Радикально-политический ислам в Узбекистане

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Радикально-политический ислам в Узбекистане — совокупность проявлений религиозного фундаментализма исламского толка, нацеленного на изменение власти в Республике Узбекистан.

Содержание

[править] Предпосылки для появления радикально-политического ислама в Узбекистане

Исторически ислам появился на территории современного Узбекистана в VIII—IX веках. Впоследствии он укоренился в культуре и традициях населения Узбекистана, и приобрел большое значение для культурного кода общества. Ислам использовался басмачами для борьбы против советской власти в ее ранние годы. Официально принятый в СССР атеизм не ликвидировал исламскую идентичность, и местное население ее не утратило, мусульманские традиции и обычаи продолжали сохраняться в быту, а исламские нормы имели неформальное влияние в обществе. После краха СССР и советской идеологии исламская культура стала широко и открыто распространяться среди населения.

Наиболее сильно религиозные настроения представлены в сельской местности, а в наибольшей степени — в Ферганской долине (в которой проживает до 1/3 населения страны). В позднем СССР уже начали происходить открытые выступления мусульман. К моменту распада СССР и сразу после образования независимого Узбекистана в стране началось религиозное возрождение на основе ислама. Со снятием советских запретов мусульмане получили широкие возможности для совершения паломничества к мусульманским святыням за рубежом (в первую очередь это хадж и умма), в независимом Узбекистане началось активное строительство и реставрация многочисленных мечетей, усыпальниц, обустройство мест паломничества верующих.

С другой стороны после распада Советского Союза возникший идеологический кризис вызвал активизацию местных фундаменталистов, которые при поддержке зарубежных теологов попытались заполучить как можно больше сторонников в народе.

Как показывает статистика в период с 1992 по 2016 годы произошло увеличение квот на совершение паломничества более чем в 10 раз (но в 2014—2016 г.г. квоты не росли). Вот как выглядит статистика квот на паломничество за этот период:[1]

Рис. 1. Статистика квот на паломничество в Узбекистане

В 2017 году, квота на паломничество хадж выросла уже до 7200 человек.

В Конституции Узбекистана и Законе «О свободе совести и религиозных организациях» закреплены такие основополагающие принципы, как свобода вероисповедания, равенство всех религиозных конфессий, а также светский характер государства Узбекистан. Светскость государства прямо не прописана в Конституции, тем не менее ее гарантией выступает записанный в 61 статье Конституции принцип отделения религиозных организаций от государства.

В Узбекистане действуют ограничения на миссионерскую деятельность, запрещающие обращение верующих из одной религиозной конфессии в другую, а также на создание политических партии религиозной направленности.

Все религиозные организации республики в обязательном порядке проходят регистрацию в Министерстве юстиции по согласованию с Комитетом по делам религии при кабинете министров. Министерство юстиции имеет право также принудительно прекращать деятельность религиозных организаций.

Приведем статистическую информацию, опирающуюся на сведения Комитета по делам религий при кабинете министров Узбекистана. Согласно ним, в республике действуют 2064 мусульманских религиозных организации — мечетей и медресе.

В стране находятся 4100 имамов, что в свою очередь соответствует показателю: один имам на 7834 человека с учетом численности населения Узбекистана 32,1 млн чел., а на одну мечеть приходится 15,5 тыс. человек.

В настоящее время в республике действуют три высших исламских учебных заведения: Ташкентский Исламский институт имени Имама Бухари (Ташкент); Ташкентский Исламский Университет (Ташкент); Высшее медресе Мири Араб (Бухара). Также в стране работают девять медресе — средних специальных исламских учебных заведений. Старейшим высшим исламским учебным заведением является Высшее медресе Мири Араб, основанное в Бухаре еще в XVI веке.

Таким образом, наблюдаются следующие относительные среднедушевые показатели по исламским учебным заведениям Узбекистана: одно исламское учебное заведение на 2,68 млн человек и одно высшее исламское учебное заведение на 10,7 млн жителей.

Важным фактором, влияющим на обстановку в регионе, является так называемая «исламская дуга» нестабильности, которая во многом определяет внешние условия появления терроризма и экстремизма в Центральной Азии, то есть влияют находящиеся по соседству конфликтные зоны (как действующие, так и потенциальные). При этом действует рекурсия, своего рода порочный круг: уже имеющиеся региональные конфликты в мусульманских странах становятся источником для появления экстремистских формирований (в том числе вооруженных), а в свою очередь сформировавшиеся радикальные организации становятся катализаторами новых конфликтов, а также двигателями имеющихся конфликтов (про общие причины активизации радикального ислама в регионе см. Причины появления радикально-политического ислама в Центральной Азии).

[править] Хронология

Основными религиозными организациями в Узбекистане, представляющие радикально-политический ислам, являются: Исламское движение Узбекистана (ИДУ), Движение «Хизбут-Тахрир» и религиозная организация «Акромийа».

Пожалуй самой радикальной из них по своим взглядам является ИДУ (которая запрещена в Российской Федерации и в Республике Узбекистан). Можно выделить основные этапы развития и формирования этого объединения.

Первый этап относится к временному промежутку с 1988 по 1990 годы. (когда имело место первое публичное выступление в Ташкенте). На данном этапе появившаяся группа теологов выступила за так называемые «реформы в исламе». Второй этап датируется 1990 и 1991 годами, когда стали оформляться центральноазиатсие религиозно-политические организации). На третьем этапе, с 1992 по 1996 годы стало формироваться ИДУ как единое исламское объединение, стала создаваться ее структура, оформляться руководство и ее подразделения. На четвертом этапе с 1996 по 2000 голы ИДУ стало вести деятельность за границей и произошли первые вооруженные конфликты. На пятом этапе, который начался в 2001 году, ИДУ разделилась на ряд отдельных групп.

Рассмотрим обобщенную периодизацию радикальных исламистских движений Узбекистана по характеру их деятельности. В соответствии с мнением современных исследователей, можно выделить четыре основных этапа в развитии этих структур в Республике Узбекистан.

На первом этапе, с 1988 по 1998 год формируется организационная структура, ведется агитация и впервые происходят выступления членов исламистских организаций.

На втором этапе, с 1999 по 2001 годы радикальные деятели-исламисты прибегают к вооруженным выступлениям с целью провозглашения теократического государства в Узбекистане, а также захвата Центральной Азии в целом. Получившие опыт вооруженной борьбы в ходе афганского и, особенно, в ходе войны в Таджикистане, была предпринята попытка проникновения в район Ферганской долины, а с целью дестабилизации обстановки были осуществлены террористические акты в городе Ташкенте. Силовое подавление этого выступления было положительно воспринято противниками религиозно-политического фундаментализма.

Начавшаяся после осенью 2001 года контеррористическая операция США в Афганистане, ударившая по инфраструктуре талибов, поспособствовала вытеснению радикальных исламских групп из Республики Узбекистан. Власти Узбекистана проводят мероприятия по усилению полицейских сил и армии республики, усиливается контроль в пограничных районах, а происходящее в Афганистане становится в центре общественного внимания. Укрепляется граница Узбекистана с Афганистаном.

Третий этап, датируемый с мая 2005 по 2013 год хронологически ведет свое начало трагедии в Андижане, когда оппозиционные выступления в Андижане переросли в мятеж, жестко подавленный властью республики с помощью армейских соединений. Проявленная жесткость в противостоянии мятежникам вызвало ответное давление со стороны США на Узбекистан с последующим прекращением совместных с США проектов в Узбекистане, в том числе в сфере совместной антитеррористической борьбы. В этот период стали преследоваться участвовавшие в андижанских событиях представители движения «Акромийа» (само объединение было запрещено в республике в 1996 году, а соседнем Кыргызстане под запретом с 2014 года).

Четвертый этап начался в 2014 году и характеризуется усилением активности фундаменталистских сил: «Талибан» в Афганистане, а также исламистов в Ираке и Сирии (появление так называемого «ИГИЛ»). В это время усиливается религиозная пропаганда в Узбекистане, но одновременно ведется усиленное противодействие силовых структур с целью не допустить появления подпольных группировок в стране, расцениваемых как экстремистские.

Власти Узбекистана констатируют, что сейчас ИДУ почти отсутствует в Узбекистане, его участники практически выдавлены с территории страны. Движение «Акромийа» так и не оправилось после репрессий, связанных с участием его членов в Андижанских беспорядках мая 2005 года. Поэтому основным идеологическим проводником фундаменталистских идей на территории Узбекистана становится движение «Хизбут-тахрир». С активностью этой организации борются силовые структуры Узбекистана, что привело к тому, что основные руководители организации или отправляются в места лишения свободы и изолируются от общества, или вынуждены уезжать в эмиграцию.

Тем не менее, в республике у фундаменталистов есть определенная общественная поддержка, которая может помочь при хорошем для них раскладе сплотить оппозиционную часть населения и в первую очередь мобилизовать часть крестьян Узбекистана. У исламских фундаменталистов есть поддержка не только на территории Ферганской долины, есть их сторонники и в крупных городах республики начиная со столицы Ташкента и его пригородов. И хотя жесткое подавление радикальных исламистов загнало их в подполье и маргинализировало, при очередном кризисе в обществе возможен сценарий сплочения исламистских группировок, которые могут спровоцировать широкомасштабные протестные выступления наподобие Андижанских волнений.

[править] Прогнозы

Прогнозы дальнейшего развития событий в научной литературе строятся в контексте анализа отношений властных структур, обычной оппозиции и исламской радикальной оппозиции. Разнообразные варианты развития событий можно схематически свести к основным нижеследующим.

1). Продолжительная жесткая борьба по линии власть — радикальная исламская оппозиция, принимающая вооруженные формы. При этом может происходить большое число жертв среди мирных граждан, но в целом властные структуры контролируют как развивается ситуация в республике, хотя и можно охарактеризовать общественно-политическую ситуацию как имеющую увеличенную нестабильность.

2). Сравнительно мирное взаимодействие светского государства с религиозными исламскими оппозиционными силами, власть пытается разрешать проблемы с наличием радикалов с помощью комплекса мирных методов.

3). «Иранский вариант» — светская власть проводит модернизацию, сопровождаемую радикальными реформами общества, что в итоге дестабилизирует политическую обстановку, и при помощи государственного переворота / революции к власти в стране приходят исламские радикальные силы, которые осуществляют построение исламского государства (следует отметить, что в Иране это шииты, а в ИГ — радикалы-сунниты).

С учетом того, что Центральная Азия — часть мусульманского мира, и описанные факторы, влияющие на религиозно-политический экстремизм, имеют то или иное сходство, Учитывая очевидное существенное сходство факторов развития религиозно-политического экстремизма в Центральной Азии, включая Узбекистан, и в других исламских странах, резонно допустить, что будущее развитие ситуации пойдет по одному из представленных сценариев, причем они расставлены по мере убывания вероятности их реализации. Существенна для противодействия «импорту экстремизма» в Узбекистан и в регион в целом проявившаяся насущная необходимость строгого правового регулирования миссионерской активности зарубежных религиозных проповедников. Это особенно касается более четкой и компетентной экспертизы религиозной литературы, особенно содержащей неклассические толкования писаний. Успешность подобного регулирования может существенно повлиять на будущее развитие событий.

Хотя региональным радикальным организациям нанесен существенный, трудно восполнимый ресурсный ущерб, само их наличие создает в Узбекистане напряженное положение, в любой момент способное привести к эскалации конфликтов.

Тем не менее, как считают авторы доклада «Центральная Азия: пространство „шелковой демократии“. Ислам и государство», подготовленного при поддержке Фонда им. Фридриха Эберта и опубликованного 7 сентября 2017 года[2], «в настоящее время внутри Узбекистана ситуация с точки зрения снижения уровня угрозы насильственного экстремизма — относительно стабильная».

Действующая политическая элита Узбекистана верит в то что под влиянием скорой неизбежной модернизации произойдет закономерное уменьшение влияния ислама в обществе, в то время как подобные представления с точки зрения политологии являются упрощенными. Тем не менее, стоит отметить позитивные сдвиги в общественной атмосфере Узбекистана которые ведут к смягчению ситуации. Выступая перед участниками съезда имамов в Ташкенте 15 июня 2017 года, Шавкат Мирзиёев указал на необходимость более гибкой политики в сфере религии, в частности — призвал пересмотреть «списки неблагонадежных» в сторону сокращения.[3]

[править] См. также

[править] Источники

[править] Литература

Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты