Внешняя политика Ирана

Внешняя политика Ирана характеризуется многовекторностью, стремлением к региональному лидерству, защитой национальных интересов и противодействием внешнему давлению. Она формируется под влиянием исторических, религиозных, геополитических и экономических факторов.

Внешняя политика ИРИ

В пер­вые го­ды сво­его су­ще­ст­во­ва­ния Исламская Республика Иран, которую возглавил аятолла Хомейни, ока­за­лась в час­тич­ной изо­ля­ции, что бы­ло вы­зва­но вой­ной с Ира­ком, раз­ры­вом от­но­ше­ний с США и вве­дён­ны­ми про­тив неё санк­ция­ми западных дер­жав. Боль­шие опа­се­ния у со­се­дей Ирана вы­зва­ли при­зы­вы ра­ди­каль­ных кру­гов иранского ру­ко­во­дства к «экс­пор­ту ис­лам­ской ре­во­лю­ции». Осу­ж­де­ние пра­ви­тель­ст­вом ИРИ вво­да советских войск в Аф­га­ни­стан в 1979 году и под­держ­ка им афганских мод­жа­хе­дов ста­ли при­чи­ной ос­лож­не­ния советско-иранских от­но­ше­ний.

По­сле смер­ти Р. М. Хо­мей­ни (1989) но­вым рахбаром стал Али Хаменеи, а пост пре­зи­ден­та рес­пуб­ли­ки за­нял А. А. Ха­ше­ми-Раф­санд­жа­ни (1989—1997). Ха­ше­ми-Раф­санд­жа­ни пред­при­ни­мал ша­ги по вос­ста­нов­ле­нию свя­зей со стра­на­ми За­па­да.

Внеш­няя по­ли­ти­ка пра­ви­тель­ст­ва следующего президента М. Ха­та­ми (1997—2005) бы­ла на­прав­ле­на на пре­одо­ле­ние кон­фрон­та­ции с За­па­дом. Иранское ру­ко­во­дство вы­сту­пи­ло с при­зы­вом к «диа­ло­гу ци­ви­ли­за­ций», но он не по­лучил от­кли­ка в стра­нах Западной Ев­ро­пы и США. Американская ад­ми­ни­ст­ра­ция в 2002 году от­не­сла Иран (вме­сте с Ира­ком и КНДР) к «оси зла», а в 2006 году пре­зи­дент США Джордж Буш на­звал Иран «глав­ным ми­ро­вым спон­со­ром тер­ро­риз­ма»; ме­ж­ду­народные тор­го­во-эко­но­мические санк­ции про­тив Ирана от­ме­не­ны не бы­ли.

Осу­ж­де­ние иранским ру­ко­во­дством по­ли­ти­ки Ира­ка в пе­ри­од Ку­вейт­ско­го кри­зи­са 1990-91 гг. спо­соб­ст­во­ва­ло сбли­же­нию по­зи­ций Ирана и ря­да стран арабского ми­ра. В 1990-х Иран нор­ма­ли­зо­вал от­но­ше­ния с Егип­том, Ту­ни­сом, Иор­да­ни­ей. В 2003-04 ли­де­ры Ирана пред­при­ни­ма­ли ша­ги по на­ла­жи­ва­нию доб­ро­со­сед­ских от­но­ше­ний с Сау­дов­ской Ара­ви­ей, ди­вер­си­фи­ка­ции тор­го­во-эко­но­мических свя­зей с Тур­ци­ей, ак­тив­но уча­ст­во­ва­ли в ра­бо­те Ор­га­ни­за­ции Ис­лам­ская кон­фе­рен­ция. В то же вре­мя от­но­ше­ния Ирана с ря­дом го­су­дарств Пер­сид­ско­го залива ос­та­ва­лись на­пря­жён­ны­ми в си­лу дав­не­го тер­ри­то­ри­аль­но­го спо­ра о при­над­леж­но­сти ост­ро­вов Абу-Му­са, Боль­шой и Ма­лый Томб. Иранские вла­сти по­пы­та­лись ус­та­но­вить бо­лее тес­ные от­но­ше­ния с Рос­си­ей, Ин­ди­ей, КНР, ук­ре­пить своё влия­ние в рес­пуб­ли­ках За­кав­ка­зья и Центральной Азии. Втор­же­ние США в Ирак и свер­же­ние ре­жи­ма Саддама Ху­сей­на спо­соб­ст­во­ва­ли уси­ле­нию влия­ния Ирана в Ираке благодаря наличию многочисленной ши­ит­ской об­щи­ны. Иран одоб­ри­тель­но от­нёс­ся к свержению ре­жи­ма Саддама Хусейна, но призывал к ско­рей­шему пре­кра­ще­нию иностранной ок­ку­па­ции Ирака.

Од­ним из наи­бо­лее слож­ных во­про­сов внеш­ней по­ли­ти­ки Ирака стало уре­гу­ли­ро­ва­ние спо­ров с За­па­дом по иранской ядер­ной про­грам­ме, про­воз­гла­шённой Мохаммадом Ха­та­ми в 2003 году по­сле об­на­ру­же­ния зна­чительных за­ле­жей ура­но­вой ру­ды в центральных рай­онах стра­ны. США и их со­юз­ни­ки, опи­ра­ясь на ре­зо­лю­ции Со­ве­та Безо­пас­но­сти ООН, потре­бовали от Ирана за­мо­ро­зить строи­тель­ст­во объ­ек­тов атом­ной энер­ге­ти­ки и пре­кра­тить обо­га­ще­ние ура­на. Иран от­ка­зы­вал­ся вы­пол­нять эти тре­бо­ва­ния, ука­зы­вая на ис­клю­чи­тель­но мир­ный ха­рак­тер сво­ей ядер­ной про­грам­мы.

В 2005 году на оче­ред­ных пре­зи­дент­ских вы­бо­рах по­бе­ду одер­жал сто­рон­ник жё­ст­ко­го внеш­не­по­ли­тического кур­са (пре­ж­де все­го в от­но­ше­нии США и Из­раи­ля) Махмуд Ах­ма­ди­не­жад (2005—2013). Это при­ве­ло к уси­ле­нию кон­фрон­та­ции Ирана с За­па­дом и уг­луб­ле­нию его ме­ж­ду­народной изо­ляции. С ле­та 2005 Иран ак­ти­ви­зи­ро­вал раз­ра­бот­ку соб­ст­вен­ной ра­кет­ной про­грам­мы, а за­да­чу по­вы­ше­ния обо­рон­но­го и на­учно-тех­нического по­тен­циа­ла стра­ны по­ста­вил на пер­вое ме­сто в шка­ле при­ори­те­тов. Во внешней политике Ахмадинежад придерживался консервативных взглядов, жёстко критиковал администрацию Джорджа Буша и выступал за усиление связей Ирана с Россией и арабским миром. Также он неоднократно выступал с резкими заявлениями в адрес Израиля.

Следующим президентом Ирана стал Хасан Рухани (2013—2021), которого сменил Ибрахим Раиси, погибший в 2024 году в авиакатастрофе.

Внешняя политика Ирана при Хасане Рухани была направлена на снижение международной изоляции страны, выход из экономической блокады и балансирование между западными и восточными партнёрами. Ключевыми приоритетами стали переговоры по ядерной программе, улучшение отношений с Западом, укрепление связей с Россией и Китаем, а также попытка смягчить региональные конфликты.

Политика добрососедства, инициированная Хасаном Рухани в 2019 году, способствовала развитию конструктивных экономических отношений с сопредельными государствами. Она была частью усилий администрации Рухани, направленных на выход Ирана из региональной изоляции, прекращение холодной войны с саудитами, замедление процесса нормализации отношений между Израилем и арабскими странами, а также обеспечение безопасности в условиях возрастающего влияния Израиля и его присутствия вблизи от иранских границ.

Тегеран стремился расширить торговлю, энергетические партнёрства и инфраструктурные проекты, полезные для всего региона. Экономическая интеграция и активизация дипломатических отношений рассматривались как способ решить более широкие геополитические проблемы. Цель была предельно прагматичной — предотвратить формирование арабо-израильской оси против Ирана.

Центральным направлением внешней политики Рухани стали переговоры по иранской ядерной программе. В 2015 году был подписан Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), который предусматривал снятие международных санкций в обмен на ограничения в ядерной деятельности Ирана. Это стало попыткой нормализовать отношения с Западом и привлечь иностранные инвестиции для восстановления экономики.

Однако политика Рухани столкнулась с сопротивлением со стороны консервативных кругов в Иране, которые критиковали его за «смягчение» внешнеполитического курса. Кроме того, после прихода к власти Дональда Трампа в 2017 году США вышли из СВПД, что привело к возобновлению санкций и срыву надежд на полную нормализацию отношений. Решительный выход Трампа из СВПД был осуществлён вопреки отсутствию нарушений условий сделки с иранской стороны, позиции Совбеза ООН и мнению союзников США в Европе. Это событие стало критической точкой для иранского «поворота на Запад». Политическая элита в Исламской Республике в очередной раз увидела, что подписание договоров и заверения с американской стороны ничего не значат.

В феврале 2018 года Верховный лидер Ирана Али Хаменеи выдвинул концепцию «Взгляд на Восток», объявив данное направление первостепенной внешнеполитической задачей Исламской Республики в ответ на неудачное взаимодействие с Западом, особенно после неутешительных итогов СВПД. Верховный лидер отметил, что иранская дипломатия делала шаги навстречу США, но те не ответили взаимностью. «Во внешней политике приоритетами для нас сегодня становятся предпочтение Востока Западу, предпочтение соседних стран дальним, предпочтение наций и стран, разделяющих наши общие цели». При этом под «Востоком» имелись в виду страны, стратегически важные для Ирана, интересы которых не совпадают с американскими, либо, те, которые, несмотря на тесные связи с США, проводят самостоятельную внешнюю политику — прежде всего, речь идёт о Китае и России, а также — по убывающей значимости — Индии и АСЕАН. Концепция «Взгляд на Восток», однако, не пользовалась абсолютной поддержкой в иранском истеблишменте: высказывались мнения, что и Китай, и Россия в отношениях с Ираном преследуют собственные интересы и пытаются эксплуатировать Иран.

Тем не менее 17 мая 2018 года Тегеран подписал с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) соглашение о создании зоны свободной торговли (ЗСТ), которое вступило в силу 27 октября 2019 г. сроком на три года. В 2018 году Иран и Китай подписали Совместное заявление о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве. Под конец президентства Х. Рухани, 27 марта 2021 года, Иран и Китай заключили договор о всестороннем сотрудничестве сроком на 25 лет. Китай был важным экономическим партнёром Ирана, особенно в условиях санкций. Он оставался крупнейшим импортёром иранской нефти, а Тегеран получал от Пекина компоненты для ракетного топлива. Однако отношения осложнялись тем, что Китай не был готов полностью поддерживать Иран в противостоянии с США и не предоставлял ему статус «эксклюзивного» партнёра.

При Рухани активизировалось сотрудничество Ирана с Россией, особенно в контексте сирийского кризиса. Иран и Россия координировали действия в борьбе с терроризмом, поддерживали правительство Башара Асада и участвовали в трёхстороннем формате с Турцией для урегулирования ситуации в Сирии. В 2017 году во время визита Рухани в Москву было подписано 14 документов о двустороннем сотрудничестве, включая проекты в сфере энергетики, транспорта и инфраструктуры. Обсуждалось строительство новых энергоблоков АЭС «Бушер», участие российских компаний в освоении иранских месторождений, а также развитие международного транспортного коридора «Север — Юг». Несмотря на сближение, российско-иранские отношения оставались непростыми из-за различий в стратегических интересах, особенно в вопросе будущего Сирии.

Администрация Ибрахима Раиси взяла на вооружение «Взгляд на Восток», сделав его краеугольным камнем внешнеполитического курса вместо каких-либо инициатив по улучшению отношений с Западом, хотя Раиси неоднократно и заявлял, что Иран придерживается сбалансированного подхода, глядя «в обе стороны». Сторонники Раиси приписывают успехи «Взгляда на Восток» исключительно ему, хотя эти достижения, включая вступление в Шанхайскую организацию сотрудничества, — результат гораздо более длительного процесса, большая часть которого была осуществлена командой президента Рухани.

В 2024 году на пост президента был выбран Масуд Пезешкиан, объявивший о возвращении к курсу бывшего президента Хасана Рухани и реабилитации его соратников. В своей президентской кампании Пезешкиан опирался на министра иностранных дел в кабинете Рухани — Мохаммада Джавада Зарифа, который при Раиси был отстранён от политики.

Основные направления современной внешней политики Ирана

Стремление к региональному лидерству. Иран стремится утвердиться в качестве доминирующего игрока на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. Это включает поддержку шиитских сообществ в соседних странах (Ливан, Ирак, Бахрейн) и продвижение идеи «шиитского пояса». Иран также участвует в региональных инициативах, например, в рамках Движения неприсоединения, Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) (с 2022 года) и БРИКС (с 2024 года).

Противостояние с Западом и Израилем. Иран находится в конфронтации с США и Израилем, что проявляется в санкционном давлении, взаимных угрозах и военных инцидентах. Ядерная программа Ирана остаётся камнем преткновения в отношениях с Западом. Тегеран настаивает на праве на мирное использование атомной энергии, тогда как США и их союзники подозревают страну в стремлении создать ядерное оружие.

Контроль над Ормузским проливом. Иран заявляет о праве контролировать судоходство в Ормузском проливе, через который проходит значительная часть мировой нефтяной торговли. США и другие страны считают такие претензии незаконными.

Поддержка антиизраильских движений. Иран оказывает политическую, финансовую и военную поддержку организациям, противостоящим Израилю, таким как Хамас и «Хезболла».

Сотрудничество с Россией и Китаем. В условиях санкций Иран активно развивает отношения с Россией и Китаем. 17 января 2025 года в Москве был подписан Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве между Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран. Российско-иранский политический диалог, как указывает МИД РФ, основывается на совпадении или близости позиций двух государств по большинству вопросов глобальной и региональной повестки дня. Обе страны привержены построению справедливого и демократического миропорядка, основанного на общепризнанных принципах и нормах международного права, укреплению роли ООН в международных делах, взаимовыгодному и равноправному сотрудничеству государств.

Взаимодействие со странами Африки. С 2021 года Иран активизировал усилия по расширению влияния в Африке, видя в этом направлении потенциал для укрепления экономических и политических связей. Однако прогресс в этом направлении ограничен из-за конкуренции с другими державами и неоднозначного восприятия Ирана в регионе.

Участие в международных организациях. Иран является членом ООН, Организации исламского сотрудничества (ОИС) и других международных структур. При этом отношения с некоторыми региональными организациями, например, с Лигой арабских государств, остаются напряжёнными из-за религиозных и политических разногласий.

Внешнеполитическая стратегия Исламской Республики Иран

Специфические особенности внешнеполитической стратегии Исламской Республики Иран (ИРИ) обусловлены следующими факторами:

• в своей геополитической парадигме Иран за всю свою историю никогда не отказывался от амбициозных проектов усиления своего влияния в рамках евразийского пространства «пяти морей» (Каспийское, Чёрное, Средиземное, Красное моря и Персидский залив). С этим связаны два вектора внешней политики Ирана: юго-западный (включая Ближневосточный регион) и северо-восточный (Центральная Азия).
• государственное и духовно-религиозное руководство страны чётко ориентировано на расширение влияния Ирана в политической и конфессиональной сферах не только с сопредельными странами, близкими по культурно-языковой принадлежности народами, но и утверждение Ирана в качестве субрегионального актора международных отношений, а также неоспоримого религиозного лидера, объединяющего мировые конфессиональные анклавы шиитов. Из этого следует, что внешнеполитическая доктрина ИРИ тесно связана с экспансией шиитской ветви ислама во всех странах пребывания адептов этого течения.
• наличие постоянной угрозы войны как со стороны ряда государств Ближнего Востока, так и западных государств приводит к тому, что своим важнейшим фактором внешнеполитического курса Иран считает усиление своей безопасности и обеспечение хотя бы военного паритета с потенциальными противниками. К недружественному окружению относятся в первую очередь суннитские государства Ближнего Востока, а также Израиль, для которого Иран остаётся противником № 1. Самой большой угрозой во внешнеполитической стратегии Ирана являются Соединённые Штаты Америки, которые расценивают ИРИ как опасного противника на Ближнем Востоке.
• Иран располагает значительным ресурсным потенциалом высококачественного углеводородного сырья, занимая первое место по доказанным запасам газа и четвёртое место по доказанным запасам нефти в мире, что является важнейшим внешнеполитическим и внешнеэкономическим ресурсом и даёт возможность иранскому руководству проводить достаточно гибкую политику по созданию альтернативных форматов международного сотрудничества независимо от санкционного давления. По сути, это позволяет Ирану устанавливать широкие торгово-экономические связи со многими странами Южной и Юго-Восточной Азии, Азиатско-Тихоокеанского региона и Евросоюза.

Борьба за лидерство в евразийском пространстве «пяти морей»

С точки зрения контроля над «Большой Евразией» иранское руководство отдаёт себе отчёт в наличии двух основных конкурентов — России и Турции. Российская Федерация реализует евразийский проект в Центрально-Азиатском регионе и имеет преимущества на Каспии и в Чёрном море. Однако Россия, помимо южного направления, сама является государством более чем «пяти морей», включая Балтику, моря Северного Ледовитого океана и акваторию Тихого океана. В своё время президент Ирана Х. Роухани во время своего визита в Москву довёл до российского руководства свою заинтересованность в долгосрочном партнёрстве с Россией и обозначил контуры «разделения сфер влияния», оставляя за Россией приоритеты в европейском сотрудничестве. Себе Иран выделил азиатский вектор, в том числе по линии инфраструктурных и энергетических проектов с Китаем, Индией и Пакистаном. Что касается Турции, то она сама в рамках неоосманизма претендует на лидирующую роль в евразийском проекте.

Иран как мировой центр шиизма

Исламская Республика Иран является мировым центром шиитской ветви ислама. Эта религиозно-политическая доктрина в современных условиях трансформировалась в модель создания «шиитского пояса», смысл которой заключается в объединении шиитских государств от Ирана до Ливана (включая Ирак и Сирию) и противодействии политике суннитских стран Ближнего Востока (Египет, Саудовская Аравия, Турция и др.). Создание «шиитского пояса» позволило Ирану легитимизировать своё присутствие на территориях Ирака, Ливана и Сирии, а также открыть экономический коридор в Средиземное море в обход Саудовской Аравии и Турции.

В Сирии значительную долю последователей ислама составляют не чисто шиитские, но косвенно родственные шиизму религиозные течения, именуемые алавизмом (алавиты). Согласно ст. 11 и 12 Конституции ИРИ, Иран защищает любое признанное шиитское течение в рамках продвижения политического, экономического и культурного единства исламского мира. Таким образом, участие отрядов Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) в сирийском конфликте было обусловлено защитой интересов алавитского населения и необходимостью сохранения шиитских святынь от террористической организации ИГИЛ.

Современный ареал военно-политического вектора политики ИРИ в рамках внешнеполитической стратегии «шиитского пояса» включает в себя ещё и Йемен. Тегеран осуществляет военные поставки хуситскому ополчению (эта религиозная община составляет более 35 % населения Йемена).

Иран и Центральная Азия

В первые годы после распада СССР Иран связывал большие надежды с завоеванием позиций в Центральной Азии. На фоне напряжённых отношений с рядом арабских монархий и трений с Западом, «прорыв» в ЦА означал для ИРИ компенсацию издержек изоляции за счёт приобретения новых партнёров, налаживания новых экономических связей. В начале 1990-х годов Иран сделал акцент на этническую и языковую близость, начав проведение активной политики в регионе с культурно близкого ему Таджикистана. Однако затем Тегеран вышел за узкие «таджикские рамки» и сейчас работает в той или иной мере со всеми государствами региона.

Страны Центральной Азии, в свою очередь, также заинтересованы в Иране, поскольку ИРИ способна решать транспортные (выход к Заливу) и энергетические проблемы, предоставляет технологии и развивает торговые отношения, имеет влияние в образованной в 1985 г. Организации экономического сотрудничества (ОЭС), Организации исламского сотрудничества (ОИС), Организации стран-экспортёров нефти (ОПЕК).

Укрепление позиций в Центральной Азии даёт Ирану возможность решить ряд важных взаимосвязанных задач.

Первая — добиться выхода из изоляции, причём в отличие от Ближнего Востока, где иранская политика по усилению влияния воспринималась как претензия на оказание решающего военно-политического воздействия на региональную ситуацию, в Центральной Азии Иран традиционно действовал и действует более взвешенно. Это позволило ему развивать отношения со всеми государствами ЦА, которые воспринимают его как самостоятельного и значимого игрока в регионе. Сотрудничество с Ираном даёт им дополнительные возможности диверсифицировать свои внешние связи, вписывается в общую для всех центральноазиатских стран политику многовекторности и балансирования между мировыми центрами силы.

По мнению ряда экспертов, основные тактические установки иранской дипломатии в странах ЦА направлены на постепенное инсталлирование во все сферы, которые могли бы способствовать преодолению внешнеполитической и экономической изоляции Ирана. Тегеран позиционирует себя в качестве надёжного партнёра, имеющего параллельные интересы с ведущими государствами мира. В отличие от Ближнего Востока, в Центральной Азии речь не идёт о конфессионально мотивированных действиях (подавляющее большинство мусульманского населения региона составляют сунниты). Здесь Иран не претендует на лидерство, и на первом месте у него заявляются и реализуются на практике прагматические интересы, а не ценностные установки.

Вторая задача — получить реальные выгоды от торгово-экономического сотрудничества с регионом. В 2010-х годах правительство Ирана во главе с президентом Рухани (2013-2021) сформулировало обновлённую региональную концепцию, в рамках которой ИРИ заявила намерение увеличить влияние в соседних регионах, в частности в Центральной Азии, с целью расширения потенциала обеих сторон в области торговли и инвестиций. Ключевым пунктом данной стратегии была заявлена реализация крупных инфраструктурных проектов, таких как китайская инициатива «Один пояс — один путь», которая в полной мере соотносится со стремлением Тегерана усилить автомобильную и железнодорожную взаимосвязь с Центральной Азией с последующим выходом на китайские рынки.

В 2022 году Иран вступил в состав Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Отмечается, что в своё время отказ ШОС принимать Иран был во многом обусловлен тем, что страны Центральной Азии всерьёз опасались иранского исламизма и его стремления к идеологической экспансии. Однако последующие годы показали, что Тегеран готов к конструктивному сотрудничеству со светскими силами. При этом исламская мотивация все чаще заслоняется прагматическими соображениями, а экспансионизм ограничивается отдельными регионами Ближнего Востока. Более того, антитеррористические устремления Ирана во многом совпадают с видением других стран. Важным показателем стала борьба Ирана с Исламским государством, а также успешное взаимодействие с Россией и Турцией в Сирии.

Иран и страны Африки

 → Сотрудничество Ирана со странами Африки

Двусторонние отношения

Армения

 → Армяно-иранские отношения

Израиль

 → Израильско-иранские отношения

Индия

После иранской революции 1979 года, оказавшись в стратегической и экономической изоляции в результате введения санкционного режима, руководство Ирана предприняло активные усилия для компенсации своих потерь за счет развития связей со странами Азии. Иран стал активным участником Движения неприсоединения и вошел в G15 в рамках этой организации. Со своей стороны, Дели рассматривало Тегеран как важного экономического партнера, готового восполнить потребности страны в энергоносителях.

На сближение двух стран на внешнеполитическом треке повлияло совпадение позиций по региональным вопросам. Важнейшим фактором на этом направлении стала взаимная заинтересованность в ограничении влияния Движения Талибан в Афганистане, которое увеличивало опасность распространения исламского фундаментализма на территорию сопредельных государств. Во время гражданской войны в Афганистане Индия и Иран поддерживали Бурхануддина Раббани и Северный альянс, а после падения режима талибов сотрудничали с центральным правительством в Кабуле и объединяли усилия в борьбе с наркотрафиком и террористическими угрозами, исходящими с территории ИРА.

Ключевыми документами, определяющими отношения Дели и Тегерана после революции 1979 года, стали Тегеранская декларация (2001) и Делийская декларация (2003). Первая была подписана во время визита премьер-министра Индии Атала Б. Ваджпаи в Тегеран и, по мнению президента Ирана М. Хатами, положила начало новому этапу ирано-индийского сотрудничества, определив его основные направления4. Руководство обеих стран согласовало ряд меморандумов о взаимопонимании в области экономики, энергетики, торговли, транспортной инфраструктуры, информационных технологий и борьбе с терроризмом.

В январе 2003 г. президент Ирана М. Хатами посетил Дели и подписал «Делийскую декларацию» и «Дорожную карту, ведущую к стратегическому сотрудничеству», в которых обе стороны определили стратегическое партнерство в качестве конечной цели сотрудничества Дели и Тегерана. Делийская декларация определила сотрудничество в энергетике как стратегическое направление ирано-индийских отношений и дала толчок к взаимодействию в этой области. Начались активные переговоры о поставках иранского сниженного газа в Индию и переговоры об участии индийских компаний в освоении и эксплуатации нефтяных месторождений Ядваран в Иране.

В 2016 году Индия, Афганистан и Иран подписали Трёхстороннее соглашение о транзите и торговле, предусматривающее финансирование Нью-Дели строительства и введения в эксплуатацию порта Шахид Бехешти в иранском порту Чахбехар на побережье Красного моря, а также строительство железной дороги, которая соединит район железорудного месторождения Хаджигак в афганской провинции Бамиан с портом Чахбехар. В феврале 2018 года в ходе визита президента Ирана Х. Роухани в Нью-Дели было подписано соглашение о передаче порта Шахид Бехешти в аренду индийской стороне. 26 декабря 2018 г. Иран передал порт Шахид Бехешти под оперативное управление индийской компании Indian Ports Global Ltd.

Ирак

 → Ирако-иранские отношения

Российская Федерация

 → Ирано-российские отношения

Саудовская Аравия

 → Ирано-саудовские отношения

Сирия

 → Ирано-сирийские отношения

Соединённые Штаты Америки

 → Американо-иранские отношения

Таджикистан

 → Ирано-таджикистанские отношения

См. также

• Иранская ядерная программа
• Организация по атомной энергии Ирана
• Санкции против Ирана

Примечания

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Руниверсалис» («Руни», руни.рф) под названием «Внешняя политика Ирана», расположенная по адресу: — «https://руни.рф/index.php/Внешняя_политика_Ирана» Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC BY-SA. Всем участникам Руниверсалиса предлагается прочитать «Обращение к участникам Руниверсалиса» основателя Циклопедии и «Почему Циклопедия?».