Павел Васильевич Шейн

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Павел Васильевич Шейн

белор. Павел Васільевіч Шэйн
Szejn P V.jpg
Дата рождения 1826
Место рождения Могилёв, Российская империя
Дата смерти 14 августа 1900 года
Место смерти Рига, Российская империя




Научная сфера этнография, фольклористика, лингвистика, белорусистика








Павел Васильевич Шейн — российский этнограф, лингвист, фольклорист, собиратель великорусских и белорусских песен, знаток быта и говоров Северо-Западного края, один из основателей белорусской этнографии. Собрал и сохранил более 2 500 великорусских, 3 000 белорусских песен, около 300 сказок и легенд, множество пословиц, заговоров и других произведений фольклора[1].

Содержание

[править] Биография

[править] Ранний период

Появился на свет под именем Ноах в еврейской семье торговца Мофита Шейна.

С 5 лет обучался в хедере.

Слабый от рождения, перенёсший в раннем детстве ряд тяжёлых болезней, вследствие которых остался калекой на всю жизнь — в 13 лет был частично парализован и всю жизнь ходил на костылях.

Из-за этого не мог закончить ешиву и учился почти самостоятельно, дома пользуясь услугами меламеда, дававшего уроки его младшему брату. Под влиянием учителя «берлинера» («либерала», поборника Гаскалы), заинтересовался ивритом (познакомился с грамматикой) и еврейской литературой.

Из-за изданного в то время закона, ограничившего черту оседлости, его отец не мог подолгу оставаться в Москве, с которой вёл торговые сношения, и в 1843 поместил сына в одну из городских больниц Москвы, ухаживая за ним имел возможность проживать в Москве. Здесь Шейн провёл 3 года. Один еврей из кантонистов научил его говорить и читать по-русски, доставал ему от студентов произведения русских писателей; ординаторы-немцы обучили его немецкому, и вскоре он познакомился с лучшими немецкими поэтами. К тому времени относятся первые писательские опыты Шейна. В подражание Генриху Гейне сочинял стихи на идише, проводя взгляды, примиряющие еврейство с христианством.

Научившись русскому в 17 лет, в 1848 в 22 года крестился в лютеранство. К тому времени его мать умерла, а отец женился на другой женщине.

В 1851 закончил сиротское отделение школы — немецкое училище — при лютеранской церкви Святого Михаила, показал успехи и по окончании школы сам преподавал русский в подготовительном отделении.

[править] Карьера

Сближение его с учителем Ф. Б. Миллером дало толчок культурным стремлением Шейна; он вступил в кружок живших в Москве писателей и художников, свел его с кружком славянофилов, собиравшихся у поэта Ф. Глинки и его жены Авдотьи Павловны. Таким образом, оказавшись в Москве, он познакомился с С.Т. Аксаковым, С.П. Шевыревым, А.С. Хомяковым, И.С. и К.С. Аксаковыми, М.П. Погодиным, О.М. Бодянским, Ю.Ф. Самариным и др.

Кружок Глинок посещала и графиня Евдокия Петровна Ростопчина (1811—1858), творчество которой очень полюбилось Шейну. С Глинками его, видимо, познакомила Елизавета Алексеевна Драшусова-Карлгоф (1816—1884).

В 1851-х—1860-х совершал поездки по средней России, где давал уроки в семьях помещиков, знакомился с русским крестьянином и сам стал собирать песни, сначала в Симбирской губернии.

В 1859 опубликовал свой 1-й первый труд: «Русские народные былины и песни».

Его жизнь была полна скитаний и материальных невзгод; преподавал в воскресной школе в Москве, в 1861 по приглашению Льва Толстого стал преподавателем Яснополянской школы, позже трудился педагогом в уездных училищах (1861—1881) в Туле и Епифани, преподавал в витебских гимназиях (1865—1873). В 1873 переехал в Шую и преподавал немецкий язык в городской прогимназии, затем был учителем русского языка и словесности в реальных училищах Зарайска (1874—1875) и Калуги (1876—1881).

В 1868—1870 в «Чтениях Общества истории и древностей российских» вышли собранные им песни — детские, хороводные, плясовые, скоморошные, беседные, голосовые или протяжные, шутливые, забавные и сатирические, обрядные, свадебные и похоронные причитания и др. Одна песня из этого сборника — «Спится мне, младешенькой» — была включена Н. Некрасовым в поэму «Кому на Руси жить хорошо» (также к собранному им материалу обращались А. Островский, М. Мусоргский и пр.).

С 1871 трудился в Русском географическом обществе.

В 1876—1900 публиковался в «Этнографическом обозрении».

Собирание им этнографических материалов поддерживалось незначительными субсидиями академии наук, позже — пенсией от министерства финансов.

В 1887—1902 Академия Наук издала его труд в 4 тт. «Материалы для изучения быта и языка русского населения Северо-Западного края». При анализе этих материалов использовал свои познания еврейской традиции и культуры. Например, комментируя белорусскую байку «Пошёл козел за орехами» и говоря о бытовании её сюжета в славянском и германском фольклоре, он возводит её к преданиям Агады.

В 1890-е собирал этнографические материалы не только лично, но и при помощи ряда корреспондентов, преимущественно, которых учил приемам записывания и для которых составил программу.

По поручению Я. Грота с 1886 участвовал в составлении академического словаря русского литературного языка. Ввел в него народную фразеологию.

Занимался собранием великорусских и белорусских песен и мелодий (не зная музыкальных нот, напевал мелодии музыкантам), легенд, обрядов, всей жизни белоруса и русского крестьянина (одежда, игры, верования, обычное право и пр.), фиксировал особенности местного говора.

Особенно усердно работал с крестьянскими женщинами, черпая от них народное творчество:

Спрашиваю: «Цi пяюць у вас, Гапуля, цi там Гануля, гэту песню?» — «Не ведаю, паночак, не чула». Тогда запеваю сам, пока не начнут подпевать (едва успею пропеть несколько стихов, как уже замечаю, что мои внимательные слушательницы потихоньку полушепотом начинают мне вторить). «А более смелая из них еще вздернет плечами, отвернется в сторону от негодования, плюнет, пожалуй, и скажет в сердцах: «Брэшець хто табе так пеяў. Цi так пяюць гэту песню?» А мне это и на руку. Тотчас, разумеется, замолчу, а затем скажу и своей, сконфузившей меня при всей честной компании критикантке: «А як жа ў вас пяюць? Я не тутэйшы, сам не ведаю як. Людзi кажуць, у вас лепш пяюць i вашы песнi лепшэ!» Ободренная моя слушательница, после некоторых новых отговорок, сказанных просто ради чванства, непременно споет мне сперва желанную песню, затем другую, третью и т. д. Этим способом мне всегда удавалось до такой степени развязать язык и голос моих певиц, что успевай только записывать, а на другой день по первому моему призыву охотно являлись в назначенный час для нового сеанса.

Так, свыше 400 песен записал он от Марии Васильевны Котковичовны из местечка Чашники.

Стоит отметить, что в Витебске он преподавал в Мариинской женской гимназии.

В 1900 вышел его последний крупный труд — «Великорусс в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах». В ней более 2 500 песенных текстов из 22 российских губерний с подробным описанием народных обрядов и обычаев. К сборнику прилагались ноты к 17 песням и объяснительное письмо к ним.

В политике придерживался консервативных охранительных позиций.

[править] Семья и личная жизнь

В 1881 вышел в отставку и поселился в Петербурге, жил на мизерную учительскую пенсию, но несмотря на слабое здоровье, и на старости лет был влюбчив.

Лев Иосифович Бердников пишет:

«Улыбкою прощальной» ему блеснула любовь, и ею стала обыкновенная женщина, петербургская белошвейка Прасковья Антиповна Виноградова, младше его на целых 30 лет. Натура сострадательная, отзывчивая, она всем сердцем прикипела к мужу-инвалиду, полюбив его просто таким, как он есть. Воодушевление и бодрость духа Шейна в ее присутствии современник живописует в самых восторженных тонах: «Большая подвижность, несмотря на калечество, выразительная игра лица, совершенно молодые, блестящие глаза, крупная и характерная голова с густыми белыми кудрями, живость и остроумие разговора и горячий живой интерес ко всему…Он так легко побеждал силой духа все свои немощи и убожество, и вы невольно забывали о них». Прасковья Антиповна, которую он называл полушутливо «моя сестра милосердия», словно оправдывая это прозвание, не уставала дарить ему свою широту сердца, щедрость души — она стала рачительной, домовитой хозяйкой, помогала ему во всем. Не беда, что читала с трудом, ибо с грамотой не дружила, но корректуры в типографию носить могла и носила, и все желания его угадывала; не успеет сказать — а уже все готово. Вдобавок, как в том анекдоте, еще немного шила (ведь белошвейкой была), пополняя семейную казну. И вот на седьмом десятке Шейн становится отцом — у него рождается дочь[2].

Однако, через несколько лет его супруга Прасковья Антиповна Виноградова скончалась от рака. О дочери сообщается только то, что она была крещена в православие — религию матери.

[править] Публикации

[править] Источники

  1. КЕЭ, том: 10. Кол.: 147–148.
  2. Лев Бердников. Евреи государства Российского.
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты