Клятва Ганнибала
Клятва Ганнибала — клятва в вечной ненависти к Риму, которую принёс юный Ганнибал Барка своему отцу Гамилькару.
Об этой клятве бежавший из Карфагена Ганнибал в 193 г. до н. э. рассказал царю Антиоху, когда тот заподозрил карфагенянина в связях с римлянами:
Когда, Антиох, я был ещё малым ребёнком, мой отец Гамилькар как-то во время жертвоприношения подвёл меня к алтарю и заставил поклясться, что никогда не буду я другом римского народа. Под знаком этой клятвы я воевал 36 лет, она же изгнала меня из отечества во время мира, она привела беглецом в твой царский дворец, и если ты обманешь мою надежду, я, ведомый все тою же клятвой, разузнавая, где еще есть военные силы, где есть оружие, по всему свету стану искать и найду врагов римлянам. Так что если твоим приближенным любо множить перед тобою мои вины, пусть они поищут для этого другой повод. Я ненавижу римлян и ненавистен им! Свидетелями правдивости моих слов да будут мой отец Гамилькар и боги. Итак, если ты размышляешь о войне с Римом, Ганнибал будет среди первых твоих друзей, но если что-то тебя вынуждает к миру, на это ищи себе другого советчика[1].
Корнелий Непот так описывает рассказ Ганнибала об этом событии:
Когда я ещё был ребёнком не старше 9 лет, отец мой Гамилькар, отправляясь из Карфагена в Испанию командовать войском, принёс жертвы Юпитеру Всеблагому Величайшему. Во время исполнения этой священной церемонии он спросил меня, хочу ли я поехать с ним на войну. Я с радостью согласился и стал упрашивать, чтобы он непременно взял меня с собою. И тогда отец сказал: «Возьму, если ты дашь мне то обещание, которое я хочу услышать». Тотчас подвёл он меня к алтарю, перед которым готовился совершить священнодействие, и, удалив всех людей, приказал мне коснуться жертвенника и поклясться, что я никогда не вступлю в дружбу с римлянами. Эту клятву, данную отцу, я хранил до сегодняшнего дня столь ревностно, что никто не вправе усомниться в постоянстве моих мыслей на склоне дней. Так что, если ты задумаешь оказать римлянам какую-нибудь дружескую услугу, то правильно сделаешь, если скроешь это от меня; если же соберешься воевать с ними, то обманешь самого себя, не поставив меня во главе этого дела[2].
Интересно, что в версии Корнелия Непота нет «богов», а есть только один бог — «Юпитер Всеблагой Величайший». Это несомненно Баал-Хаммон[3].
