Синдром аспирации мекония

Материал из Циклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Синдро́м аспира́ции меко́ния (САМ)— респираторное расстройство у новорожденных, возникающее как следствие аспирации мекониальных околоплодных вод и ведущее к развитию дыхательной недостаточности[1].

История[править]

Ключевую роль в описании САМ как самостоятельного патологического процесса сыграли работы Г. С. Грегори (Gregory G.A.) и его коллег (1974). Они детально описали клиническую картину, рентгенологические данные и патофизиологию синдрома[2].

Классификация[править]

Классификация мекониального окрашивания околоплодных вод[3]

Синдром аспирации мекония

Болезнь человека





I. По времени появления мекония:

  1. Раннее окрашивание
    • Признак: Излитие околоплодных вод уже происходит с примесью мекония.
  2. Позднее окрашивание
    • Признак: Меконий появляется в водах в процессе родов, при этом изначально амниотическая жидкость была светлой.

II. По шкале оценки цвета и густоты (в баллах):

  • Цвет:
    • 1 балл: Зеленоватая окраска
    • 2 балла: Зеленая окраска
    • 3 балла: Желто-коричневая окраска («старый» меконий)
  • Консистенция (густота):
    • А: Жидкие
    • Б: Умеренно густые
    • В: Густые

Эпидемиология[править]

Мекониевое окрашивание околоплодных вод (МОВ), которое является предпосылкой для развития САМ, наблюдается примерно в 10–13% случаев всех родов. Из числа новорожденных, появившихся на свет в мекониевых водах, респираторный дистресс (которым может являться и САМ) развивается примерно у 4%[4][5].

Риск развития респираторных нарушений у младенцев, рожденных в мекониевых водах, чрезвычайно высок и в 100 раз превышает вероятность их появления у детей, рожденных в прозрачных околоплодных водах. Эта закономерность сохраняется даже при отсутствии явных признаков дистресса плода во время родов или необходимости в реанимационных мероприятиях после рождения[4].

Выявлены четкие группы риска по развитию синдрома аспирации мекония. К ним относятся[5]:

К факторам, ассоциированным с отхождением мекония и, как следствие, с риском аспирации, относятся состояния, вызывающие дистресс плода: плацентарная недостаточность, сдавливание пуповины, преэклампсия, маловодие, ЗВУР и злоупотребление матери табаком и кокаином[5].

Отмечается положительная тенденция: в развитых странах частота случаев мекониальной аспирации со временем снизилась. Это связывают с совершенствованием акушерской помощи, в частности, с практикой недопущения перенашивания беременности дольше 41 недели[4][5].

Этиология[править]

Первичной причиной развития САМ является гипоксический стресс у плода. В норме выход мекония из кишечника предотвращается низким уровнем мотилина (отсутствие перистальтики) и тоническим сокращением анального сфинктера[4].

Под воздействием гипоксии происходят два ключевых события, приводящих к синдрому:

  1. Выделение мекония в околоплодные воды: Гипоксия вызывает рефлекторное расслабление анального сфинктера и стимулирует перистальтику желудочно-кишечного тракта, что приводит к выходу мекония в амниотическую жидкость.
  2. Аспирация мекониальных вод: гипоксия стимулирует у плода дыхательные движения, в результате которых заглоченные мекониальные околоплодные воды попадают в дыхательные пути.

Таким образом, этиология САМ является двухэтапной: сначала гипоксия приводит к загрязнению околоплодных вод меконием, а затем — к их аспирации в легкие плода[4].

Патогенез[править]

Патогенез САМ начинается с внутриутробного стресса плода (гипоксия, ацидоз, инфекция), который вызывает вагусную реакцию. Это приводит к усилению перистальтики кишечника и расслаблению анального сфинктера, в результате чего меконий попадает в околоплодные воды (МОВ)[1].

Аспирация мекониальных вод происходит либо внутриутробно во время эпизодов гипоксии, стимулирующих дыхательные движения, либо во время первых вдохов после рождения. Попадание мекония в лёгкие запускает несколько взаимосвязанных патофизиологических механизмов[1]:

  1. Механическая обструкция дыхательных путей:
    • Мекониевые пробки закупоривают дыхательные пути.
    • Частичная обструкция создает клапанный механизм: воздух поступает на вдохе, но не выходит на выдохе, что приводит к гиперинфляции и образованию воздушных ловушек.
    • Полная обструкция вызывает ателектаз (спадение) участков лёгкого.
    • Это приводит к несоответствию вентиляции и перфузии (V/Q), тяжелой гипоксемии и может осложниться утечкой воздуха (пневмоторакс, пневмомедиастинум).
  2. Химическое воспаление и активация воспалительного каскада:
    • Меконий распознается иммунной системой как чужеродный агент, что запускает реакцию врожденного иммунитета (возможно, через толл-подобные рецепторы и систему комплемента).
    • Меконий является хемоаттрактантом для нейтрофилов и источником провоспалительных цитокинов (ИЛ-1, ИЛ-6, ИЛ-8, ФНО-α), что приводит к массивной клеточной инфильтрации и развитию химического пневмонита.
    • Воспаление вызывает повреждение легочной ткани, апоптоз клеток и повышает риск бактериальной суперинфекции.
  3. Дисфункция и инактивация сурфактанта:
    • Компоненты мекония (особенно свободные жирные кислоты, желчные кислоты) непосредственно инактивируют сурфактант, покрывающий альвеолы.
    • Это нарушает его функцию по снижению поверхностного натяжения, что приводит к коллапсу альвеол (ателектазу).
  4. Развитие персистирующей лёгочной гипертензии (ПЛГН):
    • Вышеперечисленные механизмы (гипоксия, ацидоз, перерастяжение лёгких) вызывают вазоконстрикцию (сужение) лёгочных сосудов.
    • Хроническая внутриутробная гипоксия также может приводить к гипертрофии гладкой мускулатуры лёгочных артерий.
    • Это приводит к резкому повышению сопротивления в малом круге кровообращения, шунтированию крови справа налево (минуя лёгкие) и тяжелой, рефрактерной гипоксемии.

Диагностика[править]

Клиническая картина[править]

Диагностика синдрома мекониальной аспирации начинается с оценки клинической картины, основанной на анамнезе и физикальном осмотре. Ключевым критерием является развитие респираторного дистресса у новорождённого, который появился на свет в условиях мекониально-окрашенной околоплодной жидкости. Характерным признаком является стойкая дыхательная недостаточность, проявляющаяся в необходимости назначения дополнительного кислорода для поддержания сатурации выше 92%. Важным диагностическим ориентиром служат временные рамки: потребность в респираторной поддержке возникает в первые 2 часа жизни и сохраняется не менее 12 часов. При этом принципиально важно исключить другие причины дистресса, такие как врождённые аномалии развития дыхательных путей, лёгких или сердца, которые могли бы объяснить симптоматику[4].

Лабораторная диагностика[править]

Основным методом лабораторной диагностики, позволяющим объективно оценить степень дыхательной недостаточности, является анализ газов артериальной крови. У младенцев с САМ данный анализ типично выявляет сочетание гипоксемии (снижения парциального давления кислорода - PaO₂) и гиперкапнии (повышения парциального давления углекислого газа - PaCO₂). Эти изменения отражают нарушение газообмена в лёгких вследствие обструкции дыхательных путей, воспалительной реакции и спадения альвеол[4].

Инструментальная диагностика[править]

Инструментальная диагностика играет решающую роль в подтверждении диагноза, оценке тяжести поражения лёгких и выявлении осложнений. На начальном этапе обязательным методом является рентгенография органов грудной клетки. На рентгенограммах вначале могут визуализироваться линейные уплотнения, которые по мере развития патологического процесса прогрессируют до классической картины: гиперинфильтрации (вздутия) лёгких в сочетании с диффузными очаговыми уплотнениями. У 10–30% младенцев с САМ рентгенологически диагностируется такое осложнение, как утечка воздуха (пневмоторакс, пневмомедиастинум). В качестве высокоинформативного и неинвазивного метода динамического наблюдения в условиях отделения интенсивной терапии все шире применяется ультразвуковое исследование легких. Для САМ характерны следующие ультразвуковые признаки: множественные линии В, свидетельствующие об интерстициальном отёке, участки уплотнения легочной ткани, ателектазы и воздушные бронхограммы. Поскольку жизнеугрожающим осложнением САМ является персистирующая легочная гипертензия (ПЛГ), золотым стандартом для её подтверждения служит эхокардиография. Ключевыми эхокардиографическими признаками ПЛГ являются дилатация правого желудочка, трикуспидальная регургитация, которая наблюдается у 60–85% пациентов, а также визуализация право-левого шунтирования крови через открытый артериальный проток или овальное окно[4].

Дифференциальная диагностика[править]

Дифференциальная диагностика САМ включает в себя выявление других причин дыхательной недостаточности. К ним могут относиться транзиторное тахипноэ новорождённых (возникает у младенцев, рождённых на сроке от 34 до 37 недель беременности, и обычно проходит в течение 24 часов), сепсис, пневмония и врождённый порок сердца[4].

Лечение[править]

Лечение синдрома аспирации мекония представляет собой комплексный многоэтапный процесс, направленный на поддержание адекватного дыхания, стабилизацию состояния новорожденного и профилактику осложнений[6]:

  • Первичные реанимационные мероприятия в родильном зале начинаются с немедленной санации верхних дыхательных путей. При рождении ребенка с мекониальной аспирацией необходимо сразу же отсосать содержимое из ротоглотки и носовых ходов с помощью катетера. Если у новорожденного отмечается угнетение центральной нервной системы, нарушение дыхания или мышечная гипотония, показана интубация трахеи с последующей санацией дыхательных путей через эндотрахеальную трубку.
  • Респираторная поддержка является основным компонентом лечения. При умеренной дыхательной недостаточности применяют кислородотерапию через носовые канюли или лицевую маску. При более тяжелых формах показана респираторная поддержка с созданием постоянного положительного давления в дыхательных путях (CPAP). В случаях выраженной дыхательной недостаточности, при нарастающей гипоксемии и гиперкапнии переходят к искусственной вентиляции легких. Современные подходы рекомендуют использование щадящих режимов вентиляции с ограничением пикового давления и дыхательного объема для минимизации баротравмы. При рефрактерной дыхательной недостаточности может применяться высокочастотная осцилляторная вентиляция.
  • Медикаментозная терапия включает назначение антибактериальных препаратов широкого спектра действия, поскольку меконий создает благоприятную среду для развития бактериальной инфекции, а клиническая и рентгенологическая картина часто неотличима от пневмонии. При выраженном болевом синдроме и для синхронизации с аппаратом ИВЛ применяют седативные и анальгезирующие средства. Для стабилизации гемодинамики могут использоваться инотропные препараты. При развитии персистирующей легочной гипертензии применяют ингаляции оксида азота, который обладает селективным сосудорасширяющим действием на легочные сосуды.
  • Адъювантная терапия включает применение сурфактанта, который может частично нивелировать инактивирующее действие мекония на эндогенный сурфактант. При тяжелых формах САМ с развитием рефрактерной дыхательной недостаточности рассматривается возможность проведения экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО). Важное значение имеет поддерживающая терапия, включающая коррекцию метаболических нарушений, поддержание адекватного теплового режима и нутритивной поддержки.

Длительность и интенсивность терапии определяются тяжестью состояния ребенка и степенью дыхательной недостаточности. Прогноз зависит от своевременности начатого лечения, наличия сопутствующих осложнений и адекватности проводимой респираторной поддержки[6].

Прогноз[править]

Внедрение в клиническую практику таких методов лечения, как терапия сурфактантом и экстракорпоральная мембранная оксигенация (ЭКМО), позволило существенно снизить показатели смертности. Так, ретроспективные исследования демонстрируют снижение уровня летальности с 4.2%, отмечавшегося в период с 1973 по 1987 год, до 1.2% в период с 1997 по 2007 год[4].

Несмотря на обнадеживающие данные о выживаемости, долгосрочные последствия и заболеваемость среди выживших младенцев остаются серьезной проблемой. К независимым факторам, ассоциированным с повышенным риском смертности, относятся[4]:

  • Низкие показатели по шкале Апгар (<3)
  • Необходимость в искусственной вентиляции легких (ИВЛ) продолжительностью более 48 часов
  • Потребность в повторном назначении вазопрессорных препаратов для поддержания гемодинамики
  • Назначение антибиотиков широкого спектра действия (например, цефотаксима), что может отражать тяжесть состояния и сопутствующие осложнения

Что касается отдаленных последствий, у выживших детей наблюдается повышенная распространенность респираторной патологии. У младенцев, перенесших длительную искусственную вентиляцию легких, существует риск развития бронхолегочной дисплазии (БЛД). Исследования также показывают повышенную частоту астматических симптомов и аномальной бронхиальной реактивности в этой группе пациентов[4].

Наиболее серьезную обеспокоенность вызывают неврологические исходы. Примерно у 21% выживших после САМ в отдаленном периоде наблюдаются такие последствия, как детский церебральный паралич (ДЦП) или задержка общего развития, что подчеркивает важность последующего длительного наблюдения за этими пациентами[4].

Профилактика[править]

Профилактикой САМ является уменьшение частоты переношенной беременности – индукция родов после 41 недели связана со значительным уменьшением частоты САМ по сравнению с выжидательной тактикой. Используемые профилактические стратегии малоэффективны в связи с тем, что аспирация мекония обычно происходит в пренатальном периоде[7].

Примечания[править]

  1. 1,0 1,1 1,2 Monfredini C., Cavallin F., Villani P. E., and other Meconium Aspiration Syndrome: A Narrative Review англ. // Basel. — 2021. — том 3. — № 8. — С. 230. — DOI:10.3390/children8030230
  2. Gregory G. A., Gooding C. A., Phibbs R. H., & Tooley, W. H. Meconium aspiration in infants--a prospective study англ. // The Journal of pediatrics. — 1974. — том 6. — № 85. — С. 848–852. — DOI:10.1016/s0022-3476(74)80358-6
  3. Буштырева И. О., Чернавский В. В., Колганова А. А. Синдром аспирации мекония // Саратовский научно-медицинский журнал. — 2010. — № 2.
  4. 4,00 4,01 4,02 4,03 4,04 4,05 4,06 4,07 4,08 4,09 4,10 4,11 4,12 Dini G., Ceccarelli S., Celi F., and other Meconium aspiration syndrome: from pathophysiology to treatment англ. // Ann Med Surg. — 2024. — том 4. — № 86. — С. 2023–2031. — DOI:10.1097/MS9.0000000000001835
  5. 5,0 5,1 5,2 5,3 Olicker A. L., Raffay T. M., Ryan R. M. Neonatal Respiratory Distress Secondary to Meconium Aspiration Syndrome англ. // Children (Basel). — 2021. — том 3. — № 8. — С. 246. — DOI:10.3390/children8030246
  6. 6,0 6,1 Zaichkin J. G. Neonatal Resuscitation: Neonatal Resuscitation Program 7th Edition Practice Integration. англ. // Critical care nursing clinics of North America. — 2018. — том 4. — № 30. — С. 533–547. — DOI:10.1016/j.cnc.2018.07.009
  7. Овсянников Д.Ю., Бойцова Е.В., Жесткова М.А. и др. НЕОНАТАЛЬНАЯ ПУЛЬМОНОЛОГИЯ рус. // Севен-Принт : Коллективная монография. — 2022. — С. 66–80. — ISBN 978-5-91556-757-2.

Литература[править]

Шаблон:Педиатрические состояния, возникающие в перинатальном периоде

Рувики

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Рувики» («ruwiki.ru») под названием «Синдром аспирации мекония», расположенная по адресу:

Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC-BY-SA 4.0 и более поздних версий.

Всем участникам Рувики предлагается прочитать материал «Почему Циклопедия?».