Батакская резня

Батакская резня
А. Пиотровский «Батакская резня»
Способ убийства:	резня, сожжение, пытки
Место убийства:	село Батак, Пловдивский санджак, вилайет Эдирне, Османская империя
Координаты:	41.944511, 24.218391
Мотив убийства:	национальный и религиозный
Дата:	Май 1876 года
Нападавшие:	Башибузуки
Убитые:	от 3 000 до 7 800

Батакская резня (болг. Баташко клане) — массовое убийство болгарского христианского населения, совершенное в ходе подавления Апрельского восстания османскими нерегулярными войсками (башибузуками) в болгарском селе Батак Пловдивского санджака вилайета Эдирне в мае 1876 года. В результате резни, согласно оценкам, погибло от 3000 до 5000 мирных жителей, включая женщин и детей. Информация о трагедии была растиражирована в западной прессе (благодаря Юджину Скайлеру) и, в конце концов, стала одним из поводов начала Русско-турецкой войны (1877—78), которая привела к созданию автономного Болгарского княжества в составе Османской империи. В истории Болгарии «батакская резня» стала одной из самых чёрных страниц.

Предыстория

После исламизации региона Чепино в Родопских горах в XVII веке населённое православными болгарами село Батак оказалось в окружении сёл с преимущественно мусульманским населением. При этом в местной церкви Святой Недели богослужение велось на церковнославянском языке, а проповеди произносились на болгарском, что противоречило утвердившейся практике проведения богослужений в православных храмах на греческом языке.

В 1860-е годы, после окончания Кавказской войны, в Османскую империю и конкретно на болгарские земли переселилось более 100 тысяч черкесов, объединённых в своеобразное ополчение, называвшееся башибузуки и ставшее своего рода контролёром за местным населением.

При подготовке восстания болгарским активистам села ставилась задача захватить склады в окрестных сёлах, обеспечить снабжение повстанцев, блокировать основные дороги, чтобы воспрепятствовать подвозу припасов для турецких войск. Кроме того, среди задач батакских повстанцев было удержание помаков соседних сёл Чепино и Корово, если они попытаются помешать восставшим. В случае поражения отрядов повстанцев в близлежащих районах их остатки должны были пробираться в Батак.

Восстание в селе

После начала Апрельского восстания, 22 апреля (4 мая) 1876 года вооружённые бойцы из села во главе с Петром Горановым^[bg] по сигналу церковного колокола заняли позиции «в четверти часа езды» от окраины села. 23 апреля (5 мая), в день Святого Георгия (болг. Гергьовден) в сельской церкви Святой Недели прошло богослужение, после которого сельские священники благословили восставших. К жителям Батака присоединились несколько болгар из окрестных сёл (Ракитово, Каменица и Пештера). На следующий день, 24 апреля (5 мая), к одному из постов, окружавших село, по поручению полицейского инспектора Ахмеда Аги^[bg] из Барутина, прибыли двое турецких полицейских — Караджа Асан и Помак Мустафа. Ведшие от лица жителей села переговоры Стефан Трендафилов (Керелов) и Димитр Тенчев после их окончания застрелили турок. По словам Петра Горанова, 25 апреля (6 мая) состоялась вторая встреча с представителями турецких властей, которые привели с собой болгарских кметов соседних сёл Ракитово и Каменица, которые сообщили восставшим, что у них нет никаких проблем с турецкой администрацией и они не собираются присоединяться к восставшим.

Вечером 29 апреля (10 мая) с наблюдательного поста, выставленного повстанцами на возвышенности Семералан, на дороге, идущей в Доспат, был обнаружен отряд башибузуков, идущий по направлению к селу. Утром 30 апреля (11 мая) они заняли «Петрово бырдо», находящееся на расстоянии в четверть часа ходьбы от села. Вечером того же дня превосходящие силы башибузуков и помаков пошли в атаку на окружавшие село посты восставших. В ожесточенном бою им удалось нанести поражение повстанцам и выдавить их в село. Осознав неизбежность поражения, руководитель восстания Петр Горанов^[bg] в ночь с 30 апреля (11 мая) на 1 (12) мая по оврагу вырвался из села, уведя с собой около 600—700 вооруженных повстанцев, женщин и детей.

Резня

Американский журналист Януарий Мак-Гахан, прибывший в Батак вместе с дипломатами Великобритании, США и России, по свидетельствам очевидцев восстановил картину событий в своих репортажах. На момент начала восстания в селении жили около 9 тысяч человек, мужчины почти сразу ушли в ополчение, но плохо вооружённые отряды ополченцев были быстро разбиты. После этого в Батак вошли башибузуки. Местного духовного лидера и старосту Трендафила Тошева Керелова подвергли садистским издевательствам: выкололи глаза, вырезали язык, вырвали все зубы и ещё живым посадили на кол. Потом жгли заживо около часа.

Потом началась бойня всех жителей без разбора. Младенцев погромщики насаживали на штыки и пики и так ездили по городу. 200 детей и женщин, спрятавшихся в школе, сожгли в здании заживо. Молодых женщин и девушек насиловали группой, а последний из неё должен был зарезать жертву. Несколько сотен жителей Батака попытались спрятаться в церкви, где в условиях летней жары самые слабые умирали от духоты. Продержав храм в осаде три дня, башибузуки закинули внутрь ульи с пчелами. Потом они зажгли церковь по периметру, и задыхающиеся люди, выбегая, тут же находили свою смерть от рук карателей.

Мак-Гахан написал, что видел трупы молодых девушек, сложенные вдоль дороги, видел мать, сжимающую в руках головы трёх своих детей.

«…Мы натянули поводья, закричав от ужаса. Прямо перед нами возвышалась груда черепов, которые лежали вперемешку с другими частями человеческих тел… На всех телах были только женские рубахи. Они все были женщинами или девушками. Я насчитал свыше 100 голов, без учета тех, которые лежали внутри груды. Все они были отсечены от тел, все тела были без голов. Каждую из этих женщин обезглавили.

…Городок лежал на расстоянии 100 ярдов от нас. Не уцелела ни одна крыша, ни одна стена. По другую сторону дороги лежали детские тела с ужасающими следами от ударов ятаганами на их маленьких головках. Количество убитых детей невероятно, просто огромно…

…Мы подъехали к церкви. Сначала мы не заметили ничего особенного. Но разносившееся зловоние было настолько сильным, что мы едва смогли посмотреть вокруг. И тут – то, что мы посчитали камнями и мусором под копытами наших лошадей, в действительности оказалось огромной кучей человеческих трупов, присыпанных тонким слоем земли. Весь церковный двор был покрыт ими, высотой от 3 до 4 футов. Из этой чудовищной гробницы проступали головы, ладони, кисти, ноги, ступни и руки. Маленькие кудрявые головки виднелись тут и там, маленькие детские ручки, протянутые так, словно они молили о помощи…»

Секретарь американского посольства Юджин Скайлер так описал картину опустошения после зверств, совершённых башибузуками в Батаке: «…Со всех сторон были человеческие кости, черепа, ребра, и даже целые скелеты, головы девочек, с до сих пор заплетенными в косы длинными волосами, кости детей, скелеты до сих пор, заключенная в одежде. Мы видели дом, пол которого был белым от пепла и обуглившихся костей заживо сожженных там тридцати человек. Мы видели место, где Трендафил (Трендафил Тошев Керелов, староста села Батак) был приколот копьем, затем сожжен и похоронен на этом же месте. Мы видели ужасные ямы, заполненные гниющими трупами. Мы видели плотину мельницы, заполненную опухшими трупами. Мы видели здание школы, где двести женщин и детей, укрывшихся в нее, были сожжены заживо. Мы видели церковь и кладбище, заполненные тысячами полусгнивших трупов, отгороженные забором высотой в несколько футов места, заполненные кучами рук, ног и головами, торчащими из-под камней, которые тщетно были брошены там, чтобы скрыть их, и во всем этом пространстве стоит страшное зловоние…».

Последствия

Жестокого подавления восстания Европа видеть не хотела. В Лондоне, покровительствовавшем Порте, официально проигнорировали резню, а фактически одобрили её. Русский дипломат того времени, Александр Гирс, сообщал, что посол Британии в Константинополе сэр Генри Эллиот прямо потворствовал карателям: «…Генри Эллиот, узнав о восстании и боясь новых опасных осложнений, епервый дал Порте совет потушить мятеж, “не разбирая средств”. Это не было тайной ни для кого, пока не узнали, каким образом Порта воспользовалась данным советом. Понятый и осуществленный иначе, совет этот был бы в сущности хорош. Но всякий совет, будь он сам по себе прекрасен, становится пагубным и роковым, как скоро применяется людьми, лишенными такта. Быть может, сэр Генри не знал, что Порта прибегнет к черкесам, быть может, он не знал, на что эти дикари способны».

20 июня 1876 года Сербия и Черногория, поддерживая восстание в Боснии и Герцеговине, объявили Турции войну. В Сербию приехали около 7000 русских добровольцев.

В английских газетах первые, очень неточные заметки об убийствах в Болгарии появились в начале мая и остались без внимания. Но в Константинополе тогда работал американский миссионерский колледж, и учившиеся в нем болгарские студенты и преподаватели собрали информацию о событиях на родине и передали её британскому послу, который не отреагировал на неё, поскольку сам давал «отмашку» на резню. Тогда болгары передали информацию в английские газеты The Times и London Daily News. Вторая в конце июня 1876 года опубликовала сенсационную статью, после чего в Лондоне разразился политический скандал.

26 июня в парламенте оппозиция потребовала расследования зверств турок. Дизраэли уверял, что статья в газете - не более, чем «болтовня из стамбульских кофеен». Но оппозиция настояла на том, чтобы британское правительство поручило провести расследование Уолтеру Барингу, второму секретарю посольства в Константинополе. С аналогичной просьбой к американскому послу в Турции Горацию Мейнарду обратились преподаватели американского колледжа, и он отправил в Болгарию секретаря американской миссии и генерального консула Юджина Скайлера. В то же время в Константинополь прибыл для освещения сербско-турецкой войны американский журналист Януарий Мак-Гахан. Скайлер предложил ему поехать в Болгарию вместе. С ними отправились также немецкий корреспондент и второй секретарь посольства России в Константинополе, князь Алексей Церетели. В течение трёх недель они ездили по Болгарии и документировали зверства, совершенные турками.

Публикация отчётов миссии в английских газетах шокировала общественность, однако политики во главе с Дизраэли стали оправдывать турок, так как те подавляли вооружённое восстание болгар. В России это вызвало всеобщее возмущение. Федор Михайлович Достоевский высказался жёстко: «Десятки, сотни тысяч христиан избиваются как вредная паршь, сводятся с лица земли с корнем, дотла. В глазах умирающих братьев бесчестятся их сестры, в глазах матерей бросают вверх их детей-младенцев и подхватывают на ружейный штык; селения истребляются, церкви разбиваются в щепы, все сводится поголовно – и это дикой, гнусной мусульманской ордой, заклятой противницей цивилизации. Это уничтожение систематическое; это не шайка разбойников, выпрыгнувших случайно, во время смуты и беспорядка войны, и боящаяся, однако, закона. Нет, тут система, это метод войны огромной империи. Разбойники действуют по указу, по распоряжениям министров и правителей государства, самого султана. А Европа, христианская Европа, великая цивилизация, смотрит с нетерпением… “когда же это передавят этих клопов”! Мало того, в Европе оспаривают факты, отрицают их в народных парламентах, не верят, делают вид, что не верят. Всякий из этих вожаков народа знает про себя, что все это правда, и все наперерыв отводят друг другу глаза: “это неправда, этого не было, это преувеличено, это они сами избили шестьдесят тысяч своих же болгар, чтоб сказать на турок”. Но отчего же это все, чего боятся эти люди, отчего не хотят ни видеть, ни слышать, а лгут сами себе и позорят сами себя? А тут, видите ли, Россия: “Россия усилится, овладеет Востоком, Константинополем, Средиземным морем, портами, торговлей. Россия низринется варварской ордой на Европу и “уничтожит цивилизацию” (вот ту самую цивилизацию, которая допускает такие варварства!)”».

Оценка количества погибших

Американский военный репортёр Януарий Мак-Гахан подсчитал, что из 9 тысяч жителей села смогли спастись около 1200.

Отражение в болгарской культуре

События, произошедшие в селе, были отражены в стихотворении Ивана Вазова «Воспоминания о Батаке». Впоследствии на текст стихотворения болгарской группой «Епизод» была написана песня.

Литература

• Й. Венедиков. История на въстанието в Батак 1876 год., София, 1929

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Руниверсалис» («Руни», руни.рф) под названием «Батакская резня», расположенная по адресу: — «https://руни.рф/index.php/Батакская_резня» Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC BY-SA. Всем участникам Руниверсалиса предлагается прочитать «Обращение к участникам Руниверсалиса» основателя Циклопедии и «Почему Циклопедия?».