Борщаговка
49.492222, 29.544722
Борщаговка — бывшее еврейское местечко, ныне украинское село в Погребищенской городской общине Винницкого района Винницкой области Украины[1][2].
Общие сведения[править]
Исторически деревня делилась на три части: Местечко (центр с рыночной площадью, где в основном жили евреи), Сад и Заречье.
В 1847 году в Борщаговке проживало 465 евреев, в 1863 году — 960, в 1897 году — 1853 еврея (по переписи 1897 года жителей 3196, из коих 1853 евреев).
После реформы 1861 года граф Ржевский, владевший большей частью земель вокруг Борщаговки, сдал их в аренду местному еврею по фамилии Габе. Согласно законам 1881 года, евреям было запрещено владеть землей, и тогда богатые местные украинцы начали брать в аренду земли уезда. В центре штетла на реке Рос располагался еврейский миква.
На 1863 год в Борщаговке имелась синагога, с 1880-х годов раввином был Шлоймо-Дойв-Бер Шапиро, затем его сын Яков-Ицхок.
В начале XX века благодаря местной еврейской общине была построена дорога, соединившая штетлы с Сквирой.
На 1913 год действовала синагога.
Мещанская управа полностью состояла из евреев: старостой был Аарон Гохман, старостой по сборам — Берко Полищук.
Среди состоятельных жителей штетла были купец Зингер и его зять Чернов.
Евреям принадлежали 3 из 4 аптекарских лавок, все 15 бакалейных, все 3 галантерейные, единственная железо-скобяная, все 7 мануфактурных, все 6 мучных, обе посудные, обе хлебные, обе яичные, мясная, магазин мешков, лесной склад.
Евреи Мошко Гройсман и Аврум-Ицек Червинский содержали 2 медоваренных завода. И. Фридман арендовал мельницу.
Июнь 1919 года — многочисленные нападения местных банд с человеческими жертвами.
Июль 1919 года — банда Соколовского сожгла магазины и дома, убила десять человек и ранила 15, которые впоследствии скончались от полученных ран. Многие женщины были изнасилованы.
Июль 1919 года — в день ярмарки банда Шербанюка ворвалась в город, вывела 43 человека за городскую черту и зарубила их саблями, а в городе было убито 17 человек. Кроме того, было разграблено имущество евреев.
Август 1919 года — в город ворвались банда Соколовского и отряд Межинского. Евреи прятались в синагоге и бане, но их вытащили оттуда и убили. Женщины и дети в основном прятались в бане, откуда их вытаскивали, насиловали и убивали. Сто двадцать человек были убиты с невероятной жестокостью. Среди погибших были Бриль Цаликес и Шимшон Рыбак.
В сентябре 1919 года в окрестностях города действовала банда Соколовского. Все евреи, которые могли идти, присоединились к отступающей Красной армии, и около 40 семей покинули город. Остались только больные и раненые евреи, которые не могли идти. Банда ворвалась в город и сожгла дотла последнюю уцелевшую улицу. Бандиты собрали оставшихся евреев и бросили их в огонь. В результате погибли 150 женщин и детей.
Подробности:
«3 или 4 июля 1919 года во время бандитского налета Борщаговка была сожжена. в город ворвались люди Григорьева. Они потребовали контрибуцию в 100,000 рублей. С условием, что деньги будут собраны в течение 10 минут. Евреи вышли встречать боевиков со свитками Торы. Местные христиане, которым уже надоели бойня и убийства, тоже устроили шествие с иконами и крестами, и тоже пошли встречать боевиков. Григорьевцы удовлетворились суммой в 66,000 рублей, и ушли из города. Эти ушли, а в субботу к вечеру еще раз вернулись войска Соколова. Они сожгли около пятидесяти лавок и 15 домов. Евреи, пришедшие тушить пожар, были убиты или ранены. Местные христиане получили указание уйти из города, так как боевики решили сжечь его дотла. Страх был очень велик, но боевики удовлетворились лишь грабежом и оставили город. Прошло четыре недели. Понедельник был базарным днем. Окрестные крестьяне собирались в город на ярмарку. Вдруг прибыл волостной писарь из Повенца, к которому относился и наш город, и сообщил нам, что из Сквиры идет карательная рота Красной армии, чтобы покарать окрестных боевиков, и приказал нам выйти встречать их хлебом и солью. Шестьдесят человек собрались в гостинице, и мы приготовились выйти встречать Красную армию. В это время в город ворвалась рота из сорока всадников со своим атаманом, Чербанюком, который был главой волости. Он приказал крестьянам, которые прибыли на ярмарку, окружить город со всех сторон и не давать евреям из него сбежать. После этого они собрали находившихся в гостинице евреев, сняли с них одежду и отобрали у них деньги. После этого они поставили охрану, на каждого еврея по два крестьянина, и велели евреям пойти вместе с крестьянами показывать им тайники, в которых евреи спрятали свои деньги. Они показали им те тайники, о которых знали, крестьяне забрали имущество евреев и вернулись в гостиницу с трофеями и пленниками. Когда евреи выполнили свою миссию, боевики потащили их в поле, где подвергли их страшным мучениям, а затем убили. Так, они заставили старого еврея и несчастного отца танцевать и играть в то время, когда они убивали его сына. Число убитых в тот день евреев: в поле – 43 человека и в городе – 17 человек. Остальные евреи продолжали прятаться в своих укрытиях и боялись их покинуть даже после того как боевики ушли из города. Когда на второй день стало известно о том, что 60 трупов валяются в городе и в поле, мужчины боялись выйти и заняться их погребением. Лишь их жены, дочери и матери занимались ими: они принесли убитых с поля, сами выкопали для них могилы и занимались их похоронами. Евреи Борщаговки увидели, что их жизни висят на волоске и что они могут умереть в любую минуту, поэтому они начали задумываться об обороне. Они собирали собрания, а также советовались с честными христианами, после чего решили нанять вооруженную охрану, чтобы та их защищала. Евреи наняли 50 вооруженных людей, во главе с Межинским, который был почтовым служащим, чтобы они их охраняли от частых нападений боевиков. Охрана стоила евреям много денег, но они были не уверены в том, что во время нападения банды боевиков на город к ним не присоединятся охранники, так как среди охранников были хулиганы. Евреи боялись ночевать в своих домах и ночевали в различных тайниках, а также на чердаках семинарии и синагоги. Вместе с этим, их страх не был беспочвенным. В четверг в город пришел партизанский отряд с пушками. Они пообещали, что не причинят евреям никакого ущерба, лишь потребовали, чтобы евреи приготовили для них обед. Евреи приготовили им щедрую еду и питье. Партизаны ели и пили, а после того как закончили, встали и вместе с нанятыми евреями охранниками начали врываться в еврейские дома, грабили их имущество и каждого найденного ими еврея убивали с большой жестокостью. После этого они ворвались в семинарию. Там они обнаружили Бриля Цаликеса, ученого и работящего еврея, который всю свою жизнь учил Тору. Боевики от него потребовали, чтобы он указал им место, в котором прячутся евреи. Когда он отказался отвечать, они начали подвергать его тяжелым пыткам, но и они не развязали ему язык. Он с любовью принял мучения и свою тяжелую смерть, и не пожелал раскрывать укрытия своих братьев. В то время много семей находилось на чердаке семинарии, и там было надежное место, так как вход на чердак был скрыт от посторонних глаз, и найти его было невозможно. Когда боевики убедились, что из Бриля Цаликеса невозможно вытащить ни слова, они его убили. После этого они нашли в семинарии Шимшона Рыбака. Они начали его бить и пытать. Он не смог выдержать пыток и закричал: — Евреи, спускайтесь с чердака и спасите меня! Боевики начали искать до тех пор, пока им не удалось найти вход на чердак. Там они убили 120 человек. Только восемь евреев спрятались под сеном, которое было сложено на чердаке, и спаслись от смерти. В то время, когда боевики стреляли из своих пушек, от Тетиева шла рота Красной армии. Недалеко от местечка они услышали выстрелы и решили, что в городе находятся петлюровцы. Рота остановилась вдалеке от города и начала стрелять по нему из орудий. Партизаны бежали. В четверг в город вошли красноармейцы. Они увидели разрушения, убийства и кошмар, который был произведен в городе, и сжалились над несчастными евреями. Врач, который прибыл с ротой, перевязал раненых. Командиры оказали поддержку вдовам и сиротам, а также велели местным крестьянам привезти телеги, собрать на них убитых и похоронить их. Когда они увидели, что евреи Борщаговки находятся в постоянной опасности, они предложили выжившим оставить местечко и пойти с ними. К ним присоединились 40 семей, которые ушли вместе с ротой. Лишь несколько семей задержались примерно на два часа, желая собрать остатки своих вещей, чтобы взять их с собой. После этого они поехали вслед за солдатами в Сквиру. Но в дороге на них напали боевики, которые отобрали все их деньги и вещи. Ограбленные вернулись в Борщаговку голые, босые и без имущества. Те немногие, которые остались в Борщаговке, все время лежали, спрятавшись в ямах и подвалах, и боялись показаться снаружи. Они ожидали помощи из Сквиры. На следующей неделе, в понедельник, в город опять пошли войска Соколова. Они грабили то малое, что еще оставалось, но не убивали. К вечеру в христианском доме вспыхнул пожар. Евреев обвинили в том, что это они подожгли дом. Боевики разошлись по городу, поджигая еврейские дома и пытаясь найти укрытия. Каждого найденного еврея они бросали в огонь. Таким образом были сожжены 150 человек, в большинстве своем женщины и дети. Пожилая женщина 70 лет, увидав, как боевики хватают людей и кидают их в пламя, побежала к реке, бросилась в воду и утопилась. В местечке осталось очень малое количество еврейских семей, которые прятались, лежа в укрытиях. Местные крестьяне палили из ружей каждую ночь, чтобы запугать евреев, и чтобы те ушли из города. В субботнюю ночь оставшиеся евреи покинули этот город, и под покровом ночи бежали в Дзюньков, расположенный в восьми верстах от Борщаговки. Там они наняли милиционеров, чтобы те сопроводили их назад в Борщаговку, в надежде найти под развалинами спрятанные деньги. Но их усилия были тщетными. Местные крестьяне их опередили. Они начали искать под развалинами, нашли спрятанные евреями клады и взяли их себе»[3].
Из воспоминаний Рахиль Карп: Банда Соколовского потребовала у евреев крупную сумму денег. Бандиты взяли 25 заложников и заперли их в синагоге. Евреи не смогли собрать деньги, и 20 заложников были убиты. Село сожгли с трех сторон. Жители активно участвовали в погромах. Самым известным из них был поляк Антон Липинский, который возглавлял банду и убил многих евреев в селе.
Всего во время погромов было убито до 600 местных евреев.
После погромов население бежало в Сквиру или Тетиев. В Сквире большинство беженцев умерли от голода или тифа. В Тетиеве большинство евреев были убиты во время кровавого погрома.
Доклад о бедственном положении евреев в Борщаговке подписали трое жителей: Яков Мальский, Хаим Левенберг и Йосеф Цап. После установления советской власти в 1920-х годах в местечко вернулось много евреев.
В 1920-х годах в городе была еврейская школа. В 1920–1930-х годах еврейская молодежь после окончания школы уезжала из города в более крупные населенные пункты СССР.
Евреи были ремесленниками, сапожниками, портными, жестянщиками. Павелецкий занимался закупками зерна.
Здание синагоги располагалось на центральной улице города, недалеко от церкви и собора. Синагога была двухэтажным зданием. В 1920-х годах она перестала функционировать как синагога. Здание было разрушено во время Второй мировой войны.
Еврейское население, как и нееврейское, пострадало от голода 1933 года.
До войны в Борщаговке проживало несколько десятков евреев.
В октябре 1941 года гитлеровцами было расстреляно 36 евреев. После того как евреев убили, их дома разграбили.
Только одна еврейка, Раиса Плотица, пережила оккупацию.
Большая часть информации о евреях Борщаговки после революции была получена из интервью с уроженкой Борщаговки Рахиль Карп, которое она дала Фонду «Шоа» в 1990-х годах. Вся ее семья не эвакуировалась из местечка в 1941 году и была расстреляна в Погребище. В интервью для Фонда Шоа в 1998 году Рахиль Карп рассказала, что ее назвали в честь бабушки, которая умерла от горя после того, как ее мужа и двух сыновей убили во время погрома 1919 года. Ее мужа и младшего сына сожгли в синагоге в Борщаговке, а старший сын Мошко погиб во время погрома в Тетиеве. В то же время была убита часть семьи матери Рахиль Карп — ее брат Исаак Альперт, беременная сестра Малия с двумя детьми и ее муж.
Летом 2022 года исследователь приехал в одну деревню в поисках следов присутствия евреев и обнаружил лишь остатки разрушенного еврейского кладбища и несколько фрагментов надгробий.