Авдотья Истомина

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Авдотья Истомина в роли Флоры, балет «Зефир и Флора». Гравюра Ф. Иордана, 1820-е годы
Абсолютный слух (телепрограмма) об Авдотье Истоминой

Авдотья (Евдокия) Ильинична Истомина (6 января 1799, Санкт-Петербург — 26 июня (8 июля) 1848, Санкт-Петербург[1]) — выдающаяся русская балерина.

Помимо того, что Истомина была общепризнанной выдающейся балериной, она считалась одной из самых красивых женщин Петербурга своего времени, окруженной огромным количеством поклонников, что, естественно, не могло не сказаться на ее жизни — и личной, и творческой.

Авдотья Истомина была дочерью спившегося полицейского пристава Ильи Истомина и его жены Анисьи[2]. В шесть лет осталась круглой сиротой. По счастью, попала в императорское театральное училище, куда брали детей на полный пансион, обучая их театральному ремеслу[3]. Широким общим образованием театральная школа не могла похвастаться[4]. Профессия артистов в начале 19 столетия не считалась престижной, и в училище приводили детей, как правило, из низших сословий и из бедной среды. Педагогом юной Авдотьи поначалу была русская балерина Екатерина Сазонова[3], затем, в старших классах, — Шарль-Луи Дидло, талантливый балетмейстер и педагог, сыгравший огромнейшую роль в истории развития русского балета, но при этом своенравный и жестокий. Его учеников не раз приходилось брать под свою защиту инспектору училища Сергею Ефимовичу Рахманову[5]. Впрочем, жестокостью нравов Россию с ее крепостным правом было не удивить.

Истомина, как и все остальные учащиеся, стала выходить на сцену рано, еще ребенком: в 9 лет она участвовала в постановке Дидло «Зефир и Флора» на сцене Большого Каменного театра. Вместе с другими детьми, своими сверстниками и соучениками, она изображала свиту Флоры — покровительницы всего растительного мира[2][3].

В 1815 году закончила театральную школу[6]. По окончании учебы была принята в Петербургскую труппу императорских театров, дебютировав в балете своего учителя Шарля Дидло «Ацис и Галатея», и сразу же заняла ведущее положение в труппе[4][7]. Несмотря на то, что она закончила балетное отделение, на сцене ей нередко приходилось выходить и в драматических, чаще всего в водевильных ролях — полного разделения представлений на музыкальные и драматические еще не произошло (то есть формальное разделение произошло, но фактически его не было), и все артисты выступали в разных жанрах.

Красавица-балерина сразу обратила на себя внимание. Пимен Николаевич Арапов, самый первый историограф русского театра, писал о ней: «Истомина была среднего роста, брюнетка, красивой наружности, очень стройна, имела черные огненные глаза, прикрываемые длинными ресницами, которые придавали особый характер ее физиономии, она имела большую силу в ногах, апломб на сцене и вместе с тем грацию, легкость, быстроту в движениях…»[3]. Поклонники-аристократы добивались ее расположения. Тогдашние нравы вполне позволяли брать в содержанки не слишком обеспеченных балерин. Известно, что Пушкин сделал ее участницей эпиграммы 1817 г. на будущего декабриста генерал-майора М. Ф. Орлова (1788—1842) с такими словами: «Орлов с Истоминой в постеле…», назвав её Лаисой, то есть куртизанкой[8], что недвусмысленно свидетельсвует о нравах времени (по другой версии, речь идет о другом генерале — А. Ф. Орлове, к которому сам Пушкин ревновал красавицу-танцовщицу[9]).

Юная красавица откликнулась на чувства штаб-ротмистра Василия Васильевича Шереметева[4] — с ним она прожила около двух лет, пока однажды между ними не вспыхнула ссора и танцовщица гордо решила на время перебазироваться к своей подруге Марии Азаревичевой. По-прежнему окруженная почитателями и друзьями, через несколько дней после той ссоры она приняла приглашение своего приятеля Александра Сергеевича Грибоедова зайти в гости. Своего дома в Петербурге будущий драматург, автор пьесы «Горе от ума» и работник Министерства иностранных дел, не имел и проживал у товарища — камер-юнкера Александра Петровича Завадовского. Юная балерина, оказавшись в гостях, не только выпила чашку чая, но и провела с Завадовским некоторое время, после чего вернулась в квартиру подруги. С Шереметевым они быстро помирились, но слухи об особом гостеприимстве Завадовского бежали тоже быстро. Возможно, никакой измены со стороны Истоминой и не было, а она пожаловалась любимому на грубость и приставания Завадовского. Как бы то ни было, дело кончилось трагедией: Шереметев вызвал Завадовского на дуэль, а близкий друг Шереметева Александр Иванович Якубович (будущий декабрист и литератор), согласившийся стать его секундантом, посчитал виновником скандала Грибоедова и вызвал стреляться его. Таким образом была организована четвертная дуэль, произошедшая 24 ноября 1817 года на Волковом поле в Санкт-Петербурге. Драться должны были обе пары: сначала Завадовский — Шереметев, следом за ними Грибоедов — Якубович. Но выстрел Завадовского сразил Шереметева. Вторую дуэль решено было отложить, поскольку Шереметеву требовалась срочная помощь. Она оказалась бессильной — Василий Васильевич Шереметев вскоре умер. А вторая дуэль состоялась через год, осенью 1818 года в Тифлисе, где оказались оба дуэлянта. Якубович прострелил Грибоедову ладонь левой руки; через несколько лет, в феврале 1829 года по этому ранению будет опознано обезображенное тело Александра Сергеевича Грибоедова, убитого во время разгрома русского посольства в Тегеране[10].

Истоминой в то время было 18 лет. Трудно представить, что она пережила, осознавая себя виновной в смерти любимого человека. Но балетная сцена императорской труппы, где она служила, мало интересовалась душевным состоянием артистов. Публика требовала новых постановок. В 1818 году Шарль Дидло восстановил спектакль «Зефир и Флора» на музыку К. А. Кавоса. Этот балет был особо значим в творчестве балетмейстера: он воссоздавал его неоднократно на разных сценах и на разную музыку — и всегда по-новому, никогда не копируя свои же собственные постановки. Когда-то в этом балете девятилетняя Авдотья Истомина впервые вышла на театральную сцену в маленькой роли. Потом в нем же воплотила два совершенно разных характера — доверчивой нимфы Аглаи и быстроногой неуступчивой нимфы Аминты[7]. И вот теперь она танцевала заглавную партию Флоры[3].

Istomina1.jpg

Она блистала в главных ролях чуть ли не во всех балетах своего педагога Шарля Дидло: «Африканский лев» (1818), «Калиф Багдадский, или Приключение молодого Гарун-аль-Рашида» композитора Фердинанда Антонолини (1818, роль: восточная красавица Зетюльба[7]); «Евтимий и Евхариса, или Побеждённая тень Либаса» Жома (1820, роль: Евхариса); «Дезертир» (роль: деревенская девушка Луиза, спасающая своего жениха от смертной казни); «Лиза и Колен» (иное название балета — «Тщетная предосторожность», 1820, роль: Лиза); «Кора и Алонзо, или Дева Солнца» (музыка Антонолини; роль: Кора), «Роланд и Моргана» (музыка Кавоса и Антонолини, 1821, роль: фея Альцина); «Рауль Синяя Борода» (Изора); «Инеса де Кастро, или Тайный брак» (Инеса, отравленная про приказу королевы, — роль, полная драматургического накала); «Нина, или Сумасшедшая от любви» Персюа (роль: Нина); «Тезей и Арианна»; «Лелия Нарбонская», «Руслан и Людмила, или Низвержение Черномора, злого волшебника» (музыка Ф. Е. Шольца, 1824), «Деревенский праздник» (1827) и др.

15 января 1823 года в Петербурге, в Большом Каменном театре состоялась премьера балета «Кавказский пленник, или Тень невесты» по мотивам пушкинской поэмы на музыку Катарино Кавоса. Истомина исполняла партию Черкешенки. А. С. Пушкин в это время был в ссылке в Кишинёве, а узнав о спектакле, написал брату Льву в Санкт-Петербург: «Пиши мне о Дидло, о Черкешенке Истоминой, за которой я когда-то волочился, подобно Кавказскому пленнику». Сколько тоски и отчаяния в этих строках. Пушкин хорошо знал Истомину. Они были ровесниками, вращались в одном великосветском петербургском кругу; он был среди зрителей и почитателей таланта балерины, а её танцу в балете «Ацис и Галатея» посвятил бессмертные строки в своем романе в стихах «Евгений Онегин»:

Блистательна, полувоздушна,
Смычку волшебному послушна,
Толпою нимф окружена,
Стоит Истомина; она,
Одной ногой касаясь пола,
Другою медленно кружит,
И вдруг прыжок, и вдруг летит,
Летит, как пух от уст Эола;
То стан совьет, то разовьет,
И быстрой ножкой ножку бьет.

Кроме того, Авдотья Истомина могла стать прообразом одной из героинь романа Пушкина, который он так и не успел создать; поначалу роман должен был называться «Русский Пелам». Потом возникла идея другого романа — «Две танцовщицы»[4], где большое место отводилось Истоминой и трагедии, случившейся в её жизни — дуэли, произошедшей из-за неё в далёком 1817 году. Сохранился план этого романа, записанный рукой Пушкина: «Две танцовщицы. — Балет Дидло в 1819 году. — Завадовский. — Любовник из райка. — Сцена за кулисами — дуэль — Истомина в моде. Она становится содержанкой, выходит замуж — Её сестра в отчаянии — она выходит замуж за суфлёра. — Истомина в свете. Её там не принимают. — Она устраивает приёмы у себя — неприятности — она навещает подругу по ремеслу»[2].

Истомина стала первой русской танцовщицей на пуантах[11][3] (первая балерина, вставшая в позу на пуантах, — Женевьева Госселен; а самая первая танцовщица на пуантах — Мария Тальони).

Она прослужила в императорском балете двадцать лет. Среди более поздних работ: испанка Сусанна в балете «Дон Карлос и Розальба, или Любовник, кукла и образец» Ш. Дидло; итальянка Сусанна в балете «Альмавива и Розина, или Обманутый опекун»; Элиза («Пажи герцога Вандомского»); капризная графиня Альберт, которая из-за своих капризов время от времени по волшебному мановению в знак наказания становилась женой башмачника, из волшебно-комического балета Дидло «Сатана со всем прибором, или Урок чародея»[7]; «Разрушенный кумир» (1831; в собственный бенефис; последняя постановка Ш. Дидло); Сумбека в балете «Сумбека, или Покорение Казанского царства» И. Соннё (1832; балетмейстер Алексис Блаш, на сцене Александринского театра); танцовщица Зефиретта в водевиле А. А. Шаховского «Феникс, или Утро журналиста»; сразу четыре роли в водевиле «Путешествующая танцовщица, или Три сестры невесты»[7].

Istomina03.jpeg

С возрастом она постепенно грузнела, уставала… Ролей становилось все меньше. Около 1830 года из-за болезни ног она перешла на мимические партии[12]. Авдотья Яковлевна Панаева уделила ей несколько страниц в книге своих воспоминаний: «Я видела Истомину уже тяжеловесной, растолстевшей, пожилой женщиной. Желая казаться моложавой, она была всегда набелена и нарумянена. Волосы у нее были черные, как смоль: говорили, что она их красит. Глаза у Истоминой были большие, черные и блестящие»[4], а дальше она писала о покровительстве уже немолодой балерины молодому драматическому артисту Годунову, которого и актёр Яков Григорьевич Брянский (отец А. Я. Панаевой), и великий русский трагик Василий Андреевич Каратыгин считали бездарным и не слишком умным. Тем не менее артист Санкт-Петербургской драматической труппы (в его послужном списке немало ролей[13], а мнение А.Панаевой может быть весьма субъективным), выпускник Театрального училища в Петербурге 1836 года Василий Васильевич Годунов (1820—1840) кому-то был важен и оказался в числе знаменитых 223 деятелей России времен императора Николая I, изображенных на картине Г. Чернецова «Парад по случаю окончания военных действий в Царстве Польском 6 октября 1831 года на Царицыном лугу в Петербурге» — он изображен под номером 151 и почему-то в греческом костюме[14]. А вот сама выдающаяся русская балерина Авдотья Ильинична Истомина на полотно в круг николаевской элиты не попала. Впрочем, подобное бывает, как говорится, сплошь и рядом.

Вскоре Истомина вышла замуж за своего юного протеже Годунова, и Панаева делилась воспоминаниями: «Когда он сидел в ложе с своей супругой, то самодовольно на всех посматривал, потому что сиял бриллиантами: шарф у него был заколот бриллиантовой булавкой, на рубашке и даже на жилете пуговицы были бриллиантовые. Он не надевал перчатку на ту руку, на пальце которой было надето кольцо с большим бриллиантом. Но недолго Истомина наслаждалась своим поздним супружеским счастием: ее здоровяк-муж схватил тиф и умер. Неутешная вдовица воздвигла дорогой памятник во цвете лет умершему супругу и даже собиралась поступить в монахини»[4].

Эта глава написана Панаевой с явным сарказмом, но и по ней видно, что Истомина пережила глубокое горе, потерю любимого человека, и не имеет значение, каким он был, тем более, что известно о нем лишь по характеристикам, данным Панаевой. Вполне возможно, что по поводу «поступления в монахини» Авдотья Панаева съязвила. Истомина ещё какое-то время продолжила службу в театре.

В последние годы своей сценической карьеры она выступала всё реже: от былой юной лёгкости не осталось и следа, а растолстевшая балерина уже не смотрелась на сцене с исполнением главных партий. Её жалованье снизилось вдвое. Она направила письмо в театральную дирекцию: «Меня на 20 году со времени выпуска из школы упрекают в том, что репертуар мой уменьшился… Чем же я виновата, что балетов сих больше не дают? И что случилось на последнем году моей службы?»[2]. Она спрашивала разрешение на поездку для поправки здоровья из-за травмы, произошедшей во время спектакля; прошение попалось на глаза императору Николаю I, а тот собственноручно написал: «Истомину уволить ныне совсем от службы»[4]. Государево повеление было немедленно исполнено.

Имя Истоминой в официальной театральной афише последний раз мелькнуло 16 января 1836 года в петербургском Большом театре в спектакле «Дивертисмент», исполнители танцев: Экунин, Истомина, Сосницкая (по-русски), Шелихов м., Телешова м. (по-тирольски), Дидье, Быстрова м., Григорьева, Воротникова (по-цыгански)[15].

30 января 1836 года в Александринском театре Авдотья Ильинична Истомина вышла на сцену в последний раз[7]. Роли для её прощального выхода не нашлось — она исполнила русскую пляску (в один вечер для праздной театральной публики давалось сразу несколько разных спектаклей, обычно в перерывах между ними давались танцевальные дивертисменты). Её партнёром в тот вечер стал драматический актёр Павел Семёнович Экунин, первый исполнитель роли Скалозуба в грибоедовском «Горе от ума» (1829, когда давались только сцены из пьесы, целиком она была запрещена цензурой), Полония в шекспировском «Гамлете», Монтано в шекспировском «Отелло» и других ролей, известный также как блистательный исполнитель мазурки. Он стал мужем Истоминой.

Она умерла от холеры 26 июня (8 июля) 1848 года в Петербурге. Похороны прошли очень тихо, про её былую славу к этому времени уже никто не вспоминал — наверно, уже и некому было… На могильной плите с небольшим памятником из белого мрамора на кладбище в Большой Охте была начертана скромная надпись: «Авдотья Ильинична Экунина, отставная артистка»[3][4]. Муж пережил её всего на несколько месяцев, скончавшись тоже от холеры 10 января 1849 года[16].

[править] Репертуар

  • 1816 — Галатея — «Ацис и Галатея», балетмейстер Шарль Дидло
  • 1818 — «Зефир и Флора» на музыку К. А. Кавоса, балетмейстер Шарль Дидло; в этом балете впервые на русской сцене балерина пребывала в позе на пуантах (кончики пальцев ног; это был еще не танец на пуантах!). Эту позу придумал Шарль Дидло для своей постановки балета «Зефир и Флора» в 1815 году в Париже и повторил в России в 1818 году. Таким образом, Авдотья Истомина оказалась первой русской танцовщицей, вставшей на пуанты.
  • 1818 — «Африканский лев, или Геройство матери», балетмейстер Яков Люстих
  • 1818 — восточная красавица Зетюльба — «Калиф Багдадский, или Приключение молодого Гарун-аль-Рашида» композитора Фердинанда Антонолини
  • 1820 — «Федул с детьми на господской вечеринке», хореограф Огюст Пуаро — танцевальные сцены
  • 1820 — Евхариса — «Евтимий и Евхариса, или Побеждённая тень Либаса» Жома
  • 1820 — Лиза — «Лиза и Колен» («Тщетная предосторожность»)
  • Кора — «Кора и Алонзо, или Дева Солнца», композитор Антонолини
  • Лизбета — «Карл и Лизбета, или Беглец против воли» (Малый театр Антонио Казасси)
  • 1821 — фея Альцина — «Роланд и Моргана» (музыка Кавоса и Антонолини)
  • 1821 — Луиза — «Дезертир», балетмейстер Огюст Пуаро, по хореографии Доберваля в редакции Ш.Ле Пика
  • 17 октября 1821 — танцовщица Зефиретта (драматическая и танцевальная роль одновременно) — водевиль А. А. Шаховского «Феникс, или Утро журналиста» (в собственный бенефис[17])
  • Инеса — «Инеса де Кастро, или Тайный брак» (Инеса, отравленная про приказу королевы, — роль, полная драматургического накала)
  • Нина — «Нина, или Сумасшедшая от любви» Персюа
  • «Тезей и Арианна»
  • 1822/1823 — «Лелия Нарбонская»
  • 1823 — «Кавказский пленник, или Тень невесты» на музыку Катарино Кавоса
  • 1824 — «Руслан и Людмила, или Низвержение Черномора, злого волшебника» (музыка Ф. Е. Шольца)
  • 1824 — четыре роли в водевиле «Путешествующая танцовщица-актриса, или Три сестры невесты», текст П. Н. Арапова, музыка А.Алябьева
  • 1825 — капризная графиня Альберт, которая из-за своих капризов время от времени по волшебному мановению в знак наказания становилась женой башмачника, из волшебно-комического балета Дидло «Сатана со всем прибором, или Урок чародея»[7]
  • 1825 — Элиза — «Пажи герцога Вандомского» с музыкой В. Гировеца, по хореографии Жана Омера
  • 1827 — «Деревенский праздник»
  • испанка Сусанна в балете «Дон Карлос и Розальба, или Любовник, кукла и образец», балетмейстер Ш. Дидло
  • итальянка Сусанна в балете «Альмавива и Розина, или Обманутый опекун» (по «Свадьбе Фигаро» Бомарше)
  • 5 февраля 1830 — сцена «Московский бал», третье действие комедии Грибоедова «Горе от ума», в бенефис А. М. Каратыгиной — танцы[18]
  • 1831 — «Разрушенный кумир» (в собственный бенефис; последняя постановка Ш. Дидло)
  • 1832 — Сумбека — «Сумбека, или Покорение Казанского царства» И. Соннё (балетмейстер Алексис Блаш, на сцене Александринского театра)
  • Изора — «Рауль синяя борода, или Опасность любопытства», хореограф Огюст

[править] Источники

  1. Большая советская энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия. 1969—1978
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 Авдотья Истомина (Avdotia Istomina)
  3. 3,0 3,1 3,2 3,3 3,4 3,5 3,6 Авдотья Истомина (знаменитые женщины)
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 4,5 4,6 4,7 Авдотья Ильинична Истомина /Евдокия Истомина
  5. Большая биографическая энциклопедия. Рахманов, Сергей Ефимович
  6. Академия русского балета им. Вагановой. Выпускники
  7. 7,0 7,1 7,2 7,3 7,4 7,5 7,6 Истомина А. И. — Россия, Russia
  8. «Орлов с Истоминой в постеле»
  9. Авдотья Истомина. «Такая ножка, такой талант!»
  10. С. А. Фомичев. Личность Грибоедова
  11. Пуанты
  12. ИСТОМИНА Авдотья Ильинична (Источник: Балет. Энциклопедия, СЭ, 1981)
  13. Театральная мастерская
  14. Годунов Василий Васильевич
  15. Театральная мастерская
  16. Большая биографическая энциклопедия. 2009
  17. Пимен Николаевич Арапов. Лѣтопис русскаго театра)
  18. Фундаментальная электронная библиотека. <Н. К. Пиксанов> КОМЕДИЯ А. С. ГРИБОЕДОВА «ГОРЕ ОТ УМА»
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты