Шельский, Хельмут

Хельмут Шельский

Helmut Wilhelm Friedrich Schelsky

Дата рождения

14 октября 1912 года

Место рождения

Хемниц

Дата смерти

24 февраля 1984 года

Место смерти

Мюнстер

Хельмут Вильгельм Фридрих Шельский (^{[Нет даты!]}) — немецкий социолог. Наряду с Теодором Адорно и Рене Кёнигом был одним из самых известных немецких представителей своей дисциплины в первые десятилетия после Второй мировой войны.

Биография

Оказал влияние на развитие социологии как инициатор эмпирических исследований в различных её областях и как наставник молодых учёных. В отличие от Адорно (Франкфуртская школа) и Кёнига (Кёльнская школа), Шельский не создал собственной научной школы.

В 1929 году вступил в Национал-социалистический союз школьников, в 1932 году — в СА и Национал-социалистический союз студентов Германии, в 1937 году — в НСДАП. Получил философско-академическое образование в период национал-социализма у представителей Лейпцигской школы социологии. В последние месяцы Второй мировой войны был назначен на кафедру социологии в Рейхсуниверситете Страсбурга, но не смог приступить к работе. После окончания войны организовал Службу розыска Немецкого Красного Креста. Свою академическую карьеру продолжил в 1948 году в качестве профессора недавно основанной Академии общественной экономики в Гамбурге. В 1953 году перешёл в Гамбургский университет, в 1960 году — в Мюнстерский университет, где одновременно был директором Центра социальных исследований Мюнстерского университета в Дортмунде. Со второй половины 1960-х годов принимал активное участие в создании Билефельдского университета. Там он преподавал с 1970 года на созданном им единственном в стране факультете социологии. В 1973 году вместе со своей кафедрой перевёлся на юридический факультет Мюнстерского университета. После выхода на пенсию в 1978 году был почётным профессором социологии права в Грацском университете.

В 1950-е и 1960-е годы Шельский был близок к СДПГ и ОНП. Благодаря своим широко распространённым трудам он стал «выразителем духа времени». Известные термины, восходящие к нему, — «скептическое поколение» и «Нивелированное общество среднего класса». На фоне движения 1968 года он стал консервативным политическим писателем, диагностирующим время. Он поддерживал «Указ о радикалах» и в конечном итоге называл себя «антисоциологом». Его самая известная работа этого позднего периода — «Работу делают другие. Классовая борьба и господство священников-интеллектуалов».

Жизнь

Хельмут Шельский был сыном таможенного секретаря Франца Шельского и его жены Иды (урождённой Зассе). Он провёл детство в Анхальтской деревне Фрозе и посещал гимназию в Дессау. В 1920-е годы он присоединился к скаутам, где получил первый «решающий опыт» вне семьи. В 1929 году вступил в Национал-социалистический союз школьников. Принадлежность к молодёжному движению, которое он застал в его союзной и политической поздней фазе, по словам его ученика Бернхарда Шеферса, оказала на него формирующее влияние.

Учёба и академический рост при национал-социализме

После окончания школы Шельский в летнем семестре 1931 года начал изучать историю искусств в Кёнигсбергском университете. Он выбрал этот университет, потому что он находился дальше всего от его родного города. Однако это ограничилось лишь так называемым «пограничным семестром». Уже в зимнем семестре 1931/32 года он сменил место учёбы и специальность. Он поступил в Лейпцигский университет на факультет философии и был сильно впечатлён молодым приват-доцентом Арнольдом Геленом. Профессор социологии из Лейпцига Ханс Фрайер, который в 1913 году участвовал в первом Дне свободной немецкой молодёжи на Хоэр-Майснер, в ходе учёбы стал его старшим другом. Фолькер Кемпф называет преимущества таких контактов: тот, кто, как Шельский, имел академические профессиональные цели, мог видеть в молодёжном движении полезный трамплин на пути к цели. В возрасте 19 лет Шельский в 1932 году вступил в СА и стал членом Национал-социалистического союза студентов Германии, в котором вскоре дослужился до районного и заместителя гау-студенческого лидера НСДАП в Гау Магдебург-Анхальт. Будучи убеждённым антикоммунистом (эту позицию он сохранил на всю жизнь), в 1933 году он стал руководителем обучения в центральногерманском Гитлерюгенде.

В этом же году он опубликовал свой первый текст — небольшую статью в ежемесячном журнале «Сословная жизнь». В результате в его досье в СД было отмечено, что он представляет «идеи Шпанна». Главный идеолог НСДАП Альфред Розенберг ещё в 1931 году разошёлся с Отмаром Шпанном, ведущим теоретиком сословного государства (Австрофашизм), по поводу идеологической направленности национал-социализма. Своей следующей публикацией Шельский продемонстрировал способность адаптироваться к господствующей идеологии. В опубликованной в 1934 году работе «Социалистический образ жизни» говорится, что истинный социализм заключается в том, чтобы «исключать или даже уничтожать людей, которые не приносят пользы народу или даже вредят ему».

С диссертацией на тему «Теория общности по „Естественному праву“ Фихте 1796 года» Шельский в 1935 году получил степень доктора философии в Лейпцигском университете и дополнительно сдал государственный экзамен на должность преподавателя высшей школы. 4 июля 1937 года он подал заявление о приёме в НСДАП и был принят задним числом с 1 мая того же года (членский номер 4.529.255). Он стал лектором в Ведомстве Розенберга. Его участие в разработке учебных планов и материалов для Высшей школы НСДАП было предотвращено «уничтожающим» отзывом Альфреда Боймлера. Его задокументированная близость к «движению Шпанна», которое к тому времени оказалось в полной изоляции, и его стремление к автономии, происходящее из молодёжного движения, сделали его недостаточно надёжным для этой деятельности.

В 1936/37 году Шельский получил стипендию для хабилитации от Немецкого научно-исследовательского общества, в 1937 году стал ассистентом Арнольда Гелена в Лейпцигском университете. В ноябре 1938 года он последовал за Геленом в Кёнигсбергский университет, где в начале 1939 года прошёл хабилитацию под руководством Гелена и Гунтера Ипсена. Названием его хабилитационной работы было «Томас Гоббс — политическое учение». Эта работа была инициирована Хансом Фрайером и Карлом Шмиттом, Шельский опубликовал её только в 1981 году. С хабилитацией он получил так называемое двойное право преподавания по философии и социологии. Это произошло по настоятельной просьбе Шельского, хотя социология считалась «еврейской дисциплиной».

В 1930-е годы Шельский также выступал на радио. Так, он рассказывал о своём пребывании в качестве студента по обмену в Италии или на политические темы.

С начала Второй мировой войны Шельский совмещал военную службу (сначала в качестве ефрейтора, затем лейтенанта, наконец, обер-лейтенанта) и академическое преподавание. В 1941 году он был ассистентом Ханса Фрайера в Будапеште (Фрайер одновременно был директором местного Немецкого института культуры и приглашённым профессором истории немецкой культуры в Университете Лоранда Этвёша). Кроме того, Шельский несколько раз замещал профессоров. В 1943 году он был назначен в Рейхсуниверситет Страсбурга, но не смог занять должность профессора, так как был отправлен пехотинцем на Восточный фронт. В 1944 году он женился на Хильдегард Бретле, дочери главного имперского прокурора при Имперском суде Эмиля Бретле. У них было два сына, один из них — Вильгельм Шельский.

Научная карьера в Федеративной Республике Германия

Незадолго до окончания войны, в мае 1945 года, Шельский вместе со своим другом Куртом Вагнером, с которым он был знаком со времён учёбы в Лейпциге и по Ведомству Розенберга, добрался с рухнувшего фронта в Восточной Пруссии через Балтийское море во Фленсбург, куда на последние недели перебралось последнее имперское правительство НСДАП. Верховное командование военно-морских сил в Особой зоне Мюрвик поручило им заботиться о беженцах из Восточной Пруссии. Они начали регистрировать прибывающих. На Гросе-штрассе они создали офис, который назвали «Немецкий Красный Крест, организация помощи беженцам, служба расследований, центральная картотека розыска». Это стало зародышем Службы розыска Немецкого Красного Креста. От предложений стать менеджером в Немецком Красном Кресте он отказался. Он хотел возобновить прерванную научную карьеру. Опубликовав работу «Стремление народов к свободе и идея планового государства» в социал-демократическом издательстве, он уже в 1946 году возобновил публикации по социальным наукам. После полутора лет работы в службе розыска супруги Шельские переехали в баденский Йёлинген, где смогли жить в доме бабушки и дедушки Хильдегард. Там соответствующая комиссия по денацификации отнесла его к категории IV («попутчик»).

Вместе с Арнольдом Геленом, который нашёл жильё в швабском Иллерайхене, Шельский с 1947 года изучал ключевые труды американских социальных наук в Американской библиотеке Карлсруэ. Благодаря этому оба вскоре получили большое информационное преимущество перед своими коллегами по специальности. Из-за этого огромного и политически не вызывающего подозрений информационного преимущества (которое, по его собственным словам, должно было служить ему ещё десятилетиями) Шельский осенью 1948 года был назначен на кафедру социологии в недавно основанной Академии общественной экономики в Гамбурге.

Гамбург

Академия общественной экономики находилась под влиянием профсоюзов и вовлекла Шельского в социал-демократические сети, к которым принадлежали Гельмут Шмидт и Карл Шиллер. В Академии он начал несколько исследований, результаты которых легли в основу его более поздних публикаций в области социологии семьи, молодёжи и социологии предприятия. Так, в 1949/50 году при участии своего ассистента Герхарда Вурцбахера и совместно с примерно 120 студентами он провёл подробные опросы семей беженцев, которые стали материалом для его первой социологической монографии «Изменения немецкой семьи в настоящем» (1953).

В 1953 году Шельский перешёл в Гамбургский университет. Философский факультет (который при назначении сначала отдавал предпочтение Хельмуту Плеснеру) стремился найти связь с социологией, как она практиковалась на международном уровне. Кроме того, эта социология должна была взять на себя практические задачи и исследования для построения немецкой общественной жизни. По словам Карла-Зигберта Реберга, Шельский выполнил эти требования «блестяще» и подчеркнул ориентацию социологии на эмпирические исследования вместо любых философских или идеологических рамок. Это совпадало с распространённым тогда пониманием задачи дисциплины, которое разделял и Рене Кёниг. Шельский хотел, как он писал позже, свести задачу социологии к тому, чтобы показывать, «что и так происходит и что вообще нельзя изменить».

С 1955 года Шельский входил в научный совет серии научно-популярных книг Немецкая энциклопедия Ровольта. В том же году он вместе с Арнольдом Геленом издал первое немецкоязычное руководство и учебник по социологии. Состав авторов книги показывает, по мнению Пауля Нольте, стремление издателей к политическому смешению «скомпрометированных» авторов и новых сил. Результатом стало сочетание новых методов с культурно-историческими перспективами старой немецкой социологии. Об основах социологии писали Гелен и Карл Янтке, Рене Кёниг представил социологию семьи, Герхард Маккенрот — демографию, Элизабет Пфайль — социологию большого города, Герберт Кёттер — аграрную социологию, Шельский — индустриальную социологию и социологию предприятия. Отто Штаммер ввёл в политическую социологию, а Карл Хайнц Пфеффер написал о социальных системах в международном сравнении. М. Райнер Лепсиус ретроспективно критически заметил, что в книге не упоминались ни Карл Маркс, ни Макс Вебер, ни Георг Зиммель.

Мюнстер и Дортмунд

В 1960 году он перешёл в Мюнстерский университет, где уже работали в качестве эмеритов его лейпцигский научный руководитель Ханс Фрайер и его кёнигсбергский руководитель хабилитации Гунтер Ипсен. К смене университета его побудила, в частности, перспектива в дополнение к самой профессуре взять на себя руководство Центром социальных исследований Мюнстерского университета в Дортмунде (SFSD), крупнейшим в то время социологическим исследовательским институтом в Европе.

Центр социальных исследований в Дортмунде (SFSD) в 1950-е годы считался «автомойкой» для сильно скомпрометированных социологов из Третьего рейха. Шельский уволил Гунтера Ипсена, у которого он проходил хабилитацию в Кёнигсберге, который считается «прототипом нацистского социолога» и с 1951 года был руководителем отдела в SFSD, но нанял также бывшего «имперского социолога» Карла Хайнца Пфеффера в качестве руководителя отдела SFDS. Он расширил Центр социальных исследований новыми отделами и привлёк тогда ещё не имевшего докторской степени Никласа Лумана в качестве руководителя отдела. Тот затем в течение года получил докторскую степень и прошёл хабилитацию в Мюнстере, что для Бернхарда Шеферса «наверняка уникально в истории немецких университетов».

Свою мюнстерскую вступительную лекцию Шельский в последующие годы расширил до всеобъемлющей исторической социологии немецкого университета, которая нашла своё публицистическое выражение в книге «Одиночество и свобода» (1963). Исследования университетского образования привлекли внимание министра культуры земли Северный Рейн-Вестфалия Пауля Миката. Он назначил Шельского руководителем учредительного комитета нового университета в Восточной Вестфалии, при этом наделив его большими властными и организационными полномочиями: Шельский получил право лично номинировать других членов комитета, и комитет должен был ориентироваться на концепции реформ, которые он сам выбрал.

Когда стало ясно, что новым местом расположения университета станет Билефельд, последовали протесты из Падерборна, направленные непосредственно против Шельского. Представители падерборнского отделения ХДС распространяли копии его юношеской работы «Социалистический образ жизни» 1934 года. Вскоре после этого Шельский ушёл в отставку с поста председателя учредительного комитета, но пересмотрел этот шаг после того, как многочисленные общественные и научные деятели (включая Теодора Адорно и Ральфа Дарендорфа) высказались за то, чтобы Шельский остался.

Билефельд и снова Мюнстер

Ещё до того, как Шельский перешёл в качестве профессора в новый Билефельдский университет, он опубликовал в 1969 году книгу «Прощание с университетской политикой, или Университет под прицелом провала». В комитетах нового университета он вскоре оказался в изоляции. Те преподаватели и ассистенты из Центра социальных исследований в Дортмунде, которым он обеспечил работу в Билефельде, «эмансипировались», по словам Бернхарда Шеферса, на фоне движения 1968 года «через противоречие» с ним. По словам Никласа Лумана, все существенные решения в комитетах в конечном итоге принимались без Шельского. Тем не менее, с 1970 по 1973 год он был профессором на созданном им единственном социологическом факультете немецкого университета. Однако он перенёс свою деятельность в Центр междисциплинарных исследований (ZiF) в Замок Реда, который относится к Билефельдскому университету. Это также основанное им «амбициозное и элитарное учреждение» соответствовало его видению «теоретического университета».

На это время пришёлся разрыв с его бывшим учителем и другом Арнольдом Геленом, продолжавшийся до смерти последнего. С гамбургских времён вместе с психиатром Хансом Бюргер-Принцем они образовывали «почти мужской союз». Шельский был настолько разочарован поздней работой Гелена «Мораль и гипермораль», что в письме выразил ему (и Юргену Хабермасу, который публично критиковал работу, почти в тех же выражениях) своё непонимание формы и содержания. Гелен расценил это как личное предательство и прекратил почти 40-летнюю дружбу.

Когда в ZiF также стало возникать всё больше конфликтов, Шельский в 1973 году при поддержке тогдашнего министра науки Северного Рейна-Вестфалии Йоханнеса Рау перевёлся со всей своей кафедрой на юридический факультет Мюнстерского университета. По словам Карла-Зигберта Реберга, это был беспрецедентный случай в истории немецкой науки. В Мюнстере Шельский преподавал и проводил исследования по социологии права, а также публицистически выступал против нового духа времени. Самой известной из критикующих дух времени работ является «Работу делают другие. Классовая борьба и господство священников-интеллектуалов» 1975 года. В следующей книге (1976) он выступил против мнимого лишения человека самостоятельности со стороны государства всеобщего благосостояния и социального государства.

В 1973 году он выступил в качестве приглашённого докладчика на съезде ХСС, в том числе по тактическим вопросам привлечения избирателей. Он подчеркнул, что якобы угрожающая плановая социализация, как это было заявлено в 1972 году в лозунге «Свобода или социализм» ХДС/ХСС, не может быть в центре их избирательной кампании. Тем более нельзя выступать против СДПГ как «рабочей партии» в качестве «партии предпринимателей», но можно показать рабочим высокую ценность самостоятельности в виде способности распоряжаться собственными делами без опеки. Партиям Союза он советовал противопоставить требованию большей демократии требование большей свободы, что было особенно воспринято Францем Йозефом Штраусом, Хансом Фильбингером и Альфредом Дреггером. Эрхард Эпплер раскритиковал в журнале «Шпигель» требование Шельского, а также его отклик в Союзе: воля к демократии и воля к свободе принадлежат друг другу; противопоставлять их друг другу означает поражать демократию в корне. Два года спустя Ульрих Ломар, который в гамбургской Академии общественной экономики был ближайшим сотрудником Шельского, а к тому времени стал профессором политологии и депутатом Бундестага от СДПГ, также в «Шпигеле» назвал его политические высказывания «классовой теорией разочарованного».

В 1978 году Шельский вышел на пенсию при первой возможности.

Уход в австрийский Бургенланд

Развитие Шельского в «озлобленного диагноста общественного упадка» привело в замешательство многих соратников, которые когда-то восхищались его «либеральной открытостью к иным взглядам». За научно-институциональной изоляцией последовал уход в частную жизнь. Шельский переехал в свой загородный дом в Штадтшлайнинге в Бургенланде и оттуда ещё выполнял обязанности почётного профессора социологии права в Грацском университете.

В Бургенланде, недалеко от австро-венгерской границы, он написал ещё несколько культурно-критических книг. Среди прочего он критиковал «Принцип надежды» Эрнста Блоха. С книгой «Воспоминания „антисоциолога“» он окончательно попрощался со своей научной дисциплиной.

В октябре 1983 года Шельский посетил лекцию своего «позднего» ученика Фолькера Герхардта и, выходя из здания, сломал руку, что потребовало госпитализации. После этого его силы заметно пошли на убыль. Он умер 24 февраля 1984 года.

Социологические позиции

Научная базовая позиция Шельского, в соответствии с его происхождением из Лейпцигской школы социологии, была культурно-социологической и антропологической, при этом в центре внимания находилась теория институтов. Однако после опыта работы в службе розыска абстрактное философское мышление больше не служило ему базой. Он пережил то, что позже назвал «креном в реальность». Социология стала для него «поиском реальности», задачей которой является исследование социальных фактов, при этом он отказался от всеобъемлющей теории. Эту эмпирическую направленность он разделял в первое послевоенное десятилетие с другими представителями «поколения основателей» немецкой послевоенной социологии.

Теория институтов

По мнению Арнольда Гелена, человеческое поведение, в отличие от поведения животных, не подвержено инстинктивному управлению. Создание достаточной безопасности действий возлагается на общественные институты. Они действуют разгружающе и защищают человека от сенсорной перегрузки. Здесь Шельский был согласен со своим учителем. Оба видели в теории институтов лучшую основу для эмпирических исследований и анализа «упорядоченного социального изменения» посредством реформ. Парадигматичным для этого Шельскому казалось право, социологию права он рассматривал как «прикладное институтоведение».

Уже в 1949 году он показал на принципе конституций, как можно представить «стабильное изменение институтов», право, соответственно, обладает гибкой прочностью. Своей статьёй об институционализированной постоянной рефлексии 1957 года он полностью вступил в содержательный конфликт с Геленом, который видел в постоянной рефлексии лишь тенденции потери институциональной значимости. В отличие от Гелена, который всегда видел институты под угрозой распада и предполагал, что их потрясение немедленно отразится на всегда «готовой к хаотизации» человеческой мотивационной жизни, Шельский разработал динамичную теорию институтов, согласно которой существующие институты могут изменяться и могут возникать новые, если они балансируют напряжение между своими претензиями на значимость и субъективной потребностью в свободе или сами институционализируются в форме «постоянной рефлексии» институтов, таких как, например, религия.

Когда Гелен в 1969 году опубликовал книгу «Мораль и гипермораль», в центре которой была потеря значимости, из-за критики Шельского произошёл окончательный разрыв.

«Выразитель духа времени»

Своими работами он стал в первые два послевоенных десятилетия «выразителем духа времени», его книги давали «прямо-таки формулы самопонимания западногерманского послевоенного общества».

В исследовании «Изменения семьи в настоящем» изучались семьи, которые из-за бегства, профессиональной деклассированности, смерти одного из родителей, бомбёжек, плена или военной инвалидности мужа пережили «вынужденное структурное изменение», что касалось почти половины немецкого населения. Результат показал семью как существенный фактор стабильности (важнейший институт) во время катастрофических потрясений. Один из тезисов исследования гласит, что давление проблем породило большую объективизацию, «деинтериоризацию и декультуризацию», вероятно, также «деэротизацию» семьи. Вместо этого в центр внимания выдвинулись возросшие требования к солидарности и социальному самоутверждению и воле к пробиванию членов семьи. Кроме того, было зарегистрировано возрастающее значение женщин, ставших более самостоятельными во время войны.

Похожую тенденцию имела самая известная книга Шельского «Скептическое поколение», которая основывалась на многих исследованиях молодёжи, проведённых социологами с 1947 года. При этом молодёжь понималась не как субкультура, а как простой переход между детством и взрослостью. Название книги иллюстрирует политические варианты разочарованных и занятых восстановлением представителей молодого поколения, которые ещё молодыми солдатами или помощниками ПВО участвовали в войне или были бывшими членами Гитлерюгенда. Они нередко переживали крах системы как «катастрофу картины мира». Эта послевоенная молодёжь описывается в книге как более критичная, скептичная, недоверчивая, лишённая веры и иллюзий, чем все предыдущие поколения молодёжи. Она без пафоса, программы и лозунгов. Однако, поскольку Шельский претендовал на то, что объект его исследования представляет собой лишь немецкое издание поколения, выросшего повсюду в индустриальном обществе, он одновременно релятивизировал значение специфически немецкого исторического фона. Мелвин Ласки отметил по поводу книги, что Шельский «по темпераменту очень похож на своих героев»; «кажется, он счастлив с ними, а они очень счастливы сами с собой». Книга является «триумфом послевоенной адаптации».

Эти исследования Шельского создали картину общества, в котором идеологии культивируются только организациями, представления о классовой борьбе, например, только коммунистическими организациями, профсоюзами и частью СДПГ. Он выдвинул тезис, что западногерманское общество однозначно, а в тенденции и все индустриальные общества, «дестратифицировано» и тем самым является политически интегрированной социальной структурой (в исторической преемственности классового общества). Развился «мелкобуржуазно-среднеклассовый образ жизни», «нивелированное общество среднего класса». В нём понятия классов и слоёв стали неуместными. В частности, массовое производство потребительских товаров, а также товаров для комфорта и развлечений обосновало преодоление классового состояния индустриального общества.

Во время творческого этапа, когда создавались эти работы, Шельский был не только «выразителем идей», но и востребованным советником. Во время эры Аденауэра он консультировал профсоюзы и СДПГ и тем не менее был назначен в научный совет министерства по делам семьи, возглавляемого ХДС.

Критика интеллектуалов и «антисоциология»

Уже в 1959 году в «Определении местоположения немецкой социологии» Шельский намечает свою критику социологии и обрисовывает альтернативный проект. Социология, возникшая как продукт расщепления и отделения от экономики и философии, по американскому образцу стала функциональной наукой. Тем не менее, как «культурный анализ» и «критика времени» она продолжает выполнять социально-философские задачи интерпретации, но это выродилось в дилетантизм и провинциальность. В «постидеологическую эпоху» следует также обратить внимание на «бессилие человека» и «свободу человека от общества». Для этого необходима «трансцендентальная теория общества». Однако в разработке такой требуемой им теории Шельский затем не участвовал.

Против социологии, которая взяла на себя ведущую роль для «духа времени» движения 1968 года и стала «ключевой наукой» XX века, сравнимой с ролью исторической науки в XIX веке, Шельский сформулировал полемическую работу «Работу делают другие. Классовая борьба и господство священников-интеллектуалов». В рецензии Ральф Дарендорф поэтому назвал Шельского «идеологом новых правых».

Критику своей дисциплины Шельский заострил до «антисоциологии», задачей которой является поставить под сомнение социологию как «науку управления сознанием» средствами социологической аргументации. Он диагностировал «пагубные» «тенденции реидеологизации» дисциплины на примере «исследования мира как учения о спасении», социологии конфликта, планирования образования и «политизированной теологии». Он хотел заменить «Принцип надежды» Эрнста Блоха антиутопическим «принципом опыта». В книге «Функционеры. Угрожают ли они общему благу?», которая в 1982 году выдержала четыре издания, он писал, что стоит подумать о том, чтобы сохранять преследование не только за крайнее разжигание расовой и военной ненависти, но и за «разжигание классовой борьбы, особенно если оно связано с угрозой социальному миру или даже с насилием».

Многие критики интерпретировали этот поворот в понимании социологии Шельским так, что после своей жизненной и успешной приверженности молодой науке в 1950-е и 1960-е годы он больше не мог обуздать духов, которых по большей части сам же и вызвал; для него всё это стало слишком левым, и поэтому он сам стал антисоциологом. Эту интерпретацию его ученик Янпетер Коб считает упрощённой. Коб полагал, что понимание социологии Шельским было вполне последовательным. Просто два всегда существовавших аспекта сильнее выдвинулись на передний план: трансцендентальные донаучные предпосылки социологии и её транснаучные практические эффекты. Кристиан Граф фон Кроков в отношении «политической опасности интеллектуализма» указал на «поразительную преемственность» между критикующими дух времени публикациями Шельского и его хабилитационной работой о Томасе Гоббсе 1940 года.

Роль в немецкой послевоенной социологии

Значение Шельского для западногерманской социологии было амбивалентным. Как инициатор эмпирических исследований и наставник молодых учёных он был влиятелен, но, в отличие от Адорно и Кёнига, не создал школы в узком смысле, так как его работы были слишком гетерогенными и широко разбросанными. Однако именно благодаря этому он оказал влияние на многие субдисциплины, а также на юриспруденцию и политику в период, когда социальные науки были ещё мало дифференцированы. «В научно-политическом плане», по словам Карла-Зигберта Реберга, он, «напротив, оказался на стороне проигравших».

Отношение к социологии при национал-социализме

Шельский был членом воссозданного в 1946 году Немецкого общества социологии (DGS). В 1949 году по инициативе ЮНЕСКО и при участии Рене Кёнига была основана Международная социологическая ассоциация (ISA), к которой DGS присоединилось в качестве членской организации. Против последовавшей за этим предполагаемой американизации DGS со стороны бывших «имперских социологов» было высказано возражение, которое, по словам Гунтера Ипсена, вскоре переросло в «гражданскую войну в социологии». Критики так называемой «социологии ЮНЕСКО» в 1951 году основали немецкую секцию традиционного Международного института социологии (IIS), воссозданного итальянским экс-фашистом Коррадо Джини. Председателем немецкой секции стал Ханс Фрайер. Другими членами немецкой секции IIS стали, среди прочих, Ипсен, Вильгельм Бреполь, Арнольд Гелен и Карл Валентин Мюллер. По словам Штефана Кюля, IIS был «организационной базой отступления» для немецких социологов, «которые из-за своей приверженности национал-социализму были дискредитированы в глазах многих своих коллег». Открытый конфликт произошёл, когда в 1957 году стало известно, что IIS планирует провести свой 18-й Международный социологический конгресс в 1958 году в Нюрнберге, и этот проект продвигался в явной оппозиции к DGS. Шельский хотя и осторожно лавировал между двумя организациями и не вступил в немецкую секцию IIS, но присутствовал на её учредительном собрании. Из-за лояльности к группе «повстанцев справа» он потерял необходимую поддержку для того, чтобы, как предполагалось, стать председателем DGS. В результате он отозвал свой доклад для 14-го съезда социологов в Берлине в 1959 году и превратил его в спорную книгу «Определение местоположения немецкой социологии».

В «Определении местоположения» Шельский возразил распространённой в послевоенные десятилетия оценке, что немецкая социология была «около 1933 года жестоко приведена к полной остановке». Он утверждал, что немецкая социология подошла к своему концу ещё до 1933 года: «Мелодии были сыграны, фронты застывали». В последовавшей полемике Рене Кёниг, ссылаясь на работы Карла Мангейма и Теодора Гейгера, яростно отстаивал тезис о том, что немецкая социология после стагнации в 1928 году пережила волну обновления, которая затем была прервана в 1933 году.

Шельский не скрывал своего прошлого. В конце 1960-х годов он сначала с большой открытостью отвечал на «потребность студентов в дискуссиях». А в своей полемике с «Надеждой Блоха» он самокритично указал на своё прежнее увлечение национал-социализмом, «в том числе для того, чтобы в зеркале этой самокритики его предупреждение о подверженности другим тоталитарным движениям и идеологиям — на этот раз слева — выглядело особенно убедительным». Критического осмысления роли эмпирической социологии при нацистском режиме он не провёл. Свою политическую деятельность во время «Третьего рейха» он представлял как ошибки молодости.

Поддержка молодых социологов

До 1970 года Шельский добился семнадцати хабилитаций и руководил более чем 100 докторскими диссертациями. Среди его хабилитантов, ставших впоследствии заведующими кафедрами, были такие разные социологи, как Ларс Клаузен (Кильский университет), Фридрих Йонас (Майнцский университет), Франц-Ксавер Кауфман (Билефельдский университет), Янпетер Коб (Гамбургский университет), близкий к ГКП Ханс Юрген Крисмански (Мюнстерский университет), Ханс Линде (который уже при национал-социализме работал аграрным социологом и с 1962 по 1981 год преподавал в Техническом университете Карлсруэ), Никлас Луман (Билефельдский университет), Райнер Маккензен (Берлинский технический университет) и Хельге Петерс (позже представитель критической криминологии, Ольденбургский университет), Ханнс-Альберт Штегер (Университет Эрлангена — Нюрнберга). В своём некрологе Шельскому Дарендорф писал: «Он поддерживал многих, кто не разделял его мнений, и при этом проявлял щедрость своего сердца».

Вопрос о том, можно ли говорить о «школе Шельского» в узком смысле, является спорным. Хотя, по свидетельствам современников, он обладал харизмой главы школы, не хватает более сильной рецепции и публичного представления его ведущих идей учениками. Поэтому некоторые историки социологии говорят не о школе, а о «кружке Шельского».

Награды

• 1961: Почётный член Латиноамериканского социологического общества
• 1968: Почётный доктор Национального университета Кордовы, Аргентина
• 1968: Почётный доктор Университета Пернамбуку, Ресифи, Бразилия
• 1973: Большой Крест за заслуги перед Федеративной Республикой Германия
• 1977: Премия Конрада Аденауэра Фонда Германии за науку
• 1983: Почётный сенатор Билефельдского университета

Литература

• Alexander Gallus (Hrsg.): Helmut Schelsky – der politische Anti-Soziologe. Eine Neurezeption. Wallstein-Verlag, Göttingen 2013, ISBN 978-3-8353-1297-5.
• Horst Baier (Hrsg.): Freiheit und Sachzwang. Beiträge zu Ehren Helmut Schelskys. Westdeutscher Verlag, Opladen 1972, ISBN 978-3-531-11397-5.
• Thomas Gutmann, Christoph Weischer, Fabian Wittreck (Hrsg.): Helmut Schelsky. Ein deutscher Soziologe im zeitgeschichtlichen, institutionellen und disziplinären Kontext – interdisziplinärer Workshop zum 100. Geburtstag. Duncker & Humblot, Berlin 2017, ISBN 978-3-428-14902-5.
• Volker Kempf: Wider die Wirklichkeitsverweigerung. Helmut Schelsky. Leben, Werk, Aktualität. Olzog, München 2012, ISBN 978-3-7892-8335-2.
• Wolfgang Lipp, Schelsky, Helmut. In: Wilhelm Bernsdorf, Horst Knospe (Hrsg.), Internationales Soziologenlexikon. Band. 2, Beiträge über lebende oder nach 1969 verstorbene Soziologen, 2., neubearbeitete Auflage, Stuttgart: Enke, 1984, ISBN 3-432-90702-8, S. 747–751.
• Rosemarie Pohlmann (Hrsg.): Person und Institution. Helmut Schelsky gewidmet. Königshausen und Neumann, Würzburg 1980, ISBN 3-88479-014-5.
• Karl-Siegbert Rehberg, Hans Freyer, Arnold Gehlen, Helmut Schelsky. In: Dirk Kaesler (Hrsg.), Klassiker der Soziologie. Band II: Von Talcott Parsons bis Anthony Giddens. 5., überarbeitete, aktualisierte und erweiterte Aufl. 2007, ISBN 978-3-406-42089-4, S. 72–104.
• Gerhard Schäfer: Der Nationalsozialismus und die soziologischen Akteure der Nachkriegszeit: am Beispiel Helmut Schelskys und Ralf Dahendorfs. In: Michaela Christ, Maja Suderland (Hrsg.): Soziologie und Nationalsozialismus. Positionen, Debatten, Perspektiven. Suhrkamp, Berlin 2014, S. 110–161, ISBN 978-3-518-29729-2
• Gerhard Schäfer: Soziologie ohne Marx. Helmut Schelsky als „Starsoziologe“ und Intellektueller im Hamburg der 1950er Jahre. VSA-Verlag, Hamburg 2015, ISBN 978-3-89965-9-818.
• Gerhard Schäfer: Ein lang verschüttetes Dokument – Helmut Schelskys Habilitationsvortrag vom 22.2.1939 – eine biographische und wissenschaftsgeschichtliche Einordnung, in: Martin Endreß/Klaus Lichtblau/Stephan Moebius (Hg.), Zyklos 1. Jahrbuch für Theorie und Geschichte der Soziologie, Wiesbaden: VS 2015, ISBN 978-3-658-03960-8, S. 313–328.
• Gerhard Schäfer: Zur Herausbildung des philosophisch-soziologischen Denkens bei Helmut Schelsky in der Ära des Nationalsozialismus, in: Thomas Gutmann/Christoph Weischer/Fabian Wittreck (Hg.), Helmut Schelsky. Ein deutscher Soziologe im zeitgeschichtlichen, institutionellen und disziplinären Kontext – Interdisziplinärer Workshop zum 100. Geburtstag. Rechtstheorie, Beiheft 22, Berlin: Duncker & Humblot 2017, S. 17–56.
• Bernhard Schäfers, Helmut Schelsky – ein Soziologe in der Bundesrepublik. Eine Erinnerung aus Anlass seines 25. Todestages. In: Soziologie, 38. Jahrgang, Heft 1/2009, S. 48–59.
• Patrick Wöhrle: Zur Aktualität von Helmut Schelsky. Einleitung in sein Werk. Springer VS, Wiesbaden 2015, ISBN 978-3-658-01121-5.
• Rainer Waßner (Hrsg.): Wege zum Sozialen. 90 Jahre Soziologie in Hamburg. Leske und Budrich, Opladen 1988, ISBN 3-8100-0595-9.

Ссылки

• Шельский, Хельмутнем. в Немецкой национальной библиотеке.
• Шельский, Хельмутнем. в Цифровой библиотеке Германии.
• Interviews und Radiobeiträge von und mit Helmut Schelsky im Onlinearchiv der Österreichischen Mediathek

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Рувики» («ruwiki.ru») под названием «Шельский, Хельмут», расположенная по адресу: — https://ru.ruwiki.ru/wiki/Шельский,_Хельмут Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC-BY-SA 4.0 и более поздних версий. Всем участникам Рувики предлагается прочитать материал «Почему Циклопедия?».