Таинственный ящик (водевиль)

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
«Таинственный ящик», Малый театр, постановка 2003 г.; запись 2008 г.

«Чудак-покойник, или Таинственный ящик» (фр.: Les Merluchons, ou Après deux cents ans; в дословном переводе: Семейство Мерлюшонов, или Двести лет спустя) — французский одноактный водевиль Эммануэля Теолона, Нарцисса Фурнье и Стефена Арну (Stéphen Arnoult) в переводе на русский язык П. А. Каратыгина.

Дата сочинения: 1840 год.

Язык оригинала: французский.

Содержание

[править] Французский текст

Прочитать оригинал (на французском языке) можно здесь.

Премьера прошла в парижском театре Gymnase-Dramatique 4 мая 1840 года[1][2]; главную роль — старого актера Сен-Феликса — исполнял известный французский драматический артист Юг Буффе (Hugues Bouffé)[3].

Первая публикация: 1840 г., парижское издательство Henriot[2].

[править] Действующие дица

  • Дюпре, нотариус — M. Dupré, notaire
  • Эмиль, его старший помощник — Émile, son premier clerc
  • Виконт де Ратиньер — Le vicomte de la Ratiniére
  • Виконтусса де Ратиньер — La vicomtesse de la Ratiniére
  • Дерош, писатель — Desroches, écrivain
  • Мерлюшон, заводчик — Merluchon, industriel
  • Сен-Феликс, актер — Saint-Félix, comédien
  • Жюльетта, его дочь — Juliette, sa fille
  • Мадам де Корне, продавщица табака — Mme de Cornet, marchande de tabac
  • Младший клерк — Le petit clerc
  • Клерк — Un clerc[3]

[править] Перевод

Жанр легкого непринужденного водевиля заполонил Францию первой половины XIX столетия. Париж этого времени центр моды. То, что модно в Париже, модно во всем мире. И Россия, не желающая отставать в моде, немедленно воспроизводила на своих сценах парижские постановки.

Однако в русских переводах французские пьесы обычно претерпевали некоторые изменения: иногда — значительные, иногда — не очень. Уж слишком не соответствовали друг другу быт Франции и Российской империи середины 19 столетия. Некоторые авторы даже при переводе французских произведений меняли имена персонажей с французских — на русские и вводили какие-то специфические русские бытовые черты — правда, сюжет при этом не менялся, водевиль все равно оставался французским — легким, искрометным, веселым и обязательно со счастливым концом.

Петр Андреевич Каратыгин, драматический артист Петербургской императорской труппы, был известен и как переводчик множества французских водевилей для русской сцены; часто он сам был первым исполнителем какой-либо роли в них.

Взявшись за перевод французского водевиля Les Merluchons, ou Après deux cents ans, он в первую очередь изменил название: если французские драматурги написали: через двести лет, то в русском переводе сотня лет исчезла, и в русском варианте водевиль в названии вообще утерял дату, а само действие обозначено было как сто лет назад. И это неслучайно. В водевиле речь идет о нотариусе, который должен вскрыть завещание через двести лет после кончины завещателя. А тут — простая арифметика: 1840 год минус 200 лет = 1640 год. В это время в России и речи не могло быть о юридических аспектах такого уровня. Даже при абсолютной условности театрального искусства подобное выглядело бы уж слишком нелепо. Поэтому в русском водевиле действие перенесено на сто лет; таким образом — по русской версии — завещание составлено в середине 18 века, то есть в 1740-х годах… Ну, кто его знает, может… — это все же ближе к истине.

Куплеты к спектаклю сочинил сам же Петр Андреевич Каратыгин.

Российская премьера состоялась 10 сентября 1841 г. в Петербургской императорской труппе.

Русский перевод (а точнее переделка) пьесы был опубликован в 1842 году: Репертуар русских и Пантеон иностранных театров (РиП), издательство И. Песоцкого. 1842, книга № 12.

[править] Краткий сюжет

Нотариус Дюпре собирает все семейство Мерлюшонов, чтобы зачитать завещание, составленное их предком двести (в русском варианте — сто) лет назад. За это время семейство разрослось, многие потомки завещателя живут уже под другими фамилиями, они — люди самые разные: у кого-то собственные фирмы, а у кого-то жизнь материально не сложилась, как, например, у артиста Сен-Феликса, который страстно влюблен в театр и готов исполнять все роли, но увы — обделен талантом, и публика на его выходы только шикает. И лишь любящая дочь Джульетта привычно утешает отца. Впрочем, у Джульетты есть еще чем заняться помимо отца — в нее страстно влюблен помощник нотариуса Дюпре — того самого нотариуса Дюпре, который занимается наследством в водевиле, — и она готова ответить на чувства молодого человека, начинающего нотариуса. Но пока отец и дочь Сен-Феликс заняты насущными заботами, они задолжали за гостиницу, и хозяйка требует оплаты — она забрала их вещи — в том числе театральные костюмы, без которых актер не может выйти на сцену, — и не отдаст, пока не получит денег. Старый актер умоляет одолжить необходимую сумму, но богатая родня, приехавшая за наследством, не желает его знать.

И вот, наконец, нотариус вскрывает завещание. Родственники внимательны: они не скрывают, что их интересует, как распределится немалое состояние. Но то, что они услышали, ошеломило их — для получения наследства необходимо выполнить условие: надеть старое рубище, хранившееся двести (сто — по российским меркам) лет, в котором их предок начинал свое дело, принесшее потом огромный капитал… Богатые родственники в ужасе от подобного условия… А для Сен-Феликса это выход из положения: все костюмы у него забрали, но старое рубище как раз подойдет для исполнения роли Башмачника Якова из оперы «Своенравная жена» (балет по тому же сюжету — «Своенравная жена» — был поставлен чуть позже). Он и надел старинную одежду…

Не сюжет главное в этом водевиле — он угадывается сразу же. Главное — создание настроения праздника, рожденного Театром.

[править] Премьера в России

Премьера прошла в бенефис автора перевода Петра Андреевича Каратыгина, 10 сентября 1841 г. на сцене Александринского театра. Роль старого актера Сен-Феликса исполнил сам Петр Каратыгин[4].

[править] В Московской императорской труппе

После премьеры в Петербургской императорской труппе водевиль прибыл в Москву — тогда четкого разделения на драматическую и музыкальную труппы еще не произошло, и Московская императорская труппа давала спектакли на двух основных сценах: в Большом театре и в Малом театре. Впервые в Москве водевиль был поставлен на сцене Большого театре 23 января 1842 в бенефис П. С. Мочалова. Водевиль замыкал большую программу из трех спектаклей[5].

После этих двух постановок водевиль был благополучно забыт.

[править] Современные постановки

А через 150 лет возродился.

Время 2000-х годов России, по определению социологов, характеризуется как общество «потребительства», иными словами — превалированием материального над духовным[6][7][8][9][10][11][12][13][14][15]. Отброшено в рухлядь всё духовное интеллигентское как ненужное и давно вышедшее из моды. Долой материальное нищенство и духовное богатство, теперь — всё наоборот! В театре это время характеризуется тоже легкими веселыми постановками; как тут не вспомнить про старинные водевили 19 столетия — и они вновь, спустя много лет, заполонили театральные подмостки.

Среди современных постановок этого водевиля:

  • Малый театр (Москва), 2003 г.
  • Щукинское училище при театре Вахтангова (Москва), дипломный спектакль, 2012 г.(режиссер-постановщик — заслуженный деятель искусств России, профессор М. Б. Борисов[16])[17].

[править] Малый театр, 2003 г.

Московский Малый театр обратился к французскому водевилю в переводе Петра Каратыгина «Чудак-покойник, или Таинственный ящик». Сценическую редакцию осуществил актёр Малого театра, народный артист России Александр Клюквин, ему же принадлежат и стихи к песням. Режиссёр-постановщик — народный артист СССР Юрий Соломин (он же на премьере исполнил роль Сен-Феликса); художник — народный художник России Энар Стенберг; композиторы — народный артист России Григорий Гоберник, Владимир Мороз.

Спектакль под названием «Таинственный ящик» в двух актах был показан на сцене Малого театра 4 мая 2003 года. Правда, театр забыл, что Петр Каратыгин является не автором пьесы, а автором перевода на русский язык. А французские авторы пьесы нигде в анонсах так и не названы. Произошла и еще одна ошибка: сочинение значится 1843 годом, а на самом деле русский перевод уже был в 1841 году[18][19][20]. Но это не помешало постановке феерически праздничного музыкального представления.

Читать пьесу в переводе П. А. Каратыгина (в литературной обработке — А. В. Клюквина) здесь.

Прослушать постановку: здесь — правда, там же вы почему-то прочитаете биографию старшего брата Петра Каратыгина, драматического артиста, прославленного трагика Василия Каратыгина, зато есть возможность ознакомиться и с творчеством человека, не имеющего отношения к данному произведению, что тоже интересно и повышает кругозор.

[править] На других языках

[править] Источники

  1. Les Merluchons, ou Après deux cents ans
  2. 2,0 2,1 Les merluchons
  3. 3,0 3,1 Les merluchons, ou Apres deux cents ans
  4. Каратыгин Петр Андреевич (Марков П. А., ред. Театральная энциклопедия. Т.3. М., 1964. С.1113)
  5. РЕПЕРТУАР МАЛОГО ТЕАТРА 1840—1850 гг.
  6. Цитата: «Мощная поступь потребительства, захватившего не только столицы и большие индустриальные центры, но и регионы, провинциальные города и даже отчасти сельские поселения, заставляет более чем серьезно отнестись к этому явлению, применяя весь арсенал теоретической социологии и прикладных исследований. Потребительство (консумеризм) не временное поветрие, не краткосрочный исторический эпизод. Авторы предлагаемого исследования исходят из того, что консумеризм во многом стал следствием социальных макроизменений, прежде всего глобализации» // Потребление и консумеризм в контексте российской глокализации (грант РФФИ 2006—2009 гг., руководитель проф. Т. И. Черняева)
  7. Цитата: «Правильней сказать стихийная мораль находится в подчинении у идеологии потребительства» // Потребительство. Общественно-политический журнал
  8. Мир потребительства и деградация общества
  9. Цитата: «По широко распространенному мнению, Россия не смогла воспользоваться тремя великими шансами из-за усталости всего общества от социальных потрясений. 2000-е годы стали эпохой потребления, когда каждый стремился „оттянуться по-своему“: кто-то на яхте с девочками, кто-то с банкой пива у телевизора» // «Истеблишмент начала нулевых не воспользовался тремя великими шансами». Невское время, 28 октября 2011
  10. Потребление образов как символ российского «общества потребления» // Иллюзия земного рая. Общество сжимающегося потребления
  11. Цитата: «2000-е годы с их пафосом потребительского бума кончились, и даже те, кто благодарен этим 2000-м годам, не хотят жить в 2010-х годах, как в 2000-х. Но понятно, что, если не поменять модель общественного устройства, она будет способна воспроизводить только самое себя». Леонид Парфенов: Свобода слова явно не вошла в «потребительскую корзину». РБКdaily
  12. Цитата: «Спрос на иллюзии — вот главная примета потребительства в современной России. …в 2000-е годы рост, как правило, шёл в сфере „новой экономики“ — то есть в сфере модных игрушек, навязанных потребителю массированной рекламой. … Социальный пирог сжался до пирожка с картошкой, но Россия все еще ослеплена блеском роскоши и гламурного потребительства». Россия как общество потребления иллюзий; 08.06.2009 01:39
  13. Цитата: «Россия пройдет через все испытания безвременьем, потребительством и так далее» // Конец ли «Правого дела», или Почему у «правого» проекта в России никак не наступит будущее; радио Свобода, 11 августа 2012
  14. Цитата; «Потребительство охватило и творческих людей тоже, и это всегда сказывается на их художественных достижениях». Похождения повесы в Камерном музыкальном театре — реконструкция спектакля Бориса Покровского, 24.12.2010 02:00
  15. Клондайк потребления — о превращении России в постиндустриальное общество потребления; «Российская Бизнес-газета» № 499; автор Михаил Махлин
  16. Будущее жанра
  17. Вечер водевилей
  18. «ТАИНСТВЕННЫЙ ЯЩИК» П. А. Каратыгин
  19. Чудак-покойник, или Таинственный ящик. Малый театр. Пресса о спектакле
  20. Театральная афиша. «Чудак-покойник, или Таинственный ящик», П. Каратыгин
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты