Николай Николаевич Пунин

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Николай Пунин. 1930-е гг.

Николай Николаевич Пунин (16 ноября 1888, Гельсингфорс (ныне Хельсинки), дер. Тюсьба, Великое княжество Финляндское, Российская империя — 21 августа 1953, Абезьский лагерь, Коми АССР, СССР) — знаменитый русский искусствовед, историк искусств, культуролог, один из организаторов системы художественного образования и музейного дела в СССР[1], литературный критик, поэт, специалист по изобразительному искусству, автор множества трудов, публикаций, лекций по мировому изобразительному искусству, в том числе русскому, западно-европейскому и восточному.

Кроме того, вошел в историю русской культуры как третий муж (гражданский брак) великой русской поэтессы Анны Андреевны Ахматовой.

Сам он говорил о себе: «У меня, в сущности, есть только один, но настоящий дар: я умею понимать живопись и умею раскрывать ее другим»[2].

Родовая фамилия семьи Пуни, но где-то на каком-то этапе ее носители русифицировали ее, прибавив окончание «н». Итальянская фамилия зазвучала вполне по-русски. Николай Николаевич, его братья и сестра родились Пуниными.

Николай Николаевич был первым, старшим, ребенком в семье[3][4]. В 1998 году, когда старшему сыну Николаю было 9 лет, на даче в Павловске умерла мама Анна Николаевна Пунина[4]. А очень скоро, в 1900 г. отец женился на Елизавете Антоновне Жаннин-Перро (ум. 1929)[5].

Содержание

[править] Семья

Пунины (справа налево по старшинству): Николай, Александр, Леонид, Зинаида, Лев

[править] Истоки

  • отец: военный врач Николай Михайлович Пунин
  • мать: Анна Николаевна Пунина
  • брат: Александр Николаевич Пунин (1890—1942)
  • брат: Леонид Николаевич Пунин (1893—1916)
  • сестра: Зинаида Николаевна Пунина (1895—1980)
  • брат: Лев Николаевич Пунин (1897—1963)

[править] Жёны

  • Первая жена — Анна Евгеньевна Аренс (общая дочь Ирина)
  • Вторая жена — Анна Андреевна Ахматова, гражданский брак
  • Третья жена — Марта Андреевна Голубева, гражданский брак

[править] Потомки

  • дочь Ирина Николаевна
  • внучка: Анна Генриховна Каминская и ее сыновья Петр и Николай[6]

[править] Детство

Родился в Финляндии: Гельсингфорс (ныне Хельсинки)[7], дер. Тюсьба (напомним: Финляндия была в это время частью Российской империи).

Сразу после рождения Николая, в том же 1888 году, семья переехала в Санкт-Петербург[5], жила в Царском селе[8], а летом — на даче в Павловске. Николай Пунин был определен на учебу в Царскосельскую Императорскую Николаевскую гимназию, директором которой был Иннокентий Федорович Анненский. Революционные события 1905—1907 гг. не могли обойти учищихся Николаевской гимназии, и как следствие не наложить отпечаток на формирование интересов и развитие личности будущего бристательного русского искусствоведа[6]. В 40-й день со дня Кровавого воскресенья депутация учеников пришла к директору Анненскому с просьбой отслужить панихиду в гимназической церкви по жертвам 9 января. Н. Пунин вспоминал в своих дневниковых записях: «В числе депутатов был и я. Ан<ненский> принял нас с холодной брезгливостью и, разумеется, отказал. Я долго потом не мог простить ему этой холодной брезгливости. В ответ на его отказ мы на каждом приеме пели хором: „вечная память“»[9]. Семь гимназистов не смолчали, одним из них был Николай Пунин; в результате все семеро были исключены из гимназии[6].

Одновременно брат Николая Леонид, ученик кадетского корпуса, тоже принял участие в «брожении юных умов», и ему тоже грозило увольнение. Николай Михайлович чуть не в слезах умолял сыновей не портить себе карьеру. Дело какаим-то образом было улажено, и чересчур ретивые ученики были возвращены в классы[6].

Юный Николай Пунин закончил гимназию в 1907 году с серебряной медалью[3] (за год до того эту же гимназию окончил Н. Гумилёв, первый супруг будущей жены Н. Пунина Анны Ахматовой) и тут же поступил в Петербургский университет[4].

Всю свою жизнь, начиная с раннего возраста, Николай Пунин вел дневники. Первая записись относится к относятся к июню 1904 года, когда шестнадцатилетиий Коля перешел в VI класс Николаевской гимназии[3]. Эти дневники были изданы в 2000 году[6] и представляют огромный интерес не только для изучающих биографию Н. Н. Пунина, но и историю культуры России начала ХХ столетия.

[править] Начало деятельности

Николай Пунин учился на историко-филологическом факультете Петербургского университета[7], который закончил в 1914 году по специальности история искусств у профессора Д. В. Айналова. Еще студентом, с 1913 года, он начал работать в отделе древнерусского искусства Русского музея, тогда же стал сотрудничать с журналом «Аполлон», опубликовал в журнале «Аполлон» свою первую статью «К проблеме византийского искусства». В 1915 г. там же появилась большая статья «Японская гравюра»[4]. Он готовил к изданию книгу «Русская икона», которой не суждено было выйти из-за начавшейся Первой мировой войны[4]; в 1916 году написал монографию «Андрей Рублёв». Пунин опубликовал множество статей о рисунках Б. Григорьева, о живописи Н.Сапунова, о рисунках молодых художников современников, о русских художниках прошлого: П.Федотове, В.Серове, В.Сурикове. В № 1 «Аполлона» за 1917 г. была напечатана последняя пунинская статья в этом журнале.[4] Разочаровавшись в мировоззрениях редакции, Пунин уволился оттуда.

Появились изменения в личной жизни. Еще давно он стал завсегдатаем в доме генерал-лейтенанта флота Евгения Ивановича Аренса, который был начальником Царскосельского адмиралтейства, там находилась и его служебная квартира[8]. Их дом в Царском Селе был известен как «салон наук и искусств». У Аренса было три дочери: Вера, Зоя и Анна. Старшая Вера Евгеньевна Аренс-Гаккель (1883—1962) стала поэтессой и литературной переводчицей. В 1912 году брат Николая Николаевича Александр женился на второй из дочерей Аренса — Зое[5]. А 3 июля 1917 года Н. Пунин женился на младшей дочери Евгения Ивановича, враче по специальности Анне Евгеньевне Аренс (1892—1943), в 1921 году у них родилась дочь Ирина. С Анной Аренс Н. Пунин проживал в известном питерском Фонтанном доме — этот дворец принадлежал семье Шереметьевых и был, как и всё другое частное имущество, национализирован советской властью. Николай Пунин с женой и дочерью занимал в этом доме две комнаты коммунальной квартиры.

В октябре 1918 года Н. Пунин вместе с В. Маяковским, О. Бриком и Э. Шталбергом вошел в редакционный совет газеты «Искусство коммуны»[10].

В 1918—1921 гг., привлеченный Луначарским к сотрудничеству, Пунин возглавил Петроградский отдел изобразительных искусств Наркомпроса (ИЗО Наркомпроса), исполнял обязанности комиссара Русского музея и некоторое время — Эрмитажа, был апологетом авангардных течений в живописи. Статьи Пунина о творчестве Татлина и Малевича принесли ему репутацию «идеолога левого искусства». Появились его большие работы: «Современное искусство» (цикл лекций) — в 1920 г., «Татлин» — в 1921 г.

А вскоре последовал первый арест. Историк Кирилл Финкельштейн пишет об этом: «Независимая позиция Пунина, увлечение западноевропейским искусством, знакомства с опальными деятелями культуры не могли не привести к конфликтам с советской властью. Впервые он был арестован 2 августа 1921 года одновременно с группой лиц, обвиняемых по делу „Петроградской боевой организации“ (Таганцевское дело)»[6]; среди арестованных был Николай Гумилев. Пунин находился в заключении в следственной тюрьме на Шпалерной. Николай Гумилев был расстрелян[8], а вот Пунину удалось счастливо отделаться: он был освобожден благодаря хлопотам жены А. Е. Аренс, которая привлекла Луначарского.

Выйдя из тюрьмы, он сказал: «Кончился мой роман с революцией»[4]. Позже Пунин провозгласит такие слова о новом государстве: «Хорошую тюрьму придумали, сразу для всех и без решёток»[8]. Эти его слова надолго войдут в историю страны.

[править] Зрелые годы

В течение долгих лет Н. Пунин работал в Русском музее, где в 1927 году возглавил отдел новейших течений в искусстве, читал лекции по истории западноевропейского искусства в Институте живописи, скульптуры и архитектуры, Ленинградском университете, на Высших курсах искусствознания, в городском лектории, получил звание профессора, был организатором выставки советского искусства в Японии (1927) и многих других выставок, заведовал художественной частью Фарфорового завода (1923—1925), был инициатором создания искусствоведческого факультета в Академии художеств[6].

[править] Ахматова и Пунин

Отношения Н. Н. Пунина с Анной Андреевной Ахматовой начались в 1922 году. К этому времени Анна Андреевна, после разрыва со вторым мужем востоковедом В. К. Шилейко (причем выяснилось, что этот брак был гражданским, его забыли оформить; а выяснилось это, когда супруги надумали разводиться), не могла найти себе пристанища — новая советская власть требовала прописки, а прописки у нее не было, поскольку не было места для жилья, — и поселилась в квартире своей подруги — у актрисы и художницы Ольги Глебовой-Судейкиной (в этой квартире Ахматова прожила до 1923 года, до окончательного отъезда хозяйки в Париж)[8], у которой был роман с композитором, пианистом и музыкальным критиком Артуром Лурье. Дело кончилось новой трагедией: у Ахматовой не придумалось ничего лучше, как тоже влюбиться в Лурье. Ситуация требовала разрешения. Николай Николаевич в жизни Анны Андреевны появился вовремя: постепенно завязался роман, он оказался длительным, и в 1926 году Ахматова переехала в квартиру нового мужа. Вернее, Ахматова переехала в квартиру своего нового мужа и его семьи, ибо Пунин продолжал проживать вместе со своей первой женой Анной Евгеньевной и их дочерью. Официально Пунин со своей первой женой не развелся. А жить ему с новой семьей (то есть с А.Ахматовой) было больше негде. Н. Пунин прописал Ахматову в ту же квартиру в Фонтанном доме. Сложилась довольно пикантная ситуация: жили все вместе[2]. Причем в основном на зарплату Анны Евгеньевны.

Анна Андреевна Ахматова была великой поэтессой, но не была хорошей хозяйкой. Сына Леву воспитывала бабушка, мать убитого советской властью Н. С. Гумилёва, сама Анна Андреевна ребенком не занималась; похоже, она даже не понимала, что сыну просто нужна мама. Никакие вещи у нее не задерживались — она их раздавала нуждающимся. Готовить она не умела, убирать в квартире тоже. Это взяла на себя первая, фактически бывшая, жена Анна Аренс. Она же ходила каждый день на работу, а с маленькой Ирочкой в это время была Ахматова, занималась ее уроками и следила за ребенком. Обедали и ужинали вместе, за одним столом.

Ахматова всей этой обстановкой тяготилась, этот период ее замужества — один из самых сложных в ее биографии[8]. За все годы жизни с Н.Пуниным она написала всего лишь тридцать стихотворений[8]. Позже она вспоминала, как однажды муж прокричал ей при всех в гостях: «Анна Андреевна, вы поэт местного царскосельского значения! Не забывайте!», явно пытаясь принизить ее[8].

Об этом периоде жизни Ахматовой Сергей Васильевич Шервинский сказал: «Я не имею никаких оснований судить о жизни Анны Андреевны с Пуниным. Но у меня осталось впечатление, собиравшееся больше из мелочей, оттенков и чужих слов, что брак с Пуниным был ее третьим „матримониальным несчастием“»[11].

Тем временем режим в стране ужесточался. Стихи Ахматовой постепенно переставали публиковаться — пока негласно. А в 1934 году Николай Пунин был уволен из Русского музея — соответственно, прекратилась и зарплата. Правда, еще в 1932 году он был приглашен преподавать в Академию Художеств[7]. Но лишение второй зарплаты сразу сказалось. В результате самые большие деньги в совместный семейный бюджет опять же вносила Анна Евгеньевна[8].

24 октября 1935 года случилось новое несчастье: были арестованы Николай Николаевич Пунин и Лев Гумилев с несколькими его университетскими товарищами (Лев Гумилев тогда учился в Ленинградском университете). Дело было вот в чем. Студент Лев Гумилев пришел в гости к матери и отчиму с несколькими своими приятелями. Пунин в беседе сказал: «И людей арестовывают, люди гибнут, хотелось бы надеяться, что все это не зря. Однако стоит взглянуть на портрет Сталина, чтобы все надежды исчезли»[6]. Один из студентов, А. П. Борин, сообщил об этом в Ленинградское НКВД. Тут же было принято постановление об избрании меры пресечения такого ужасного преступления: «Пунин Н. Н. является участником и вдохновителем контрреволюционной, террористической группы студентов, в его квартире происходят сборища данной группы, на которой происходят чтения контрреволюционных произведений»[12]. В ночь после ареста Ахматова и Анна Евгеньевна в ожидании обыска жгли в печке бумаги, которые могли оказаться опасными[2][8].

Анна Андреевна бросилась в Москву выручать обоих — мужа и сына. После вмешательства Б.Пастернака оба были освобождены. Через много лет, в 1994 году, выяснилось, что тогда же, по тому же делу ленинградские чекисты собирались арестовать и саму Ахматову, но им было отказано в санкции из Москвы[8].

Продолжилась семейная жизнь, всё опять стало, как и прежде: первая и вторая семьи Н. Н. Пунина проживали совместно.

В эти годы Н. Пунин все еще преподавал в Академии художеств на живописном факультете и в ЛИИКСе, и в 1937 году стал одним из основателей нового искусствоведческого факультета в Академии художеств[4]. Материальное положение семьи улучшилось, но счастья семье с Ахматовой это уже не могло принести.

Их союз продлился пятнадцать лет. Брак всё никак не прекращался, хотя уже трещал по швам. По всей видимости, некуда было уходить. А окончилось всё внезапно в 1938 году[6]. Анна Андреевна предложила поменяться жильем соседке по коммуналке. И тут же начался переезд.

Так закончился брак Ахматовой и Пунина, они стали соседями по коммуналке.

Однако их общение не прекратились. Они продолжили переписку, начатую еще в 1922 году[13].

[править] Последние годы

Очень скоро, в конце 1930-х, Н. Н. Пунин вновь женился, его третьей женой (тоже гражданский брак) стала Марта Андреевна Голубева[14], она была экскурсоводом в Эрмитаже и преподавала в Академии художеств, где работал и сам Н. Н. Пунин[15]. При этом он продолжал проживать уже с новой женой в том же Фонтанном доме. Они стали выступать с лекциями вместе.

В 1940 году вышел учебник «История западноевропейского искусства. Краткий курс» под общей редакцией Н. Н. Пунина.

Началась война. 19 февраля 1942 г. большая часть сотрудников и студентов Академии была эвакуирована из блокированного Ленинграда, проехав полстраны, в итоге прибыли в Самарканд, где факультет продолжил свою деятельность. Деканом был назначен Пунин. Он приехал в Самарканд тяжело больным, но в клинике Ленинградской Военно-медицинской академии ему сделали операцию и вывели его из состояния ленинградской дистрофии[4]. Там же, в Самарканде, в 1943 году умерла Анна Евгеньевна Аренс[6]. Она навсегда осталась в сердце Николая Николаевича. Уже после ее смерти, он записал в 1945 году о ней: «С ней как-то все было прочнее. Будущее темно. Страшно думать, что станет с Ирой, если я скоро умру или погибку как-нибудь иначе»[8]. Правда, есть дневниковые записи Н. Пунина о его третьей жене, не менее пронзительные: «Без Тики [так домашние звали М. А. Голубеву] мне работать трудно, как без руля», «Я никого не любил с таким страстным уважением, так просто»[15].

В конце войны, в 1944 году Академия перебазировалась в Загорск (ныне — Сергиев Посад). И лишь потом вернулись в Ленинград.

Сразу после Второй мировой войны Н. Н. Пунин снова — в работе. Среди его выступлений: обсуждение выставки этюда в 1945 г.; 13 апреля 1946 года в Ленинградском Союзе советских художников доклад «Импрессионизм и проблемы картины», получивший большое общественное значение; летом того же 1946 года принял участие в обсуждении персональной выставки художника В. А. Гринберга.[16]

Он продолжал много работать, выступал с лекциями по искусству, в том числе западному, — а это уже не приветствовалось. В 1946 году появилось Ждановское постановление о борьбе с «низкопоклонством перед западом», «формализмом в советской культуре». Незадолго до того, 20 апреля 1945 года Пунин выступил против кандидатуры председателя Ленинградской организации Союза художников В. А. Серова (Раппопорта), ярого представителя соцреализма, автора множества политических плакатов, на перевыборах правления Ленинградского отделения Союза художников (ЛОСХа)[5], заодно назвав шедевр Серова — картину «Ленин в Смольном» — такими словами: «Разве это живопись, — это голенище!»[17]. Серов тут же развернул активную деятельность против Пунина, употребив все свои связи.

Началась травля блистательного русского искусствоведа, газеты соревновались в эпитетах, как только Пунина ни называли: «проповедник реакционной идейки искусства для искусства», «буржуазный эстет», «открытый и злобный враг реалистического искусства». 15 апреля 1949 года приказом ректора ЛГУ профессор кафедры истории всеобщего искусства Н. Н. Пунин был уволен из университета «как не обеспечивший идейно-политическое воспитание студенчества». А через четыре месяца, в августа 1949 года, он был арестован и осужден на 10 лет лагерей в Воркуте Особым Совещанием при МГБ[6].

Николай Николаевич Пунин скончался 21 августа 1953 года от внезапного сердечного приступа в возрасте 64 лет в больнице лагеря для нетрудоспособных заключенных заполярного поселка Абезь под Воркутой (Коми АССР). Марте Андреевне как жене было адресовано официальное уведомление о смерти Николая Пунина в лагере в 1953 году[15]. Выдающийся искусствовед был похоронен в безымянной могиле с номером «Х-11»[7].

Кабинет Пунина в музее Анны Ахматовой

Его бывшая жена Анна Ахматова откликнулась стихотворными строками на его смерть :

И сердце то уже не отзовется
На голос мой, ликуя и скорбя.
Все кончено… и песнь моя несется
В пустую ночь, где больше нет тебя.
1953[18]

[править] Память

Реабилитирован посмертно 26.04.1957 Президиумом Ленинградского городского суда[7].

Возможно, что героем поэмы Анны Ахматовой «Поэма без героя» — Гостем из Будущего, вырвавшимся из зазеркалья — является ее бывший муж искусствовед Н. Н. Пунин[8].

Ныне в петербургском музее А.Ахматовой открыт Кабинет Пунина[2]. На самом же деле никакого отдельного кабинета у Пунина не было.

[править] См. также

[править] Источники

  1. Большой энциклопедический словарь
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 Кабинет Пунина
  3. 3,0 3,1 3,2 История Царского Села в лицах. Пунин Николай Николаевич (1888—1953).
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 4,5 4,6 4,7 4,8 Николай Николаевич Пунин
  5. 5,0 5,1 5,2 5,3 Пунин Николай Николаевич (1888—1953)
  6. 6,00 6,01 6,02 6,03 6,04 6,05 6,06 6,07 6,08 6,09 6,10 НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ ПУНИН (1888—1953), автор К. И. Финкельштейн. (Императорская Николаевская Царскосельская гимназия. Ученики. — СПб.: Серебряный век, 2009. 312 с.)
  7. 7,0 7,1 7,2 7,3 7,4 Музей ГУЛАГа. Пунин Николай Николаевич
  8. 8,00 8,01 8,02 8,03 8,04 8,05 8,06 8,07 8,08 8,09 8,10 8,11 8,12 Анна Ахматова и Николай Пунин: «Звук шагов, тех, которых нету…», автор Виктория Дьякова
  9. Лавров А. В., Тименчик Р. Д. Иннокентий Анненский в неизданных воспоминаниях // Памятники культуры: Новые открытия. М., 1983. Ежегодник. М.: Наука. С. 132.
  10. В. В. Маяковский. Стенограммы выступлений (1917—1930 годы)
  11. Николай Николаевич Пунин, третий муж
  12. Шенталинский В. А. Преступление без наказания. М.: Прогресс-Плеяда, 2007. С. 289—404
  13. Из переписки А. А. Ахматовой и Н. Н. Пунина
  14. Дневники — страница 134
  15. 15,0 15,1 15,2 Голубева Марта (Марфа) Андреевна (1906—1963)
  16. Стенографический отчёт заседания членов секции, посвящённого воспоминаниям о В. А. Гринберге 12 июля 1946 года // Центральный Государственный Архив литературы и искусства. СПб: Ф. 78. Оп. 1. Д. 85.
  17. Русский авангард
  18. Анна Ахматова
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты