Лунь юй

Материал из Циклопедии
(перенаправлено с «Лунь Юй»)
Перейти к навигации Перейти к поиску

Лунь юй (Беседы и суждения)

кит. 論語
Файл:Analects.JPG
«Лунь юй» в экспозиции Музея Восточной Азии (Стокгольм)
Автор
ученики и последователи Конфуция
Язык оригинала
древнекитайский






[[Категория:Литературные произведения ]]

«Лунь юй» (кит. трад. 論語, упр. 论语, пиньинь: Lún Yǔ, палл.: Лунь юй; традиционно переводится как «Бесе́ды и сужде́ния», в чешской и словацкой синологии также «Избранные изречения»[1] или «Беседы и высказывания»[2]), иногда также «Бесе́ды Конфу́ция» — конфуцианский трактат, содержащий высказывания и записи о поступках Конфуция (предположительно 551—479 гг. до н. э.), одного из важнейших философов Древнего Китая. Входит в число «Четырёх книг» («Четверокнижия»), относящихся к базовым конфуцианским канонам, и написан на древнекитайском языке (традиционными китайскими иероглифами). Автором «Лунь юя» является не сам Конфуций: памятник стал плодом традиции, сложившейся вскоре после его смерти. Изречения Конфуция первоначально передавались изустно или в виде коротких записей[Прим. 1] и в разнородных сборниках. Кодификация «Лунь юя» произошла лишь при династии Хань (206 г. до н. э. — 220 г. н. э.); с тех пор текст не претерпел существенных изменений.

Сочинение служит наиболее надёжным источником для изучения жизни Конфуция[3]. Оно делится на 20 книг (глав), которые, в свою очередь, подразделяются на параграфы (чжаны) различной длины (обычно в несколько предложений). К числу самых известных изречений «Лунь юя» относится: «Чего не желаешь себе, того не делай и другим»[4]. В «Лунь юе» содержится разъяснение большинства ключевых конфуцианских представлений и понятий, таких как человеколюбие (жэнь), исправление имён (чжэнмин), ритуал и благопристойность (ли[en]), концепция «благородного мужа» (цзюнь-цзы), Неба (Тянь) и срединного пути (чжун-юн)[3].

С начала XIV века и до 1905 года доскональное знание «Лунь юя» было неотъемлемой частью китайского образования и предметом государственных чиновничьих экзаменов. Своим сравнительно отточенным литературным стилем памятник превосходит предшествующую так называемую летописную прозу, делавшую упор скорее на практическую, нежели на художественную сторону фиксации слова. Первый перевод «Лунь юя» на европейский язык (латынь) выполнили в XVII веке миссионеры-иезуиты; на чешский язык памятник впервые был переведён в 1940-е годы Ярославом Прушеком[cs].

Конфуций и Китай его времени[править]

Конфуций (изображение 1770 года)

Китай эпохи Конфуция, то есть в VI—V веках до н. э., стоял на пороге глубоких общественных и идейных перемен. Китайская культура, первоначально распространённая лишь в бассейне Жёлтой реки, распространялась на все географические области современного Китая. Раздробленные мелкие феодальные владения начинали объединяться в более крупные образования; вершиной этого процесса стало возникновение в конце III века до н. э. династии Цинь, которая первой среди китайских династий объединила бо́льшую часть нынешнего Китая под единой властью. Прежде непреодолимая грань между знатью и простолюдинами начинала стираться. Главным представителем нового общества становился образованный книжник, устным и письменным словом направлявший общественную жизнь во всех её проявлениях. Традиционная китайская религия во главе с «Владыкой на небесах» приходила в упадок, и выше взглядов, опиравшихся на религиозные представления и традицию, ставилось суждение отдельной личности — философа. Завершалось формирование китайской культуры, расцвет переживали литература и философия, обращавшаяся главным образом к взаимоотношениям человека и общества, а также к общественному порядку в целом[5][6].

В эпоху, когда начинался весь этот социально-культурный переворот, родился Конфуций. Его жизнь овеяна множеством легенд, и с достоверностью сказать о нём можно очень немногое[7]. Выделить из многочисленных преданий достоверные биографические сведения затрудняет и то обстоятельство, что первое жизнеописание Конфуция было составлено лишь во II веке до н. э., то есть спустя несколько столетий после смерти мыслителя. Первую биографию Конфуция написал классик китайской историографии Сыма Цянь в своём труде «Ши цзи» («Исторические записки»)[7][8]. При реконструкции биографии Конфуция исследователи опираются прежде всего на сам «Лунь юй», который содержит отдельные упоминания о частной жизни Конфуция и считается наиболее надёжным источником сведений о его жизни[3].

Согласно традиции, Конфуций родился в 551 году до н. э., однако некоторые исследователи, такие как Анри Масперо, ставят эту дату под сомнение и сдвигают её на четверть века вперёд. Имя «Конфуций» представляет собой латинизированную форму его китайского именования Кун Фу-цзы (кит. 孔夫子); эта латинизация произошла в XVI веке, когда идеи Конфуция впервые были широко представлены европейскому обществу[9]. Его родной город Цзоуи (кит. 陬邑) находился в небольшом царстве Лу. Он происходил из обедневшего аристократического рода и уже с детских лет получил надлежащее образование, а в девятнадцать лет женился. В молодости он получил должность смотрителя хлебных амбаров, однако стремился поступить на государственную службу. В преддверии эпохи Сражающихся царств (ок. 475—221 гг. до н. э.) он странствовал по различным государствам и предлагал свои услуги правителям в надежде стать крупным государственным сановником. Потерпев неудачу на политическом поприще, он вернулся на родину и основал собственную школу. Благодаря известности, которую он снискал своими взглядами во время странствий по разным уделам, в его школу стали присылать юношей из знатнейших китайских семей. Частным учителем Конфуций оставался до конца своей жизни. В число своих учеников он принимал главным образом молодых людей из среды обедневшей знати[10][11].

Преподавал он, по-видимому, прямо у себя дома — как в форме наставлений, так и в форме бесед с учениками. Те учились у него прежде всего с целью получить хорошую чиновничью должность на государственной службе[12]. Согласно традиции, он дожил до 73 лет и умер в 479 году до н. э.[13] Его могила находится в Цюйфу.

Возникновение памятника[править]

«Лунь юй», книга II

После смерти Конфуция его ученики основывали собственные школы, в которых обращались различные устно и письменно передававшиеся изречения, приписываемые Конфуцию. Порой их объединяли в более крупные сборники, которые, однако, существенно отличались от известного нам сегодня «Лунь юя»[1]. Более подробные обстоятельства создания «Лунь юя» весьма туманны. По мнению словацкого синолога Марины Чарногурской[sk], существуют в основном три гипотезы того, как возник первый сборник изречений Конфуция[2]:

  1. Изречения собрали, систематизировали и свели в единый сборник книжники из числа второго поколения учеников Конфуция.
  2. Высказывания Конфуция записывали его непосредственные ученики, использовавшие их затем в учебных целях.
  3. Первый сборник изречений возник позднее как труд автора или авторов, занимавшихся изучением учения Конфуция.

Как бы ни возникали первые сборники, на протяжении веков к ним добавлялось множество материалов, не восходивших непосредственно к Конфуцию, и наоборот — некоторые подлинные высказывания Конфуция были искажены или вовсе утрачены. Отчасти это было обусловлено способом фиксации письменного слова в Древнем Китае, особенно в эпоху Сражающихся царств. Китайские иероглифы тогда записывали вертикально на узких планках из расщеплённого бамбука. Обычно одна бамбуковая планка содержала одно изречение, но случалось, что более длинные высказывания записывались и на нескольких бамбуковых дощечках. В планках просверливали небольшое отверстие, сквозь которое продевали конопляный шнур, связывавший отдельные планки с изречениями в свиток. Бамбук как недолговечный материал порой портился или ломался, а иногда рвался и сам конопляный шнур, из-за чего планки с высказываниями перемешивались. Конфуцианские книжники пытались заполнять лакуны другими изречениями Конфуция, а если таковых в их распоряжении не оказывалось, попросту дописывали текст по собственному усмотрению. В конечном счёте часть высказываний была полностью утрачена, часть дописана позднейшей традицией, а некоторые параграфы практически дублируют друг друга[14]. Например, Мэн-цзы, один из крупнейших последователей Конфуция, цитирует множество высказываний Учителя, которые в нынешнем тексте «Лунь юя» не встречаются[15].

Кодификация «Лунь юя» произошла в середине II века до н. э. при династии Хань, а окончательный облик памятнику придал Чжэн Сюань[en]. Известно, однако, что и после этого в народе обращались сборники, отличавшиеся в отдельных деталях[1]. Что касается древности отдельных книг, чешский синолог Ярослав Прушек[cs] разделяет мнение классика английской синологии Артура Уэйли[en], согласно которому древнейшими частями «Лунь юя» являются книги III—IX. Напротив, самой поздней, вероятно, является книга XVI. В целом можно сказать, что более древними являются те изречения, которые не привязаны к конкретным ситуациям[16].

Стиль[править]

«Лунь юй» разделён на 20 книг, которые далее делятся на пронумерованные параграфы (главки) различного объёма, насчитывающие по нескольку предложений. В современной литературе книги обычно обозначаются римскими цифрами, а параграфы — арабскими, так что, например, отсылка «Лунь юй, X, 3» указывает на третий параграф десятой книги. Большинство параграфов состоит из изречений Конфуция, который именуется здесь Учителем (кит. 子); чаще всего он отвечает на вопросы своих учеников. Текст не представляет собой связного повествования: высказывания следуют друг за другом более или менее случайно, подобно библейским псалмам[17]. Поэтому многие китайские философы подчёркивают, что «Лунь юй» следует читать не залпом, а постепенно и очень вдумчиво: над каждым отдельным изречением читателю надлежит размышлять, чтобы правильно постичь тот смысл, который вкладывал в него Конфуций[18].

В оригинале «Лунь юй» написан на древнекитайском языке в несхематизированной форме — так называемым несхематизированным стилем гувэнь (кит. 古文). Памятник продолжает традицию так называемой летописной прозы, но по своей литературной форме уже значительно превосходит её. До появления «Лунь юя» китайская литературная форма была весьма ограниченной и сосредоточивалась на сухом описании исторических событий; «Лунь юй» же написан сравнительно стилизованным и изысканным литературным языком[19].

Содержание[править]

Фрагмент «Лунь юя» (издание эпохи династии Юань, 1271—1368)

По мнению чешского синолога Владимира Лищака[cs], главную мысль «Лунь юя» можно свести к понятию человеколюбия (жэнь, кит. 仁; Я. Прушек переводит жэнь как «Добро»[4], также встречается перевод «гуманность»[20]) и к параграфу 23 книги XV: «Чего не желаешь себе, того не делай и другим»[21]. Воплощение жэнь на практике порождает нравственность и благопристойность (ли[en], кит. 禮; тем же иероглифом первоначально обозначалась обрядность, о которой говорится ниже), или Порядок (Ритуал)[22], и, согласно Конфуцию, тот, «кто преодолевает себя и подчиняется Порядку [ритуалу], достигает Добра [человеколюбия]»[23]. В этом ключе Конфуций рисовал и идеал доброго (человеколюбивого) человека: «Твёрдый, решительный, простой и немногословный — таков человек, близкий к Добру [человеколюбию]»[24]. Этот идеал, превозносящий твёрдость, решительность, скромность и немногословность, Конфуций подчёркивал довольно часто, и возможно, что в нём отражались черты его собственной личности[25].

После человеколюбия (жэнь) Конфуций, пожалуй, более всего подчёркивал сыновнюю почтительность и преданность отцу[26], которая закладывает основу преданности подданного государю[27]. В позднейшем конфуцианском учении эта связь закреплена в «пяти устоях» человеческих взаимоотношений, определяющих жизнь общества (у-лунь, кит. 五倫): это отношения между отцом и сыном, мужем и женой, старшим и младшим братьями, государем и подданным, другом и другом[22]. За исключением отношений между сыном и отцом (родителями), об этих пяти видах связей в самом «Лунь юе» говорится немного, и вполне вероятно, что их систематизация является плодом более поздней традиции, хотя источник вдохновения для неё, очевидно, коренится в «Лунь юе»[28].

Большие споры по сей день вызывает вопрос о том, является ли конфуцианство религией или нет. Сам Конфуций занимал по отношению к тогдашней официальной религии, то есть культу предков, весьма сдержанную позицию[22]. На вопрос о том, как человек должен служить духам, он ответил: «Как можешь ты служить духам, когда ещё не умеешь служить людям?»[29] Столь же сдержанно Конфуций ответил и на вопрос об участи умерших: «Как можешь ты узнать что-то о смерти, когда ещё не ведаешь жизни?»[29] — или на вопрос о смысле великого жертвоприношения предкам: «Не знаю его толкования. Тот, кто знал бы его, мог бы управлять всеми вещами в Поднебесной так же легко, как я кладу это сюда», — и указал пальцем на свою ладонь[30]. Тем не менее культ предков Конфуций не отвергал, однако в его понимании речь шла скорее об этическом, нежели о религиозном деле[22]. В обрядовой стороне ритуала (вновь ли, кит. 禮) Конфуций оставлял в стороне религиозную плоскость и сосредоточивался на внутреннем переживании человека и его состоянии во время обряда, на его почтительном настрое. Это внутреннее чувство человека носит торжественный характер, который внешне проявляется в соблюдении установленных форм поведения. Конфуцианскому человеколюбию (жэнь) это придаёт эстетическую ценность и формальную утончённость[27].

Немалая часть «Лунь юя» посвящена искусству достойного управления государством. На вопрос Цзы-гуна[en] о том, как следует управлять, Конфуций ответил: «Достаток пищи, достаток оружия и доверие простого народа». Когда же Учителя спросили, от чего из этих трёх можно отказаться при необходимости в первую очередь, Конфуций отказался сперва от оружия, а затем и от пищи, ибо «испокон веков смерть — удел всех людей, но без доверия народ устоять не может»[31]. Когда Конфуция спросили о том, что бы он предпринял в первую очередь, если бы ему довелось управлять государством, он ответил, что провёл бы исправление имён (кит. 正名, чжэнмин; букв. «приведение наименований в правильное соответствие»), поскольку «если имена неправильны, то слова не соответствуют подразумеваемому смыслу; а если слова не соответствуют смыслу, то дела не могут вершиться. Если дела не могут вершиться, то ритуал и музыка не процветают. Если ритуал и музыка не процветают, то членовредительские и малые наказания не настигают истинных виновников. А когда наказания не попадают в цель, народу некуда преклонить руки и ноги. Вот почему благородный муж пользуется лишь такими именами, которые подобает произнести вслух, и говорит лишь о том, что подобает претворить в дело»[32]. Под исправлением имён Конфуций подразумевает, чтобы государь вёл себя как государь, а все остальные точно так же поступали достойно своего звания и положения. Ведь, согласно Конфуцию, каждый (будь то государь, отец или супруга) обязан действовать сообразно тем обязанностям, которые заложены в самом его имени (статусе)[33]: «Государь да будет государем, сановник — сановником, отец — отцом, а сын — сыном»[34].

Упомянутый выше конфуцианский «благородный муж» (кит. 君子, цзюнь-цзы) принадлежит к числу ключевых категорий конфуцианства. Речь идёт об идеальном последователе учения, который «руководствуется правилами ли, как они записаны в древних книгах, ставших каноном»[35]. Первоначально понятие цзюнь-цзы носило социально-политический оттенок («сын правителя», представитель родовой знати), однако Конфуций вложил в него новый, нравственный смысл. Суть этого переосмысления состоит в понимании «благородного мужа» как человека, чьё благородство определяется не знатностью происхождения, а его нравственными качествами, достичь которых можно лишь посредством неустанного учения. В противоположность этому понятию выступает сяо-жэнь (кит. 小人) — буквально «маленький (низкий) человек» (в смысле низости нравственного облика)[36][27]. В «Лунь юе» цзюнь-цзы и сяо-жэнь часто противопоставляются друг другу; например: «Благородный муж сведущ в том, что праведно [в долге], тогда как маленькие люди сведущи в том, что выгодно»[37].

Как уже отмечалось выше, непрерывное учение играет у Конфуция важнейшую роль. Согласно «Лунь юю», он учил четырём вещам: «книжной культуре, ведению дел, преданности старшим и верности слову»[38]. При этом мыслитель подчёркивает, что учение — это не просто начётничество или самоцельное накопление фактов; под учением он понимал обретение знаний, опираясь на которые человек может направлять собственное поведение[39]. Конфуций был глубоким почитателем наследия древности[40], к которому часто обращался: «Тот, кто, оживляя старое, способен черпать в нём знание нового, достоин быть учителем»[41].

Конфуций отвергал любые суеверия[22] и высоко ценил музыку, которую ставил в тесную связь с ритуалом[42]. Музыку он, однако, адресовал прежде всего «благородным мужам»: «Лишь простые люди ждут, пока преуспеют в обрядах и музыке (прежде чем занять должность). Благородный же муж может позволить себе познавать обряды и музыку позднее»[43]; «Но что касается обрядов и музыки — это мне пришлось бы предоставить истинному благородному мужу»[44].

Фрагмент «Лунь юя» из Дуньхуана

В «Лунь юе» встречается и несколько юмористических ситуаций и шуток, однако даже в этих шутках может скрываться поучительный смысл. Так, например, прибыв в город Учэн (кит. 武城), Конфуций заметил: «Зачем для того, чтобы зарезать курицу, пускать в ход нож для заклания быка?»[45] После возражения своего ученика Цзы-ю[en] Конфуций добавил: «То, что я сейчас сказал, было лишь шуткой»[45]. Несмотря на это недвусмысленное признание, позднейшие комментаторы Конфуция — как Кун Аньго[en], так и Чжу Си — полагали, что само изречение вовсе не обязательно юмористично и заключает в себе ясное наставление о том, что человеку не следует применять чрезмерные средства для решения малых дел[46]. Востоковед Кристоф Харбсмайер[en] даже высказывает предположение, что в качестве шутки Конфуций имел в виду не первую часть своей реплики, а вторую — ту самую, где он говорит, будто его предыдущее высказывание было всего лишь шуткой[47].

Развитие и различные редакции[править]

Со времени ханьской кодификации «Лунь юй» стал предметом огромного количества комментаторской литературы. Пожалуй, больше всего комментариев было создано в эпоху династии Сун (960—1279), когда сформировалось философское направление, получившее название неоконфуцианства. Тем не менее сам текст «Лунь юя» после ханьской кодификации уже не претерпевал существенных изменений[48]. В XII веке «Лунь юй» вошёл в состав «Четырёх книг» (тремя другими являются «Великое учение», «Учение о середине» и «Мэнцзы»). Заслуга в этом принадлежала неоконфуцианскому мыслителю Чжу Си (1130—1200), составившему свод «Четверокнижия»[17]. С 1313 и вплоть до 1905 года знание «Четырёх книг» было обязательной составляющей китайских государственных экзаменов. Молодые соискатели, претендовавшие на должность в государственном аппарате, должны были выучить их практически наизусть, причём начинали именно с «Лунь юя»[49][17]. От учащихся не ожидалось, что они сразу же постигнут всё содержание «Лунь юя»: предполагалось, что по мере накопления жизненного опыта и с возрастом заученный наизусть текст будет вызревать в их сознании, и лишь в зрелые годы ученики в полной мере оценят философскую глубину слов Конфуция[50].

Древнейший дошедший до нас список «Лунь юя» датируется 55 годом до н. э. и происходит из района Динчжоу. Так называемая динчжоуская версия, записанная на бамбуковых планках, была обнаружена в 1973 году в ханьской гробнице[51]. Другие рукописные списки происходят, в частности, из китайского Дуньхуана, где была найдена неполная копия, датированная 890 годом и выполненная, вероятнее всего, кем-то из учеников конфуцианской школы[52].

Переводы[править]

Первый перевод «Лунь юя» на европейский язык выполнили миссионеры-иезуиты: под заглавием лат. Confucius Sinarum Philosophus, sive Scientia Sinensis («Конфуций, философ китайцев, или Китайская наука») он вышел вместе с другими конфуцианскими сочинениями в Париже в 1687 году[53]. На английский язык «Лунь юй» переводили многие синологи, в том числе Джеймс Легг, Чарльз Мюллер[en] и Уильям Эдвард Сутхилл[en]. Классическим переводом на английский язык считается перевод, выполненный Артуром Уэйли.

На чешский язык «Лунь юй» первым перевёл Ярослав Прушек[cs] в 1942 году. В том первом издании, как и в переиздании 1995 года, в качестве соавтора книги был указан чешский индолог Винценц Лесный, который, однако, лишь поддержал издание своим научным авторитетом, чтобы книга тогда ещё малоизвестного исследователя Я. Прушека вообще смогла увидеть свет в сороковые годы. В издании 1995 года имя Лесного как соавтора было сохранено в знак уважения к его памяти[54]. Новейший чешский перевод «Лунь юя» вышел в 2009 году в монографии «Конфуций в зеркале Собранных изречений» (Konfucius v zrcadle Sebraných výroků), его автором стал Яромир Вохала[cs].

Примечания[править]

Комментарии[править]

  1. ↑ В «Лунь юе» упоминается даже случай, когда Цзы-чжан (кит. 子張), один из собеседников Конфуция, записал ответ учителя на своём матерчатом поясе (Лунь юй, XV, 5).

Источники[править]

  1. ↑ 1,0 1,1 1,2 Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 76. — ISBN 80-204-0295-0.
  2. ↑ 2,0 2,1 Marina Čarnogurská A riekol Majster… : z klasických kníh konfuciánstva. — Bratislava: Tatran, 1977. — С. 163.
  3. ↑ 3,0 3,1 3,2 Lunyu (Chinese text)англ.. Britannica Online. Проверено 14 декабря 2010.
  4. ↑ 4,0 4,1 Лунь юй, XII, 2.
  5. ↑ Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 43—44. — ISBN 80-204-0295-0.
  6. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 18. — ISBN 80-207-0496-5.
  7. ↑ 7,0 7,1 D. C. Lau Confucius: The Analects. — London: Penguin Books, 1979. — С. 9.
  8. ↑ Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře / Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 11. — ISBN 80-204-0295-0.
  9. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 12. — ISBN 80-207-0496-5.
  10. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 12—19. — ISBN 80-207-0496-5.
  11. ↑ Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 63. — ISBN 80-204-0295-0.
  12. ↑ Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 67—68. — ISBN 80-204-0295-0.
  13. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 16. — ISBN 80-207-0496-5.
  14. ↑ Marina Čarnogurská A riekol Majster… : z klasických kníh konfuciánstva. — Bratislava: Tatran, 1977. — С. 163—164.
  15. ↑ David Hinton The Analects. — New York: Counterpoint, 1998. — С. xx. — ISBN 1-58243-038-1.
  16. ↑ Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 76—77. — ISBN 80-204-0295-0.
  17. ↑ 17,0 17,1 17,2 Thomas Hoobler, Dorothy Hoobler Konfucianismus. — Praha: Nakladatelství Lidové noviny, 1997. — С. 76. — ISBN 80-7106-190-5.
  18. ↑ Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře / Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 19—20. — ISBN 80-204-0295-0.
  19. ↑ Marina Čarnogurská A riekol Majster… : z klasických kníh konfuciánstva. — Bratislava: Tatran, 1977. — С. 165.
  20. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 55. — ISBN 80-207-0496-5.
  21. ↑ Lexikon východní moudrosti / překladatelé: Jan Filipský, Helena Heroldová, Josef Kolmaš, Vladimír Liščák, Stanislava Vavroušková. — Olomouc: Votobia, 1996. — С. 232—233. — ISBN 80-7198-168-0.
  22. ↑ 22,0 22,1 22,2 22,3 22,4 Lexikon východní moudrosti / překladatelé: Jan Filipský, Helena Heroldová, Josef Kolmaš, Vladimír Liščák, Stanislava Vavroušková. — Olomouc: Votobia, 1996. — С. 233. — ISBN 80-7198-168-0.
  23. ↑ Лунь юй, XII, 1.
  24. ↑ Лунь юй, XIII, 27.
  25. ↑ Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 64. — ISBN 80-204-0295-0.
  26. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 62. — ISBN 80-207-0496-5.
  27. ↑ 27,0 27,1 27,2 Anne Cheng Konfuciova sázka na člověka // Dějiny čínského myšlení. — Praha: DharmaGaia, 2006. — С. 51—82. — ISBN 80-86685-52-7.
  28. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 61—65. — ISBN 80-207-0496-5.
  29. ↑ 29,0 29,1 Лунь юй, XI, 11.
  30. ↑ Лунь юй, III, 11.
  31. ↑ Лунь юй, XII, 7.
  32. ↑ Лунь юй, XIII, 3.
  33. ↑ Lexikon východní moudrosti / překladatelé: Jan Filipský, Helena Heroldová, Josef Kolmaš, Vladimír Liščák, Stanislava Vavroušková. — Olomouc: Votobia, 1996. — С. 233—234. — ISBN 80-7198-168-0.
  34. ↑ Лунь юй, XII, 11.
  35. ↑ John K. Fairbank Dějiny Číny. — Praha: Nakladatelství Lidové noviny, 1998. — С. 86. — ISBN 80-7106-249-9.
  36. ↑ Kurtis Hagen Confucian Key Termsангл.. Архивировано из первоисточника 20 мая 2014. Проверено 15 декабря 2010.
  37. ↑ Лунь юй, IV, 16.
  38. ↑ Лунь юй, VII, 24.
  39. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 23. — ISBN 80-207-0496-5.
  40. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 25. — ISBN 80-207-0496-5.
  41. ↑ Лунь юй, II, 11.
  42. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 48. — ISBN 80-207-0496-5.
  43. ↑ Лунь юй, XI, 1.
  44. ↑ Лунь юй, XI, 25.
  45. ↑ 45,0 45,1 Лунь юй, XVII, 4.
  46. ↑ Christoph Harbsmeier Humor in the Analectsангл. // Harvard Journal of Asiatic Studies. — 1990. — том 50. — № 1. — С. 133.
  47. ↑ Christoph Harbsmeier Humor in the Analectsангл. // Harvard Journal of Asiatic Studies. — 1990. — том 50. — № 1. — С. 134.
  48. ↑ Marina Čarnogurská A riekol Majster… : z klasických kníh konfuciánstva. — Bratislava: Tatran, 1977. — С. 164.
  49. ↑ Tomáš Koukolík Úřednické zkoušky v císařské Číněчешск.. Baraka. Проверено 14 декабря 2010.
  50. ↑ Thomas Hoobler, Dorothy Hoobler Konfucianismus. — Praha: Nakladatelství Lidové noviny, 1997. — С. 78. — ISBN 80-7106-190-5.
  51. ↑ Bo Mou History of Chinese Philosophy. — New York: Routledge, 2009. — С. 130. — ISBN 0-203-00286-5.
  52. ↑ R. Eno The Analects of Confucius: An Online Teaching Translationангл.. Архивировано из первоисточника 31 января 2012. Проверено 14 декабря 2010.
  53. ↑ Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — С. 13. — ISBN 80-207-0496-5.
  54. ↑ Augustin Palát Konfucius: hovory a komentáře / Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát. — Praha: Mladá fronta, 1995. — С. 179. — ISBN 80-204-0295-0.

Литература[править]

  • Anne Cheng Dějiny čínského myšlení / překladatelé: Helena Beguivinová, Olga Lomová, David Sehnal, Dušan Vávra. — 1. — Praha: DharmaGaia, 2006. — С. 688. — ISBN 80-86685-52-7.
  • Marina Čarnogurská A riekol Majster… : z klasických kníh konfuciánstva. — 2. — Bratislava: Tatran, 1990. — С. 213.
  • Raymond Dawson Konfucius. — Praha: Odeon, 1994. — ISBN 80-207-0496-5.
  • Thomas Hoobler, Dorothy Hoobler Konfucianismus. — Praha: Nakladatelství Lidové noviny, 1997. — ISBN 80-7106-190-5.
  • D. C. Lau Confucius: The Analects. — London: Penguin Books, 1979.
  • Jaroslav Průšek, Vincenc Lesný, Augustin Palát Rozpravy : hovory a komentáře. — Praha: Mladá fronta, 1995. — ISBN 80-204-0295-0.
  • Jaromír Vochala Konfucius v zrcadle Sebraných výroků. — 1. — Praha: Academia, 2009. — С. 534. — (Orient, sv. 3). — ISBN 978-80-200-1695-9.

Ссылки[править]

Шаблон:Конфуцианское Четырёхкнижие и Пятикнижие

Руниверсалис

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Руниверсалис» («Руни», руни.рф) под названием «Лунь юй», расположенная по адресу:

—https://руни.рф/Лунь_юй

Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC BY-SA.

Всем участникам Руниверсалиса предлагается прочитать «Обращение к участникам Руниверсалиса» основателя Циклопедии и «Почему Циклопедия?».

Источник — http://cyclowiki.org/w/index.php?title=Лунь_юй&oldid=2765023