Поручик Голицын

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
АРКАДИЙ СЕВЕРНЫЙ
Александр Малинин (2011)

Поручик Голицын — персонаж песенного эпоса о Гражданской войне 1917—1922 гг. и сопутствовавшей ей массовой эмиграции российскоподданных за рубеж. В качестве песенного персонажа воспет в десятках стихов, песен (самая известная — «Поручик Голицын») и частушек. Помимо произведений музыкального творчества и стихов, поручик выступает как персонаж художественной литературы в ряде произведений популярных писателей.

Этот поэтический персонаж возник из песни, автором которой предположительно является офицер Георгий Иванович Гончаренко (псевдоним Юрий Галич) (1877—1940), и персонаж поручик Голицын является отнюдь не поэтическим образом, а вполне конкретным человеком, как и упоминаемый в песне корнет Оболенский[1][2]. С поручиком Голицыным Юрий Галич находился в одном тюремной камере при режиме Петлюры, они подружились и вместе бежали из тюрьмы. Через некоторое время Юрий Галич узнал, что его друг молодой князь Голицын был казнен красными большевиками. Его памяти он посвятил песню.

Содержание

[править] Предпосылки героизации

Как отмечает доктор исторических наук, профессор С. Ю. Данилов, в Советском Союзе постепенно происходило то, чему противились на разных уровнях власти. Гражданское общество, в особенности жители городов, все более интересовалось не победителями, а побежденными и мало-помалу стали симпатизировать им. На советской сцене, в беллетристике и на экране «красные» становились всё более однотонными, скучными, резонерскими фигурами, в то время как образы «белых» приобретали живые и привлекательные черты. Этот процесс усугублялся тем, что органы власти однопартийной диктатуры уже не могли ни изменить общего хода событий, ни повлиять на него. Носителям власти в 70-х80-х годах ХХ века, по словам проф. Данилова не хватало неумолимой решительности и бесчеловечности, принесших победу их предшественникам. И всё же, их пассивное сопротивление значительно затянуло весь процесс. Общенациональное примирение могло в таких условиях происходить только подспудно, окольными путями, благодаря инициативам отдельных личностей, не обладавших номинальной властью. Встречая множество препятствий, гражданское общество выполняло работу, которую гораздо быстрее могло выполнить государство. Данилов убеждён, что значительный пласт времени в истории России был безвозвратно утрачен. Тем временем, восхищение красными вышло из моды и к 80-м годам окончательно стало признаком дурного вкуса. Восхвалявшие победителей книги Безыменского, Жарова, Сейфуллиной, Фадеева, Фурманова и сделанные по их мотивам спектакли и фильмы попросту перестали находить спрос. Произведения большей части названных авторов постепенно были изъяты из школьных программ. Любопытным феноменом стало также отмежевание от красных преуспевающих литераторов, артистов и других деятелей искусства. Ход событий, к тому моменту, уже стал необратимым. В 70-х — начале 80-х годов знамением времени стало увлечение советской городской молодежи анонимными тогда песнями и романсами, славившими неравную борьбу белого движения и его страдания в эмиграции, за рубежом. На смену красным, окончательно пришли и стали утверждаться в народном сознании белые герои, и исполнявшийся в неформальной обстановке в нескольких вариантах «Поручик Голицын» был попросту обречён на успех, — заключает Данилов[3].

Как отмечает публицист О. Бартенев, в советское время было снято множество фильмов про белых и красных. Разумеется, белых там карикатуризировалии и демонизировали по сценарию. Но сыграны они были хорошими, талантливыми актёрами таким образом, что уже тогда на белых был ореол какой-то неведомой романтики и зритель невольно симпатизировал не “хорошим красным”, а “плохим белым”. Такие фильмы всегда смотрели “между кадров”: других-то просто не было, вот и пытались высмотреть хоть что-нибудь. Из этой же обоймы белогвардейских героев и Поручик Голицын. Советские граждане тянулись к “плохим” белым — видя в них что-то запретное, но на подсознательном уровне своё, а в “хороших” красных видели всё тех же горлопанов-агитаторов, которые в будничной советской действительности и без того уже надоели на заводах и в колхозах: их тогда мягко называли “начальниками”, подразумевая “советский гад”[4].

Гипотезы проф. С. Данилова и О. Бартенева о настроениях, стремительно развивавшихся в среде советской интеллигенции 80-х, подтверждает открытое письмо, тайно отправленное из Советского Союза в редакцию журнала «Кадетская перекличка» в декабре 1982 г., и перепечатанное рядом зарубежных русскоязычных изданий[5]:

Уже поколение наших родителей сделало героя гражданской войны, красного нач. дивизии Василия Ивановича Чапаева посмешищем, героем похабных анекдотов. Вот он, суд народа. И наоборот, офицеры Белой армии всё больше становятся для нас образцом чести и благородства. Вам, вероятно, трудно представить такую картину. Восьмидесятые годы 20-го века. Тесная московская квартира. В комнате собралась молодежь. Кто-то берет гитару и негромко запевает. Остальные подтягивают. Это может быть новая подпольная песня или даже легально разрешенная песня из старого кинофильма, но осмысленная по новому … И каждый из нас мысленно видит себя на месте этого офицера и задумывается… Ваши звания и имена звучат для наших ушей возвышенно и волнующе. Вот герои новой песни, одной из самых популярных сейчас на наших вечеринках:
Не падайте духом, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, налейте вина
Оглядываясь назад, в туманное для нас, оболганное прошлое, мы приходим к такому выводу: Время, история и, возможно даже, большинство русского народа были на стороне коммунистов. Правда, честь и Россия — были на вашей стороне. Мы жалеем, что не вы победили. Мы не упрекаем вас. Вероятно, вы сделали всё, что могли. Мы благодарны вам за это. Если вы верите в Бога, помолитесь за нас.

— Открытое письмо в редакцию журнала «Кадетская перекличка»

Газета «Правда» и журнал «Огонёк» лишь сухо констатировали по этому поводу: «И Деникин, и Врангель, и белогвардейские офицеры, оказывается, были «людьми чести». Включите телевизор и вы услышите голос известного певца: «Раздайте патроны, поручик Голицин, корнет Оболенский, надеть ордена»[6].

По словам историка и публициста Феликса Горелика, этот крик отчаяния просто-напросто «утонул» в многоголосом хоре демократов, либералов, консерваторов, монархистов и т. п. Компартия по существу уже передала средства массовой информации в руки своих противников: Печать и телевидение делали всё, чтобы загнать коммунистов в подполье. Газеты воспламеняли умы статьями о коммунистических жестокостях гражданской войны, вырванных из контекста самой войны и контекста истории. На смену революционной романтике пришла белогвардейская романтика бывших земельных собственников[7]. И уже в начале 90-х альтернативой советскому прошлому стало дореволюционное. Гражданская война стала излюбленным попсовым сюжетом 90-х[8]. Как заметил по этому поводу писатель А. Валентинов: «Не хочется даже поминать нынешних «красных» и «белых». У их предшественников было какое-то обаяние, что у поручика Голицына, что у Мальчиша Кибальчиша»[9].

Игорь Ефимов и Дмитрий Петров отмечают, что эта «контрреволюционная» тема в те годы уже не была новинкой для советского народа. И, конечно, не автор «Поручика Голицына» открыл её. Она просто витала в обществе развитого социализма ещё с середины 60-х годов, на что не раз обращали внимание как журналисты, так и социологи. Факт был несомненным: В самом передовом обществе планеты завелась ностальгия по старой России. Причём у того поколения, которое этой России и не видало, – просто создалась сказка для того чтобы отстраниться как можно дальше от тоскливой реальности Совдепа…[10]

[править] Песенное творчество о поручике Голицыне

 → Поручик Голицын (песня)

Как отмечает профессор В. А. Моляко, тема эмиграции и расставания с Родиной (добровольного или вынужденного) занимает немалое место, как в литературе так и в поэзии. И первой, прежде всего, вспоминается популярная вплоть до наших дней, поднимающаяся до высот настоящей поэзии, песня «Поручик Голицын»[11]. Эта песня, во многих вариациях текста и музыки, а также другие песни о поручике Голицыне получили широкое распространение как в среде русской эмиграции за рубежом, так и среди советских диссидентов, — пусть это никого не удивляет — некоторое увлечение белой эмиграцией и белой армией бытовало и в диссидентском движении, и там в своё время пе­ли «Раздайте патроны, поручик Голицын», но в этом было мно­го стилизации, и те же люди могли спеть за тем «Я всё равно паду на той, на той далёкой, на Граждан­ской»[Прим. 1], — вспоминает писатель И. Шамир[12].

Исполнители песен о поручике Голицыне[Прим. 2]
Исполнители в жанре
«Русский романс»
Александр Малинин
Павел Леонидов
Пётр Елфимов
Пётр Худяков
Сергей Иванов
Гитис Пашкявичюс
Сергей Чжель
Александр Варовин
Исполнители в жанре
«Русский шансон»
Аркадий Северный
Михаил Звездинский
Михаил Гулько
Жанна Бичевская
Михаил Шуфутинский
Вилли Токарев
Анатолий Днепров
Алексей Яцковский
Исполнители в жанре
поп и рок музыки
Бони НЕМ
и Кирилл Немоляев
Реддо
Юрий Липманович
Валерий Пшеничников

Песни исполнялись как сольными исполнителями, так и в составе хоров (Казачий хор «Родник») и целых оркестров (Golden Light Orchestra). Следует отметить, что помимо перечисленных, песни о поручике Голицыне исполнялись и в форме комедийных постановок, пародий и юмористических скетчей. Так, например, среди их исполнителей можно выделить команду КВН «Дети лейтенанта Шмидта» и известного российского политика Владимира Жириновского. По словам самого Жириновского, в оригинальной песне есть строчка, которую в советские годы запрещалось петь. Однако, Владимир Вольфович не уточнил кото́рый именно фрагмент из песни запрещался советской властью[13]. Помимо самих песен о поручике Голицыне, звучали также и многочисленные музыкальные ответы (например «Не бросайте Родину» Дмитрия Ляляева). Стоит отметить, что песни о поручике Голицыне популярны не только среди этнических русских. В качестве примера можно привести запись песни, сделанную ещё в 1983 году, в исполнении народного поэта Республики Татарстан Равиля Халиуллина, или исполнение песни болгарским бардом Миленом Тотевым.

Об авторстве оригинала песни до сих пор не утихают споры и исписаны буквально тонны бумаги[10]. Как высказывался по этому поводу Михаил Веллер: «Судьба этой песни – ещё один роман!»[14]. Тем не менее, авторство песни имеет решающее значение для установления персоны настоящего поручика Голицына, ставшего прообразом героя множества стихов и песен на тему борьбы с большевиками. Обычно, в качестве автора песни о поручике Голицыне везде указывается Михаил Звездинский (р. 1945), который, по его собственным словам, написал эту песню в 1961 году (то есть, в шестнадцать лет). Авторство Звездинского неоднократно подвергалось сомнению в печати[15]. По предположению А. Е. Крылова, «плохо запомненный, искажённый вариант 20-х годов перетекстован и частично дописан в наши дни»[16]. Гипотезу Крылова частично разделяет журнал «Русский репортёр», который называет песню «Поручик Голицын» песней эмигрантов первой волны[8]. С Крыловым также соглашается Н. В. Абельмас, утверждающая что русская эмиграция первой волны знает эту песню очень давно, и что в Советский Союз песня попала из-за рубежа благодаря певице Жанне Бичевской[17].

В контексте происхождения песни в период эмиграции первой волны часто называется имя белого генерала и поэта Георгия Гончаренко. Версия о том, что именно Георгий Гончаренко (публиковавшийся под литературным псевдонимом Юрий Галич) является автором «Поручика Голицина», была распространена русскоязычными литературоведами из Латвии, где и прожил последние годы своей жизни Г. Гончаренко, перед аннексией Латвии в 1940 году. О происхождении самого романса, указывается период биографии Гончаренко во время пребывания его во Владивостоке, куда он отправился в надежде разыскать жену с дочкой. Население Владивостока, ставшего на тот момент последним пристанищем белой России, в те годы увеличилось в четыре раза, перевалив за полмиллиона. Гончаренко же был завсегдатаем и организатором вечеров поэзии в знаменитой ресторации «Балаганчик»[Прим. 3], которую посещали многие персоны белого движения, впоследствии разъехавшиеся по многим странам и континентам, чем объясняется то обстоятельство, что изначальный романс во множественных вариациях устно распространялся в советские годы как в самом СССР [Прим. 4], так и в среде русской эмиграции. О приморском эпизоде в жизни генерала и, соответственно, о приморской версии происхождения знаменитого романса известно благодаря исследованиям, проведённым автором более полусотни статей, посвященных теме российской эмиграции, старшим преподавателем Института массовых коммуникаций ДВГУ Тамарой Калиберовой[18] и обозревателем «Российской газеты» Инессой Абизяевой[19]. При этом, сторонники версии о происхождении романса в 1920-е гг. зачастую, обращают внимание на отдельные фрагменты романса «Поручик Голицын». Так, упоминаемый в романсе «Корабль-Император» — это английский линкор «Император Индии», прикрывавший огнём орудий главного калибра эвакуацию Добровольческой армии из Новороссийска 13-14 марта 1920 года. Казалось бы, мелочь, но подобная деталь, которую нельзя ни случайно придумать, ни произвольно заимствовать, указывает безусловно, что в основе песни лежал вариант, написанный современниками — участниками белой борьбы — по горячим следам событий, — пишет председатель Ассоциации исследователей российского общества Андрей Макаров[20]. При обыске в квартире Гончаренко в Риге, сотрудниками НКВД были изъяты двенадцать из четырнадцати написанных им книг, которые впоследствии были уничтожены, чем и объясняется отсутствие (до 1977 года[10]) рукописей или публикаций текста песни за авторством генерала[19].

В 2007 году писатель А. Валентинов высказал предположение, что «Поручик Голицын» – это типичный перепев популярного в начале XX века романса Е. Жураковского и Е. Буланиной «Чайка», автором текста к которому стал известный белогвардейский поэт Г. Гончаренко[9]. После Октябрьской революции ему не раз пришлось столкнуться с ситуацией, когда жизнь его и других офицеров висела на волоске, и всем известные строки, обращенные к поручику Голицыну и корнету Оболенскому, имели реальные прототипы среди знакомых Гончаренко офицеров, — рассказывает председатель Рижского славянского исторического общества, латвийский историк Олег Пухляк[21]. Более документальную основу под собой, основанную на фактах биографии самого Гончаренко и деятелей эпохи Гражданской войны, эти гипотезы получили в 2008 году, после после рассекречивания Службой безопасности Украины части архивов КГБ УССР и написания историком Гражданской войны Ярославом Тинченко жизнеописания Г. Гончаренко, включавшего в себя киевский этап его биографии. В то же самое время, наряду с атрибуцией авторства песни Георгию Гончаренко, Тинченко было сделано предположение о наиболее вероятном историческом прототипе романса, сокамернике Гончаренко во время его киевского заключения — князе К. А. Голицыне (см. ниже Исторический прототип песенного персонажа), ставшем прообразом персонажа песни[22]. Эту идею, в частности, поддержали: Главный редактор газеты «UАргумент» Анатолий Бурый[23]; Журналист и исследователь событий Гражданской войны Олесь Бузина[24]; Музыковед Глеб Соколухин[25].

[править] Характеристика и анализ песенного персонажа

<poem>

Поручик Голицын, раздайте патроны! Корнет Оболенский, надеть ордена!

</poem>

Член Национального союза журналистов Украины Сергей Смолянников по результатам проведённого им анализа текста романса приходит к выводу, что события начала 1918 года застали Голицына с его эскадроном в Донских степях, воюющим против большевиков. В своём эскадроне, поручик ведал вопросами вооружения и боепитания (вот откуда знаменитое „Раздайте патроны, поручик Голицын“). В августе 1919 года рота князя Голицына одной из первых ворвалась в Киев, обороняемый большевиками, но в итоге белые потерпели поражение. Затем были бои за Одессу и отказ от эвакуации („Поручик Голицын, а может, вернемся? Зачем нам, дружище, чужая земля?“)[26]. Научный сотрудник Лодзского университета, польская учёная культуролог-фольклорист Анна Беднарчик отмечает что в песне, повлиявшей на множество будущих музыкальных произведений стилизованных под белогвардейские например, романс «Не надо грустить, господа офицеры» Юрия Борисова), перед слушателями предстаёт ностальгический образ молодого императорской гвардии офицера[27].

Как отмечает А. Беднарчик, песня повлияла на множество будущих музыкальных произведений стилизованных под белогвардейские, например, романс «Не надо грустить, господа офицеры» Юрия Борисова или песня-письмо «Корнет соскучился по маме» Андрея Шехватова, где история дружбы Голицына с Оболенским выступает претекстом песни[27].

«Поручик Голицын» «Не надо грустить, господа офицеры»
Четвёртые сутки пылают станицы,
Горит под ногами Донская земля.
Вот мы неприятелем к Дону прижаты,
За нами остались полоски земли,
Пылают станицы, деревья и хаты,
Подайте бокалы, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, налейте вина.
Разбейте, поручик, стакан с самогоном.
Ведь вы не найдёте спасенья в вине.

Беднарчик также отмечает, что в оригинале, как и в песне Борисова поётся про Дон, пылающие станицы, в обоих офицеры пытаются отрешиться от происходящего при помощи алкоголя. Только, если поручик Голицын, по-дворянски, предпочитает вино, то безымянный поручик из песни Борисова не стесняется пить самогон[27]. На эту деталь также обращает внимание писатель Андрей Валентинов: «Кто бы ни сочинил, когда бы ни сочинил песню, на Дону его не было, это уж точно! Достали бы они вина в Сальских степях!». Валентинов уверен, что на Дону, Голицыну с Оболенским пришлось бы довольстоваться самогоном, и не традиционным сахарным, а низкокачественным картофельным. Служил же Голицын, по Валентинову, не в эскадроне, как поётся в песне, — так как эскадрон не являлся на тот момент основной военно-тактической единицей на Дону, — а в сотне или просто в безымянной ватаге. А дворянский ореол, окружающий поручика и корнета, по словам Валентинова, происходит от порядков принятых в Белом движении, ведь как Деникин, так и Краснов, просто не могли существовать без лампасов и полного титулования, вот и остались в народной памяти поручики Голицыны в аксельбантах и золотых погонах[9].

В некоторых дальнейших переработках, о Голицыне повествуется в прошедшем времени, как например в песне «Корнет соскучился по маме», где боевой товарищ поручика, корнет Оболенский в своём письме матери с тоской сообщает что Голицына уж нет среди живых[27]:

« Друг Голицын Ванюша
Нынче в землю зарыт…
Андрей Шехватов
»

По словам Всеволода Некрасова, с поручиком Голицыным, в песнях современных исполнителей, было что-то не так. Особое внимание Некрасов акцентирует на московский период в жизни песенного Голицына („Мелькают Арбатом знакомые лица…“). В этих строках, как считает Некрасов, чересчур не дворянскими выходили поручик с корнетом, а прямо-таки антидворянскими — явно не с арбатского двора, что свидетельствует о том, что «московский» куплет романса, наиболее вероятно появился в процессе «кочевья» песни от одного самодеятельного исполнителя к другому, так как её автора Г. Гончаренко не связывали с Москвой какие-либо особенные воспоминания[28]. Историк и публицист Юрий Каргаманов отмечает, что как Поручик Голицын так и его сослуживец корнет Оболенский, чьи образы ассоциируются с набриолиненными проборами, аксельбантами и звяканьем шпор, — яркие, но не самые характерные фигуры Добровольческой армии, ведь кадровое офицерство, имевшее далеко не блестящий вид, составляло в ней относительно небольшое меньшинство, уступая массе офицеров военного времени, получивших ускоренное образование в школах прапорщиков, людей интеллигентных профессий, юнкеров и кадетов, студентов и даже гимназистов старших классов[29].

Как отмечают в Вестнике Российской академии наук доктор философских наук А. Г. Здравомыслов и кандидат философских наук, специалист в области российского социокультурного развития С. Я. Матвеева, поручик Голицин и корнет Оболенский, в значительной мере определили вектор движения российского национального самосознания[30]. Российская учёная историк, профессор МГУ Л. И. Семенникова утверждает, что: «Россия – это и поручик Голицын, и Мальчиш-Кибальчиш вместе, едино и нераздельно»[31].

[править] Исторический прототип песенного персонажа

{{{box_caption}}}
{{{box_caption}}}
Князь Константин Александрович Голицын — является наиболее вероятным историческим прототипом песенного персонажа. На фотографии слева — князь Голицын, в бытность кадетом. Справа — он же, на фотокарточке из материалов следствия, 1930 год.

Персона исторического прототипа, который и послужил наиболее вероятным прототипом героя романса, стала известна случайным образом. Украинский историк Ярослав Тинченко, с середины 1990-х гг. изучавший следственные материалы по делу «Весна», в своей книге «Голгофа русского офицерства» предал огласке ряд эпизодов, связанных с данным делом, что в итоге вынудило Службу безопасности Украины рассекретить имеющиеся архивные материалы. Среди прочих было рассекречено уголовное дело №1919/АС-91 на К. А. Голицына, бывшего белогвардейского офицера, к моменту ареста долгое время состоявшего на советской службе. Князь Константин Александрович Голицын (1893—1931) и является, по мнению всех вышеуказанных исследователей, наиболее вероятным историческим прототипом героя романсов, поскольку во время Гражданской войны его пути пересеклись с Георгием Гончаренко, который, в свою очередь написал стихи романса «Поручик Голицын». Их встреча произошла в Киеве, в камере предварительного заключения Осадного корпуса сечевиков на ул. Пушкинской. Гончаренко был посажен туда петлюровцами за то, что служил начальником наградного отдела в правительстве гетмана Скоропадского. Голицын попал туда по недоразумению, будучи ошибочно принят за своего дядю — князя А. Д. Голицына, бывшего члена Государственной думы III созыва, а в те годы — видного деятеля украинской политики. На восьмой день их знакомства, когда тюремное начальство решило перевести арестантов в другое место, в ходе конвоирования по Крещатику они сбежали из под охраны[Прим. 5], и на этом их пути разошлись. Константин Голицын поступил в Добровольческую армию, где в чине штабс-капитана он командовал сводной ротой, состоявщей из бывших стрелков полка Императорской фамилии. В августе 1919 года рота князя Голицына одной из первых ворвалась в Киев, обороняемый большевиками. Но в итоге белые потерпели поражение. В следующий раз Голицын вернулся в Киев летом 1920 года, но уже в качестве военнопленного, пленённого под Одессой. В то время шла Советско-польская война и РККА испытывала острую нехватку командных кадров, и князя, учитывая его богатый военный опыт, вновь отправили на фронт. По окончании Гражданской войны Голицын вернулся в Киев, женился и поступил на советскую службу, устроившись управляющим делами Киевглавпроекта[Прим. 6]. Следственное дело по обвинению в контрреволюционной деятельности Голицына, около шестидесяти лет хранилось под №1919/АС-91 в архиве КГБ УССР, и было рассекречено вместе с другими архивными документами Службой безопасности Украины. Из документов известно, что Голицына арестовали ночью, в январе 1931 года по делу «Весна». Постановление о расстреле Константина Голицына было вынесено 20 апреля 1931 года. Однако расстреляли его лишь одиннадцатью днями позже вместе с другими известными персонами белого движения. Точное место захоронения Голицына неизвестно, так как офицеров, расстрелянных по делу «Весна», закапывали в братских могилах на Лукьяновском кладбище. Супруга Голицына (Свечина) Лидия Александровна (1897—1983) выехала в Россию из Киева и дала своему сыну Александру (1923—1994) девичью фамилию (Свечин), потом недолго работала экономистом в Москве, затем ушла с работы и вышла замуж за советского учёного и шашиста Глебова и взяла его фамилию. Дожила до глубокой старости, умерла в Москве. Внучка К. А. Голицына Елена замужем за известным советским и российским математиком, научным сотрудником Математического института АН СССР, Виктором Александровичем Колывагиным — автором метода доказательства конечности Ш («метод Колывагина»)[32][33][34].

[править] Литературный персонаж

В качестве литературного персонажа, поручик Голицын впервые появляется ещё в романе Владимира Войновича «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина». В романе, самого Чонкина начинают подозревать в том, что под этим именем скрывается князь Голицын. В результате, Чонкин вынужден оправдываться, опровергая своё княжеское происхождение[35]. Помимо приключений Ивана Чонкина, поручик Голицын появляется в исторической авантюре Алексея Волкова «Гавань Командора», где князь предстаёт весьма способным юношей. Он храбр, умён, не стесняется спросить, если не понимает… в общем, далеко пойдёт, — так характеризует его автор книги. — «Всего лишь поручик, хотя в двадцать лет это тоже порядочный чин, зато самый настоящий князь»[36].

Главным героем, Голицын выступает в серии «Спецназъ Государевъ», популярного российского писателя Сергея Зверева, вышедшей в издательстве «Эксмо» в 2008—2009 гг., тиражом 28 тыс. экземпляров[37]. Книги также вышли на английском языке под названием „SWAT Sovereign“ в издательстве «Eastern Owl Publishing». В серии «Спецназъ Государевъ», где действия разворачиваются во время Первой мировой войны, прямо с обложки читателям сообщается что он «бабник, дуэлянт, пьяница — словом, герой», были опубликованы четыре книги о поручике Голицыне. В первой книге, поручика за участие в дуэли отправляют на фронт[38]. Во второй книге поручик командует отрядом пластунов-разведчиков[39]. В третьей книге храброму поручику предстоит уничтожить базу в тылу противника, на которой дислоцируются кайзеровские дирижабли-бомбардировщики[40]. В четвёртой книге поручик сражается на турецком фронте у озера Ван, куда передислоцировано новое секретное оружие кайзеровских войск — «Большая Берта»[41].

[править] Примечания

  1. Имеется в виду «Сентиментальный марш» (1957) Булата Окуджавы.
  2. В таблице указаны как исполнители оригинальной песни «Поручик Голицын», так и других песен, где ключевым персонажем выступает поручик Голицын.
  3. Ныне — ресторан «Порто-франко», в котором периодически проходят презентации уцелевших сборников стихов и творческие вечера памяти Г. Гончаренко.
  4. Разумеется на правах крамольной песни, так как публичное исполнение подобных музыкальных произведений было немыслимо даже во времена хрущёвской оттепели.
  5. Гончаренко, организовавший побег своих сокамерников, сам убегать не стал, сочтя бегство недостойным своего звания, — а он на тот момент был генерал-майором, — вместо этого он хладнокровно дождался момента, когда всё внимание было устремлено на убегавших, и лишь тогда быстрой походкой ушёл с места происшествия, свернув на одну из улочек Старого Киева.
  6. Советское место работы Голицына находилось там же, откуда он в своё время сбежал, и располагалось по адресу: «Крещатик, 38», — там, где сегодня находится киевский центральный универмаг.

[править] Источники

  1. Легенда: романс «Поручик Голицын» долгое время считался народным
  2. Русский генерал, поэт и писатель Георгий Иванович Гончаренко (псевдоним Юрий Галич) (1877—1940)
  3. Данилов С. Ю. Послесловие // Помирились ли мы?. — М.: Вече, 2004. — 352 с. — (Военные тайны XX века). — 3 тыс, экз. — ISBN 5-9533-0225-8.
  4. Бартенев О. Заметки о кино в Эрефии // Nuestro pais : Газета. — Буэнос Айрес: Издательство «Наша страна», 14 февраля 2009. — № 2861. — С. 6.
  5. Матасов В. Д. Белое движение. Часть 4 // Кадетская перекличка : Периодический журнал Объединения кадет российских и зарубежных кадетских корпусов. — N. Y.: Association of Russian Cadets Graduated outside of Russia, 1988. — № 46,47. — С. 37.
  6. Лыхин К. Письмо в редакцию // Огонёк : Еженедельный общественно-политический и литературно-художественный журнал. — М.: Издательство «Правда», 1991. — № 14 (3324). — С. 29. — ISSN 0131-0097.
  7. Горелик Ф. Б. Горбастройка — катастройка как порождение ренегатства // Кто и как взорвал СССР. — Ростов н/Д: Б. и., 2003. — С. 17,18. — 195 с. — 150 экз.
  8. 8,0 8,1 Мильчин К., Зайцева Н., Великовский Д., Идлис Ю., Денисова С., Арефьева Т., Андреева О. История поп. Время 90-е: белогвардейский проект (HTML). Русский репортёр (2009). Проверено 21 сентября 2011.
  9. 9,0 9,1 9,2 Валентинов А. Капитан Филибер. — М.: Эксмо, 2007. — С. 101,180,304,434. — 480 с. — (Стрела Времени). — 5100 экз. — ISBN 978-5-699-24655-7.
  10. 10,0 10,1 10,2 Ефимов И. А., Петров Д. 1977 год // Аркадий Северный, Советский Союз!. — Санкт-Петербург – Киев: С. и., 2007. — С. 92,93,100. — 154 с.
  11. Моляко В. А. Поэтическое восприятие человека // Проблемы психологии творчества : Сборник научных трудов. — Житомир: Изд-во ЖГУ им. И. Франко, 2009. — В. 7. — Т. 12. — С. 14 — 344 с. Тираж — 300 экз. — ISBN 978-966-485-001-5.
  12. Шамир И. Третья волна или Улисс и Циклоп // Синтаксис: Публицистика, критика, полемика : Журнал. — Париж: Syntaksis, 1985. — В. 15. — С. 151. — ISSN 0220-8075.
  13. Жириновский В. О главном // Мысли и афоризмы. — М.: ЛДПР, 2010. — С. 18. — 272 с. — 10 тыс, экз. — ISBN 5-89898-019-9.
  14. Веллер М. Не ножик не Сережи не Довлатова (сборник) (HTML). Publicant.ru. Проверено 20 сентября 2011.
  15. // Книжное обозрение. — 1997. — № 27. — С. 4.
  16. К. В. Душенко. Словарь современных цитат. 57
  17. Поручик Голицын // Русский шансон: Блатная лирика / Ред.-сост. Н. В. Абельмас. — М.: Издательство «АСТ», 2002. — С. 47. — 190 с. — ISBN 5-17-014758-9.
  18. Калиберова Т. Н. Белый генерал. Черная орхидея // Владивосток : Газета. — Владивосток: Редакция газеты «Владивосток», 30 октября 2007. — № 159.
  19. 19,0 19,1 Абизяева И. С букетом черных орхидей. Есть ли у романса «Поручик Голицын» приморские корни? // «Российская газета-Неделя» — Приморский край. — М.: Издательство «Российская газета», 26 октября 2007. — № 4502.
  20. Макаров А. Г. К истории создания песни «Поручик Голицын» (HTML). Комментарии. LiveJournal (2011-04-04). Проверено 16 января 2012.
  21. Пухляк О. Н. Георгий Гончаренко: «Не падайте духом, поручик Голицын!» (HTML). Культура. Час (2010-06-10). Проверено 13 января 2012.
  22. Тинченко Я. Ю. Романс «Поручик Голицын» долгое время считался народным // Фокус : Журнал. — К.: Издательство «Фокус», 11 февраля 2008. — № 4.
  23. Бурый А. Поручика Голицына расстреляли в Киеве, а Галича арестовали в Риге (HTML). Статьи. UАргумент (2011-05-26). Проверено 13 января 2012.
  24. Бузина О. За красную звезду и двуглавого орла! // Сегодня : Газета. — К.: Издательская группа «Сегодня», 17 октября 2009. — № 09 (228). — С. 8.
  25. Соколухин Г. “Четвёртые сутки пылают станицы” // Кузнецкий рабочий : Новокузнецкая городская газета. — Новокузнецк: Редакция газеты «Кузнецкий рабочий», 18 марта 2010. — № 30 (18963).
  26. Смолянников С. А. «Зачем нам, поручик, чужая земля?..» (HTML). Статьи. Русское единство (2010-06-18). Проверено 13 января 2012.
  27. 27,0 27,1 27,2 27,3 Bednarczyk, Anna Poetyka współoczesnej pieśni białogwardyjskiej (польск.) // Acta Neophilologica : Czasopism Naukowy. — Olsztyn: Wydawnictwo Uniwersytetu Warmińsko-Mazurskiego, 2006. — Т. VIII. — С. 104. — ISSN 1509-1619.
  28. Некрасов В. Памяти Булата Окуджавы // Союз писателей СССР Литературное обозрение : Журнал. — М.: Изд-во «Правда», 1998. — № 1. — С. 46. Тираж — 2900 экз. — ISSN 0321-2904.
  29. Каргаманов Ю. «Две правды» — или одна? К девяностолетию окончания Гражданской войны // Новый мир : Ежемесячный журнал художественной литературы и общественной мысли. — М.: Издательский дом «Красная звезда», Ноябрь 2010. — № 11 (1027). — С. 143. Тираж — 5800 экз.
  30. 3дравомыслов А. Г., Матвеева С. Я. Межнациональные конфликты в России: Русское национальное самосознание // Вестник Российской академии наук. — М.: Изд-во «Наука», 1995. — Т. 65. — № 7. — С. 160. — ISSN 0869-5873.
  31. История России: Учебное пособие / Под общ. ред. О. И. Охонько. — 2-е изд., перераб. и доп. — Владивосток: Издательство ДВГТУ, 2009. — С. 8. — 512 с. — 100 экз. — ISBN 978-5-7596-1142-4.
  32. Тинченко Я. Ю. Романс-легенда «Поручик Голицын» // Я : Газета. — К.: ИД «Газета «Я», 13 июля 2010.
  33. Тинченко Я. Ю. Не падайте духом, поручик Голицын! (HTML). Статьи. Белая Россия (2010-09-17). Проверено 13 января 2012.
  34. Панков Д. Голицыны // Подольcкий рабочий : Общественно-политическая газета. — Подольск: 12 августа 2011 года. — № 61 (19020). — С. 16.
  35. Войнович В. Н. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина: Роман-анекдот в пяти частях. — Париж: Ymca-press, 1975. — 287 с.
  36. Волков А. Ещё не шестая часть суши // Гавань Командора. — СПб.: Крылов, 2007. — 384 с. — (Историческая авантюра). — 5 тыс, экз. — ISBN 5-9717-0442-7.
  37. Спецназ государев: Книжная серия (HTML). Ozon.ru. Проверено 20 сентября 2011.
  38. Зверев С. Налейте бокалы, раздайте патроны!. — М.: ЭКСМО, 2008. — 320 с. — (Спецназ государев). — 5 тыс, экз. — ISBN 978-5-699-26578-7.
  39. Зверев С. Золотые эполеты, пули из свинца. — М.: ЭКСМО, 2008. — 320 с. — (Спецназ государев). — 5 тыс, экз. — ISBN 978-5-699-36988-1.
  40. Зверев С. И слух ласкает сабель звон. — М.: ЭКСМО, 2008. — 320 с. — (Спецназ государев). — 4 тыс, экз. — ISBN 978-5-699-27899-2.
  41. Зверев С. Господа офицеры. — М.: ЭКСМО, 2008. — 320 с. — (Спецназ государев). — 4 тыс, экз. — ISBN 978-5-699-29260-8.
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты