Кучкабаль

Материал из Циклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Кучкабаль
Файл:Cacicazgos mayas - es.svg
Кучкабали на Юкатане после основания Лиги Майяпана
Область использования

история

Автор понятия

цивилизация майя

Кучкабаль (произношение на языке майя: ˈkutʃ.ka.bal, мн. число: kuchkabalo'ob, дословный перевод:: провинция, государство, полития) — система социальной и политической организации, распространённая в политических системах майя на полуострове Юкатан[1] и в низменностях майя в постклассический период Мезоамерики[2][3]:139. Перед испанским завоеванием Юкатана насчитывалось от 16 до 24 таких провинций[1][4].

Распространение[править]

Кучкабали, «провинции», были расположены на полуострове Юкатан в низменности майя от залива Кампече до Гондурасского залива[5]. На западе провинции граничили с поселениями народов, говорящих на языках чонталь, науатль и соке, в восточной части Табаско, восточной части Чьяпаса и западной части Кампече (за лагуной Терминос)[6]. На юго-западе и юге они граничили с поселениями народов чоли в западной части Петена, северной части Альта-Верапас, северной части Исабаля, северной части Копана, северной части Санта-Барбары и западной части Кортеса (до реки Улуа)[7]. Таким образом, провинции охватывали все шесть округов Белиза, гватемальский департамент Петен и мексиканские штаты Кампече, Кинтана-Роо и Юкатан.

Файл:Maya kuchkabals in Yucatan.tif
Кучкабали до испанского завоевания еа Юкатане

Некоторые современные учёные, опираясь на пересмотренное понимание провинций, предложили размещать их только в тех частях полуострова, где преобладают носители юкатекского диалекта майя[8]. Следовательно, границы провинций должны проходить по диагонали с северо-запада на юго-восток, от Чампотона до реки Белиз, в результате чего территория охватывала только вышеупомянутые мексиканские штаты и белизские округа Коросаль, Ориндж-Уолк и Белиз[9].

История[править]

Возникновение[править]

Современные знания об исторических предшественниках провинций «фрагментарны и крайне расплывчаты в отношении периода до середины XV века»[10]. Тем не менее в некоторых источниках майя, написанных после завоевания, утверждается, что «Чичен-Ица ранее управляла всей страной полуостровом около 200 лет», в то время как в других источниках говорится, что «Ушмаль, Чичен-Ица и Майяпан правили этой территорией в течение этого периода». Более того, в некоторых источниках утверждается, что Майяпан правил полуостровом в более поздний период[11].

Первое утверждение было охарактеризовано как «более или менее справедливое для большей части северного Юкатана [полуострова}», а второе было признано частично верным, поскольку «есть некоторые свидетельства того, что северный Юкатан от Мексиканского залива на востоке до Купула, по крайней мере какое-то время, находился под властью совместного правительства, расположенного в Майяпане, хотя сомнительно, что его гегемония распространялась на Кампече и Чампотон и, более того, вполне возможно, что она не распространялась на восточное побережье полуострова»[12]. В случае существования такого централизованного правительства в Майяпане, его власть была бы нарушена после разрушения города примерно за столетие до окончательного завоевания испанцами[13]. Кроме того, было высказано предположение, что поселенцы, говорящие на языке науатль или чонталь, которые, по-видимому, прибыли преимущественно из Табаско, могли повлиять на конституции возникающих провинций[14].

Падение[править]

 → Испанское завоевание Юкатана

Испанско-майянские военные действия впервые вспыхнули в Экабе, столице одноимённой провинции на мысе Каточе, в 1517 году[15]. Однако испанское завоевание началось только в 1527 году и было «тяжёлым предприятием, длившимся двадцать лет»[16]. В результате испанской колонизации, коренные народы были либо уничтожены, либо переселены в индейские редукции для упрощения их христианизации и эксплуатации.

Структура[править]

 → Структура кучкабаля

Кучкабаль представлял собой административно‑политическое объединение, включавшее несколько подчинённых территориальных единиц (кахов). Власть в кучкабале была иерархической: центральное руководство контролировало местные элиты, обеспечивая сбор податей и координацию совместных действий. По сути, это была ранняя форма государственности с централизованным управлением и чёткой системой подчинения[17][18].

Власть[править]

Судебная власть[править]

В провинциях, как представляется, существовали только суды первой инстанции, а все вынесенные ими решения считались окончательными и не подлежали обжалованию[19]. Мэры обладали юрисдикцией первой инстанции в гражданских и уголовных делах, не связанных с «серьёзными» правонарушениями или с конфликтами внутри муниципалитета, а губернатор обладал такой юрисдикцией в «серьёзных» делах или конфликтах между муниципалитетами[19]. Судопроизводство проходило под председательством мэра или губернатора, а местные депутаты выступали в качестве адвокатов истцов. Другие должностные лица выполняли различные функции в суде[20].

Примечательно, что судебные разбирательства, по-видимому, состояли только из устных прений, решения во всех случаях были окончательными, а клятва для дачи показаний под присягой «заключалась в том, чтобы навлечь на себя беду, если данное заявление окажется ложным»[21]. Гражданские иски подавались «за вред, причинённый без злого умысла», включая, например, непредумышленное убийство, халатность и «провокацию со стороны мужа или жены, приведшую к самоубийству другого супруга»[20]. По крайней мере, в случаях непредумышленного убийства, если присуждённая судом компенсация не выплачивалась, семья истца имела право в одностороннем порядке казнить ответчика, не выполнившего свои обязательства, устроив засаду, хотя как правило, что в этом редко возникала необходимость[20].

Уголовные дела возбуждались, в частности, за убийство, поджог, прелюбодеяние и кражу[22]. Уголовные приговоры в основном предусматривали смертную казнь или обращение в рабство, поскольку более мягкие наказания (например, порка или тюремное заключение) применялись редко[20]. Тем не менее, к молодёжи, женщинам и представителям высших сословий могли проявлять снисхождение[22]. Судебные издержки, состоящие из «традиционных подарков», оплачивались истцами и ответчиками председательствующему судье[23].

Военная власть[править]

Считается, что провинции постоянно воевали друг с другом, а успехи в войне были главным источником притязаний знати на власть и порабощённого труда в экономике[24]. Губернатор возглавлял провинциальные войска в качестве главнокомандующего[25]. Войска были организованы по территориальному принципу, с мэром и капитаном во главе в качестве совместных командиров, а специалисты составляли особые подразделения[26]. Войны обычно представляли собой короткие сражения, которые велись днём в сезон дождей (в частности, с октября по январь, «когда сельскохозяйственная деятельность практически не велась») и, как правило, происходили на межпровинциальных дорогах[27].

Военные отряды, возглавляемые мэром и капитаном, часто «выдвигались незаметно, надеясь на внезапную атаку»[27]. Отрядам предшествовали разведчики, которые «свистели в свистки и раковины, били в деревянные барабаны и колотили по большим панцирям черепах палками из оленьего рога», обнаружив врага. Завязывался рукопашный бой под аккомпанемент «боевых кличей и громких оскорблений […] часто непристойного характера»[27]. Главной целью битвы обычно был плен врага: пленников привязывали к деревянному ошейнику или ярму, к которому крепилась более длинная верёвка, и таким образом вели в город их поработителей[27]. Кроме того, если мэр или капитан были убиты в бою, проигравшая сторона «закидывала щиты за спину и отступала», а солдат победившей стороны, ответственный за смерть, получал «особую честь» за свой подвиг[27].

Поскольку внезапные нападения были широко распространены, оборона города обычно включала в себя сезонных дозорных, которых размещали на различных участках границы[27]. Кроме того, поскольку отряды обычно продвигались по дамбам, они были забаррикадированы «в стратегических точках полукруглыми, замаскированными стенами из сухого камня и частоколами из тяжёлых брёвен, связанных между собой лианами, со встроенными оборонительными столбами, с которых можно было пускать стрелы и метать дротики, копья и камни в приближающегося врага»[28].

Некоторые города были дополнительно укреплены стенами из валами, рвами и даже живыми изгородями из агавы[25]. Кроме того, хотя нет прямых доказательств существования военных союзов между провинциями до испанского завоевания, «можно не сомневаться, что они существовали», например, между Купулом, Кочуа и Сотутой во время их союзного нападения на испанские войска в Мериде в 1542 году[29]. Есть также некоторые свидетельства внерегионального военного союза, например, между Четумалем и непровинциальными поселениями на реке Улуа, поскольку «после того, как испанцы были изгнаны из Четумаля [. …], экспедиция из пятидесяти военных каноэ из этой провинции прибыла, чтобы помочь туземцам, живущим на реке Улуа в Гондурасе, в их сопротивлении испанским захватчикам»[30]. Похожие союзы были заключены между некоторыми провинциями в юго-западной части полуострова и непровинциальными поселениями в Табаско[31].

Духовные лидеры[править]

Религиозные функции составляли важную часть обязанностей высших государственных служащих в разных провинциях[32]. Например, «многие важные церемонии проводились не в храме, а в частном оратории батаба [мэра] или другого богатого человека высокого ранга»[33]. Более того, некоторые или многие представители знати или высокопоставленные государственные служащие претендовали на исключительную благосклонность определённых богов, особенно Кукулькана. В результате подношения этим богам не могли быть сделаны напрямую, а требовали заступничества одного из представителя знати или должностных лиц[34]. Например, и знатные люди, и жрецы председательствовали на ежегодном пятидневном фестивале Кукулькана в Мани, который проводился «с необычной пышностью и церемонией, поскольку он был особым покровителем этих воинственных правителей»[35].

Некоторые религиозные церемонии включали в себя государственные функции. Например, церемонии окончания года, которые проводились священнослужителями в храмах и описывались как «возможно, самые важные из различных повторяющихся религиозных обрядов» и включали в себя «трудовые формальности […] по увольнению старых государственных служащих и назначению новых»[36].

Права[править]

На землю[править]

Система землевладения, применявшаяся в провинциях, полностью не установлена[37]. Обычно эту систему описывают как «общинное владение», по описанию Гаспара Антонио Чи[37]. Хотя детали предполагаемого общинного владения до сих пор подвергаются дискуссиям, принято считать, что «частной собственности на землю не существовало»[38][39]. Например, в договоре купли-продажи от 1561 года указано «индивидуальное право собственности на участок земли и его передача главным людям города здесь, в Эбтуне», при этом продавец дополнительно отмечает, что передаваемое право собственности «является правом собственности на лес моих предков»[40]. Аналогично, известно, что по крайней мере в некоторых колониальных городах, где большинство населения составляли майя, существовала совместная собственность на землю в пределах городской черты: городские участки принадлежали муниципалитету, а фруктовые деревья в садах (и, возможно, подобные улучшения земли) — частным лицам[40].

На восстание[править]

Было высказано предположение, что либо знать, либо простолюдины сохраняли за собой право отстранять правительство от должности за нарушение долга или приличий, например, если высокопоставленный чиновник «становился высокомерным и пренебрежительным по отношению к своему народу, требовал высокую дань, обращал людей в рабство, угнетал бедных или вёл себя распутно»[41]. Далее было отмечено, что знать могла поощрять веру простолюдинов в такое право ради финансовой выгоды. Например, восстание середины XV века против губернатора Тутул Сю, который тогда находился в Майяпане, было публично оправдано «высокомерным и пренебрежительным отношением правителя к своему народу», но на самом деле его возглавляли дворяне, которые, возможно, стремились разрушить монополию губернатора на прибыльную работорговлю с непровинциальными поселениями в Улуа, Гондурас[42].

Общество[править]

Классы[править]

Для обществ в провинциях обычно приводится трёхчастное горизонтальное разделение первого порядка — на знать, простолюдинов и рабов[43][44]. Также вероятно горизонтальное деление второго порядка. Например, простолюдины, предположительно, также различались по положению, хотя о них мало информации[45]. Кроме того, для таких обществ приводится многочастное вертикальное деление первого порядка на различные чибалоб, «расширенные семьи или патронимические группы»[46]. Такие группы, объединявшие представителей знати и простолюдинов, «внесли большой вклад в социальную солидарность», поскольку члены «одного и того же рода считали себя родственниками и относились друг к другу как таковые»[46]. Считается, что у каждой такой родословной или дома было своё божество-покровитель и свой кодекс, в котором записывались генеалогия, членство и другие вопросы[47].

Знать[править]

Альмехеноб, «знать», составляли правящий класс, «занимали важнейшие политические должности, были не только самыми доблестными воинами и членами военных орденов, но и самыми богатыми фермерами и купцами»[43]. Многие, если не все, священники принадлежали к представителям знати, а знать включала в себя гражданских, военных, экономических и религиозных лидеров. Таким образом этот социальный класс контролировал большинство сфер человеческой деятельности[43][44]. Знатные семьи были известны тем, что уделяли большое внимание своей генеалогии, особенно если её можно было проследить до знати Майяпана[43]. Такие семьи имели тайные предания, передававшиеся от отца к сыну, своего рода ритуалы, в которых многие слова имели скрытое значение, непонятное никому, кроме посвящённых, что было важным свидетельством благородного происхождения[43].

Простолюдины[править]

Простолюдины, которые составляли подавляющее большинство населения, были «свободными работниками […], в том числе ремесленниками, рыбаками, мелкими фермерами и купцами»[45]. По всей видимости, общины подразделялись также на верхние, средние и нижние классы, первые состояли из более состоятельных простолюдинов, средние — из более бедных, а нижние — из крепостых[45]. Простолюдины, особенно зажиточные, пользовались некоторым, хотя и ограниченным, уважением и властью[45]. Например, в некоторых провинциях они носили недворянские титулы[45]. Кроме того, в некоторых провинциях они пользовались преимуществом в официальных таблицах старшинства, а их родственники могли поступить на государственную службу через по результатам стандартного экзамена[45].

Рабы[править]

Рабы, «большинство из которых принадлежало знати или богатым простолюдинам», были мужчинами, женщинами и детьми из простонародья поселений за пределами провинции, захваченными в бою[45]. Считается, что одной из основных причин войны «было желание захватить рабов»[46]. Рабами торговали внутри провинций и между ними. Рабов-мужчин обычно использовали для тяжёлого физического труда в сельском хозяйстве, рыболовстве, строительстве и торговле, а рабынь-женщин — для домашней работы.[46]. Существует свидетельство, что к ним относились «сурово и жестоко, и часто приносили в жертву на […] религиозных праздниках»[46]. Например, скелетные останки нескольких жертв, найденные в Священном сеноте, указывают на недоедание и определённо свидетельствуют о жестоком обращении в течение значительного периода до смерти[46].

Экономика[править]

Торговля[править]

Принято считать, что купцы этой провинции были главными участниками процветающей мезоамериканской морской и сухопутной торговли, предоставляя товары и средства доставки для торговой сети, простиравшейся от Тройственного союза ацтеков до северного Гондураса (как минимум) или Панамы (как максимум)[48]. Прибрежные столицы провинций Экаб, Чикинчель, Косумель и Четумаль служили главными перевалочными пунктами для огромных каноэ, гружённых солью, текстилем, мёдом, кремнём и перьями на экспорт или металлами, какао, драгоценными камнями, обсидианом и шкурками на импорт[49].

Файл:Maya mural of coastal town, Temple of the Warriors, Chichen Itza.jpg
Деревня на морском побережье. Доколумбова фреска в Храме воинов, Чичен-Ица / 1931 г. Репродукция Энн А. Моррис

Наследие[править]

Социальная сфера[править]

После завоевания созданная провинция Юкатан «не только позволила провинциальной знати выжить, но и оказала ей определённую и даже либеральную поддержку», по крайней мере в поселениях энкомьенды, редукциях и поселений испанских миссий[50][51]. Доколумбовая знать и, соответственно, некоторые или многие из учреждений и должностей, которые они ранее занимали, были сохранены в колониальные времена благодаря подтверждению статуса знати, преимущественному праву на местные гражданские и военные должности и предоставлению особых привилегий[52][53]. Например, знатному роду Сю из Мани испанские губернаторы регулярно подтверждали «права, привилегии и льготы, передающиеся по наследству в семье Сю», и, кроме того, они сохраняли свои муниципальные должности (теперь в качестве губернаторов или касиков), обладали особым статусом и часто получали специальные лицензии или полномочия (например, на руководство местным ополчением или на ношение оружия).[54]. Аналогичные льготы предоставлялись представителям знати и, в некоторых случаях, не знатным людям, занимающим должности, по крайней мере, в Ах Кануле, Ах Кин Челе, Чех Печ, Чакане, Хокабе, Сотуте и Тутул Сиу[55][56].

Файл:Nemecio Xiu and his family.jpg
Немецио Сю (в центре) и его семья (рис. 18 в Roys 1943)

Одна из таких должностей — мэра или алькальда — была дополнительно утверждена парламентом Британского Гондураса в середине XIX века в связи с наплывом беженцев-майя, спасавшихся от Войны каст[57].

Источники[править]

  1. ↑ 1,0 1,1 Andrews, 1984, p. 589.
  2. ↑ Федюшин Владислав Валерьевич Мультепаль: о сущности и идеологии политической системы майя постклассического периода // Вестник Московского университета. Серия 8. История. — 2018. — № 4.
  3. ↑ Правитель и его подданные: социокультурная норма и ограничения единоличной власти : [монография] / [Д. М. Бондаренко и др.]; [отв. ред.: Д. М. Бондаренко, А. А. Немировский] ; Учреждение Российской акад. наук, Ин-т Африки РАН. — 2-е изд. — Москва : Учреждение Российской акад. наук Ин-т Африки РАН, 2009. — 305, [1] с. : табл.; 20 см. — (Серия «Цивилизационное измерение»; Т. 14).; ISBN 978-5-91298-038-1
  4. ↑ Barrera Vásquez et al. Dzul Góngora, pp. 41a–44a
  5. ↑ Roys, 1943, p. 98.
  6. ↑ Roys, 1943, pp. 98-99, map 2 between pp. 100-101.
  7. ↑ Roys, 1943, pp. 99, 110-111, 113-114, 116, map 3 between pp. 114-115.
  8. ↑ Wallace, 2020, p. 97.
  9. ↑ Wallace, 2020, pp. 95, 97.
  10. ↑ Roys, 1943, p. 12.
  11. ↑ Roys, 1943, pp. 12, 57-58.
  12. ↑ Roys, 1943, pp. 12, 22.
  13. ↑ Roys, 1943, pp. 12, 58.
  14. ↑ Roys, 1943, p. 57.
  15. ↑ Roys, 1943, pp. 13—14.
  16. ↑ Bührer, Eichmann, pp. 38—39.
  17. ↑ Федюшин Владислав Валерьевич К вопросу об устройстве административной системы Майяпанской державы // Вестник Томского государственного университета. История. — 2018. — № 55.
  18. ↑ Федюшин Владислав Валерьевич Политическая организация региона Ахкупуль накануне конкисты: критическая ревизия // Исторический журнал: научные исследования. — 2018. — № 4.
  19. ↑ 19,0 19,1 Roys, 1943, pp. 31, 60.
  20. ↑ 20,0 20,1 20,2 20,3 Roys, 1943, p. 31.
  21. ↑ Roys, 1943, pp. 31, 88.
  22. ↑ 22,0 22,1 Roys, 1943, p. 32.
  23. ↑ Roys, 1943, p. 61.
  24. ↑ Roys, 1943, p. 65.
  25. ↑ 25,0 25,1 Roys, 1943, p. 68.
  26. ↑ Roys, 1943, pp. 66—67.
  27. ↑ 27,0 27,1 27,2 27,3 27,4 27,5 Roys, 1943, p. 67.
  28. ↑ Roys, 1943, pp. 67—68.
  29. ↑ Roys, 1943, p. 69.
  30. ↑ Roys, 1943, pp. 69, 116-117.
  31. ↑ Roys, 1943, pp. 69—70.
  32. ↑ Bührer, Eichmann, p. 38.
  33. ↑ Roys, 1943, pp. 72, 80.
  34. ↑ Roys, 1943, p. 76.
  35. ↑ Roys, 1943, pp. 76—77.
  36. ↑ Roys, 1943, pp. 80—81.
  37. ↑ 37,0 37,1 Roys, 1943, p. 36.
  38. ↑ Roys, 1943, pp. 36—37.
  39. ↑ Masson, Freidel, p. 211.
  40. ↑ 40,0 40,1 Roys, 1943, p. 37.
  41. ↑ Okoshi, Chase, pp. 315, 317-318.
  42. ↑ Okoshi, Chase, pp. 314—316.
  43. ↑ 43,0 43,1 43,2 43,3 43,4 Roys, 1943, p. 33.
  44. ↑ 44,0 44,1 Wallace, 2020, p. 98.
  45. ↑ 45,0 45,1 45,2 45,3 45,4 45,5 45,6 Roys, 1943, p. 34.
  46. ↑ 46,0 46,1 46,2 46,3 46,4 46,5 Roys, 1943, p. 35.
  47. ↑ Roys, 1943, pp. 35, 78.
  48. ↑ Wallace, 2020, pp. 99—100.
  49. ↑ Wallace, 2020, pp. 100—101.
  50. ↑ Roys, 1943, p. 129.
  51. ↑ Okoshi, Chase, p. 295.
  52. ↑ Roys, 1943, pp. 129—133.
  53. ↑ Bührer, Eichmann, pp. 35—37, 39, 45.
  54. ↑ Roys, 1943, pp. 129—131, 133, 137.
  55. ↑ Roys, 1943, pp. 135—136.
  56. ↑ Bührer, Eichmann, p. 40.
  57. ↑ Mark Moberg Continuity under Colonial Rule: The Alcalde System and the Garifuna in Belize, 1858-1969 // Ethnohistory. — 1992. — В. 1. — том 39. — С. 1. — ISSN 0014-1801. — DOI:10.2307/482562

Литература[править]

Шаблон:Мифология майя Шаблон:Паленке Шаблон:Тикаль Шаблон:Калакмуль Шаблон:Яшчилан Шаблон:Города майя Шаблон:Правители Копана

Рувики

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Рувики» («ruwiki.ru») под названием «Кучкабаль», расположенная по адресу:

—«https://ru.ruwiki.ru/wiki/Кучкабаль»

Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC-BY-SA 4.0 и более поздних версий.

Всем участникам Рувики предлагается прочитать материал «Почему Циклопедия?».

Источник — http://cyclowiki.org/w/index.php?title=Кучкабаль&oldid=2566975