Гай Юлий Эврикл

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Эврикл из Лакедемонаспартанский деятель.

[править] Биография

Современный историк Майкл Грант так характеризует Эврикла как правителя Спарты:

Гай Юлий Эврикл, сын морского разбойника, был в Греции самым большим человеком. За услуги семье Августа, а впоследствии за очень важную помощь во время операции при Акции его практически сделали диктатором «свободного» города-государства Спарты и других областей Пелопоннеса[1].

Действительно, Эврикл был правителем Спарты (Страбон: «Эврикл, правитель лакедемонцев»[2]), получил римское гражданство и стал зваться Гай Юлий Эврикл[3].

В 21 г. до н. э. Спарту посетил Октавиан Август, и передал Спарте Киферу в благодарность за помощь Ливии[4], а также Кардамилу[5] и Фурии[6], отнятые у мессенцев (которые поддерживали Марка Антония).

Через некоторое время Эврикл начал злоупотреблять своей властью и дружбой Августа.

Как рассказывает Иосиф Флавий, прибыв около 8 г. до н. э. в Иудею ко двору Ирода Великого, и выдавая себя за человека близкого каппадокийскому царю, Эврикл вошёл в доверие к Александру и Глафире:

Эврикл из Лакедемона, человек, происходивший из довольно знатного рода, но вполне испорченный, равно как отличавшийся большим сладострастием и льстивостью, но умевший скрывать то и другое, приехал к Ироду, привез ему подарки, за которые, впрочем, получил гораздо более ценные, и сумел ловко воспользоваться представившимися обстоятельствами для того, чтобы снискать себе в особенно высокой степени расположение царя. Собственно, он остановился у Антипатра, но посещал больше всего Александра, потому что говорил, что находится в близких отношениях к каппадокийскому царю Архелаю. Таким точно образом он представился также поклонником Глафиры и вообще незаметно сумел всех склонить на свою сторону, причём постоянно следил за всем, что говорилось и делалось, чтобы выводить из этого сплетни.

Эврикл содействовал интригам Антипатра против Александра в борьбе за наследство власти Ирода:

В конце концов оказывалось, что каждый считал его исключительно своим только другом, тогда как всем прочим казалось, что он общается с другими лишь им на пользу. И так удалось ему склонить на свою сторону юного еще Александра и убедить его в том, что он только ему одному может сказать решительно все. Тогда тот со скорбью рассказал ему о своем отчуждении от отца, сообщил ему о судьбе своей матери и об отношениях к Антипатру, как последний, отстранив их совсем, пользуется теперь неограниченной властью. Все это, говорил Александр, прямо невыносимо, тем более, что отец настолько уже всех их возненавидел, что не принимает больше участия в их обедах и вовсе не говорит с ними. Так, вполне естественно, поведал ему Александр все, о чем скорбел.
Все эти разговоры Эврикл передал Антипатру, указывая на то, что он делает это не из корыстных или личных целей, но потому, что его, которого Антипатр принял с такими почестями, совершенно подавляет вся серьезность этого положения: он присовокупил еще совет остерегаться Александра. Вероятно, говорил он, все это было сказано неспроста: очевидно, что в основании всех этих слов лежит какое-нибудь крайнее решение. Видя в этом доказательство его дружбы и расположения, Антипатр стал теперь делать Эвриклу при разных случаях подарки и в конце концов уговорил его даже сообщить обо всем Ироду. Царь из его убедительных речей вполне вывел заключение о правильности неприязни Александра, и Эвриклу постоянными ловкими нашептываниями удалось настолько настроить и возбудить царя, что ненависть последнего не знала теперь пределов. Это он показал сейчас же, сделав Эвриклу подарок в пятнадцать талантов. Получив эти деньги, Эврикл поехал к каппадокийскому царю Архелаю и стал там восхвалять Александра и Ирода, говоря, что он сам оказал ему крупную услугу, примирив Александра с отцом его. Получив затем деньги и от Архелая, он уехал раньше, чем обнаружилась его гнусность[7].

Вернувшись в Спарту, Эврикл «обвиненный два раза пред императором в возмущении Ахайи и обкрадывании общественных касс... был осужден на изгнание».

В 7 г. до н. э. Эврикл вернулся в Грецию и начал там какую-то бурную деятельность, возможно, стремясь получить контроль над лаконскими городами[8]. Но между 7 и 2 гг. до н. э. он был «обвинён два раза перед императором в возмущении Ахайи и обкрадывании общественных касс», осуждён Августом, изгнан, попытался поднять мятеж, но ничего не добился и умер около 2 г. до н. э. изгнанным Августом из Спарты[9]

Впоследствии, в конце правления Августа Эврикл был посмертно реабилитирован, о чем свидетельствует надпись[10]. Члены его семьи позднее вернули власть и воздали ему посмертные почести.

Павсаний передает (II, 3, 5), что самую знаменитую баню в Коринфе построил спартанец Эврикл, украсив её различным камнем (мрамором), а особенно — добываемым в Крокеях. Этот Эврикл, вероятно, идентичен с Эвриклом, правителем Лаконии при Цезаре.

Остров Кифера был личным владением правителя Лаконии Эврикла: Октавиан Август провозгласил Гая Юлия Эврикла «игемоном» Лакедемона в знак благодарности за помощь в битве при мысе Акций. Эта должность была встроена в систему римской администрации, но Эвриклу были предоставлены некоторые дополнительные полномочия в управлении ранее автономной Спартой, а Кифера стала его личным владением.

Сын — Гай Юлий Лакон — занял должность отца и тоже стал правителем Спарты в конце правления Августа или в самом начале правления Тиберия, о чём свидетельствуют монеты.

[править] См. также

[править] Источники

  1. Грант М. Ирод Великий. Двуликий правитель Иудеи. М., 2003
  2. Стирабон, VIII 5, 1
  3. IG V 1, 970, SIG 787/8
  4. Дион Кассий, LIV 7, 1
  5. Павсаний, III 26, 7
  6. Павсаний, IV 31, 2
  7. Иосиф Флавий. «Иудейские древности». Книга XVI. Глава 10
  8. Иосиф Флавий. «Иудейская война». I 26, 4
  9. Страбон, VIII 5, 5
  10. AE 1929, 99
Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты