Мария Мариусовна Петипа

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Мария Петипа. Художник Константин Маковский

Мария Мариусовна Петипа (17 (29) октября[1] или 17 (29) ноября 1857[2], Петербург, Российская империя — 16 января 1930, Париж, Франция) — русская балерина.

[править] Биография

Мария Петипа родилась в семье знаменитых балетных танцовщиков Петербургской императорской труппы. Мать — балерина Мария Сергеевна Суровщикова-Петипа, отец — прославленный балетмейстер Мариус Иванович Петипа, имя которого навсегда вошло в историю российского балетного искусства.

Для балетной танцовщицы родиться в такой семье — безусловное везение. С раннего детства Мария Мариусовна видела сцену и танцы, закулисная жизнь окружала её не только в театре, но и дома.

Она была крещена в православие в Свято-Троицкой церкви при Дирекции императорских театрах (церковь помещалась в одном здании с Петербургским театральным училищем), но при этом как дочь француза считалась подданной Франции и, лишь достигнув совершеннолетия, в 1877 году была приведена к подданству России[2].

Начала учиться классическому танцу у своих родителей, матери и отца. Официально она не заканчивала театрального училища, родители занимались с ней дома, причем очень успешно, изначально предполагая ее будущее как балерины[2]. А позже она брала уроки у Х. П. Иогансона.

В 1869 году её родители развелись (точнее сказать — разъехались, потому что официально брак так и продолжался; оформлять разводы при церковных ритуалах было весьма трудным и долгим делом), мать сразу покинула сцену, но отец оставался главным балетмейстером Петербургской императорской труппы.

В 1875 году юная Мария поступила в Петербургскую балетную труппу императорского театра, которую возглавлял её отец: семнадцатилетней балериной 12 января 1875 года в бенефис П. А. Гердта[3] она дебютировала в главной партии в балете «Голубая георгина»[4] (иногда ошибочно упоминается балет Л. И. Иванова «Гарлемский тюльпан»[5]) на музыку Пуни, когда-то поставленном её отцом ещё в 1860 году для исполнения её матерью[6][1] и вот теперь возражденным специальнодля дочери. На премьере присутствовала ее мачеха, новая жена её отца Любовь Леонидовна Савицкая (формально их брак был гражданским до самой смерти первой жены Мариуса Петипа), дочь знаменитого драматического артиста Леонида Львовича Леонидова, которая вспоминала об этой премьере: «Как только Мария появилась на сцене, ее красота вызвала общий взрыв восхищения в зрительном зале» (по воспоминаниям Веры Петипа: Петипа В. Наша семья // Мариус Петипа: материалы, воспоминания, статьи. Л., 1971. С. 254)[2].

MMP.jpg
Мария Петипа в роли Феи Сирени (балет «Спящая красавица»), Мариинский театр, 1890

О великолепной внешности Марии Мариусовны и особом шарме и женственности оставил воспоминания А. Н. Бенуа, назвав Марию Мариусовну «неоспоримо самой красивой из всех тогдашних танцовщиц, заведомой пожирательницей сердец» (Бенуа А. Мои воспоминания. М. 1990. Т. 1. С. 305)[2].

Мария Петипа ещё не раз танцевала в балетах своего отца, а некоторые партии он создавал специально для неё.

Начав карьеру как солистка классического танца, Мария Петипа вскоре перешла на амплуа хара́ктерной танцовщицы, заняв в нем на долгие 30 лет ведущее положение в труппе и выступая порой по 100 раз в сезон[7].

Критика отмечала, что она не была сильна в классических исполнениях, но в характерных танцах у неё не было соперниц[6]. Правда, необходимо заметить, что о её сценической деятельности мнения расходятся.

«Счастливая „сценическая судьба“, прекрасная фигура, поддержка знаменитого отца сделали её незаменимою исполнительницей характерных танцев, перворазрядною балериной, разнообразной в своём репертуаре. [….] всегда очаровательная, темпераментная, красочная», — писал о ней в «Материалах по истории русского балета» Михаил Васильевич Борисоглебский (Борисоглебский М. В. (сост.). Материалы по истории русского балета, т. 1—2, Л., 1938—39)[6].

Известны слова М. М. Фокина, сказавшего: «Мария Петипа считалась несравненной исполнительницей характерных танцев»[2].

Хроникер русского балета А. А. Плещеев писал: «Мария Марисовна бесспорно достойная представительница талантливого семейства Петипа, громкое имя которого уцелеет навсегда в летописях хореографии. Появление М. М. на сцене, по крайней мере на меня, действует всегда оживляюще; она вносит в характерные танцы жизнь, веселость, картинность и красоту. В ее исполнении чувствуется вдохновение, особенный широкий полет, увлекающий залу. Технические недостатки и неточности артистка искупает сказанными достоинствами и замечательным изяществом, ловкостью и быстротой»[3].

А вот А. Н. Бенуа, который восхищался ее внешностью еще будучи подростком, считал ее «плохой танцовщицей». Того же мнения придерживался и С. Дягилев[2].

Но при всём том Мария Мариусовна оказалась одной из самых популярных танцовщиц своего времени[2]. Худеков (Худеков С., История танцев, ч. 3, СПб., 1915) пишет о том, что среди балетных артисток Мария Петипа оставила после себя самое большое количество фотографий[6].

Мария Петипа и Павел Гердт в балете «Времена года» композитора А. Глазунова, балетмейстер Мариус Петипа. Мариинский театр, единственное представление в феврале 1900 г.

При этом Сергей Николаевич Худеков определял ее сценическую работу такими словами (Худеков С., История танцев, ч. 3, СПб., 1915): «Она танцевала больше руками и преимущественно стреляла глазами. Весёлая по природе, красивая артистка с постоянно приятною и симпатичною улыбкою была всегда очень оживлена и энергична на сцене»[6].

Среди исполненных партий:

Мария Петипа в балете «Заколдованный лес» Р.Дриго, 1887 г. Санкт-Петербург

В ее послужном списке есть и одна драматическая роль: немой Жорж (бессловесная роль) в пьесе «Энгувильский немой» (Александринский театр)[8].

Особо прославилась исполнением народных танцев: бедуинский танец («Зорайя», 1881, первая исполнительница, хореограф Мариус Петипа), венгерский чардаш и мазурка («Коппелия», первая исполнительница, постановка Мариуса Петипа, 1884), панадерос и мазурка («Раймонда», 1898), итальянский («Наяда и рыбак» Пуни), танцевальные сцены в опере «Жизнь за царя», лезгинка в опере «Руслан и Людмила» — причем публика постоянно вызывала её на бис исполнять лезгинку[2], болеро («Волшебные пилюли», 1886), танец трубадуров (балет «Ученики Дюпре»/«Приказ короля», 1886), пляска горцев («Талисман», 1889), мазурка («Золушка», 1893), венгерский танец («Лебединое озеро», 1895), малороссийская пляска («Конёк-Горбунок»), индусский танец («Баядерка»)[4]. И это — не всё.

Мария Петипа и Сергей Легат. 1898 год.
Мария Петипа — Изабелла и Сергей Легат — Дамис. «Испытание Дамиса», хореография М. И. Петипа
Мария Петипа — Изабелла и Сергей Легат — Дамис. «Испытание Дамиса»
Мария Петипа и Сергей Легат. Фото с открытки начала ХХ века
Мария Петипа. Шарж братьев Н. и С. Легат

Критик Валериан Яковлевич Светлов, восхищаясь и поражаясь количеству исполненных Марией Петипа народных танцев, назвал её «бесподобной интерпретаторшей» «целой этнографии» (Светлов В. Хореографические беседы // Слово 1907 № 331 15 (28) 12. С.3)[2] и отмечал её умение создать атмосферу и психологию той народности, танец которой она исполняла.

Редкий вечер она не появлялась на сцене — постоянно занятая в небольших партиях-дивертисментах опер и балетов, порой, исполнив один номер, она срочно мчалась в другой театр, где давалось ещё одно представление с её участием.

Она неоднократно гастролировала в Европе, в 1897, 1903, 1904 годах выступала в Париже, в 1899, 1901 — в Будапеште[1][7]; танцевала на сценах Лондона, Берлина. И всегда её выступления проходили с большим успехом. Ее гастроли во Франции произвели такой успех, что в парижском Елисейском дворце французское правительство присвоило ей звание Officier Academie (офицер Академии) и подарило положенную в таких случаях пальмовую ветвь[2].

В феврале 1901 года танцовщица отпраздновала двадцатипятилетний юбилей творческой деятельности; Дирекция императорских театров отметила её работу присуждением звания заслуженной артистки императорских театров[2]. На событие откликнулась вся театральная пресса. А театральный журналист Влас Дорошевич окрестил балерину «Богиней радости и веселья»[9].

О личной жизни балерины известно немного. Хотя молвы по этому поводу было предостаточно. Ходили слухи о её связи с сыном петербургского градоначальника Трепова[5], говорили и о многих других ее любовных победах — такая красавица не могла не привлечь мужского внимания.

Мария Мариусовна состояла в гражданском браке с известным балетным артистом Сергеем Легатом (семья Легатов дала целую династию балетных танцовщиков), покончившим с собой в возрасте 29 лет (1875—1905). Он же стал её постоянным партнёром[5]. Но эта семейная идиллия относилась к ее более поздним годам, она была намного старше своего мужа.

Существует также выписка из парижского Свято- Александро-Невского собора о венчании французского гражданина Павла Жингара 30 лет римско-католического вероисповедания с «заслуженной артисткой Императорских театров Марией Мариусовной Петипа 49 лет православного вероисповедания»[2] (по возрасту можно сделать вывод, что сам документ датировался 1906 годом, то есть через год после смерти Сергея Легата). Однако никаких более упоминаний и воспоминаний о наличии этой семьи неизвестно.

В императорской труппе Мария Петипа проработала до 1907 года, уволившись через полтора года после трагической смерти Сергея Легата, награжденная двумя золотыми медалями за долголетнюю усердную службу[4]. Окончив сценическую деятельность в 1907, она еще до 1912 года время от времени выступала в концертах в Мариинском и частных театрах.

Октябрьский переворот застал Марию Мариусовну почтенной 60-летней вполне обеспеченной дамой: у неё был собственный дом (она купила особняк архитектора К. И. Брандта (1810—1882), который он выстроил в 1857 году для себя; ныне находится по адресу Саперный пер. 3[10]), императорская пенсия в 1140 рублей в год и ежегодное пособие в 860 рублей[2]. Но дом оказался национализирован новой советской властью, а с 1919 года прекратилась выплата пенсии. В одночасье оказавшись без средств к существованию, начинать работу заново она уже не могла по возрасту. Какое-то время после 1917 года она работала в Институте музыкального просвещения[4], но вскоре в связи с общей разрухой и эта работа закончилась. Что могла поделать одинокая нищая старуха, как ей было выжить? Сколько таких несчастных старух по всей стране были уничтожены новой властью — не со зла, не потому что именно им желали смерти, а просто — за великие цели. Как она прожила эти годы — неизвестно.

В самом конце 1924 года она обратилась за помощью в Дирекцию государственных (бывших императорских) театров с просьбой о назначении ей пенсии. Дирекция поддержала её просьбу, приписав ходатайство перед наркомсобесом о предоставлении Марии Мариусовне Петипа персональной пенсии за 32 года работы на сцене, и 29 декабря 1924 года отправила документы в Москву. Но новая страна в это время строила великое будущее и всеобщее счастье, и наркомам все недосуг было обратить внимание на стариков и старух — представителей прошлого тяжелого наследия. Через год, 16 января 1926 года, старая балерина повторила просьбу[2].

Существуют различные сведения о ее жизни, в том числе, что она еще до революции продала дом (особняк К. И. Брандта) и уехала в Ригу, где и скончалась в скором времени[10] — сказу скажем, что это неправда. Есть и другие данные: что в 1926 году она уехала во Францию[6][4], причём перевела туда огромную пенсию, дарованную ей от советского правительства[11][5], что позволило ей ни в чем не нуждаться материально, кутить и весело прожигать жизнь, — и это не соответствует истинному положению: в июньском номере журнала «Жизнь искусства» за 1927 год опубликована заметка: «Ввиду отказа центральной комиссии по персональным пенсиям в выдаче персональной пенсии Заслуженной артистке Лен. Гос. Академических театров, бывшей артистке балета М. М. Петипа, Наркомпрос счел необходимым обратиться с соответствующим ходатайством в Совнарком»[2]. Значит, в это время она ещё жила в переименованном Ленинграде и мыкалась в ожидании помощи. А эмигрировала, скорее всего, в 1928 году. Никаких сведений на этот счёт пока разыскать не удалось.

По свидетельству другого русского эмигранта, критика В. Светлова, мужа балерины Веры Трефиловой, Мария Мариусовна жила в Париже одиноко, очень тихо и скромно[2]. Её имя в иммигрантской прессе не встречается, хотя русская эмиграция жила в Париже весьма активно и оказала немалое влияние на культуру Парижа, особенно на развитие балета. Русскую прессу в Париже всколыхнула лишь её смерть 16 января 1930 года, когда тут же посыпались воспоминания о её сценической деятельности, а некрологи о её смерти дали русские газеты не только Парижа, но и Нью-Йорка, Шанхая, Берлина, Риги — везде, где обосновались крупные русские диаспоры.

Тем не менее, есть и другие сведения о её жизни в эмиграции: в Париже она получила Орден Академических пальм — награду Франции за заслуги в образовании, науке и культуре. Там же, в Париже, она умерла в 1930 году в результате тяжёлой болезни от «постоянных запоев»[5], «после двух ударов паралича и буйного помешательства»[6]. Пальмовую ветвь она действительно получила, только было это значительно раньше — когда она приезжала на гастроли в Париж. Ни о каком «пьянстве» и «буйном помешательстве» ни русская иммигрантская пресса, ни многочисленные русские эмигранты, оставившие немало мемуаров, не упоминают. Вполне возможно, что подобные «воспоминания» были в советских хрониках, часто служивших орудием идеологической борьбы с «предателями родины»-эмигрантами. А уж ни о какой пенсии от советской власти тогда и речи быть не могло; да и откуда им было взяться в разоренной стране, только после НЭПовских лет начавшей некоторое восстановление. Нет, выдающаяся русская танцовщица Мария Мариусовна Петипа умерла в эмигрантской нищете.

Отпевание проходило в парижском Свято-Александро-Невском соборе. Мария Мариусовна Петипа была похоронена на кладбище Патэн в предместье Парижа. Концессия на место была взята на пять лет. Через пять лет место на кладбище необходимо было освободить, прах артистки русского балета был перенесён в общую могилу[2].

Это всё, что известно о прославленной русской танцовщице Марии Мариусовне Петипа.

[править] На других языках

[править] Источники

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 Петипа в Энциклопедии балета (Источник: Балет. Энциклопедия, СЭ, 1981)
  2. 2,00 2,01 2,02 2,03 2,04 2,05 2,06 2,07 2,08 2,09 2,10 2,11 2,12 2,13 2,14 2,15 2,16 2,17 Страницы истории балета: Новые исследования и материалы / Сост. Н. Л. Дунаева. Спб. Балтийские сезоны. 2009—312 с. ISNB 978-5-903368-45-0. Статья: Мария Мариусовна Петипа. Пунктир судьбы. Автор: Н. Л. Дунаева
  3. 3,0 3,1 Наш балет (1673—1899), стр. 400
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 Петипа в балетной энциклопедии (Источник: Русский балет. Энциклопедия. БРЭ, «Согласие», 1997)
  5. 5,0 5,1 5,2 5,3 5,4 Мария Мариусовна Петипа (1857—1930)
  6. 6,0 6,1 6,2 6,3 6,4 6,5 6,6 «Волшебное зеркало» Мариуса Петипа (журнал «Библиотечное дело», № 4 (118) 10 — Пространство культуры)
  7. 7,0 7,1 Российский гуманитарный энциклопедический словарь
  8. A. A. Нильский. Актер с. — петербургских императорских театров. Закулисная хроника. 1856—1894. Издание Товарищества «Общественная Польза», Большая Подьяческая, д. № 39. Дозволено цензурою. С.-Петербург, 24 февраля 1900 г. (стр. 64)
  9. Богиня радости и веселья // «Россия», 1901, 4 февраля, No 639.
  10. 10,0 10,1 Особняк К. И. Брандта. 1857
  11. Борисоглебский М. В. Материалы по истории русского балета. Т. 1-2, Л., 1938—1939 гг.
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты