Василий Васильевич Варгин

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
VVVargin.jpeg
Искатели. Завещание миллионера (17.10.2007) [38:14]

Василий Васильевич Варгин (13 января 1791 — 9 января 1859) — выдающийся русский коммерсант.

Отдал казне здание московского Малого театра, стоящее до сих пор.

Трагическая жизнь купца является определенным символом всей государственной системы России.

Содержание

[править] Происхождение

Происходил из монастырских крестьян владычного монастыря в Серпухове. Семья крепостных холопов тогда не имела даже собственной фамилии — не положено было по статусу[1]. Дети учились грамоте у приходского дьячка, на том образование и заканчивалось.

Вся семья проживала в двухэтажном каменном доме и занималась коммерческой деятельностью: дедушка Василий Алексеевич, крепостной холоп, служивший приказчиком у владельца фабрики по производству парусины Кишкина[2], организовал семейный подряд — вязание и продажу варежек: вязанием занималась женская часть семьи — жена и невестки главного семейного бизнесмена, а тяжкое бремя сбыта продукции взяли на себя мужчины. Дело пошло так хорошо, что семья социально возросла и даже получила фамилию: от слова варежки — варьги — Варгины. Стали заниматься еще и продажей холста[3].

И еще мальчиком будущий самый богатый человек Российской империи помогал взрослым, познавая азы профессии. Хотя поначалу его больше интересовали духовные книги, он даже подумывал уйти в монастырь[3][1]. Однако семейное дело требовало серьезных занятий. Приходилось подчиняться деду и дядям, но приверженность христианским идеалам останется в его душе навсегда.

Отец будущего выдающегося коммерсанта звался, как и дед, Василием; такое же имя получил и его сын, став таким образом в семейной иерархии Василием Васильевичем Варгиным-2[2].

Семья богатела, нашлись материальные возможности выкупиться из крепостных — и из крестьян перешла в сословие купцов[3] — это было важно для России, где патриархальности и сословности придавалось особое значение.

[править] Начало коммерции

А уже в 16-17 лет юный коммерсант Василий Васильевич Варгин-2 получил первый самостоятельный подряд на казну — поставку холста в армию[4]. В 1805 году Россия вступила в военный конфликт: русско-австро-французская война (это была еще не Первая Отечественная война с Францией 1812 года — не путать!). Военные действия требовали усиленного снабжения армии обмундированием. Государство, как правило, мало платило за свои заказы, и купцы считали большой удачей, когда удавалось уклониться от государственного внимания, поэтому дружно перевели стрелки на начинающего неопытного Василия Варгина[3]. О, если бы они знали, как ошиблись в своих намерениях и планах. Молодой человек не просто справился с заданием — он приобрел очень важного сановного покровителя в лице будущего военного министра графа А. И. Татищева, уже тогда занимавшего высокие посты в Москве — московское дворянство избрало Татищева сначала московским уездным начальником, а затем бригадным начальником подвижной милиции.

[править] Монополист

Вряд ли отношения между Татищевым и Варгиным можно назвать дружбой в нашем понимании этого слова — слишком велика оказалась разница между потомственным дворянином и недавним выходцем из крепостного крестьянства. И все-таки… — что-то подобное было. Честный купец, поставлявший продукцию по явно заниженным ценам — государству и армии, явно из патриотических порывов — не мог не вызвать симпатий честного министра. Росла карьера Александра Ивановича Татищева — росло производство поставок в русскую армию от Василия Васильевича Варгина. Он продавал товар по таким дешевым ценам, что все конкуренты были биты. С 1808 года Варгин стал единственным поставщиком в армию холстины, а затем и сукна, и скоро стал владельцем полотняных фабрик в Вяземах, Костроме, Переславле, имел закройню и киверную фабрику в Москве[2].

Трёхэтажный дом № 16 по Пятницкой улице принадлежал купцам Варгиным в XIX веке. В его основе флигель большой купеческой усадьбы XVIII столетия купца Р. И. Журавлёва. Главный дом сгорел в пожаре 1812 года. Впоследствии он был восстановлен и над ним надстроен мезонин. В конце 1820-х годов всё огромное владение перешло к Варгиным. В части помещений размещалось мелкое производство.

К моменту начала войны 1812 года Варгин оказался единственным поставщиком, снабжавшим одеждой всю русскую армию. Ему в это время был 21 год. Во время войны армия спешно пополнялась новыми рекрутами — требовалось все больше поставок товаров. Сколько бы купцов нашлось, чтобы не сыграть на этом, не завысить цены на поставку материалов для армии — наверняка немало. А вот снизил цены для нужд армии тогда только один — Василий Васильевич Варгин. Татищев писал, что именно В. В. Варгин помог армии и стране «преодолеть все трудности в заготовлении вещей и, благодаря низким ценам, сохранить казне многие миллионы <…> Варгин действовал как гражданин, разделяющий душевно общее несчастье, хотя мог бы тогда потребовать двойную цену, и принуждены были бы платить даже еще дороже, лишь бы не оставить войска без вещей. Но воспользоваться барышами во время государственного замешательства Варгин почитал делом недостойным и несогласным с его чувствами; напротив, он выполнял поставки, сколько известно, с пожертвованиями своего капитала». Татищев хорошо знал все обстоятельства — упущенная Варгиным прибыль за время войны 1812 года составила более 30 млн руб.![3]

Такие заслуги были оценены — он получил награды: ему была пожалована медаль «За усердие», осыпанная бриллиантами, а также ему и его брату Борису было присвоено звание потомственного почетного гражданина[2][1], и после окончания войны Варгин оставался единственным поставщиком-монополистом. Сегодня это считается нарушением бизнес-правил, а монополисты, упраздняющие конкуренцию, подвергаются жестким штрафам — монополисты-частники мешают развитию экономики не менее монополиста-государства. Но в начале 19 столетия в России никто и подумать еще не мог о подобных правилах — капитализм зарождался в феодально-крепостнической стране, где крепостное право официально было упразднено лишь в 1861 году. Никаких законов Варгин не нарушал, так государство в знак благодарности само решило отметить его, сделав своим единственным поставщиком-монополистом: деятельность купца была расценена как патриотическая, что выразилось в количестве наград: торговая эмблема Варгиных представляла собой вензель «ВВ» со шлемом Меркурия над ним, за вензелем перекрещены элементы торговой атрибутики, под вензелем изображены награды Василия Васильевича, три медали: посредине — медаль «За усердие», слева — медаль за 1812 год (серебро на голубой андреевской ленте), справа — купеческая медаль за 1812 год, сословная (бронза на аннинской ленте, ею награждались купцы, пожертвовавшие на военные потребности не менее десяти частей своего капитала)[2].

Василий Васильевич Варгин на долгие годы оказался монополистом в армейских поставках — он не завышал цены, что устраивало и его самого, и его покупателей, ведь он был единственным. Его богатство росло и вызывало немалую зависть конкурентов.

Богатство Варгина не знало себе равных — он имел великолепную коллекцию бриллиантов, содержал церковный хор (в этом хоре при церкви Николы Явленного в Серебряном переулке у Арбата начинал свою певческую карьеру выдающийся русский певец Александр Олимпиевич Бантышев[5][6]), был владельцем нескольких домов в Москве, жил по соседству с самим генерал-губернатором и продолжал скупать новые земли.

Среди домов во владении В. В. Варгина был дом на углу Кузнецкого моста и Лубянки, который сломали ещё до революции; затем на его месте было возведено здание Народного комиссариата иностранных дел (затем КГБ), там сейчас стоит памятник Воровскому, установленный в 1924 году[7][8].

В 2013 году Екатерина Мангуби-Черкес, называющая себя последним потомком купцов Варгиных (то есть из большого рода никого не осталось, все ушли), опубликовала в Интернете воспоминания «Записки старой москвички»: "Василий Васильевич имел в Москве ещё несколько собственных домов, один из них — на Тверской, напротив памятника генералу Скобелеву. В первом этаже — магазин «Сиу и Ко. У меня есть пасхальное яичко фарфоровое, внутри которого сохранилась бумажная наклейка „Магазин Сиу и Ко ул. Тверская дом Варгина“. Сам Василий Васильевич был человек бездетный, но будучи очень добрым по натуре (как у нас в семье говорили — „варгинская доброта“), он помогал материально семейству своего брата Бориса Васильевича. Его сын — мой дед Василий Борисович — родился в Москве, на Пречистенке, в красивом старинном особняке, сейчас он перестроен. У мамы сберегалась картина московского художника: внутреннее убранство гостиной и семья Варгиных, мой дед — мальчик за фортепьяно, рядом его сестра и родители. К сожалению, картина эта во время Великой Отечественной войны пропала, так же как пропали и все документы»[9].

  • Сам В. В. Варгин до установки памятника Скобелеву не дожил — памятник появился в 1912 году и стоял на том месте, где ныне находится памятник Юрию Долгорукому на Тверской площади, а сама площадь получила тогда название «Скобелевская площадь»; это название площади было упразднено одновременно со сносом памятника Скобелеву в 1918 году. Автор воспоминаний написала о памятнике как об ориентире, чтобы было понятно, о каком именно месте Москы идет речь. А рядом находилось ведомство московского генерал-губернатора[10][11]. Ныне здесь же находится Московская мэрия.

[править] Дом-контора Варгиных

VVVargDomkontora.jpg

Дом-контора купцов Варгиных, постройка 1798—1845 годов, ныне филиал музея Л. Н. Толстого (Москва, Пятницкая ул., дом 12).

В первой половине 19 века два рядом стоящих дома принадлежали братьям купцам Варгиным: одно — Василию Васильевичу, другое — Борису Васильевичу.

Несколько позже, когда владельцем стал московский купец Яков Васильевич Варгин, в этом доме снимал меблированную комнату офицер, начинающий литератор Лев Николаевич Толстой, выйдя в отставку после участия в обороне Севастополя (Оборона Севастополя проходила в 1854—1855 гг.).

Это здание — ныне филиал музея Льва Толстого, который включает в себя оба дома братьев Варгиных, Василия Васильевича и Бориса Васильевича.

[править] Малый театр

Дом купца Варгина, где открылся Малый театр в 1824 году

Сгоревшая после пожара в войне 1812 года Москва заново отстраивалась. Главным архитектором новой Москвы стал Джузеппе Бове. По его проекту река Неглинка была признана некошерной и нарушающей природную красоту второй столицы, поэтому было принято решение заковать ее, бедолагу, на веки вечные, что и было исполнено: в 1819 году реку Неглинку заключили в трубу[12]. С исчезновением реки Москва стремительно меняла обличье: был за ненадобностью разобран Кузнецкий мост, от которого осталось только название, высох Самотечный пруд… Осушенные земли продавались. Варгин скупил немалый участок прямо над закованной Неглинкой и стал возводить фундамент под строительство большого дома.

Рядом с его строительством проходила другая стройка: на этом месте находилось пепелище — еще в 1805 году там сгорел бывший театр Меддокса, перешедший в связи с материальной несостоятельностью хозяина в императорскую казну. Теперь там заново отстраивалось театральное здание — впоследствии получившее название Большой театр. Два строения стояли рядом, единым архитектурным ансамблем. А Москва нуждалась еще в театральных помещениях. Московские власти предложили купцу договор об аренде его дома. Василий Васильевич Варгин не только легко согласился на это, он взял на себя расходы по переделке помещения под театр. За два месяца архитектор Бове внес значительные дорогостоящие изменения, а оба здания, — впоследствии получившие название Большой и Малый театры, — были соединены большим подземным коридором. 14 октября 1824 года состоялось первое представление в «Новом Московском Малом театре в доме Варгина на Петровской площади» (ныне Петровская площадь хорошо известна под названием Театральная). До 1829 года контора императорских московских театров арендовала дом Варгина, а затем выкупила здание у купца за 158 тысяч рублей[3] — не столь большая сумма, учитывая затраты на этот дом самого Варгина и покрывшая лишь часть стоимости. По сути дела, В. В. Варгин продал здание с ущербом для себя.

Екатерина Мангуби-Черкес привела цитату из сохранившейся у нее старой подшивки газеты «Вечерняя Москва»: «…В 1818 году, когда река Неглинка была заключена в трубу, выдающийся архитектор О.Бове и владелец земельного участка купеческий сын В.Варгин предложили свой план застройки Петровской площади (впоследствии Театральной). Первым вырос дом Варгина — с концертным залом и магазином на первом этаже, в арочной галерее. Через несколько лет, по просьбе театральной дирекции, Варгин в кратчайший срок — за два месяца! — перестроил это помещение для московской драматической труппы, основанной ещё в 18 веке» — и воспоминала сама: «А в советское время моя мама, Ольга Васильевна, имела постоянный абонемент на спектакли Малого театра, разрешённый его директором А. И. Южиным (Сумбатовым), и даже на столетний юбилей театра в 1924 году, мы получили специальное приглашение»[9].

Ныне у входа в Малый театр стоит памятник выдающемуся русскому драматургу А. Н. Островскому (скульптор — Н. А. Андреев, архитектор — И. П. Машков), установленный в 1929 году. Памятника Василию Васильевичу Варгину — нет. Более того — он вообще не предусмотрен.

[править] Наветы

Пока шло строительство театральных зданий, в Российской империи назревали изменения. В конце 1825 года российский трон занял новый император Николай Первый. При такой власти он оказался случайно — государственным наукам учили старших братьев. Случайный человек на троне, да еще напуганный в самом начале своего царствия восстанием декабристов, Николай Павлович, хоть и понимал, что Россия нуждается в реформах, — не знал, как их начать, а потому начал с совсем другого — с борьбы с внутренними врагами — а это дело нескончаемое, из которого, начав, никогда не выйти.

В 1827 г. военным министром был назначен А. И. Чернышев, личный враг Татищева[4] — любимец Николая I, еще в день его коронации возведенный в графское достоинство[13]. Чернышев на новом посту стал нещадно мстить Татищеву. В поле мести попадало все, имеющее хоть какое-то отношение к Татищеву. Одной из первых жертв ненависти нового военного министра не мог не стать коммерсант Варгин, сколотивший к этому времени весьма немалое состояние. Чернышев повелел найти в делах Варгина преступную деятельность по неправедному присвоению государственного имущества, для чего была создана специальная комиссия. Однако комиссия со своей миссией не справилась и выдала самый лестный отзыв о Варгине[4]. В результате в 1830 году была создана новая комиссия, которая уже оправдала возложенное на нее доверие — документы были сфальсифицированы в нужном министру направлении, цифры приписаны, причем делалось это весьма грубо — уж слишком уверены были члены комиссии и в собственной безнаказанности, и в своем всесильном патроне: дело было сделано.

К сожалению, источники не указали имён членов этой комиссии — а весьма любопытно было бы ознакомиться с вехами их придворной карьеры.

Варгин был лишен всех своих богатств и заключен в Алексеевский равелин Петропавловской крепости, где провел 13 месяцев заключения, после чего — нищий, ограбленный, лишенный всего имущества — отправлен в Выборг. В 1832 г. он получил позволение жить в Серпухове. В 1835 г., в память о бывших заслугах, ему были возвращены некоторые имения, и одинокий купец (своей семьей он так и не обзавелся, а племянники в опальном дяде не видели для себя особо радужных перспектив) вновь принялся за торговлю, постройку домов и поправление своего расшатанного хозяйства.

Памятник В. В. Варгину. Донской монастырь в Москве

Лишь в 1842 году государственным контролем наконец было признано, что Варгину не были выплачены многие суммы, которые ретивая комиссия Чернышева приписала ему; В. В. Варгин не только ничего не должен казне, а напротив, казна ему не доплатила 1,5 млн рублей. Испуганный А. И. Чернышев продержал это заявление 5 лет, а затем лживо заверил, что по высочайшему повелению никаких расчетов с Варгиным допускать не велено. Опальному купцу ничего не оставалось, как продолжать оплачивать несуществующие долги в миллион рублей[4][3].

В 1858 году, уже в новое царствование, когда на российский трон заступил император Александр II, В. В. Варгин сам подал Александру II прошение о пересмотре его дела[1]; последовало окончательное решение варгинского дела: в результате обоюдные долги Варгина и казны были списаны со счетов, а всё его состояние возвращено ему как законному владельцу. На самом же деле это государство еще оставалось должно коммерсанту. Когда Варгину сообщили, что дело его окончено, правительство прощает ему долги, он заплакал: «Не им меня прощать — у меня надо бы им просить прощения»[3][4]. Старый человек мог спокойно доживать, не заботясь о выплате огромных денег. Однако полная реабилитация от клеветы так и не произошла.

Еще через несколько месяцев, 9 января 1859 года Василий Васильевич Варгин скончался.

Похоронен на кладбище Донского монастыря в Москве, участок 4, среди других членов своей семьи — купцов Варгиных[2].

Полная реабилитация выдающегося русского купца Василия Васильевича Варгина произошла через полтора века, когда были найдены и изучены все документы (подробнее о поиске этих документов — см. видеоролики в начале данной статьи).

[править] Источники

Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты