Марыся Эйзенштадт
Марыся Эйзенштадт (ивр. מרישה אייזנשטט, польск. Miriam (Marysia) Ajzensztadt) — польская еврейская певица. Её называли «соловьем гетто» (słowikiem getta). Под аккомпанемент своего отца, композитора и педагога Довида Эйзенштадта, она исполняла как народные песни, так и сложные оперные арии. Погибла в августе 1942 года, пытаясь спасти мать и отца от отправки в лагерь смерти Треблинка[1].
Биография[править]
Родилась в июнь 1921 или 1922 года в Варшаве. Дочь дирижера хора варшавских синагог Давида (Довида) Айзенштадта (Эйзенштадта).
Музыкальное образование девушка получила в Высшей школе имени Фредерика Шопена в Варшаве светское образование - в Сионистской школе. Хотя ее подлинной любовью было пение, она обучалась и игре на фортепиано.
В 1940 году вместе со всей семьей попала в варшавское гетто, где начала подрабатывать профессиональной певицей.
Ее первое публичное выступление в гетто состоялось в декабре 1940 года в театре Melody Palace на улице Рымарской, 12 под руководством Ежи Юрандота. Чаще всего она выступала в театре «Фемина» на улице Лешно, 53. Она также пела в кафе «Sztuka». Исполняла польские, еврейские и еврейские песни, оперные и опереточные арии Верди, Моцарта, Пуччини, Римского-Корсакова, Глюка и Россини.
Была убита немцами в августе или сентябре 1942 года. По разным данным, она была либо застрелена эсэсовцем, когда её семья садилась в поезд, перевозивший евреев из Варшавского гетто в Треблинку, либо убита позже, уже в лагере смерти.
Критика[править]
«Восемнадцатилетняя девочка пела „Ave Maria“ Шуберта. У нее был сильный и чистый голос, который, казалось, пронизывал стены зала и возвышался над миром с его всеобщим страданием. Люди плакали в темноте, и я тоже плакала. Певицу звали Марыся Эйзенштадт. Она не пережила войны», — писала Янина Бауман в «Утро было зимой».
Пианист Владислав Шпильман считал, что она «стала бы известна миллионам благодаря чудесному голосу, если бы ее не убили нацисты».