. Отход от жёсткой коренизации в конце 1930-х привёл к снижению доли грузин в населении республики (с 67,1 % в 1926 до 61,4 % в 1939)[2][3].
Армянская и Азербайджанская ССР[править]
В Азербайджанской ССР коренизация продвигала азербайджанцев (тюркоязычное население) в руководство, хотя в Баку сохранялось сильное русское и армянское влияние. В Армянской ССР политика укрепляла позиции армян, особенно после репрессий против дашнаков. В обеих республиках создавались национальные школы, театры и пресса, но межэтнические конфликты (особенно армяно-азербайджанские) ограничивали её эффективность[4].
Итоги[править]
К середине 1930-х коренизация свернулась: начались репрессии против «буржуазных националистов», русскоязычие усилилось, многие национальные кадры репрессировали. В 1936 году ЗСФСР распустили, республики стали отдельными союзными. Политика, изначально направленная на укрепление Союза, в итоге показала пределы: чрезмерное подчёркивание национального вызывало напряжённость между титульными народами и меньшинствами[3][5].
Примечания[править]
- ↑ 1,0 1,1 1,2 (1988) «The Establishment of Soviet Power in Transcaucasia: The Case of Georgia 1921—1928». Soviet Studies via JSTOR 40 (4): 616—639.
- ↑ 2,0 2,1 (1982) «National Integration in Soviet Georgia». Soviet Studies via JSTOR 34 (4): 547—569. DOI:10.1093/bioinformatics/btn450.
- ↑ 3,0 3,1 (2014) «The 'Mingrelian Question': Institutional Resources and the Limits of Soviet Nationality Policy». Europe-Asia Studies via JSTOR 66 (6): 993—1013.
- ↑ (2003) «Nationalism, Ethnic Pressures, and the Breakup of the Soviet Union». Journal of Cold War Studies via JSTOR 5 (4): 81—136.
- ↑ (2018) «Manifestations of Nationalism». Europe-Asia Studies via Taylor & Francis 70 (6): 853—861.