Флавий Меробавд

Флавий Меробавд

лат. Flavius Merobaudes

Консул Римской империи

377 г.

Соправитель

Грациан

Предшественник

Валент и Валентиниан II

Преемник

Валент и Валентиниан II

Консул Римской империи (II)

383 г.

Соправитель

Флавий Сатурнин

Предшественник

Флавий Клавдий Антоний и Флавий Афраний Сиагрий

Преемник

Флавий Клеарх и Флавий Рихомер

Дата рождения

IV в.

Дата смерти

ок. 388 г.

Деятельность

полководец, политик

Военная служба

Годы службы

до 363 г. — до 388 г.

Принадлежность

Римская армия

Звание

magister peditum (с 375 г.)

Флавий Меробавд (лат. Flavius Merobaudes; IV в. - 388 г.) — римский военный и политический деятель второй половины IV в. германского происхождения.

Биография

По сообщению арианского историка Филосторгия Меробавд участвовал в перевозке тела Юлиана Отступника в Тарсус в 363 г., в Киликии, где император был захоронен напротив могилы императора Максимина. Среди римских командиров на Западе отличался по сообщению Зосимы «выдающимся военным опытом», хотя проследить его военный путь до 375 г. практически невозможно, потому что кроме участия в захоронении тела императора Юлиана более нигде не упомянут. В 375 г. был назначен императором Валентинианом I магистром армии (magister peditum). Во время карательной экспедиции римской армии на земли квадов в этом же году был отправлен вместе с комитом Себастианом вперед основной армии, которой командовал Валентиниан:

Валентиниан послал вперед Меробавда с состоявшим под его командой отрядом пехоты, приказав ему опустошить и сжечь поселки варваров. Прикомандирован к нему был комит Себастиан. Сам Валентиниан быстро двинулся в Ацинк и экстренно собрав много судов и быстро наведя мост, перешел с другой стороны на землю квадов.

После приема квадских дипломатов Валентиниан неожиданно скончался, оставив после себя двух наследников, Грациана и Валентиниана младшего, от двух разных жен. Грациан был уже провозглашен Августом, но находился далеко от лагеря римской армии, ближе был Валентиниан младший, который вместе с матерью Юстиной сопровождал отца в походе. Д. М. О'Флинн предполагает, что скорее всего армия провозгласила бы императором комита Себастиана, популярного командира и противника Меробавда. Вероятно угроза исходила не только от Себастиана, но и от самого Меробавда для одной из групп, участвовавшей в борьбе за власть, поэтому тому был отдан следующий приказ от «якобы живого Валентиниана»:

В этом трудном положении, когда будущие участники опасностей, если бы они случились, были как бы на одном корабле и боялись все одного и того же, принято было следующее решение: разобрать мост, который пришлось до этого соорудить для вторжения во вражескую землю, и тотчас отозвать Меробавда, якобы от имени живого еще Валентиниана. Как человек живого ума, он понял, что произошло, или, быть может, узнал от посланного, который явился отозвать его, и, опасаясь, что галльские войска могут начать беспорядки, сделал вид, будто получил приказ вернуться с войсками для охраны берегов Рейна, из-за якобы возросшего возбуждения варваров. Согласно секретному поручению, он подальше отослал Себастиана, не знавшего еще о смерти государя; хотя тот был мирный и спокойный человек, но вследствие огромной своей популярности в войсках он должен был именно поэтому быть предметом особых опасений.

Отослав Себастиана, Флавий Меробавд фактически предотвратил его провозглашение императором и занял лоялистскую позицию. Галльская армия, наиболее сильная и политически активная часть армии Запада, потеряла возможность номинирования своего кандидата, а значит удалось избежать гражданской войны, которую опасались и лоялисты, и Флавий Меробавд, оказавшийся на одной стороне с Юстиной. Но опасность оставалась. По традиции армия должна провозгласить Августа, Флавий Меробавд и брат Юстины коннетабль Цереал доставили Юстину и Валентиниана младшего в римский лагерь, тем самым:

Он посадил его в лектику, привез в лагерь, и на шестой день после смерти отца маленький Валентиниан, с соблюдением всех формальностей, был провозглашен императором и торжественно наречен Августом.

Зосим называет еще одной угрозой варваров, осведомленных о смерти Валентиниана. Они по мнению Зосима наверняка бы воспользовались политическим вакуумом для вторжения из-за Дуная. В его рассказе сообщником Меробавда выступил трибун Эквиций. Эпитомы о Цезарях содержат аналогичное сообщение о соучастии Эквиция:

Итак, после его смерти Валентиниан, которому было ещё четыре года, был привезен [в лагерь] из соседнего места, где он находился с матерью, и провозглашен императором по инициативе Эквития и Меробавда.

Есть другое объяснение произошедшего. Меробавд был вызван штабом Валентиниана, чей состав нам неизвестен, и этот же штаб отослал Себастиана. Оба командира находились в походе на территории противника. Только, когда Меробавд выполнил приказ, то ему уже эти неизвестные из штаба вверили выполнять план по недопущению гражданской войны под угрозой варварского вторжения.

22 ноября 375 г. — Флавий Меробавд, вероятно, в сговоре с Юстиной, трибуном Эквицием и коннетаблем Цереалом, организовал провозглашение Августом-соправителем Валентиниана младшего.

Запад был разделен между соправителями-братьями. Грациан контролировал Галлию, Испанию и Британию, а младший брат Валентиниан — Африку, Италию и Иллирик. Флавий Меробавд находился в затруднительном положении. С одной стороны он поддерживал порядок в армии при двух малолетних Августах, с другой — армия, преимущественно состоявшая из варваров, скорее бы поддержала императора-военачальника, способного к военному делу, чем малолетнего наследника. Отсутствие сильного авторитета во власти породило непрекращающуюся фракционную борьбу, жертвой которой пал комит Феодосий, отец Феодосия младшего, арестованный и казненный в 376 г. в Карфагене. Феодосий младший оказался в ссылке в Испании, вдали от политики. Соучастие Меробавда в казни Феодосия старшего оспаривается, в основном полная ответственность перекладывается на Максимина. Впоследствии оказывал серьезное влияние на римскую политику. Например, когда повзрослевший Грациан в 377 г. решил направить часть галльской армии под командованием Рихомера в поддержку Валенту, Меробавд саботировал операцию, не неся за это никакую ответственность:

За ним поспешил во Фракию Рихомер, бывший в ту пору комитом доместиков, который, по приказу того же Грациана, выступил из Галлии. Он вел с собою несколько когорт, которые, однако, были таковыми только по названию, так как большая часть людей дезертировала по совету, – как ходили слухи, – Меробавда, опасавшегося, чтобы лишенная охраны Галлия не подверглась опустошению с того берега Рейна.

В этом же году стал консулом вместе с императором Грацианом. В панегирике Паката Дрепания, произнесенном Флавию Феодосию, уже после смерти Меробавда, упоминается, что Грациан «любил [Меробавда]». Опасения Меробавда насчет Галлии действительно оправдались. В феврале 378 г. алеманны по сообщению Аммиана Марцеллина начали новое крупное вторжение в Рецию. Отозвав свои войска из Паннонии, Валентиниан нанес крупное поражение алеманнам. В какой-то степени можно признать, что Меробавд, саботируя приказ Грациана, обеспечил императору победу в Реции.

Еще до смерти Валентиниана I африканские провинции Триполис и Лептис-Магна страдали от набегов кочевников из пустыни. Комит Африки Роман бездействовал и требовал от местных жителей взятку верблюдами и провиантом. Когда местные жители отказали Роману, он закрылся в лагере, ничего не предпринимая и покинул провинции. Местные жители пожаловались Валентиниану и двор начал разбираться в произошедшем. Расследование затянулось, следователь, отправленный Валентинианом, был подкуплен деньгами, которыми выплачивалось жалованье солдатам комита. Уже после смерти Валентиниана Роман прибыл в Милан, где находился императорский двор Валентиниана II:

В полное завершение этой страшной трагедии присоединилась еще следующая сцена. Роман отправился ко двору и привез с собой Цецилия, чтобы тот обвинил следователей в пристрастии в интересах провинциалов. Будучи благосклонно принят Меробавдом, он просил вызвать много нужных ему людей. Когда они явились в Медиолан и доказали, что были вызваны под пустым предлогом, их освободили и отправили домой.

Предполагаемый надгробый камень Флавия Меробавда, идентифицированный Э. Гозе.

Как раз случай с Романом является аргументом в пользу соучастия Меробавда в казни Феодосия старшего, посланного в 373 г. урегулировать ситуацию в Африке. Хотя Роман никак не пострадал от действий Феодосия старшего, несколько его людей, замешанных в коррупционных схемах, понесли наказание по приказу Феодосия. Из этого можно мысленно построить политический триумвират заговорщиков: Максимин, Роман и Меробавд. Исследовательница Б. Сэйлор Роджерс указывает на несостоятельность этой версии, потому что Аммиан Марцеллин, явно враждебный к Максимину и явно симпатизирующий Феодосию, наверняка бы оставил свидетельство соучастия Меробавда.

В 383 г. снова стал консулом вместе с Флавием Сатурнином.

Археолог Э. Гозе в 1958 г. опубликовал в каталоге раннехристианских надписей Трира надпись, идентифицировав ее, как надгробный камень Флавия Меробавда. Реконструкции надписи по транскрипции Гозе позволили поместить смерть Меробавда на 383 г. Поэтому благодаря надписи Э. Гозе некоторые исследователи или публицисты вторят идее о смерти Флавия Меробавда в 383 г. Исследовательница Б. Сэйлор Роджерс указала на несостоятельность идентификации Гозе и реконструкций.

В 383 г. Магн Максим поднял британскую армию на мятеж против Грациана. Это событие нашло отражение в Хронике Проспера Аквитанского, там же есть упоминание Меробавда:

В Британии через солдатский мятеж Максим был провозглашен императором; вскоре, когда он переправился в Галлию, Грациан был побежден в Париже из-за предательства Меробавда, магистра воинов, и, обратившись в бегство, схвачен в Лугдуне и убит. Максим делает своего сына Виктора участником правления.

Это единственное упоминание в исторических источниках о переходе Меробавда на сторону Магна Максима. Это явно конфликтует с панегириком Паката, полный абзац с упоминанием Меробавда такой:

Так, поскольку и перо, и меч жестокого тирана внушали страх, бедность перешла в разряд желаемого, и, чтобы избежать палача, мы желали попасть к рассекателю трупов. Если же кому-нибудь он [Максим] кажется менее жестоким по сравнению с прочими своими злодеяниями, пусть тот вспомнит о гибели ваших, ваших — триумфальный Балий и облеченный в трабею Меробавд: из них один после щедрейших магистратур, консульских пурпуров и собранного в одном доме как бы целого сената почетных должностей был вынужден отказаться от жизни; другому в его собственном доме разорвали горло руками британских прислужников и заклеймили позором женоподобной смерти, — дабы казалось, что муж, столь любивший железо, предпочел погибнуть от петли, а не от меча. Но, возможно, кто-нибудь подумает, что тиран имел особые причины для ненависти именно к ним: ведь оба стояли в строю Грациана, и Грациан любил обоих.

Панегирист прямо складывает вину за самоубийство Меробавда на Магна Максима. Если бы Меробавд был предателем, то у Паката Дрепания вряд ли бы были серьезные основания покрывать это предательство в панегирике, произносимом Флавию Феодосию уже после смерти Меробавда. У Аммиана Марцеллина аналогично нет упоминания факта перехода Меробавда на сторону Магна Максима. Но у исследователя Д. М. О'Флинна в монографии о военачальниках Запада пытается объяснить предательство Меробавда. Когда вместо генерального сражения обе стороны стояли друг напротив друга, Меробавд якобы осознал безысходность положения и решил поддержать наиболее «бескровный вариант», то есть перейти на сторону очевидного победителя. К этой теории можно добавить, что отход от лоялистских позиций может звучать разумным, зная причины, по которым Меробавд изначально перешел на сторону лоялистов — избежать гражданской войны. На исходе победы Магна Максима Грациан оказался мертв, империю между собой поделили Валентиниан II и Максим. Меробавд потерял единое командование над армией Запада, которое ранее было в правление детей Валентиниана I.

Вероятно был номинирован на третье консульство в 388 г., но в этом же году совершил самоубийство.

Д. М. О'Флинн так оценивает историческую роль Меробавда:

Это фактическое превосходство наиболее способного генерала дополнительно подкреплялось престижем, проистекающим из старшинства службы и консульств, к чему следует добавить, в более позднее время, родство с императорской семьей (начиная со Стилихона) и патрициат (начиная с Констанция III). Меробавд создал на Западе прецедент идеи, что наиболее способный командующий мог стать своего рода primus inter pares, но это, безусловно, могло быть сделано любым из magistri praesentales. Формальные привилегии, присущие должности magister peditum, как они отражены в Notitia, вероятно, были результатом длительного процесса, завершенного Стилихоном. Между превосходством Меробавда и превосходством Стилихона существует прямая линия развития, но эта линия связана с той ролью, которую они играли, а не с рангом magister peditum; в промежуточные годы ту же роль играли два других человека, Бавтон и Арбогаст, которые были, фактически, magistri equitum.

Литература

• Jones A. H. M., Martindale J. R., Morris J. The Prosopography of the Later Roman Empire. V. 1. Cambridge: Cambridge University Press, 1971. pp. 598-599.
• Rodgers B.S. «Merobaudes and Maximus in Gaul» // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 30, H. 1, 1981. pp. 82-105.