Чёрный январь

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Чёрный январь
Invasion of Soviet Army in Baku.jpg
Ввод частей советской армии в Баку в ночь с 19 на 20 января 1990 года
Дата 19 — 20 января 1990 года
Место Баку, Азербайджан
Итог Гибель сотни лиц из числа гражданского населения и военнослужащих
Противники
Народный фронт Азербайджана Вооружённые силы СССР

Чёрный январь[1][2][3] (азерб. Qara Yanvar) — подавление подразделениями Советской Армии политической оппозиции в Баку в ночь с 19 на 20 января, что привело к гибели более ста человек, преимущественно из числа азербайджанского гражданского населения[3].

Содержание

[править] Предшествующие события

[править] Антиконституционные решения Верховных Советов Армянской и Азербайджанской ССР

1 декабря 1989 года Верховный Совет Армянской ССР принял два постановления: «О воссоединении Армянской ССР и Нагорного Карабаха» и «О Постановлении Верховного Совета СССР от 28 ноября 1989 года “О мерах по нормализации обстановки в Нагорно-Карабахской автономной области”»[4]. Спустя месяц, 9 января 1990 года, армянский парламент проголосовал за включение Нагорного Карабаха в свой бюджет, приняв Постановление «О включении в Государственный план экономического и социального развития Армянской ССР на 1990 год плана социально-экономического развития НКАО на 1990 год»[5][4]. Последнее решение разгневало азербайджанцев[5].

10 января Президиум Верховного Совета СССР издал постановление «О несоответствии Конституции СССР актов по Нагорному Карабаху, принятых Верховным Советом Армянской ССР 1 декабря 1989 года и 9 января 1990 года»[4]. В нём отмечалось, что «провозглашение воссоединения Армянской ССР и Нагорного Карабаха без согласия Азербайджанской ССР является прямым нарушением статьи 78 Конституции СССР», а решением от 9 января включить Нагорный Карабах в бюджет Армянской ССР были «нарушены суверенные права Азербайджанской ССР»[4]. Президиум Верховного Совета СССР признал решения армянского парламента от 1 декабря 1989 и 9 января 1990 годов не соответствующими Конституции СССР, предложив «Президиуму Верховного Совета Армянской ССР принять меры к проведению законодательный актов республики в соответствии с Конституцией СССР»[4].

Тогда же 10 января Президиум Верховного Совета СССР издал ещё одно постановление: «О неправомочности ряда положений Постановления Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР от 4 декабря 1989 года “О мерах по нормализации обстановки в Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР”». Оно констатировало, что в решении азербайджанского парламента «неправомерно приостановлено действие ряда норм Постановления Верховного Совета СССР от 28 ноября 1989 года “О мерах по нормализации обстановки в Нагорно-Карабахской автономной области”» и это не соответствует Конституции СССР, предложив «Президиуму Верховного Совета Азербайджанской ССР привести Постановление Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР от 4 декабря 1989 года в соответствии с Конституцией СССР»[6].

[править] Беспорядки в Джалилабаде

На протяжении всего декабря 1989 года в городе Джалилабаде, расположенном на юге-востоке Азербайджана, продолжала сохраняться социальная напряжённость, проходили митинги[7]. Первый секретарь райкома партии Алескер Годжаманов оставил свою должность по требованию населения, после чего изо дня в день на площади имени Ленина не прекращались митинги[7]. На состоявшемся 22 декабря пленуме райкома партии новым Первым секретарём избрали инструктора отдела культуры ЦК Компартии республики и научного сотрудника Института литературы и языкознания АН Азербайджанской ССР, кандидат филологических наук Хейруллу Алиева, в то время как неформалы в качестве альтернативной кандидатуры предложили начальника химобъединения, кандидата экономических наук Наги Нагиева[8][9]. Избрание Х. Алиева ещё больше обострило обстановку в районе.

29 декабря Верховный Совет Азербайджанской ССР приступил к обсуждению проекта закона о выборах Верховного Совета, но заседание прервал Везиров с сообщением об устроенных фронтистами беспорядках в Джалилабаде[10]. Активисты Народного фронта 29 декабря взяли здание горкома партии в Джалилибаде. Десятки людей были ранены[11][10]. Джалилабад вскоре посетил собкор газеты «Бакинский рабочий» З. Джаппаров, который встретился и побеседовал с очевидцами. Уже 12 января его заметки были опубликованы в «Бакинском рабочем», но при этом автор отметил, что «некоторые аспекты случившегося не нашли своего отражения. Тем более рано давать какие-либо оценки. Да и вряд ли автору они под силу»[12]. Из этих заметок следует, что в 4 часа утра 29 декабря на площади разобрали палатки митингующих, а милиция стала арестовывать представителей Народного фронта и участников митинга. По словам работника РИКа И. Гасанова, записанных З. Джаппаровым, «по всему городу поползли слухи, что вернулся 1937 год — год массовых репрессий. Началась паника. Из квартир на улицу стали выходить родственники и близкие арестованных, к ним примкнули другие», а уже на улицах между возникшей толпой и милицией начались столкновения и «самое страшное произошло потом, около здания райкома партии. В милицию полетели камни, а в автобусы — бутылки с зажигательной смесью, от которых вспыхнул пожар. Милиция не выдержала натиска и отступила»[13].

В 2006 году вышла книга востоковеда З. Али-Заде и политолога Р. Агаева «Азербайджан. Конец второй республики». В части книги, написанной З. Али-Заде, описана другая картина случившегося. Народный фронт добивался отставки А. Годжаманова по той причине, что он не из местных. По рассказу одного их сотрудников аппарата ЦК, руководитель республики Везиров распорядился найти партийного работника, родом из Джалилабада. Таким выбрали литературоведа Х. Алиева, родившегося в джалилабадском посёлке Пришиб. Х. Алиев попросил поэта Бахтияра Вагабзаде отправиться с ним в Джалилабад и представить его народу как партийного руководителя. Вместе с ними отправился писатель Юсиф Самедоглу. Митинг в Джалилабаде тогда вёл местный вожак Народного фронта, врач районной станции «Скорой помощи» Миралим Бахрамов. Когда Б. Вагабзаде на трибуне объявил о назначении Х. Алиева новым Первым секретарём Джалилабадского райкома партии, то М. Бахрамов оттеснил поэта от микрофона, заявив, что в рядах Народного фронта измена и Б. Вагабзаде продался ЦК. Со стороны М. Бахрамова прозвучало «сжечь книги изменников!» и перед зданием райкома партии стали жечь книги Б. Вагабзаде и отца Ю. Самедогла — поэта Самеда Вургуна. Писатели были спасены кучкой учителей, которые сажают их автомобиль. Эта история завершается тем, что «фронтисты в отместку разгромили здание райкома партии, подожгли здание районного отделения милиции» и зверски избила подошедшего к своему отделению милиционера, который возвращался из Карабаха[14].

Первого секретаря Джалилабадского райкома партии и литературоведа, 58-летнего Х. Алиева ударили по голове ломом, но подоспели врачи и его увезли[15][16]. Собкор газеты «Бакинский рабочий» З. Джаппаров оставил следующее описание того, каким он увидел город по прибытии:

Зрелище было ужасным. Слева от дороги на спущенных шинах стоял искорёженный автобус, а неподалёку от здания райкома партии дымились остатки трёх «Икарусов», чуть в сторонке лежало несколько опрокинутых автомобилей, в груду металлолома превратились четыре обгоревших автобуса марки «Паз». Не узнать было и здания райкома партии: стёкла выбиты, рамы и двери поломаны. Вокруг — обрывки бумаг. Цветочные клумбы вытоптаны, столовая и летняя беседка разрушены. Выбиты стёкла и Детского оздоровительного центра. Эта печальная картина — лишь послесловие к драматическим событиям, которые разыгрались здесь утром 29 декабря 1989 года[17].

[править] Разрушение советско-иранской границы в Нахичеванской АССР

Разрушение советско-иранской границы в Нахичеванской АССР 31 декабря 1989 года.
(Видео на азербайджанском языке) [2:36 мин].

31 декабря Нахичеванское отделение Народного фронта разрушило государственную границу с Ираном[18]. Ряд партийно-государственных работников, в том числе секретарь ЦК КПСС А. Н. Гиренко, Председатель Совета Национальностей Верховного Совета СССР Р. Н. Нишанов и Первый секретарь ЦК Компартии Азербайджанской ССР А. Везиров, 5 января 1990 года побывали в городе Нахичеване, Ильичевском, Джульфинском, Бабекском и Ордубадском районах Нахичеванской АССР, а также посетили предприятия, колхозы, погранзаставы[19]

10 января вышло Постановление Президиума Верховного Совета СССР «О грубых нарушениях Закона о Государственной границе СССР на территории Нахичеванской АССР», которое решительно осудило «имевшие место факты бесчинств и грубых нарушений Закона о Государственной границе СССР, приведших к дестабилизации обстановки на данном участке советско-иранской границы, разрушениям приграничных объектов и нарушению режима Государственной границы СССР» и поручило «Совету Министров СССР с участием республиканских и местных государственных органов Азербайджанской ССР принять меры по решению конкретных вопросов, поднятых населением приграничных районов»[20].

Председатель КГБ СССР и член Политбюро ЦК КПСС В. А. Крючков на одном из заседаний Пленума ЦК КПСС, прошедших 6 февраля 1990 года, предоставил следующую информацию:

Начиная с 31 декабря 1989 года и до ввода войск в Баку Народный фронт Азербайджана спровоцировал массовые беспорядки и нарушения советско-иранской границы. Толпы людей, нередко до 10-12 тысяч человек, устремились на отдельные участки границы. Стали разрушать инженерно-технические сооружения, осуществлять массовый переход в Иран. Впереди нередко выставляли женщин и детей. Некоторым очень хотелось бы спровоцировать кровавые конфликты. Сложилась беспрецедентная обстановка вокруг советских погранзастав. А ведь это небольшие по численности подразделения, насчитывающие до 40, в лучшем случае до 50 человек. Защитить сооружения и не допустить нарушения границы можно было только с помощью огня. Было ясно, что это повлечёт большие жертвы, в том числе и среди пограничников. В этих условиях было принято решение проявить выдержку, огня не открывать, факты нарушений задокументировать и нормализовать обстановку на границе по мере накопления сил и благоприятного изменения ситуации. Такое решение оказалось верным. Ущерб, который был нанесён в результате экстремистских действий, был куда больше, чем упомянул в своём выступлении на Пленуме товарищ Козленков В. В. Было разрушено 250 километров электросигнализационных систем, уничтожено 235 километров воздушных линий связи, около 300 километров кабельных линий, сожжено 30 наблюдательных вышек. По предварительным данным, материальный ущерб составляет около 7 миллионов рублей. С 22 января удалось нормализовать обстановку на границе. С тех пор за попытки нарушить границу задерживалось более двух с половиной тысяч человек. Группа политических работников-пограничников направлена на границу и проводит большую работу с местным населением. Получены неопровержимые данные о том, что за беспорядками на границе стояли лидеры Народного фронта в Баку[21].

[править] Захват власти в Ленкоране

11 января 1990 года группа радикально настроенных членов Народного фронта Азербайджана штурмом овладела несколькими административными зданиями в Ленкоране и захватила власть в городе[5]. Также было захвачено местное радио[22]. Ответственность за поддержание порядка взял на себе новосозданный «временный комитет обороны»[22]. Деятельность местной милиции и узла связи была приостановлена[23].

На следующий день республиканские газеты опубликовали сообщение Совета Министров Азербайджанской ССР:

Совет Министров Азербайджанской ССР решительно осуждает попытку Народного фронта насильственным путём дезорганизовать работу местных органов власти, усложнить обстановку в регионе. Всё это делается вопреки усилиям руководства республики по укреплению единства народа, консолидации действий с Народным фронтом и другими общественными движениями[22].

Тогда же в город приехали представители партийно-советского аппарата и интеллигенции, которые встретились с руководителями Народного фронта. Среди прибывших были первый заместитель Председателя Совета Министров Азербайджанской ССР А. Расизаде; заведующий Отделом ЦК Компартии Азербайджана А. Дашдамиров; народный депутат СССР, контр-адмирал В. Чернавин; уроженец Ленкорани, доктор медицинских наук, академик М. Джавадзаде[23]. В тот же день прекратился выпуск местной газеты «Ленинчи» («Ленинец») и вместо неё стал издаваться бюллетень «Элин сеси» («Голос народа»)[23].

[править] Волнения в Баку

3 — 4 января на пригородных трассах и главных магистралях Баку появились первые, но ещё малочисленные, пикеты Народного фронта. Их численность в последующем возрастала и к 13 — 14 января в пикетах было до 100 — 120 человек. Вначале пикеты просто стояли, ничего не предпринимая. Но одновременно с количественном ростом пикетов росла и их активность. Досмотру подвергались все следовавшие через них машины, в том числе и военные. Пассажиров проверяли, а у лиц армянской национальности, как правило, изымали деньги и ценности. Пикетировались также государственные объекты. В Баку дислоцировались воинские части и возле их контрольно-пропускных пунктов (КПП) пикеты появились 14 января. Вскоре, 16 числа, перед их воротами возникли первые баррикады из большегрузных автомобилей. Как выяснилось потом, руководители предприятий направляли сюда автосредства по заявкам Народного фронта. Тем самым, было блокировано 34 из 60 воинских частей, дислоцирующихся в Бакинском гарнизоне. Кульминация настала тогда, когда по всему периметру военного городка были блокированы части 295-й дивизии, располагавшиеся в Сальянских казармах[24][1].

Тем временем, 6 — 7 января произошёл раскол в рядах Народного фронта Азербайджана. Несколько интеллектуалов с умеренными взглядами покинули Народный фронт и образовали Социал-демократическую партию под руководством Лейлы Юнусовой и З. Ализаде[5].

13 января, после нападения со стороны армян на ряд сёл Ханларского и Шаумяновского районов, на бакинской площади имени Ленина начинается митинг с требованием отставки А. Везирова за неспособность обеспечить безопасность азербайджанского населения в Нагорном Карабахе и близлежащих районах[1][25]. На митинге было объявлено о создании Совета Национальной Обороны (СНО)[25], куда вошли ряд деятелей Народного фронта (например А. Эльчибей, Э. Мамедов, Р. Казиев)[26]. Член правления Народного фронта X. Гаджи-заде со своей стороны утверждал, что формирование СНО санкционировало партийное руководство республики[25].

Тогда же в Баку начались погромы армян. От митингующих на площади Ленина к вечеру откололась группа людей, которая стала нападать на армян[27]. Армяне подвергались нападению толп и забивались ими до смерти, людей сбрасывали с балконов верхних этажей[27]. Армянские беженцы из Баку обвиняли в погромах «людей из Народного фронта» — его бородатых молодых активистов[28]. К 15 января армян в городе уже не осталось[29]. 18 январе в газете «Азадлыг» («Свобода») было опубликовано заявление Правления Народного фронта Азербайджана, в котором оно «гневно осуждает совершённые преступления»[30]. Как писал советско-российский историк и философ Д. Е. Фурман: «Руководство НФА, хотя и создало благоприятную для возникновения погрома психологическую обстановку, безусловно, его не хотело и даже организовало спасение армян»[26].

В попытке взять ситуацию под контроль, в Баку 14 января прибыла делегация Политбюро ЦК КПСС во главе с кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС Е. М. Примаковым[31]. Один из членов делегации, секретарь ЦК КПСС А. Н. Гиренко рассказывал:

Мы встретились с Эльчибеем и другими лидерами Народного фронта. Мы с Примаковым приняли их, поговорили. Мне стало ясно, что Везиров полностью потерял контроль над ситуацией. Я встречался с одним из активистов Народного фронта буквально накануне событий той ночи. Было ясно, что войска не могут вечно быть отрезанными от города. Я умолял его разобрать баррикады на дорогах и аэродромах, спасти людей от опасного столкновения с войсками[31].

15 января вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об объявлении чрезвычайного положения в НКАО и некоторых других районах»[29].

17 января перед зданием ЦК Компартии республики активисты националистического движения начали непрерывный митинг[32][31]. По сообщению корреспондента «Литературной газеты», на митинге присутствовало до 80 тысяч человек[32]. Все подходы к ЦК были перекрыты. Перед зданием появилась виселица и в связи с этим британский журналист Т. де Ваал писал: «неясно, была ли она воздвигнута как символ с целью устрашения или как настоящее орудие казни»[31]. Без применения оружия и спецсредств личный состав подразделений внутренних войск предотвратил три попытки захвата здания ЦК[32].

Одновременно обострялась обстановка и в других районах республики. Со стороны Армении из автоматического оружия были обстреляны несколько населённых пунктов Лачинского и Казахского районов Азербайджанской ССР, а в Нагорно-Карабахской автономной области в руки вооружённых боевиков попали четверо сотрудников Шушинского РОВД[33]. 18 января в городе Масаллы здание местного РОВД два часа пикетировала толпа с требованием к милиционерам сложить полномочия[33]. Был нарушен участок советско-иранской границы в Джалилабадском районе и люди переходили границу в сторону соседнего Ирана[33]. По сообщению заместителя начальника Политического управления пограничных войск КГБ СССР Б. Голышева, 18 января на территорию СССР прошли несколько иранских жандармов[34]. Представитель Ирана, выступивший в тот же день, в 14 часов по ленкоранскому радио, с восхищением высказывался о событиях в Азербайджане[34].

[править] Кульминация политического кризиса

[править] Накануне: 19 января

По описанию корреспондента «Литературной газеты» от 7 февраля, Баку к утру 19 января «оказался отсечённым от страны пикетами, взвинченным погромами и митингами до полной истерии, с бездействующей милицией и, по сути, с атрофированной местной властью»[32]. Не выходили газеты[32][25], стали происходить перебои в водоснабжении, остановились заводы, закрылись до 70 % хлебных магазинов[32].

Пикетчики окружили здание телецентра и в 12 часов дня заняли его, отключив канал центрального телевидения[25][1]. При невыясненных обстоятельства, в 19:30 часов на телецентре, в одной из секций главного энергоблока, произошёл сильный взрыв, отчего из строя вышла система энергоснабжения и в Азербайджане прекратилось телевизионное вещание[25][1][35]. Пресс-центр МВД СССР объявил, что это могло быть самодельное взрывное устройство[35]. «Красная звезда» позднее привела версию, что взрыв совершён «местными экстремистами»[25]. Лидеры Народного фронта ответственность за взрыв энергоблока возложили на солдат внутренних войск, сделавших это для того, чтобы помешать руководству Народного фронта выступить с обращением к народу по поводу ввода войск[25][1]. Позиция Т. де Ваала сводится к тому, взрыв энергоблока «почти наверняка» дело рук спецслужб[36].

Редактор газеты Народного фронта Азербайджана — «Азадлыг» («Свобода») — Н. Наджафов вечером объявил митингующим, что Первым секретарём ЦК Компартии республики предполагается назначить главу КГБ Азербайджанской ССР В. Гусейнова и это сообщение встречено свистом и криками «Долой!». Собравшиеся требуют, чтобы вместо Везирова новым партийным руководителем назначили секретаря ЦК Компартии Азербайджана по промышленности и строительству Гасана Гасанова[25].

В тот же день Президиум Верховного Совета СССР издал Указ «О введении чрезвычайного положения в городе Баку» за подписью М. С. Горбачёва:

В связи с резким обострением обстановки в городе Баку, попытками преступных экстремистских сил насильственным путём, организуя массовые беспорядки, отстранить от власти законно действующие государственные органы и в интересах защиты и безопасности граждан Президиум Верховного Совета СССР, руководствуясь пунктом 14 статьи 119 Конституции СССР, постановляет:
Объявить с 20 января 1990 года чрезвычайное положение в городе Баку, распространив на его территорию действие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 15 января 1990 года[37].

Поскольку в 19:30 телеэфир был отключён, то бакинцы не знали, что происходит и в итоге большинство жителей города узнали о введении чрезвычайного положения только в 5:30 утра 20 января из объявления по радио и разбрасываемых с вертолётов листовок[36]. Комиссия Верховного Совета Азербайджана впоследствии даст этому следующую интерпретацию: «…время объявления в Баку чрезвычайного положения и введения комендантского часа скрывалось от народа, и делалось всё, чтобы эти акции застали бакинцев врасплох»[29].

[править] Штурм Баку

Заместитель председателя Народного фронта Э. Мамедов заявлял, что Второй секретарь ЦК Компартии Азербайджанской ССР В. Поляничко ему сообщил о вводе в полночь войск в Баку чего бы это ни стоило. Со стороны Э. Мамедова было сказано, что армия встретит должный отпор. Другой активист, член Правления Народного фронта Х. Гаджи-заде сообщал о том, что Народный фронт Азербайджана поздно вечером принял решение убрать пикеты и не сопротивляться в случае применения войсками силы, но Совет национальной обороны принял противоположное решение[25].

В ночь с 19 на 20 января, по приказу министра обороны СССР Д. Язова в город вошли войск[1]. Комендант Баку, генерал-лейтенант В. С. Дубиняк:

В 00 часов 20 минут прибывшая бригада внутренних войск, растолкав бронетехникой баррикаду у легкоатлетического манежа, вышла из места дислокации. Вышла, не произведя ни единого выстрела. Однако на пути следования, в 150 — 200 метрах от баррикады, передовое подразделение было встречено лобовым огнём из пяти-шести стволов автоматического оружия. Затем были брошены две гранаты. Итог: 3 убитых и 15 раненых воинов[38].

Заместитель министра обороны СССР, главнокомандующий Сухопутными войсками, генерал армии В. Варенников комментировал в те дни:

Прежде всего это не армейская операция. Первые наши действия были направлены на жизнеобеспечение Сальянских казарм, блокированных экстремистами. Да, нам пришлось в ответ на очереди боевиков открыть ответный огонь. Но это мера, повторю, вынужденная: агрессивные силы на протяжении нескольких дней не реагировали ни на какие наши просьбы и уговоры. Более того — они полностью заблокировали тяжёлыми грузовиками все подъезды к военным городкам. Наступила полная блокада, о чём уже сообщала ваша газета. А тем временем экстремисты устанавливали на крышах ближайших зданий пулемёты, в том числе — крупнокалиберные. Разместили там прожекторы. Рядом залегли снайперы… Ну, и когда воинские подразделения начали выходить из городка, вооружённые группировки открыли огонь. Впрочем, вы это видели сами. Видели вы и убитых и раненых солдат…[39]

Применяя оружие, войска прорвали пикеты на Аэропортовском шоссе, Тбилисском проспекте и других дорогах, ведущих в столицу республики[25]. Стрельба велась как по любой движущейся мишени, так и просто по тёмным переулкам и окнам домов[29]. Со слов очевидцев, солдаты стреляли в бегущих людей, добивали раненых[36]. Обстрелу подвергся автобус с мирными жителями, в результате чего погибли многие пассажиры, в том числе 14-летняя девочка[36].

[править] Последствия

[править] Жертвы

По данным республиканской комиссии по расследованию обстоятельств и причин трагедии, связанной с вводом армейских частей в Баку, погиб 131 человек и ещё 744 были ранены[1]. Что касается военнослужащих, то по меньшей мере погиб 21 солдат[36].

22 января погибших похоронили в парке имени Кирова, который с того момента стал именоваться Аллей шехидов[1]. Партийные и государственные деятели республики — Первый секретарь ЦК Компартии А. Муталибов, Председатель Президиума Верховного Совета Э. Кафарова, Председатель Совета Министров Г. Гасанов, члены и кандидаты в члены Бюро ЦК Компартии Р. Зейналов, Т. Оруджев, А. Расизаде и С. Алекперов — 1 февраля пришли в Нагорный парк почтить память погибших и возложили на могилы цветы[40].

[править] Реакция

20 января республиканское радио передало «глубокое соболезнование всему азербайджанскому народу, семьям, родным и близким погибших» от ЦК Компартии Азербайджана, Президиум Верховного Совета и Совета Министров республики[41]. В тот же день состоялось заседание Бюро ЦК Компартии Азербайджана, которое также выразило соболезнования[41]. Председатель Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР Эльмира Кафарова выступила с резким протестом «от имени азербайджанского народа»:

От имени азербайджанского народа, всех граждан республики заявляю решительный протест в связи с грубым нарушением суверенитета Азербайджанской ССР и объявлением Президиумом Верховного Совета СССР чрезвычайного положения в столице республике г. Баку, во исполнение которого была проведена жестокая акция против мирного населения с применением тяжёлой боевой техники и автоматического оружия, приведшая к многочисленным человеческим жертвам, среди которых молодёжь, женщины, старики и дети. Со всей ответственностью заявляю, что высшими органами власти и управления Азербайджанской ССР не принималось решения о введении чрезвычайного положения в г. Баку и не давалось согласия на принятие подобного решения Президиумом Верховного Совета СССР. Вся ответственность за пролитую кровь лежит на тех органах и тех должностных лицах СССР, которые принимали это решение и обеспечивали его непосредственное исполнение. Азербайджанский народ никому не простит трагической гибели своих дочерей и сыновей[42]

Некоторые митингующие стали жечь свои партбилеты. Прозвучали требования о выходе Азербайджана из СССР. На здании ЦК были оставлены надписи: «Долой советскую империю!», «Долой КПСС!», «Советская армия — фашистская армия». Однако на здании МВД был сбит другой лозунг: «Слава КПСС!»[25].

По инициативе трети депутатов Верховного Совета Азербайджанской ССР, вечером 21 января была созвана чрезвычайная сессия Верховного Совета республики, которая завершила работу ранним утром следующего дня. Чрезвычайную сессию открыла Эльмира Кафарова. В ней приняли участие народные депутаты СССР от Азербайджанской ССР, представители Народного фронта и других неформальных организаций. Всего на сессии присутствовало 237 депутатов. По её итогам, Верховный Совет принял решение о приостановке «повсеместно за исключением Нагорно-Карабахской автономной области и приграничной полосы соседних с Арменией районов» действия Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 января, а также потребовал вывода из Баку и районов всех войсковых частей и подразделений. Была создана депутатская комиссия по расследованию произошедших событий[25][43].

В заявлении Комиссии Верховного Совета Азербайджанской ССР по расследованию событий 19 — 20 января в Баку, говорилось:

Союзные органы власти, игнорируя законы страны и международно правовые нормы, пренебрегая суверенными правами Азербайджанской ССР, грубо нарушив условия Договора об образовании СССР, Конституцию СССР и Конституцию Азербайджанской ССР, без согласия высших органов государственной власти республики и при отсутствии регламентирующего чрезвычайное положение законодательного акта, незаконно осуществили ввод войск в Азербайджанскую Советскую Социалистическую Республику и объявили в её столице Баку чрезвычайное положение[1].

[править] Видеогалерея

Документальные кадры событий 19-20 января 1990 года в Баку.
(На русском и частично азербайджанском языках) [4:47 мин]
Д/ф фильм «Мать скорбящая».
(На русском языке) [7:39 мин]
Д/ф АНС о событиях 20 января.
(На азербайджанском и частично русском языках) [1:33:46 мин]
Отрывок из д/ф А. Кончаловского «Бремя власти. Гейдар Алиев» (2005).
(На русском языке) [7:26 мин]


[править] См. также

[править] Источники

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 1,6 1,7 1,8 1,9 Ввод советских войск в Баку в ночь с 19 на 20 января 1990 года (рус.), РИА Новости (17.01.2011).
  2. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990
  3. 3,0 3,1 Playing the "Communal Card": Communal Violence and Human Rights. — Human Rights Watch, 1995. — С. 148.
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 Постановление Президиума Верховного Совета СССР О несоответствии Конституции СССР актов по Нагорному Карабаху, принятых Верховным Советом Армянской ССР 1 декабря 1989 года и 9 января 1990 года // Известия. — 11 января 1990. — № 12 (22915). — С. 2.
  5. 5,0 5,1 5,2 5,3 Ваал, 2014, с. 118
  6. Постановление Президиума Верховного Совета СССР О неправомочности ряда положений Постановления Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР от 4 декабря 1989 года «О мерах по нормализации обстановки в Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР» // Известия. — 11 января 1990. — № 12 (22915). — С. 2.
  7. 7,0 7,1 Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 64
  8. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 64, 66
  9. Агаев, Али-Заде, 2006, с. 459-460
  10. 10,0 10,1 Али-Заде А. Азербайджанская элита и массы в период распада СССР (Статья-мемуары о бурном времени) // Азербайджан и Россия: общества и государства. — М.: Летний сад, 2001. — С. 204.
  11. Ваал, 2014, с. 117
  12. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 69
  13. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 67
  14. Агаев, Али-Заде, 2006, с. 457-461
  15. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 67-68
  16. Агаев, Али-Заде, 2006, с. 461
  17. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 65
  18. Али-Заде А. Азербайджанская элита и массы в период распада СССР (Статья-мемуары о бурном времени) // Азербайджан и Россия: общества и государства. — М.: Летний сад, 2001. — С. 205.
  19. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 62
  20. Постановление Президиума Верховного Совета СССР О грубых нарушениях Закона о Государственной границе СССР на территории Нахичеванской АССР // Известия. — 11 января 1990. — № 12 (22915). — С. 2.
  21. Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС 5—7 февраля 1990 г.. — М.: Политиздат, 1990. — С. 252.
  22. 22,0 22,1 22,2 Азербайджанская ССР: Обстановка обострилась // Известия. — 12 января 1990. — № 13 (22916). — С. 7.
  23. 23,0 23,1 23,2 Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 71
  24. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 108-109
  25. 25,00 25,01 25,02 25,03 25,04 25,05 25,06 25,07 25,08 25,09 25,10 25,11 25,12 БАКУ: ХРОНИКА СОБЫТИЙ (рус.), Журнал "Коммерсантъ Власть" № 4 (29.01.1990).
  26. 26,0 26,1 Фурман Д. Е. Несостоявшаяся революция. Политическая борьба в Азербайджане (1988—1993 годы) // Дружба народов. — М.: 1994. — № 4. — С. 157.
  27. 27,0 27,1 Ваал, 2014, с. 119
  28. Ваал, 2014, с. 120
  29. 29,0 29,1 29,2 29,3 Фурман Д. Е. Несостоявшаяся революция. Политическая борьба в Азербайджане (1988—1993 годы) // Дружба народов. — М.: 1994. — № 4. — С. 158.
  30. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 78-80
  31. 31,0 31,1 31,2 31,3 Ваал, 2014, с. 121
  32. 32,0 32,1 32,2 32,3 32,4 32,5 Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 109
  33. 33,0 33,1 33,2 Пресс-центр МВД СССР сообщает // Известия. — 19 января 1990. — № 20 (22923). — С. 4.
  34. 34,0 34,1 Иванов Ф. С советско-иранской границы // Известия. — 20 января 1990. — № 21 (22924). — С. 3.
  35. 35,0 35,1 Пресс-центр МВД СССР сообщает // Известия. — 20 января 1990. — № 21 (22924). — С. 3.
  36. 36,0 36,1 36,2 36,3 36,4 Ваал, 2014, с. 122
  37. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 82
  38. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 110
  39. Литовкин В., Мостовщиков С. Баку. 20 января // Известия. — 20 января 1990. — № 21 (22924). — С. 1.
  40. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 124
  41. 41,0 41,1 Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 88
  42. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 89
  43. Чёрный январь. Баку — 1990…, 1990, с. 89-92

[править] Литература

  • Агаев Р., Али-Заде З. Азербайджан. Конец второй республики (1988—1993). — М., 2006.
  • Ваал Т., де Чёрный сад. Армения и Азербайджан между миром и войной. — 2-е изд.. — М.: Политическая энциклопедия, 2014.
  • Чёрный январь. Баку — 1990: Документы и материалы. — Баку: Азернешр, 1990.


Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты