Юлий Борисович Харитон

Юлий Борисович Харитон

Дата рождения

11 марта 1904 года

Место рождения

Санкт-Петербург, Российская империя

Дата смерти

18 декабря 1996 года

Место смерти

Саров, Российская Федерация

Награды и премии

учёный

Генералы в штатском. Юлий Харитон. Заложник [26:01]

Харитон - Оппенгеймер. Гении и злодеи // Жизнь замечательных людей [25:51]

Юлий Борисович Харитон — советский ученый-атомщик, физик-теоретик и физикохимик, член-корреспондент АН СССР, академик АН СССР, академик РАН, доктор физико-математических наук, трижды Герой Социалистического Труда, депутат Верховного Совета СССР 3−11 созывов, один из основоположников ядерной физики в СССР, один из создателей советских атомной и водородной бомб, один из руководителей советского ядерного проекта.

Ранние годы

Родился 14 февраля (27 февраля) 1904 года в Санкт-Петербурге. Еврей. Отец, — журналист Борис Осипович Харитон (репрессирован). Дед, Иосиф Давидович Харитон, был купцом первой гильдии в Феодосии; сестра отца, Этля (Адель) Иосифовна Харитон, была замужем за историком Юлием Исидоровичем Гессеном (их сын — журналист и сценарист Даниил Юльевич Гессен). Двоюродный брат (сын другой сестры отца) — журналист и корреспондент «Известий» Давид Ефремович Южин. Мать, Мирра Яковлевна Буровская была актрисой. Родители развелись в 1907 году, когда Юлий Харитон был ребёнком, его мать в 1912 году вторично вышла замуж за психоаналитика Марка Ефимовича Эйтингона и уехала в Германию, оттуда в 1933 году — в Эрец-Исраэль. Борис Харитон воспитывал сына один.

С 13 лет параллельно учёбе в реальном училище работал по найму — курьером, библиографом в библиотеке, с 15 лет — монтёром в мастерских телеграфа Московско-Рыбинской железной дороги.

В 1919 году, после окончания училища, попытался поступить в Технологический институт, однако не был принят по молодости лет.

В 1920−1925 годах — студент электромеханического факультета Ленинградского Политехнического института, с весны 1921 года — физико-механического. Одновременно для заработка работал подсобным рабочим.

Карьера

С 1921 года, ещё во время учёбы работал на младших научных должностях в Ленинградском Физико-техническом институте в лаборатории Н.Н. Семёнова, будущего Нобелевского лауреата, по приглашению последнего.

В 1923−1925 годах занимался проблемой конденсации молекулярных пучков металлических паров в вакууме на охлаждаемых поверхностях.

В 1923−1926 годах выполнил (совместно с Н.Н. Семёновым и А.И. Шальниковым) цикл работ по кинетической темпиратуре адсорбции.

В 1924 году в Физико-техническом институте вышел первый научный труд Харитона, посвященный изучению конденсации металлических паров на поверхности.

В 1925−1926 годах занимался исследованием окисления паров фосфора кислородом и открыл (совместно с З.Ф. Вальта) явление нижнего предела по давлению кислорода и влияния на этот предел примесей инертного газа. Проведенное Н.Н. Семёновым в 1927 году детальное исследование предела воспламенения и первое теоретическое обоснование его механизма послужили основой теории разветвленно-цепных реакций.

В 1926 совместно с З.Ф. Вальта заложил экспериментальные основы кинетики разветвленных цепных реакций.

Исследовал природу сцинтилляций под воздействием различных ядерных излучений, а также порог чувствительности глаза.

В том же 1926 году при поддержке А.Ф. Иоффе, П.Л. Капицы и Н.Н. Семёнова Харитон был командирован в Великобританию, в лабораторию Э. Резерфорда.

В 1926−1928 годах — стажировка в Кавендишской лаборатории, Кэмбридж, Великобритания, где занимался изучением чувствительности глаза к слабым световым импульсам (сцинтилляциям) и взаимодействия гамма-излучения с веществом, а также разработкой методики регистрации альфа-частиц. Не участвуя непосредственно в работах по ядерной физике, основных для Кавендишской лаборатории, Харитон вошел в курс всех проводившихся там исследований и проявлял к ним неизменный интерес, пока (после открытия деления урана в 1939 году) ядерная физика не стала главным делом его жизни. В 1928 году под руководством Эрнеста Резерфорда и Джеймса Чедвика получил степень доктора наук (D.Sc., Doctor of Science), тема диссертации «О счете сцинтилляций, производимых альфа-частицами» («О счете сцинтилляций, производимых альфа- и бета-частицами»).

В 1928 году вернувшись в СССР возобновил работу в Физико-техническом институте, занявшись систематической работой над вопросами теории взрывчатых веществ: кинетики и детонации. Возглавляя затем лаборатории в Физико-техническом институте, а с 1931 года — в Институте химической физики АН СССР, внёс существенный вклад в физику горения и взрыва, построил и экспериментально подтвердил теорию разделения газов и изотопов центрифугированием, участвовал в решении ряда других проблем химической и физической кинетики.

В 1929−1946 годах — заместитель ответственного редактора «Журнала экспериментальной и теоретической физики».

В 1931−1946 годах — руководитель лаборатории взрыва в Институте химической физики, научные работы по детонации, теории горения и динамике взрыва. Среди многочисленных результатов, полученных учёным и его учениками, одно из главных — открытие фундаментального принципа, определяющего возможность детонации, – «принципа Харитона», согласно которому характерное время химической реакции в детонационной волне должно быть меньше времени разлета сжатого вещества. Из этого принципа вытекало важнейшее следствие: одно и то же вещество, взятое в виде тонкого цилиндра, оказывается пассивным, однако в большой массе может взорваться. Фундаментальные результаты Харитона в области теории горения и взрыва нашли широкое практическое применение.

В 1935 году — доктор физико-математических наук.

В 1937 году развил общую теорию разделения газовых смесей в процессе их центрифугирования.

С конца 1930-х годов полностью посвятил себя атомной физике, причём исключительно тем её прикладным аспектам, которые вскоре стали решающими для производства ядерного оружия (после 1940 года неизвестна ни одна работа Харитона, которая прямо не касалась бы этой проблематики).

В 1939−1941 годах совместно с Я.Б. Зельдовичем осуществил расчёт разветвленных цепных реакций распада ядер урана и выявил важнейшие особенности этого процесса: в 1939 году совместно с Зельдовичем впервые сделал расчёт цепной реакции деления урана в реакторе и предложил в качестве замедлителей нейтронов использовать тяжелую воду и углерод; в предвоенные годы Харитон (также совместно с Зельдовичем) описал условия возникновения ядерного взрыва и получил оценки его огромной разрушительной мощи; в 1941 году Харитон во главе группы учёных, в которую кроме него и Зельдовича входил также Исай Израилевич Гуревич, основываясь на приближенных тогда значениях ядерных констант, уточнили критическую массу урана-235 (в 1946 году эта же группа физиков, в которую также вошёл Исаак Яковлевич Померанчук, внесла предложение использовать термоядерные реакции для создания бомбы, впоследствии названной водородной бомбой). Последующие работы Харитона в области ядерной физики до сих пор остаются засекреченными.

В 1941−1943 годах работал в Институте боеприпасов в Москве.

В начале 1942 года был направлен Наркоматом боеприпасов в НИИ-6, где занимался проблемами боевого использования кумулятивных гранат и снарядов.

В 1942−1944 годах Харитон и его сотрудники были прикомандированы к НИИ-6 Народного комиссариата боеприпасов СССР, где провели серию работ по повышению эффективности различных конструкций боеприпасов и взрывчатых веществ и исследованию воздушной ударной волны. Применяя полученные результаты не практике, Харитон активно участвовал в создании кумулятивных противотанковых гранат и снарядов, успешно применявшихся на фронтах Великой Отечественной войны.

С 1944 года — консультант, с 1945 года — штатный сотрудник Лаборатории № 2 Академии наук СССР под руководством И.В. Курчатова.

2 мая 1945 года группа физиков, в числе которых были Лев Андреевич Арцимович, Исаак Константинович Кикоин и Ю.Б. Харитон, были командированы в Берлин для ознакомления с работами немецких специалистов по ядерному оружию. Харитон находился во время этой командировки в чине полковника.

С 1945 года принимал участие в советском атомном проекте, распоряжением ГКО СССР от 20 августа 1945 года № 9887сс/ов «О специальном комитете [по использованию атомной энергии] при ГКО» был включён в состав Технического совета Специального комитета. Харитону в составе группы учёных, в которую входили Абрам Исаакович Алиханов (председатель), Лев Давидович Ландау, Аркадий Бенедиктович Мигдал, Самуил Аронович Рейнберг, М.А. Садовский, С.С. Васильев и А.П. Закощиков, на заседании 30 ноября 1945 года было поручено проанализировать все имеющиеся материалы о последствиях применения атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки и определить эффективность фактора взрывной волны, фактора теплового и фактора радиоактивного излучения.

В 1946 году И.В. Сталин и Л.П. Берия оказали Харитону высокое доверие, поручив ему возглавить большой коллектив ученых, инженеров и техников, перед которым была поставлена задача создания советской атомной бомбы. Именно в так называемом Всесоюзном научно-исследовательском институте экспериментальной физики (по-видимому, параллельная Курчатовскому институту структура, для которой недалеко от города Горький был построен специальный сверхсекретный город — Арзамас-16), которым Харитон руководил затем в течение 46 лет, и были решены все научные и инженерные проблемы, связанные с созданием и испытанием советской атомной, а затем и водородной бомбы.

Таким образом, в 1946−1992 годах Харитон — главный конструктор и научный руководитель КБ-11 (Арзамас-16) в Сарове при Лаборатории № 2 Академии наук СССР. К работе над реализацией ядерно-оружейной программы под руководством Харитона были привлечены лучшие физики СССР. В обстановке секретности в Сарове велись работы, завершившиеся испытанием советских атомной (29 августа 1949 года) и водородной (12 августа 1953 года) бомб. В последующие годы Харитон трудился над сокращением веса ядерных зарядов, увеличением их мощности и повышением надёжности.

4 декабря 1946 года избран членом-корреспондентом Академии наук СССР.

29 октября 1949 года — Герой Социалистического Труда — «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания» (за атомную бомбу).

В 1950−1989 годах — депутат Верховного Совета СССР.

8 декабря 1951 года — Герой Социалистического Труда — «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания».

23 октября 1953 года избран действительным членом (академиком) Академии наук СССР.

4 января 1954 года — Герой Социалистического Труда — «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания Правительства, дающие право на присвоение звания Героя Социалистического Труда» (за водородную бомбу).

В 1955 году подписал «Письмо трёхсот» (осуждение лысенковщины).

В 1956 году вступил в КПСС.

С 1992 года — почётный научный руководитель ВНИИЭФ.

Умер 18 декабря 1996 года в Сарове.

Семья

Был женат на Марии Николаевне Жуковской, имел дочь Татьяну.

Память

Есть памятник в Москве на Аллее Нобелевских лауреатов на территории МИФИ.

Труды

• Харитон Ю. Б., Шальников А. И. «Механизм конденсации и образование коллоидов». — М.: ГТТИ, 1934.

См. также

• Евреи-изобретатели оружия

Источники

Лаборатория измерительных приборов АН СССР ↑
Направление работы	Создание ядерного оружия
Объекты	КБ-11 Семипалатинский испытательный полигон
Руководители	И. В. Курчатов (научная часть) Ю. Б. Харитон (главный конструктор)
Список награждённых указами от 29 октября 1949 года
Выдающиеся сотрудники	Сталинская премия I степени Н. Л. Духов Г. Н. Флёров К. И. Щелкин Сталинская премия II степени А. П. Александров E. Н. Бабулевич И. И. Гуревич В. А. Давиденко Б. Г. Дубовский М. С. Козодаев В. С. Комельков Б. В. Курчатов В. И. Мостовой М. И. Певзнер Ю. А. Прокофьев С. А. Скворцов С. М. Фейнберг Д. А. Франк-Каменецкий В. С. Фурсов Г. Н. Яковлев Сталинская премия III степени В. В. Гончаров Е. К. Завойский Н. Ф. Правдюк орден Ленина М. Г. Мещеряков Л. М. Неменов С. Л. Соболев И. П. Фролов-Домнин орден Трудового Красного Знамени И. Ф. Жежерун Г. Н. Кружилин В. И. Меркин А. А. Наумов И. С. Панасюк Б. Т. Пушнин П. Е. Спивак Д. В. Тимошук С. А. Трофимов П. И. Шестов