Хроника Великой Отечественной войны (июнь 1941 года)

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Содержание

[править] 1 июня 1941 года

СССР. Начальник Разведывательного управления Генштаба Красной армии Ф. И. Голиков направил руководству страны спецсообщение о группировке немецких войск на 1 июня 1941 г, в котором отмечалось, что немецкое командование сосредоточило для борьбы против Англии на всех фронтах 122—126 дивизий, против СССР — 120—122 дивизии, в резерве — 44—48 дивизий.[1]

[править] 2 июня 1941 года

СССР. Народный комиссар внутренних дел Л. П. Берия направил в ЦК ВКП(б) и СНК сообщение о военных мероприятиях немцев вблизи границы с СССР.[1]

[править] 3 июня 1941 года

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение разрешить Наркомвнешторгу из особых запасов произвести поставку в Германию во исполнение договора: меди 6.000 тонн, никеля 1.500 тонн, олова 500 тонн, молибдена 500 тонн, вольфрама 500 тонн.[1]

[править] 4 июня 1941 года

СССР. СНК принял Постановление «Об укреплённых районах», в котором утвердил перечень создаваемых частей для вновь строящихся укреплённых районов и установил срок окончания формирование частей — 1 октября 1941 года.[1]

Германия. Состоялось совещание с начальниками штабов армий и групп армий, на котором обсуждались вопросы о взаимодействии пехоты с танками в начале наступления последних и вопрос об артиллерийской подготовке наступления.[2]

[править] 5 июня 1941 года

СССР. Состоялась беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом США в СССР Л. А. Штейнгардтом, во время которой обсуждались отношения между странами. По вопросу о скоплении германских войск на западной границе СССР Штейнгардт был уверен, что немцы готовы напасть на Советский Союз. На это С. А. Лозовской ответил, что «Советский Союз относится очень спокойно ко всякого рода слухам о нападении на его границы. Советский Союз встретит во всеоружии всякого, кто попытается нарушить его границы. Если бы нашлись такие люди, которые попытались бы это сделать, то день нападения на Советский Союз был бы самым несчастным в истории напавшей на СССР страны.»[1]

[править] 6 июня 1941 года

СССР. В спецсообщении НКГБ БССР наркому госбезопасности СССР В. Н. Меркулову, по данным закордонной агентуры и опроса нарушителей государственной границы, отмечаются продолжающиеся интенсивные военно-мобилизационные приготовления немцев на сопредельной территории.[1]

Германия. На совещании в Генеральном штабе Сухопутных войск отмечалось усиление деятельности русской авиации в восточных районах и усиливающееся беспокойство русских на границе Румынии.[2]

В «Указаниях ОКВ об обращении с политическими комиссарами» говорилось, что комиссаров, схваченных в бою или при оказании сопротивления, как правило, необходимо немедленно уничтожать. Казнь политических комиссаров после их отбора из общей массы военнопленных в войсках вне зоны боевых действий, производить незаметно, по приказу офицера. Политических комиссаров, которые не проявляют враждебных действий и не заподозрены в них, вначале не следует трогать. Только с дальнейшим продвижением в глубь страны станет возможным решить, оставить ли таких деятелей на месте или передать их специальным командам.[1]

[править] 7 июня 1941 года

СССР. В спецсообщении разведуправления Генштаба Красной армии «О военных приготовлениях Румынии» отмечалась мобилизация в Румынии возрастных контингентов от 19 до 42 лет.[1]

[править] 8 июня 1941 года

Германия. На совещании с начальниками штабов 12-го армейского корпуса (Вальденбург), 47-го армейского корпуса (Бамлер) и офицерами службы генштаба отмечалось, что подготовка соединений будет закончена к 22 июня.[2]

[править] 9 июня 1941 года

СССР. НКГБ СССР направил наркому госбезопасности УССР Мешику Директиву по проведению разведдеятельности в связи с военными приготовлениями Германии, в которой поставил задачу по выяснению всех вопросов, связанных с подготовкой войны против СССР и в первую очередь со стороны Германии.[1]

9-10 июня в связи с усилением группировки немецких войск по ту сторону границы Военные Советы западных округов стали отправлять запросы в НКО и ГШ с предложениями-просьбами на вывод войск округов ближе к границе по Планам прикрытия. Также в начале июня и Генштаб рассылал округам сводки с данными о количестве немецких войск возле нашей границы.

ВС ОдВО отправил такой запрос ещё 6 июня — в связи с ожиданием нападения Румынии и немецких войск на границе ОдВО на 12 июня.

ВС ЗапОВО отправил свой запрос — 8 июня - в связи с ожиданием нападения на 15 июня.

ВС КОВО 9 июня тоже дал запрос на вывод и попытался начать поднимать и приграничные дивизии с последующим выводом их на их рубежи обороны, в предполье. В связи с ожиданием нападения на 17 июня.

По ПрибОВО — такой запрос пока неизвестен. Однако, скорее всего лично прибывший в Москву командующий округом генерал Кузнецов, на личной встрече со Сталиным 11 июня вполне мог обсуждать и этот вопрос.…

В Кремле, у Сталина проводится два совещания на котором принимается решение о начале развертывания войск западных округов по Планам прикрытия - о выводе т.н. "глубинных" дивизий по Планам прикрытия с приведением их в боевую готовность. В черновике своих мемуаров маршал Г.К. Жуков написал об этом выводе войск так: " Под предлогом подвижных лагерей войска Северо-Кавказского военного округа были развернуты в армию (19-ю) и в мае месяце выведены на территорию Украины - район Белая Церковь. В начале июня войска Уральского военного округа развернуты в 22-ю армию под командованием Ершакова и сосредоточились в районе Великие Луки. Непосредственно перед войной готовилась к переброске на Украину 16-я армия (из МНР и ЗабВО). Командующим приграничных военных округов было приказано вывести войска округов - назначенных в состав войск прикрытия, ближе к государственной границе и тем рубежам, которые они должны были занять при чрезвычайном обстоятельстве, по особому распоряжению. При этом передовые части было приказано выдвинуть в зону пограничных частей. Проводились и другие не менее важные мероприятия. Все это обязывало командующих округами и армиями повысить боевую готовность и общую боевую бдительность. " (РГВА. Ф.41107. Оп. 1. Д.48. Лл. 1-58. Рукопись, автограф. Сохранены стиль и орфография документа.)

[править] 10 июня 1941 года

СССР. Начальник Генерального штаба Г. К. Жуков в Директиве военному совету КОВО отменил указание частям занимать предполье укреплённых районов, так как «такое действие может спровоцировать немцев на вооружённое столкновение и чревато всякими последствиями». Данная телеграмма была отправлена в Киев в связи с тем что на Военном Совете КОВО 9 июня где присутствовало и командование погранвойск, обсуждался вопрос — не пора ли вывести в Укрепрайоны дополнительные части — уровские, не полевые части — к уже выведенным по разрешению Генштаба батальонам. Командование погранвойск, не разобравшись доложило своему руководству — лично Берии — что командование КОВО собирается вывести именно полевые войска и в погранзону, в т. н. предполье. Результатом чего и стала телеграмма Жукова запрещающая это делать. Произошла переписка между штабом Киевского ОВО и Генштабом и вопрос был снят. А 12 июня Жуков уже лично разрешил, по запросу начштаба КОВО Пуркаева — отдельной директивой — начать выводить в УРы (севернее Львовского выступа пока) дополнительные силы — две дивизии 5-й Армии КОВО.

Германия. Верховное главнокомандование вооружённых сил Германии в Распоряжении о назначении срока нападения на Советский Союз назначило для приготовления к военным действиям следующие сроки:

1. Днем «Д» операции «Барбаросса» предлагается считать 22 июня.

2. В случае переноса этого срока соответствующее решение будет принято не позднее 18 июня. Данные о направлении главного удара будут в этом случае по-прежнему оставаться в тайне.

3. В 13.00 21 июня в войска будет передан один из двух следующих сигналов:

а) сигнал «Дортмунд». Он означает, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов;

б) сигнал «Альтона». Он означает, что наступление переносится на другой срок; но в этом случае уже придётся пойти на полное раскрытие целей сосредоточения немецких войск, так как последние будут уже находиться в полной боевой готовности.

4. 22 июня, 3 часа 30 минут: начало наступления сухопутных войск и перелёт авиации через границу. Если метеорологические условия задержат вылет авиации, то сухопутные войска начнут наступление самостоятельно.[1]

[править] 11 июня 1941 года

СССР. Начальник Генерального штаба Г. К. Жуков в телеграмме командующему войсками КОВО М. П. Кирпоносу приказал:

1). Полосу предполья без особого на то приказания полевыми и уровскими частями не занимать. Охрану сооружений организовать службой часовых и патрулированием.

2). Отданные Вами распоряжения о занятии предполья уровскими частями немедленно отменить.[3]

Данная телеграмма была дополнительным напоминанием КОВО — не выводить войска непосредственно на границу, где их могли обнаружить немцы и обвинить СССР в подготовке агрессии. Последующие телеграммы и указания НКО и ГШ (Жукова) до 22 июня также требовали — тщательно маскировать выводимые войска и особенно приграничные дивизии, которые выходили в свои полосы обороны — чтобы их не мог обнаружить противник. Занять т. н. предполья, окопы на границе войска могли только по сигналу — «Вскрыть „красный“ пакет» — «Приступить к выполнению ПП 1941 года».

Нарком обороны маршал Тимошенко с начальником Генерального штаба генералом армии Жуковым с запросами Военных Советов округов от 9-10 июня пришли к Сталину 11 июня и предложили ввести «План прикрытия 1941 года» — 11 июня Жуков попытался предложить Сталину ввести Планы прикрытия в действие формальной директивой. Что означало бы начало и мобилизации. Тот отказал, но разрешил выводить по ПП вторые эшелоны и резервы округов, а также мехкорпуса.

Поступившие в округа директивы-разрешения ГШ от 11-12 июня указывали — начать пока вывод войск только 2-го эшелона и резервов. Приграничным же дивизиям указали ждать «особый приказ наркома» на их выход в районы сосредоточения и тем более на занятие рубежей на самой границе. При этом мехкорпуса, как соединения не участвующие непосредственно в отражении первых ударов немцев по отдельным директивам Москвы после 14 июня также должны были приводиться в боевую готовность. Генштаб отправляет в округа, подписанные 11-12 июня директивы на вывод этих, «глубинных» дивизий, но в них оговаривается — приграничные до особого приказа наркома не выводить. При этом приграничные дивизии, пополнение которых (не мобилизация, а именно доукомплектование) должно происходить в случае угрозы войны, в «угрожаемый период», за счет населения окрестных сел в считанные часы, 12 июня получают приказы на переход в штат военного времени.

В 7:00 11 июня первые дивизии второго эшелона ЗапОВО начали свой вывод по Плану прикрытия (ПП) — в районы сосредоточения по ПП.

11 июня в КОВО издали директиву для приграничных дивизий о проведении мероприятий «В целях сокращения сроков боеготовности частей прикрытия и отрядов, выделяемых для поддержки погранвойск», в которой предписывалось провести мероприятия которые позволили бы в случае получения сигнала тревоги быстро привести войска в б.г. и занять рубежи обороны. И 12 июня отдельные приграничные дивизии КОВО начали выводиться в УРы по всей границе округа с приказами - занимать "предполья", окопы на границе, оборону непосредственно на границе можно будет только после нападения противника.

[править] 12 июня 1941 года

СССР. 12 июня нарком обороны С. К. Тимошенко приказал «запретить полёты нашей авиации в приграничной полосе 10 км от госграницы.» 11-12 июня Тимошенко и Жуков обратились к Сталину с предложением обратиться к Гитлеру и правительству Германии с целью создания некой совместной Комиссии — для проверки-инспекции их приграничной полосы — на предмет отсутствия угрозы нападения Германии на СССР. Сталин им в этом отказал, сказав, что Гитлер все равно не даст разрешение на проверку их войск на границе, время будет упущено попусту на эту возню с комиссией, и поэтому будет умнее и проще сделать по-другому… Директивой начальника Генерального штаба Г. К. Жуков западным приграничным округам предписывалось с 12 по 15 июня скрытно вывести дивизии, расположенные в глубине, ближе к государственной границе. 12 июня командование приграничных военных округов под видом учений и изменения дислокации летних лагерей приступило к скрытному развёртыванию войск вторых эшелонов округов в соответствии с планами обороны государственной границы.12 июня Жуков дал разрешение занимать УРы в Киевском ОВО.

[править] 13 июня 1941 года

СССР. Нарком обороны СССР С. К. Тимошенко и начальник Генштаба Красной Армии Г. К. Жуков 12 июня подписали Военному совету КОВО Директиву: «Для повышения боевой готовности войск округа к 1 июля 1941 г. все глубинные дивизии и управления корпусов с корпусными частями перевести ближе к госгранице в новые лагеря… Передвижения войск сохранить в полной тайне. Марш совершать с тактическими учениями, по ночам.» Однако данную директиву отправили в Киев (как и такую же в Ригу) после 14 июня.

13 июня Заместитель Начальника Генерального штаба Красной Армии Н. Ф. Ватутин подготовил Справку о развёртывании вооружённых сил СССР на случай войны на западе, в которой говорилось, что всего в СССР имеется 303 дивизии, из них для развёртывания на западных границах в составе фронтов — 186 дивизий.[1]

Опубликовано сообщение ТАСС от 13 июня 1941 г.:


«…в английской и вообще в иностранной печати стали муссироваться слухи о „близости войны между СССР и Германией“. По этим слухам: 1) Германия будто бы предъявила СССР претензии территориального и экономического характера… 2) СССР будто бы отклонил эти претензии, в связи с чем Германия стала сосредоточивать свои войска у границ СССР с целью нападения на СССР; 3) Советский Союз, в свою очередь, стал будто бы усиленно готовиться к войне с Германией и сосредоточивает войска у границ последней… ТАСС заявляет, что: 1) Германия не предъявляла СССР никаких претензий… 2) по данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении… 3) СССР, как это вытекает из его мирной политики, соблюдал и намерен соблюдать условия советско-германского пакта о ненападении, ввиду чего слухи о том, что СССР готовится к войне с Германией, являются лживыми и провокационными; 4) проводимые сейчас летние сборы запасных частей Красной Армии и предстоящие манёвры имеют своей целью не что иное, как обучение запасных и проверку работы железнодорожного аппарата, осуществляемые, как известно, каждый год, ввиду чего изображать эти мероприятия Красной Армии как враждебные Германии по меньшей мере нелепо.»[4]

Данным «Сообщением» Советского Правительства Сталин и дал Гитлеру шанс — показать свое миролюбие, которое тот провозглашал в отношении СССР в те дни и подтвердить — что если немецкие войска и выведены к границе с СССР то нападать на СССР как распространяет слухи Англия, Гитлер не собирается. Это Сообщение было более эффективным способом выяснить намерения Германии, чем идея с Комиссией по проверке приграничной полосы. Ведь если Гитлер ответит что воевать с СССР не собирается но нападает — то он в глазах т. н. «мировой общественности» (прежде всего США от позиции которой зависело — на чью сторону она станет в случае войны) агрессор однозначно. И если не ответит но нападет первым на СССР — агрессор все равно.

Таким образом Сталину оставалось только одно — убедительно показать и доказать что СССР к войне с Германией, с которой у нас Договор о ненападении и «дружбе» с границами, не готовится и тем более — точно не собирается нападать первым на Германию! Поэтому главная задача тех предвоенных дней была — выводя войска всячески требовать от командиров мер маскировки и — никоим образом не дать Германии повода обвинить СССР в подготовке агрессии.

[править] 14 июня 1941 года

Германия. В Берлине Гитлер провёл совещание, на котором были заслушаны доклады командующих группами армий, армиями и танковыми группами о предстоящих действиях в операции «Барбаросса». После обеда фюрер произнёс большую политическую речь, в которой мотивировал причины своего решения напасть на Россию и обосновал то положение, что разгром России вынудит Англию прекратить борьбу.[2]

14 июня отдельные авиадивизии начали перебазироваться ближе к границе — на свои оперативные, полевые аэродромы. После 14 июня — были директивы НКО и ГШ на приведение в боевую готовность полная — мехкорпусов (МК). С выводом их в их районы сбора.

[править] 15 июня 1941 года

СССР. К 15 июня более половины дивизий, составлявших второй эшелон и резерв западных военных округов, были приведены в движение. Всего к началу войны осуществляли выдвижение из резерва приграничных округов около 32 дивизий. Из них успели сосредоточиться в новых районах только 4—5 дивизий. Эти мероприятия проводились с особой осторожностью и соблюдением мер маскировки. Нарком обороны, Генеральный штаб и командующие военными приграничными округами были предупреждены Сталиным о личной ответственности за последствия, которые могут возникнуть из-за неосторожных действий наших войск.[3] 14-15 июня КОВО и ПрибОВО получили свои директивы от 12 июня — на вывод 2 эшелонов и резервов, по некой карте…

Германия. После совещания Гитлера с генералами Гудериан вылетел в Варшаву, где находился штаб 2-й танковой группы в составе группы армий «Центр», и приступил к осмотру частей и исходных позиций для наступления и согласовыванию вопросов взаимодействия с соседними соединениями.

[править] 16 июня 1941 года

СССР. 16 июня ЦК ВКП(б) и СНК СССР принял постановление «Об ускорении приведения в боевую готовность укреплённых районов». 16 июня тот же КОВО снова запросил Генеральный штаб — можно ли занимать оставшиеся УРы, что делать с приписными призванными на БУС (Большие Учебные Сборы)в мае-июне? Ответ Генштаба гласил — т. н. «учебные сборы» продлить, начать выводить войска в УРы южнее Львовского выступа. 16-17 июня — в ПрибОВО до полков включительно довели директиву по округу — приводить в повышенную боевую готовность ВВС и ПВО, а приграничным дивизиям — занимать чуть не окопы на границе. И директивой по округу сообщается — делается это в виду возможного нападения Германии в ночь на 20 июня!

[править] 17 июня 1941 года

СССР. Нарком государственной безопасности В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину и В. М. Молотову агентурное сообщение, полученное НКГБ СССР из Берлина:

«Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

1. Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время.

2. В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчёркивают, что это заявление никакого значения иметь не может…»

Имеется резолюция (касательно 2 пункта): «Т[овари]щу Меркулову. Может послать ваш „источник“ из штаба герм[анской] авиации к ёб-ной матери. Это не „источник“, а дезинформатор. И. Ст[алин]».[1] Данная резолюция Сталина — реакция на сообщения в этом донесении о том что немецкая авиация будет наносить в первую очередь авиаудары по Баку и по мелким автомастерским под Москвой.

Германия. 2-я танковая группа завершила развёртывание и занятие исходных позиций для наступления. 17 июня Гудериан провёл рекогносцировку р. Западный Буг.

[править] 18 июня 1941 года

СССР. В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину, В. М. Молотову и Л. П. Берии записку «О массовом отъезде из СССР сотрудников германского посольства и членов их семей, и об уничтожении архивов посольства».

В ПрибОВО к 18—19 июня устными распоряжениями командующего округом привели в полную б.г. свои шесть приграничных дивизий (из 9) и вывели по ПП к границе. И даже посадили в окопы те батальоны, которые по ПП там и должны были сидеть в угрожаемый период. Делалось это в связи с ожиданием нападения на 19-20 июня и эти дивизии так и остались на границе до 22 июня. 18-19 июня Кузнецов выдал ещё приказы о приведении в б.г. всех войск округа, после чего штаб стал перебираться в Паневежис.

18 июня была команда Жукова на еще запросы КОВО от 16 июня — начинать занимать УРы на новой границе и готовить к заполнению — УРы на старой границе…

18 июня в повышенную боевую готовность приводились ПВО, ВВС приграничных округов и флота — в «готовность № 2»… В том же ПрибОВО, в приказе № 00229 говорится: «Начальнику зоны ПВО к исходу 19 июня 1941 г. привести в полную боевую готовность всю ПВО округа…». Но на самом деле ввели готовность не № 1 а № 2 — повышенную б.г.…

До авиадивизий доводится указание ГШ — не только рассредоточивать самолеты по аэродромам но и обваловать их, построить полукапониры для защиты от осколков — если нет возможности замаскировать самолеты. И как показывают командиры, отвечая Покровскому — эти работы выполнялись. Генерал-майор авиации Андреев А. П., командующий ВВС 8-й А ПрибОВО: «1. О возможности нападения фашистской Германии в ночь на 22.6.41 точно не было известно, но части ВВС 8 армии так же, как и все части ВВС округа, были командованием ВВС округа предупреждены ещё примерно 16-17 июня о возможности нападения. Было приказано вывести части на полевые аэродромы, а где этого нельзя сделать — рассредоточить самолеты на основных и окопать их для укрытия от поражения осколками авиабомб. В истребительных частях ввести дежурные эскадрильи по одной на полк, а всему остальному летному и техническому составу находиться в расположении части». То есть — после 17 июня ВВС приводили в повышенную боевую готовность.

Как показывал бывший командира 523 сп 188 сд 11-й А ПрибОВО генерал-майор БУРЛАКИН И. И.:

«Примерно 16—17 июня в 17:00 командиром 188 сд полковником ИВАНОВЫМ были вызваны командиры частей и зачитана директива не помню чья ПрибОВО или 11 армии, кажется ПрибОВО. Точно всю директиву я перечислить не смогу, но часть пунктов хорошо помню, в которых было указано следующее:

Немцы сосредоточили большое количество пехотных и моторизованных дивизий на государственной границе. Переход границы ожидается в ночь с 19 на 20.6.

В директиве требовалось все имущество и боеприпасы погрузить в транспорт. Личному составу выдать на руки противогазы. (тогда противогаз БСС-МО-2 был секретным), части в ночь на 20.6-41 г. вывести из лагеря и рассредоточить.

Артиллерию по батарейно рассредоточить по лесу.

Самолеты полностью держать заправленными, летчикам дежурить у самолетов. Другие пункты не помню.»

Из 41-й приграничной дивизии в приграничных округах, которые должны были первыми принять удар Германии и её союзников по Планам прикрытия (ПП) округов, с 12—18 июня начали выводить и вывели на границу к моменту нападения, в основную полосу обороны, не занимая самих окопов в т. н. «предпольях» — по всей границе — 22 приграничные дивизии. В ПрибОВО вывели — 7 из 9 приграничных дивизий, в КОВО — 10 их 17 и в ОдВО — все 6 их дивизий. В ЗапОВО — не выводили ни одной приграничной дивизии.

[править] 19 июня 1941 года

СССР. Приказом наркома обороны СССР С. К. Тимошенко от 19 июня предписывалось провести маскировку аэродромов, воинских частей и важных военных объектов западных округов. В приказе требовалось к 1 июля 1941 г. засеять все аэродромы травой, покрасить все аэродромные сооружения, зарыть в землю и особенно тщательно замаскировать бензохранилища, категорически запретить линейное, скученное расположение самолётов… Причем, рассредоточение самолетов на аэродромах, по этим директива НКО и ГШ от 19 и 20 июня требовалось провести немедленно.

С 14 по 19 июня командование приграничных округов получило указания к 22—23 июня вывести фронтовые (армейские) управления на полевые пункты. В телеграмме начальника Генерального штаба Г. К. Жукова от 19 июня командующему войсками КОВО указывалось: «к 22.06 1941 г. управлению выйти в Тернополь, оставив в Киеве подчинённое Вам управление округа… Выделение и переброску управления фронта сохранить в строжайшей тайне, о чём предупредить личный состав штаба округа»[3]

19 июня в ПрибОВО выдали приказ, в котором приказали немедленно заканчивать работы в предпольях на границе, и еще раз напомнили что их можно будет занимать только после нападения Германии: ""В предполье закончить работы. Но позиции предполья занимать только в случае нарушения противником границы"". Также требовалось — «Для обеспечения быстрого занятия позиций как в предполье так и основной оборонительной полосе соответствующие части должны быть совершенно в боевой готовности». Приказывалось «усилить контроль боевой готовности, всё делать без шума, твёрдо, спокойно».

И самое важное — приказывалось: «4. Минные поля установить по плану командующего армией там, где и должны стоять по плану оборонительного строительства. <…>. Завалы и другие противотанковые и противопехотные препятствия создавать по плану командующего армией — тоже по плану оборонительного строительства. 5. Штарм, корпусу и дивизии — на связи КП, которые обеспечить ПТО по решению соответствующего командира. 6. Выдвигающиеся наши части должны выйти в свои районы укрытия. <…> 7. Продолжать настойчиво пополнять части огневыми припасами и другими видами снабжения….» 19 июня даже замполиты ВВС доводили до комдивов САД (смешанных авиадивизий приданных каждой армии в запокругах) — дату и время возможного нападения — 3.00 22 июня… 18-19 июня западные округа получили приказы на вывод штабов округов в полевые Командные пункты. Но если ПрибОВО и КОВО срок был указан — к 22 июня вывести в полевое управление штабы округов, то Минску Жуков дал команду выводить штаб к 23 июня.

ОдВО вывел свой штаб к исходу 21 июня и был готов работать под руководством нш генерала М. В. Захарова — сам командующий выехал из Одессы в 9 часов вечера в Тирасполь.

КОВО штаб вывел не в полном составе — Оперотдел занимающийся приемом и расшифровкой телеграмм ГШ вместе с его начальников И. Х. Баграмяном был оставлен Пуркаевым в Киеве и прибыл в Тернополь только утром 22 июня, к 7 часам.

В ПрибОВО штаб с командованием был в Паневежисе и был готов принимать команды Москвы, но сам командующий Ф. И. Кузнецов «затерялся» где-то в частях 11-й армии Морозова и его потом чуть не сутки найти не могли. Вместо Кузнецова командовать пришлось в эти часы его нш Кленову.

В ЗапОВО Павлов часть офицеров штаба (из того же оперотдела — Фомин потом и отвечал Покровскому, что не был в Минске в эту ночь) отправил в полевой КП, но сам штаб остался в Минске. И шифровки ГШ принимать штаб в Минске мог.

[править] 20 июня 1941 года

СССР. НКГБ в разведывательной сводке о военных приготовлениях Германии сообщает о продолжающемся сосредоточении германских войск.

НКВД сообщает, что с 10 по 19 июня пограничными отрядами НКВД зафиксировано 86 случаев нарушения границы СССР иностранными самолётами. Согласно донесению штаба ЗапОВО от 21 июня, за 20 июня только в районе Августов отмечено три случая нарушения границы германской авиацией группами до девяти самолётов. Замечено снятие немцами проволочных заграждений вдоль границы. 19-20 июня пограничники переходят в подчинение командиров приграничных дивизий, там, где приграничные дивизии вышли по ПП в эти дни к своим рубежам по приказу НКО и ГШ (Москвы), в погранзону, и на отдельных участках границы пограничники даже передают свои позиции войскам… 19 июня Балтфлот довел штабу ПрибОВО, что они ввели у себя готовность «№ 2»…

20 июня была команда Генштаба — согласовать округам свои ПП с флотами — в двухдневный срок…(Балтфлот уже сообщил штабу ПрибОВО что ввел повышенную б.г.. Это также показывает генерал-майор И. П. Макара, начальник кафедры истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, к.и.н., член редколлегии Военно-Исторического журнала, в статье «Из опыта планирования стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на случай войны с Германией и непосредственной подготовки к отражению» — ВИЖ № 6, 2006, с. 3-9): — «Одновременно принимались меры по повышению боевой готовности Военно-Морского Флота. 19 июня решением наркома ВМФ флоты и флотилии были переведены в оперативную готовность № 2. На следующий день командующие Ленинградским, Прибалтийским особым и Одесским военными округами получили от Генерального штаба указание в двухдневный срок отработать вопросы взаимодействия с флотом в соответствии с планом прикрытия.»…)

[править] 21 июня 1941 года

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) принято решение об образовании Южного фронта. Командующим фронтом назначен И. В. Тюленев. Г. К. Жукову поручено общее руководство Юго-Западным и Южным фронтами, а К. А. Мерецкову — Северным фронтом.

Посол СССР в Германии Деканозов передал министру иностранных дел Риббентропу вербальную ноту советского правительства о нарушениях границы СССР германскими самолётами.

Состоялась беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. фон Шуленбургом, во время которой В. М. Молотов поднял вопрос об общей обстановке в советско-германских отношениях: почему усиленно распространяются слухи о близкой войне между СССР и Германией и в чём заключается недовольство Германии в отношении СССР. Шуленбург ответил, что все эти вопросы имеют основание, но он на них не в состоянии ответить, так как Берлин его не информирует.

Утром 21 июня пришло в Москву сообщение из Минска — и скорее всего и по всей границе, где это имело место быть, от пограничников в том числе — немцы начали снимать колючку на границе. И эти донесения срочно подаются в СНК, Сталину и в МиД, помощнику Молотова Вышинскому.

Сталин днем 21 июня оповещает партийное руководство Москвы — будет нападение. Дает указание — привести ПВО Москвы в повышенную боевую готовность… 21 июня Жуков около 18—19 часов вечера обзванивает округа и предупреждает их о возможном ожидающемся нападении. О котором ему докладывает разведка… В это же время, вечером 21-го и нарком Тимошенко, отправляя Мерецкова в ЛенВО доводит до него: «— Возможно, завтра начнется война! Вам надо быть в качестве представителя Главного командования в ЛВО. Его войска вы хорошо знаете и сможете при необходимости помочь руководству округа. Главное — не поддаваться на провокации. — Каковы мои полномочия в случае вооруженного нападения? — спросил я. — Выдержка прежде всего. Суметь отличить реальное нападение от местных инцидентов и не дать им перерасти в войну. Но будьте в боевой готовности. В случае нападения сами знаете, что делать…» (Мерецков К. А. На службе народу. — М.: Политиздат, 1968, с.209)

В 19 часов 21 июня начинает совещаться группа высших руководителей страны, которые все входили в Комиссию по военным и морским делам — у Сталина (которая буквально за несколько недель до этого называлась КО — Комитет Обороны). На котором Сталин доводит до Тимошенко и других членов Комиссии информацию о возможном нападении Германии на СССР в ближайшие сутки. На этом совещании, обсуждался вопрос (по донесениям разведки) о возможном нападении Германии в ближайшие часы, а также обсуждались вопросы мобилизации. Жуков, который зайдет к Сталину только в 20.50, в это время как раз и обзванивает округа и предупреждает командующих о возможном нападении в эту ночь.

А к 21 часу к Сталину прибыл Жуков, который принес с собой директиву — о начале выполнения Планов прикрытия — «Приступить к выполнению ПП 1941 года». Которую он приносил к Сталину ещё 11 июня!

Сталин опять тормозит жуковское предложение-директиву о «Вводе ПП 1941 года» — вдруг получится все же уладить мирно назревающую ситуацию с нападением Германии. Но дает разрешение — привести (перевести) в полную боевую готовность войска округов — подписывается директива «б/н от 22.20 21 июня». В которой округа предупреждаются — «В течение 22—23 июня возможно внезапное нападение Германии и её союзников»! Сообщается, что нападение может начаться с провокаций, на которые отвечать нельзя и дается команда занять огневые точки на границе. Как поняли в округах эту директиву Москвы? Примерно, так как понял её Пуркаев, нш КОВО — «привести войска в полную боевую готовность, в случае перехода немцев госграницы отражать всеми силами и средствами, самим границы не переходить и не перелетать, до особого распоряжения».

Данной директивой, о полной боевой готовности — Директивой «без номера», т. н. «Директивой № 1», округа обязаны были поднять свои армии по боевой тревоге, не вскрывая пока «красных» пакетов.

Итак. Вечером состоялось заседание Политбюро ЦК ВКП(б), после которого в ночь на 22 июня передана в западные военные округа директива о мероприятиях в связи с возможным внезапным нападением немцев.

Эта директива «б/н» от 22.20 21 июня доводит до округов дату возможного нападения, предупреждает что нападение может начаться внезапно (в смысле — без объявления войны) и с провокаций на которые нельзя поддаваться чтобы не вызвать проблем международного характера. И она приказывает — привести-перевести все войска приграничных округов, ВВС, ПВО этих округов и флота — в полную боевую готовность! А также — занять огневые точки на границе.

Жуков в 22.00 из кабинета Сталина дает команду оперативному дежурному по ГШ — обзвонить округа и предупредить — ждать важную шифровку Генштаба!

В 22.20 Тимошенко с Жуковым убывают из кабинета Сталина в кабинет Тимошенко в Наркомат Обороны. Там они переписывают в течение часа текст черновика директивы б/н на бланки шифрблокнота. В 23 часа в кабинет Тимошенко прибывает нарком ВМФ адмирал Кузнецов, которому дают прочесть директиву б/н, по которой он должен поднять флота по тревоге и перевести их в готовность № 1. На уточняющие вопросы адмирала — можно ли открывать огонь в случае нападения Германии, Тимошенко подтверждает — можно.

В 23 часа Тимошенко обзванивает округа и сообщает что «возможна провокация со стороны Германии и Румынии… Войны, возможно, и не будет, но войска должны быть наготове». Что означает — при всей неопределенности указаний наркома — быть готовыми к войне в том числе.

В 23.30 на границе ставятся уже боевые задачи: «Отдано приказание по телефону полковником Железняком 9 и 10 пульбатам поднять б-ны по тревоге, занять и загрузить ДОТы»…

В 23.45 текст директивы б/н передается в шифровальный отдел Оперуправления ГШ. Машинистка делает копии данной директивы — для НКВМФ, Кузнецову, и для штаба Резервного фронта, Буденному. Полчаса уходит на зашифрование текста директивы и в 0.20 начинается передача этой директивы, шифровок в округа.

В 24.00 — уже Жуков обзванивает округа и приказывает: быстрее передавать в войска директиву о боевой готовности! В это время сам текст только шифруется ещё в ГШ. Минимум в КОВО он звонил… Около 1 часа ночи все округа получили эту директиву «б/н» и к 1.20 расшифровали. В КОВО, правда, это не сделали — оперотдела не было ещё на полевом КП. Но им по телефону вполне из ГШ довели, что от них требуется. В 2 часа ночи начались обстрелы на границе — в том же ОдВО. Об этом Жуков и Тимошенко доложили Сталину. В 2 часа посол Германии начал искать Молотова (министра ИнДел СССР) — вручить Ноту о нападении (возможно в это же время в Москву пришла и телеграмма из Берлина из нашего посольства с сигналом «Гроза» от военного атташе, резидента ГРУ, генерала Тупикова)…

Ну а в 2.30 22 июня Тимошенко или Жуков, по ВЧ связи, лично дали указание — о вводе ПП. И вот уже у этой «директивы» и должен быть «номер» — Директива «№ 1» начавшейся войны…

Германия. В 13.00 по берлинскому времени немецкие войска получили сигнал «Дортмунд», означающий, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня.

21 июня Гудериан находился в передовых частях, проверяя их готовность к наступлению: «Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста, который просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войсками».[5]

Около 23 часов немецкие минные заградители, находившиеся в финских портах, начали минировать выход из Финского залива. Одновременно финские подводные лодки начали постановку мин у побережья Эстонии.[6]

[править] 22 июня 1941 года. 1-й день войны

22 июня. Первые четыре часа / Телеканал «История» [43:51]

Германия, Финляндия. В 00 часов 10 минут группа из 14 бомбардировщиков Ju-88 вылетела из Кёнигсберга и в 03 часа 05 минут сбросила 28 магнитных мин у Кронштадтского рейда. На ведущем самолете находился финский офицер, который обеспечил посадку группы на аэродроме Утти в южной Финляндии для дозаправки. Другая группа немецких бомбардировщиков в это же время вышла к Ленинграду через воздушное пространство Финляндии.[7]

СССР. С 00.30 до 1.10 минут в западные военные округа была передана т. н. директива № 1:


«1. В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укреплённых районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно её замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъёма приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.

Тимошенко. Жуков[8]

Во всех округах эту директиву к 1.20-1.30 расшифровали. Кроме КОВО в котором шифровальщиков не было ещё на полевом КП, в Тернополе. В этот округ довели по спецсвязи ВЧ — что требуется исполнять по этой директиве.

Данной директивой все войска западных округов, ВВС, ПВО и флота переводятся в полную боевую готовность, но пока без вскрытия «красных» пакетов.

В 3.00-3.30 в Западном и Киевском ОВО штабы округов дали команды в армии этих округов — вскрывать «красные» пакеты, вводить в действие Планы прикрытия армий этих округов. При этом в ЗапОВО, в 4-й армии прикрывавшей Брестское направление — команды не были выполнены. В ПрибОВО войска по тревоге не поднимались вообще. В ОдВО — свою армию подняли по тревоге, со вскрытием «красного» пакета уже к 1.00 — оставшийся за командующего начштаба ОдВО генерал Захаров, ожидая «важную шифровку» из ГШЛ о которой его предупредил звонком оперативный дежурный по Генштабу, думая что придет приказ «Приступить к выполнению ПП 1941 года» «проявил» инициативу и поднял округ по тревоге уже в полночь, а в 1 час ночи отдал команду — вскрывать и «красные» пакеты в войсках округа…

22 июня В 04 часа 00 минут 22 июня 1941 года начальник штаба Черноморского флота контр-адмирал И. Д. Елисеев приказал открыть огонь по немецким самолётам, которые вторглись далеко в воздушное пространство СССР, чем и вошёл в историю: это был самый первый боевой приказ дать отпор напавшим на СССР нацистам в Великой Отечественной войне.[9].

СССР. В 4 часа 10 минут УНКГБ по Львовской области передало по телефону в НКГБ УССР сообщение о переходе на советскую территорию в районе г. Сокаль ефрейтора вермахта Альфреда Лискова. На допросе в штабе пограничного отряда он заявил, что наступление германских войск начнётся на рассвете 22 июня.

22 июня в 4 часа 20 минут немецкие войска перешли в наступление. Началась Великая Отечественная война.

СССР. В 5 часов 25 минут Д. Г. Павлов направил командующим 3, 10 и 4-й армиями директиву: «Ввиду обозначившихся со стороны немцев массовых военных действий приказываю: поднять войска и действовать по-боевому».[3]

Германия. В 5 часов 30 минут министерство иностранных дел Германии направило народному комиссару иностранных дел СССР Ноту от 21 июня 1941 года, в которой заявило:


«…Советское правительство вопреки своим обязательствам и в явном противоречии со своими торжественными заявлениями действовало против Германии, а именно:

Подрывная работа против Германии и Европы была не просто продолжена, а с началом войны ещё и усилена.

Внешняя политика становилась всё более враждебной по отношению к Германии.

Все вооружённые силы на германской границе были сосредоточены и развернуты в готовности к нападению.

Таким образом, советское правительство предало и нарушило договоры и соглашения с Германией. Ненависть большевистской Москвы к национал-социализму оказалась сильнее политического разума. Большевизм — смертельный враг национал-социализма.

Большевистская Москва готова нанести удар в спину национал-социалистской Германии, ведущей борьбу за существование.

Правительство Германии не может безучастно относиться к серьёзной угрозе на восточной границе. Поэтому фюрер отдал приказ германским вооружённым силам всеми силами и средствами отвести эту угрозу…»[10]

СССР. В 7.15 в западные военные округа была передана директива № 2 — подтверждающая разрешение уничтожать противника перешедшего границу, но пока запрещающая пересекать границу нашим войскам, а также — разрешается наносить авиаудары по территории противника:


«22 июня 1941 г. 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу. В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:

1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.

2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить группировки его наземных войск…

На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать.

Тимошенко Маленков Жуков[1]
(аудио)
Сообщение советского радио о нападении Германии на СССР
Файл:Levitan USSR attacked.ogg Текст читает Ю. Левитан
Помощь по воспроизведению

22 июня. В 12.00 состоялось выступление по радио народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова


»…Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории…

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы

В ответ на это мною от имени советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной…

Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины… Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами. «[11]

Италия. В 12 часов дня министр иностранных дел Италии Чиано заявил:


„Ввиду сложившейся ситуации, в связи с тем, что Германия объявила войну СССР, Италия, как союзница Германии и как член Тройственного пакта, также объявляет войну Советскому Союзу с момента вступления германских войск на советскую территорию, то есть с 5.30 22 июня“.[1]

СССР. В 21.15, после анализа донесений из приграничных округов в западные военные округа была передана директива № 3, разрешающая атаковать противника и пересекать границу наземными войсками:


»1. Противник, нанося удары из Сувалковского выступа на Олита и из района Замостье на фронте Владимир-Волынский, Радехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шяуляй и Седлец, Волковыск, в течение 22.6, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях. На остальных участках госграницы с Германией и на всей госгранице с Румынией атаки противника отбиты с большими для него потерями.

2. Ближайшей задачей войск на 23—24.6 ставлю:

а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки;

б) мощными концентрическими ударами механизированных корпусов, всей авиации Юго-Западного фронта и других войск 5 и 6А окружить и уничтожить группировку противника, наступающую в направлении Владимир-Волынский, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин

На фронте от Балтийского моря до госграницы с Венгрией разрешаю переход госграницы и действия, не считаясь с границей… Тимошенко Маленков Жуков[1]

Данная директива — это попытка реализации предвоенных планов Генштаба.

СССР. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905—1918 гг. рождения) в 14 военных округах из 17. В трёх остальных округах — Забайкальском, Среднеазиатском и Дальневосточном — мобилизация была объявлена через месяц особым решением правительства скрытным способом как «большие учебные сборы».

Схема развития Прибалтийской операции 22.06.1941 — 10.07.1941

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. Началась Прибалтийская стратегическая оборонительная операция Северо-Западного фронта Ф. И. Кузнецова и части сил Балтийского флота, проходившая с 22 июня по 9 июля 1941 г. В рамках стратегической операции проведены Приграничное сражение в Литве и Латвии и Контрудар на шяуляйском направлении.

На шяуляйском направлении 4-я танковая группа Гёпнера группы армий «Север» прорвала оборону 8-й армии Северо-Западного фронта. Немецкий 41-й моторизованный корпус занял Тауроген, отбросив советские войска за реку Дубиса. 56-й мотокорпус Манштейна продвинулся за день на 80 км, вышел в район северо-западнее Каунаса и овладел мостом через Дубису около Ариоголы.

На вильнюсском направлении 3-я танковая группа и 9-я армия группы армий «Центр» прорвали оборону 11-й армии Северо-Западного фронта, захватили все три моста через Неман и форсировали реку в районах Алитус и Меркине.

На других участках фронта под давлением немецких войск советские войска отступили на 15—20 км. Таким образом, в первый же день фронт обороны советских войск оказался прорванным на нескольких направлениях, нарушена система связи, потеряно централизованное управление войсками.

Бои на Белостокском выступе 22—25 июня 1941

Белостокско-Минское сражение. Началась Белорусская стратегическая оборонительная операция Западного фронта Д. Г. Павлова при участии Пинской военной флотилии, проходившая с 22 июня по 9 июля 1941 г. В рамках данной операции проведены приграничное оборонительное сражение и контрудары на Борисовском и Лепельском направлениях (см. карту — Боевые действия на западном фронте. 22 июня — 11 июля 1941 г.). В качестве представителей Ставки Главного Командования на Западный фронт направлены Шапошников и Кулик.

На северном фланге 3-я танковая группа группы армий «Центр» прорвала оборону 11-й армии Северо-Западного фронта, форсировала Неман и глубоко охватила войска 3-й армии Западного фронта. Одновременно с фронта 3-ю армию атаковала 9-я армия группы армий «Центр».

На южном фланге 2-я танковая группа группы армий «Центр» по захваченным мостам форсировала Западный Буг по обе стороны Бреста и прорвала оборону 4-й армии Западного фронта. 12-й армейский корпус 4-й армии группы армий «Центр» начал штурм Брестской крепости.

Оборонительная операция на Западной Украине. Началась Оборонительная операция на Западной Украине Юго-Западного фронта, проходившая с 22 июня по 6 июля 1941 г (см. карту — Боевые действия на северо-западном, западном и юго-западном направлениях. 22 июня — 9 июля 1941 г.). В рамках данной операции проведены: приграничное оборонительное сражение, Львовско-Луцкая и Станиславско-Проскуровская фронтовые оборонительные операции. В качестве представителя Ставки Главного Командования на Юго-Западный фронт направлен Г. К. Жуков.

1-я танковая группа и 6-я армия группы армий «Юг» нанесли главный удар по левому флангу 5-й армии и по правому флангу 6-й армий Юго-Западного фронта, в стык Владимир-Волынского и Струмиловского укреплённых районов. Противник захватил мосты через Западный Буг, занял города Кристинополь и Сокаль. За первый день сражения на направлении главного удара 1-я танковая группа вклинилась в оборону советских войск на глубину до 20 км.

На правом фланге 5-й армии советские войска встречным ударом отбросили прорвавшихся немцев к реке Буг. Но противнику вновь удалось форсировать реку и к концу дня захватить небольшой плацдарм.

На левом фланге фронта 17-я армия группы армий «Юг» нанесла удар в стык Рава-Русского и Перемышльского укреплённых районов в направлении на Львов. Упорное сопротивление советских пограничников позволило войскам 6-й армий Юго-Западного фронта занять подготовленные рубежи обороны и остановить противника перед позициями Струмиловского и Рава-Русского укрепрайонов.

Советский аэродром после немецкого авианалёта

Гальдер:[2] «Все армии, кроме 11-й армии группы армий „Юг“ в Румынии, перешли в наступление согласно плану. Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью. Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолёты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать… Командование ВВС сообщило, что за сегодняшний день уничтожено 850 самолётов противника, в том числе целые эскадрильи бомбардировщиков, которые, поднявшись в воздух без прикрытия истребителей, были атакованы нашими истребителями и уничтожены.»

Оборона Ханко. Началась оборона военно-морской базы Ханко, продолжавшаяся с 22 июня по 2 декабря 1941 г. 22 июня на Ханко совершила налет немецкая бомбардировочная авиация.

Сводка Главного Командования Красной Армии.[12] С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Чёрного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Во второй половине дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточённых боев противник был отбит с большими потерями. Только в Гродненском и Кристинопольском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Калвария, Стоянув и Цехановец (первые два в 15 км и последнее в 10 км от границы).

Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встретила решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолётов противника. Калвария

[править] 23 июня 1941 года. 2-й день войны

23 июня. Решением ЦК ВКП(б) и СНК СССР создана Ставка Главного Командования Вооружённых Сил СССР под председательством Народного комиссара обороны Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко.

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. 23 июня 4-я танковая группа продолжила наступление. 8-я армия Северо-Западного фронта была вынуждена отходить на северо-восток, а 11-я армия — на юго-запад. На Шяуляйском направлении 12-й механизированный корпус нанес контрудар во фланг немецкой группировки и задержал части 41-го корпуса на три дня.

3-я танковая группа Гота на стыке Северо-западного и Западного фронтов пробила брешь шириной до 130 км и к вечеру продвинулась в глубь советской территории до 120 км.

Белостокско-Минское сражение. 23 июня 6-й и 11-й механизированные корпуса и соединения 6-го кавалерийского корпуса нанесли контрудар во фланг прорвавшейся группировки противника из сувалковского выступа. В этот день контратаковал лишь 11-й механизированный корпус. 6-й механизированный корпус, обороняясь в составе 10-й армии на реке Нарев, не мог своевременно сосредоточиться для контрудара. Части 6-го кавалерийского корпуса, находившиеся под непрерывными ударами авиации противника, неся большие потери, задержались на марше.

23 июня части советского 14-го мехкорпуса и 28-го стрелкового корпуса 4-й армии контратаковали немецкие войска в районе Бреста, но были отброшены. 2-я танковая группа продолжила наступление на Барановичи и на Пинском направлении и заняла Пружаны, Ружаны и Кобрин.

Битва за Дубно

Оборонительная операция на Западной Украине. 23 июня началась Битва за Дубно — Луцк — Броды (1941) — крупнейшее танковое сражение начального периода войны. С утра 23 июня 10-я тд 15-й и отряд из 4-го мехкорпуса нанесли удар в направлении Радехов, Сокаль-Слабе, во фланг 1-й танковой группе. Наспех организованный контрудар успеха не имел.

В середине дня немецкий 4-й корпус прорвал оборону на стыке между Рава-Русским и Перемышльским укрепрайонами.

Сводка Главного Командования Красной Армии.

В течение дня противник стремился развить наступление по всему фронту от Балтийского до Чёрного моря, направляя главные свои усилия на Шяуляйском, Каунасском, Гродненско-Волковысском, Кобринском, Владимир-Волынском, Рава-Русском и Бродском направлениях, но успеха не имел.

Все атаки противника на Владимир-Волынском и Бродском направлениях были отбиты с большими для него потерями. На Шяуляйском и Рава-Русском направлениях противник, вклинившийся с утра в нашу территорию, во второй половине дня контратаками наших войск был разбит и отброшен за госграницу; при этом на Шяуляйском направлении нашим артогнём уничтожено 300 танков противника.

На Белостокском и Брестском направлениях после ожесточённых боёв противнику удалось потеснить наши части прикрытия и занять Кольно, Ломжу и Брест

[править] 24 июня 1941 года. 3-й день войны

Северный фронт. Ставка ГК преобразовала Ленинградский ВО в Северный фронт.

КВ-1 после боя у Ковно

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. 24 июня 56-й моторизованный корпус 4-й танковой группы вклинился в глубину советской территории на 170 км и вышел к Укмерге. 2-й армейский корпус занял Каунас. 3-я танковая группа захватила Вильнюс. После этого основные силы северного фланга группы армий «Центр» повернули на юго-восток и в Прибалтийской операции участия не принимали.

Контрудар 3-го и 12-го мехкорпусов 23—24 июня из-за плохой организации и обеспечения свелся к поспешным, не согласованным по месту и времени действиям. Результаты оказались незначительными, а потери в танках существенными. 24 июня командование Северо-Западным фронтом приняло решение об отводе войск фронта на рубеж рек Вента, Шушве, Вилия.

Прорыв немецкой 3-й танковой группы к Минску
24-28 июня 1941.

Белостокско-Минское сражение. 24 июня начался советский контрудар в районе Гродно силами конно-механизированной группы (КМГ) И. В. Болдина. К контрудару привлекли 6-й мехкорпус М. Г. Хацкилевича и 6-й кавкорпус, однако господство в воздухе немецкой авиации, плохая организация удара, атака на подготовленную противотанковую позицию привели к тому, что немецким войскам удалось остановить войска КМГ Болдина. Отдельно действовал 11-й мехкорпус 3-й армии, которому удалось выйти к пригороду Гродно. 10-я армия Западного фронта оставалась на рубежах по рекам Бобр и Нарев.

Немецкий 20-й армейский корпус был на время принуждён занять оборону, однако остальные немецкие корпуса 9-й армии (8-й, 5-й и 6-й) продолжили охват основных сил советской армии в Белостокском выступе. 24 июня 47-й мотокорпус 2-й танковой группы столкнулся в районе Слонима с тремя советскими дивизиями второго эшелона Западного фронта, которые задержали его на сутки.

Оборонительная операция на Западной Украине. 24 июня 1-я танковая группа Клейста вышла к реке Стырь. В стыке 5-й армии и 6-й армии Юго-Западного фронта образовался разрыв шириной около 50 км, создалась угроза глубокого обхода армий центра и левого крыла фронта.

9-й механизированный корпус К. К. Рокоссовского 5-й армии нанес удар с севера, отбросил за реку Стырь форсировавшие её пехотные части противника и занял рубеж южнее Луцка. 20-я танковая дивизия М. Е. Катукова на рассвете с ходу атаковала расположившиеся на привале в районе Олыка моторизованные части 13-й танковой дивизии, нанесла им потери, захватив первые трофеи и пленных (согласно мемуарам, но документально 24.06 в районе Луцка не было ни немецких частей, ни частей 9-го МК).

4-й получил приказ выдвигаться в район Яворова, 15-й механизированные корпуса совершал марш из района Радеховна Броды 22-й мехкорпус перешёл в наступление из района Луцка на Владимир-Волынский. В результате контрудара ценой больших потерь удалось несколько замедлить наступление 1-й танковой группы.

В районе Немирова 4-й механизированный корпус А. А. Власова 6-й армии нанес удар по частям немецкого 4-го корпуса, но не смог остановить их и разрыв между 159-й и 97-й дивизиями 6-й армии достиг 40 км.

Южный фронт. Кораблями Дунайской военной флотилии высажен первый отряд Дунайского десанта, на территории Румынии захвачены береговые батареи, нанесен значительный урон, занят плацдарм.

Гальдер: «В общем, теперь стало ясно, что русские не думают об отступлении, а, напротив, бросают все, что имеют в своём распоряжении, навстречу вклинившимся германским войскам. При этом верховное командование противника, видимо, совершенно не участвует в руководстве операциями войск… На фронте групп армий „Юг“ и „Север“ появился русский тяжёлый танк нового типа, который, видимо, имеет орудие калибра 80 мм (согласно донесению штаба группы армий „Север“ — даже 150 мм, что, впрочем, маловероятно).»

24 июня. Создан Совет по эвакуации при СНК СССР под председательством Л. М. Кагановича.

24 июня. В газетах «Известия» и «Красная звезда» опубликована песня «Священная война».

24 июня. Президент Ф. Рузвельт заявил, что США окажут всю возможную помощь Советскому Союзу в борьбе с гитлеровской Германией.

24 июня в Москве образовано Советское информационное бюро.

Совинформбюро.

В течение 24 июня противник продолжал развивать наступление на Шяуляйском, Каунасском, Гродненско-Волковысском, Кобринском, Владимир-Волынском и Бродском направлениях, встречая упорное сопротивление войск Красной Армии. Все атаки противника на Шяуляйском направлении были отбиты с большими для него потерями. Контрударами наших механизированных соединений на этом направлении разгромлены танковые части противника и полностью уничтожен мотополк.

На Гродненско-Волковысском и Брестско-Пинском направлениях идут ожесточённые бои за Гродно, Кобрин, Вильно, Каунас.

На Бродском направлении продолжаются упорные бои крупных танковых соединений, в ходе которых противнику нанесено тяжёлое поражение…

[править] 25 июня 1941 года. 4-й день войны

Воздушная операция ВВС РККА против Финляндии в июне 1941 года. Около 500 советских самолётов атаковали 17 аэродромов в Финляндии. Нанесённый финнам ущерб оказался минимальным, не сопоставимыми с собственными потерями советских ВВС.

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. 4-я танковая группа продолжала наступление на Екабпилс и на Даугавпилс, а немецкая 18-я армия — на Ригу.

8-я армия Северо-Западного фронта по приказу отступала за Западную Двину на север, с организацией промежуточных рубежей обороны Ауце — Вашкай и Биласте — Круминьш, с тем, чтобы занять рубеж обороны от Риги до Ливан по Западной Двине. 11-я армия отступла к рубежу обороны Кедайняй — р. Вилия — Олькеники.

Белостокско-Минское сражение. 3-я танковая группа Гота овладела Воложином и вышла на высоты в районе Минска. 2-я танковая группа Гудериана овладела Слонимом и продвигалась на Барановичи.

25 июня 13-я армия Западного фронта начала оборонительные действия на рубеже Минского укрепрайона. 3-я армия и 10-я армия получили приказ на отступление. 3-я армия должна была отступать на Новогрудок, 10-я армия — на Слоним. Для отвода войск в направлении на Минск оставался узкий коридор шириной до 60 км. Соединениям 3-й и 10-й армий не удалось оторваться от наступавших с фронта и флангов частей противника.

Оборонительная операция на Западной Украине. 25 июня 131-я мд 9-го мехкорпуса Рокоссовского готовит оборону по реке Стырь на участке Рожище Луцк, 19-й мехкорпус Н. В. Фекленко получает приказ нанести удар на Дубно, а 15-й мехкорпус И. И. Карпезо атакует 297-ю пд 44-го АК у Холуева. 1-й танковой группы Клейста после упорного боя заняла Дубно.

25 июня. Директивой Народного комиссара обороны из четырёх армий Резерва Ставки (22, 19, 20 и 21-й) была сформирована группа резервных армий под командованием Маршала Советского Союза С. М. Будённого.

Южный фронт. Ставка ГК преобразовала Одесский военный округ в Южный фронт.

Маннергейм: 25 июня военно-воздушные силы CCCP начали широкомасштабные воздушные налеты на города Южной и Средней Финляндии, в том числе на Хельсинки и Турку, а также на многочисленные открытые промышленные и жилые центры. На государственной границе пехота и артиллерия русских открывали огонь. Стало ясно, что СССР приступил к военным действиям против Финляндии. Парламент объявил, что Финляндию вновь вынудили на ведение оборонительной войны. Войска получили право отвечать огнём на огонь, но им было запрещено переходить государственную границу до 24.00 28 июня.[13]

Совинформбюро.

25 июня подвижные части противника развивали наступление на Вильненском и Барановичском направлениях. Крупные соединения советской авиации в течение дня вели успешную борьбу с танками противника на этих направлениях. В ходе боя отдельным танковым группам противника удалось прорваться в район ВильноОшмяны

Попытки противника прорваться на Бродском и Львовском направлениях встречают сильное противодействие контратакующих войск Красной Армии, подержанных мощными ударами нашей авиации…

Стремительным контрударом наши войска вновь овладели Перемышлем. На Черновицком направлении наши войска отбили крупные атаки противника, пытавшегося форсировать реку Прут.

НА Бессарабском участке фронта войска Красной Армии прочно удерживают позиции на восточном берегу р. Прут, успешно отражая многочисленные попытки противника форсировать её…

Наша авиация нанесла ряд сокрушительных ударов по аэродромам немцев в Финляндии, а также бомбардировала Мемель, корабли противника севернее Либавы и нефтегородок порта Констанца.

[править] 26 июня 1941 года. 5-й день войны

26 июня. В 5 часов утра лидер эскадренных миноносцев «Москва» и «Харьков» открыли огонь по румынскому порту Констанца, что привело к возгоранию в районе нефтехранилищ. Это был первый удар по территории противника в ходе Великой Отечественной войны.[14]
26 июня. Финляндия объявила войну Советскому Союзу.

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. 4-я танковая группа Гёпнера прорвалась к Даугавпилсу, захватила оба больших моста через Западную Двину неповрежденными и заняла плацдарм на правом берегу. Предпринятые в течение двух дней контратаки 5-го воздушно-десантного корпуса с целью выбить немцев из Даугавпилса не дали результатов.

Белостокско-Минское сражение. 3-я танковая группа Гота заняла Молодечно, Воложин, Радошковичи, обошла Минск с севера и направилась к Борисову. 2-я танковая группа Гудериана разбила недоукомплектованный 17-й механизированный корпус Красной Армии, заняла Барановичи.

26 июня. Н. Ф. Гастелло направил горящий бомбардировщик на скопление танков, бензоцистерн и автомашин противника на участке дороги Молодечно — Радошковичи.

Оборонительная операция на Западной Украине. 26 июня к контрударам 9-го, 19-го и 15-го мехкорпусов присоединился 8-й мехкорпус генерала Д. И. Рябышева. К концу дня корпус продвинулся из района Броды в направлении Берестечко на 10—15 км. Осознав угрозу правому флангу 48-го моторизованного корпуса 1-й танковой группы Клейста, немцы перебросили в этот район 16-ю моторизованную дивизию, 670-й противотанковый батальон и батарею 88-мм орудий и к вечеру контратаковали части мехкорпуса. В ночь на 26 июня 131-я мд под ударами немецкой 13-й тд оставляет Луцк, что позволяет этой дивизии во второй половине дня выйти в тыл наших войск у Млынова (40-я тд и полк 228 сд) заставив их отходить с большими потерями. Танковые дивизии 9-го МК в полдень получают приказ прекратить движение на Луцк и повернуть на Дубно, но атаку в этот день начать не успевают.

Вечером 26 июня М. П. Кирпонос принял решение отвести 6, 26 и 12-ю армии из львовского выступа.

Гальдер: «Группа армий „Юг“ медленно продвигается вперед, к сожалению неся значительные потери. У противника, действующего против группы армий „Юг“, отмечается твёрдое и энергичное руководство. Противник все время подтягивает из глубины новые свежие силы против нашего танкового клина.»

26 июня. Турецкое посольство провозгласило нейтралитет Турции.

Совинформбюро.


В течение 26 июня на Минском направлении наши войска вели бои с просочившимися танковыми частями противника. Бои продолжаются.

На Луцком направлении в течение всего дня идут крупные и ожесточённые танковые бои с явным перевесом на стороне наших войск.

На Черновицком направлении наши войска успешно отражают попытки противника форсировать р. Прут.

На Бессарабском участке фронта наши войска прочно удерживают за собой госграницу, отбивая атаки немецко-румынских войск. Противник, пытавшийся наступать у Скулени, с тяжёлыми для него потерями отброшен на западный берег р. Прут.

Наша авиация в течение дня бомбардировала Бухарест, Плоешти и Констанцу. Нефтеперегонные заводы в районе Плоешти горят…

[править] 27 июня 1941 года. 6-й день войны

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. 4-я танковая группа Гёпнера расширяет захваченный плацдарм в районе Даугавпилса. Во второй половине дня из района северо-восточнее Даугавпилса нанес удар 21-й механизированный корпус Д. Д. Лелюшенко. Немецкие 16-я и 18-я армии продолжали наступление к Западной Двине.

Белостокско-Минское сражение. В ночь на 27 июня 3-я танковая группа Гота заняла Смолевичи на шоссе Минск — Москва. 2-я танковая группа Гудериана заняла Столбцы и вышла на южную окраину Минска.

10-я армия Западного фронта оставила Белосток и отходила в район Волковыска и Зельвы.

Файл:Bt7 6.jpg
Танк БТ-7 с десантом на броне

Оборонительная операция на Западной Украине. В ночь на 27 июня в ходе контрудара 19-й механизированный и 36-й стрелковый корпуса прорвались к Дубно с севера и северо-востока, но из-за прорыва 13-й тд сразу вынуждены отходить на Ровно и Здолбунов. Поздним вечером на южную окраину Дубно вышли части 8-го механизированного корпуса. Однако овладеть Дубно и окружить передовые части 1-й танковой группы Клейста не удалось, но перехват крупной магистрали у Дубно заставил немцев приостановить наступление. Немецкая 11-я тд занимает Острог.

Немецкая 17-я армия группы армий «Юг» перешла в наступление и организовала преследование советских армий, начавших отход из львовского выступа. По требованию ставки отход прекращён.

27 июня. Правительство Ирана заявило о нейтралитете.

Совинформбюро.

В течение дня наши войска на Шяуляйском, Вильненском и Барановичском направлениях продолжали отход на подготовленные для обороны позиции…

На Луцком и Львовском направлениях день 27 июня прошёл в упорных и напряжённых боях. Противник на этих направлениях ввёл в бой крупные танковые соединения в стремлении прорваться через наше расположение, но действиями наших войск все попытки противника прорваться были пресечены с большими для него потерями…

На Минском направлении отбито наступление крупных танковых частей противника…

На Бессарабском участке фронта наши части нанесли удар по противнику в районе Скулени

В ночь на 27 июня группа наших войск при поддержке речной флотилии форсировала Дунай и захватила выгодные пункты…

[править] 28 июня 1941 года. 7-й день войны

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. Утром 21-й механизированный корпус атаковал противника в районе Даугавпилса и ворвался в северо-западную часть города. К концу дня немецкий 56-й моторизованный корпус 4-й танковой группы контратаковал 21-й мехкорпус и отбросил его на 40 км от Даугавпилса.

Белостокско-Минское сражение. 3-я танковая группа Гота ворвалась в Минск с северо-запада, а 2-я танковая группа Гудериана — с юга.

10-я армия Западного фронта оставила Белосток и отходила в район Волковыска и Зельвы. Противник окружил часть сил 10-й армии восточнее Белостока. Немецкими войсками был занят Волковыск.

Немецкая 9-я армии, наступавшая из района Гродно на юго-восток, севернее Слонима соединилась с 4-й армией Клюге, продвигавшейся от Бреста в северо-восточном направлении, и отрезала пути отхода для основных сил 3-й и 10-й советских армий.

Оборонительная операция на Западной Украине. 28 июня 19-й механизированный корпус был вынужден оставить Ровно и начать отвод своих войск на рубеж реки Горынь. Из района Топорова 15-й механизированный корпус продолжал наступление на Берестечко, а 8-й механизированный корпус — на Дубно. Противник подтягивает резервы для прикрытия правого фланга 1-й танковой группы Клейста, и отрезает 8 МК.

Совинформбюро.

В течение 28 июня наши войска, отходящие на новые позиции, вели упорные арьергардные бои, нанося противнику большое поражение.

В боях на Шяуляйском направлении наши войска захватили много пленных, значительное количество которых оказалось в состоянии опьянения.

На Минском направлении войска Красной Армии продолжают успешную борьбу с танками противника, противодействуя их продвижению на восток…

На Луцком направлении в течение дня развернулось крупное танковое сражение, в котором участвует до 4000 танков с обеих сторон. Танковое сражение продолжается.

В районе Львова идут упорные напряжённые бои с противником, в ходе которых наши войска наносят значительное поражение ему…

[править] 29 июня 1941 года. 8-й день войны

Оборона Заполярья. Началась стратегическая оборонительная операция в Заполярье и Карелии, продолжавшаяся с 29 июня по 10 октября 1941 г. Операция проводилась войсками Северного фронта, 7-й отдельной армии при содействии сил Северного флота. В рамках данной операции проведены: оборонительные операции на Мурманском, Кандалакшском и Кестеньгском направлениях, Выборгско-Кексгольмская фронтовая оборонительная операция, оборонительные операции на Ухтинском, Ругозерском, Петрозаводском и Олонецком направлениях.

Немецкая армия «Норвегия» перешла в наступление, нанося главный удар на Мурманском и вспомогательные — на Кандалакшском и Ухтинском направлениях.

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. Войска группы армий «Север» накапливали силы на захваченных на реке Западная Двина плацдармах. 41-й моторизованный корпус форсировал Двину в районе Крустпилса. На левом фланге группы армий «Север» передовой отряд 1-го армейского корпуса ворвался в Ригу. 29 июня советские войска оставили город Лиепая.

Белостокско-Минское сражение. 3-я танковая группа Гота и 2-я танковая группа Гудериана соединились восточнее Минска. 2-я танковая группа продолжила наступление на Бобруйск.

А. И. Микоян: «29 июня вечером у Сталина в Кремле собрались Молотов, Маленков, я и Берия. Подробных данных о положении в Белоруссии тогда ещё не поступило… Встревоженный таким ходом дела, Сталин предложил всем нам поехать в Наркомат обороны и на месте разобраться с обстановкой.

В Наркомате были Тимошенко, Жуков, Ватутин. Сталин держался спокойно, спрашивал, где командование Белорусским военным округом, какая имеется связь.

Жуков докладывал, что связь потеряна и за весь день восстановить её не могли… Около получаса поговорили, довольно спокойно. Потом Сталин взорвался: что за Генеральный штаб, что за начальник штаба, который так растерялся, не имеет связи с войсками, никого не представляет и никем не командует… Жуков, конечно, не меньше Сталина переживал состояние дел, и такой окрик Сталина был для него оскорбительным. И этот мужественный человек разрыдался как баба и выбежал в другую комнату. Молотов пошёл за ним…

Сталин был очень удручен. Когда вышли из наркомата, он такую фразу сказал: Ленин оставил нам великое наследие, мы — его наследники — все это просрали. Мы были поражены этим высказыванием Сталина. Выходит, что все безвозвратно мы потеряли? Посчитали, что это он сказал в состоянии аффекта.»[1]

Оборонительная операция на Западной Украине. В районе Дубно продолжались ожесточенные бои. Противник усилил свою группировку новыми соединениями. 11-я танковая дивизия 1-й танковой группы продолжала держать оборону в районе Острог. Советские мехкорпуса, понесшие в боях большие потери, по приказу М. П. Кирпоноса стали выводится из сражения. Часть 8-го механизированного корпуса была окружена в районе Дубно.

К исходу 29 июня немцы прорвались к Львову, и советские войска вынуждены были оставить город.

Совинформбюро.


29 июня финско-немецкие войска перешли в наступление по всему фронту от Баренцова моря до Финского залива, стремясь прорвать наши укрепления по линии госграницы…

На Вильненско-Двинском направлении попытки подвижных частей противника воздействовать на фланги и тыл наших войск, отходящих в результате боёв в районе Шяуляй, Кейданы, Поневеж, Каунас на новые позиции, успеха не имели…

На Минском направлении усилиями наших наземных войск и авиации дальнейшее продвижение прорвавшихся мотомехчастей противника остановлено. Отрезанные нашими войсками от своих баз и пехоты мотомехчасти противника, находясь под непрерывным огнём нашей авиации, поставлены в исключительно тяжёлое положение…

На Луцком направлении сражение крупных механизированных масс продолжается. Несмотря на ввод противником на этом направлении свежих танковых частей, все его попытки прорваться на Новоград-Волынском и Шепетовском направлениях отбиты; рядом последовательных и непрерывных ударов наших танковых войск и авиации большая часть танковых и моторизованных войск противника разгромлена…

Гитлер и его генералы, привыкшие к лёгким победам на протяжении всей второй империалистической войны, сообщают по радио, что за семь дней войны они захватили или уничтожили более 2.000 советских танков, 600 орудий, уничтожили более 4.000 советских самолётов и взяли в плен более 40.000 красноармейцев; при этом за тот же период немцы потеряли будто бы всего лишь 150 самолётов, а сколько потеряли танков, орудий и пленными — об этом германское радио умалчивает. Нам даже неловко опровергать эту явную ложь и хвастливую брехню…

В результате упорных и ожесточённых боёв за период в 7—8 дней немцы потеряли не менее 2.500 танков, около 1.500 самолётов, более 30.000 пленными. За тот же период мы потеряли: 850 самолётов, до 900 танков, до 15.000 пропавшими без вести и пленными.

[править] 30 июня 1941 года. 9-й день войны

Государственный Комитет Обороны. Образован Государственный комитет обороны (ГКО) под председательством И. В. Сталина.

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. Командующий Северо-Западным фронтом Ф. И. Кузнецов отдал приказ войскам, оборонявшим рубеж реки Западная Двина, отойти в Псковский, Островский и Себежский укрепрайоны, за что был снят с должности. Когда войска уже находились в движении, вновь назначенный командующий фронтом П. П. Собенников отменил ранее отданные распоряжения.

30 июня передовым отрядом 26-го армейского корпуса немецкой 18-й армии были захвачены мосты в Риге.

Белостокско-Минское сражение. Группа армий «Центр» продолжает ликвидацию советских войск, окруженных западнее Минска. Часть окруженной группировки прорвалась между Минском и Слонимом через фронт 2-й танковой группы Гудериана.

Во второй половине дня 3-я танковая группа Гота вышла к западной окраине Ново-Борисова. 2-я танковая группа Гудериана нанесла удар севернее Бобруйска в районе Шаткова, форсировала Березину и захватила плацдарм.

30 июня был арестован командующий Западным фронтом Д. Г. Павлов.

Оборонительная операция на Западной Украине. Директивой от 30 июня 1941 г. Ставка Главного Командования приказала командующему Юго-Западным фронтом к 9 июля отвести войска на рубеж Коростенского, Новоград-Волынского, Шепетовского, Староконстантиновского, Проскуровского и Каменец-Подольского укреплённых районов и, опираясь на них, организовать упорную оборону.[15]

Немецкие войска продолжали наступление на восток, в направлении Киева. К 30 июня они захватили Ковель, Луцк, Ровно, Дубно, Львов. Часть 8-го механизированного корпуса, окруженного в районе Дубно, неоднократно делала попытки прорваться в юго-западном направлении.

30 июня. Началась эвакуация из Москвы населения, предприятий и учреждений.

Совинформбюро.


В течение 30 июня на всём протяжении советско-финляндской госграницы противник, наступавший накануне, отброшен нашими войсками.

На Мурманском направлении идут ожесточённые бои с немецкими войсками, в ходе которых противник несёт значительные потери.

На Вильненско-Двинском направлении наши войска ведут ожесточённые бои с мотомехчастями противника, которые пытаются прорваться в северо-восточном направлении…

На Минском и Барановичском направлениях наши войска ведут упорные бои с превосходящими силами подвижных войск противника, задерживая их продвижение на промежуточных рубежах.

В районе Ровно продолжаются крупные бои танковых соединений…

На Бессарабском участке фронта противник вновь пытался форсировать р. Прут, но быстрыми и решительными действиями наших войск эти попытки были отбиты с большими для него потерями.

[править] Перечень карт

1. Общий ход военных действий в первом периоде войны. Июнь 1941 г. — ноябрь 1942 г.

2. Боевые действия на северо-западном, западном и юго-западном направлениях. 22 июня — 9 июля 1941 г.

3. Боевые действия на западном фронте. 22 июня — 11 июля 1941 г.

[править] Источники

  1. 1,00 1,01 1,02 1,03 1,04 1,05 1,06 1,07 1,08 1,09 1,10 1,11 1,12 1,13 1,14 1,15 1941 год. — М.: МФ «Демократия», 1998.
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 Гальдер Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника Генерального штаба Сухопутных войск 1939—1942 гг.— М.: Воениздат, 1968—1971 (стр.)
  3. 3,0 3,1 3,2 3,3 1941 год — уроки и выводы. — М.: Воениздат, 1992.
  4. Сообщение ТАСС от 13 июня 1941 г.
  5. Гудериан Г. Воспоминания солдата. — Смоленск.: Русич, 1999
  6. Широкорад А. Б. Северные войны России. — М.: ACT; Мн.: Харвест, 2001, с. 700
  7. Мауно Йокипии. Финляндия на пути к войне: исследование о военном сотрудничестве Германии и Финляндии в 1940—1941 гг. Гл. XIII
  8. Г К. Воспоминания и размышления. В 2 т. — М.: Олма-Пресс, 2002. (с. 261)
  9. / Архив РГА ВМФ.— Ф. 10, д. 39324, л. 2-4. /
  10. Нота Министерства иностранных дел Германии от 21 июня 1941 года
  11. Фельштинский Ю. Оглашению подлежит: СССР — Германия. 1939—1941: документы и материалы
  12. Сводки, сообщения Совинформбюро и Приказы Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами СССР. 1941—1945 гг.
  13. Маннергейм К. Г. Мемуары. — М.: Вагриус, 1999. (стр.)
  14. Румынии в начавшейся войне отводилась роль основного источника снабжения нефтью германских войск водным путём. Нарушение этого снабжения стало одной из главных задач Черноморского флота. 25 июня 1941 года Народным комиссар Военно-морского флота СССР Кузнецов Николай Герасимович утвердил представленный ему командованием Черноморского флота план атаки (набега) по уничтожению нефтехранилищ в порту Констанца и разведку военно-морской базы противника. Для достижения указанных в плане целей, были созданы ударная группа кораблей в составе эскадренных миноносцев «Москва» и «Харьков» и группы поддержки, состоящая из крейсера «Ворошилов» и эсминцев «Сообразительный» и «Смышленый». Вечером 25 июня 1941 года, ударная группа кораблей вышла из Севастополя. Переход к району боевых действий прошел без помех.
  15. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945. Том второй. Воениздат. МО СССР М.—1961 (стр.)

[править] Литература

[править] Ссылки

Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты