Спор за бренд Водка

Материал из Циклопедии
(перенаправлено с «Спор за бренд «Водка»»)
Перейти к: навигация, поиск
Интервью с Вильямом Похлёбкиным

Спор за бренд «Водка» — условное название конфликта по поводу того, кому принадлежит бренд «водка». Конфликт описан в книгах Похлёбкина, утверждавшего, что конфликт возник в 1972 году и окончился в 1982 году в пользу СССР. По мнению критиков, книги Похлёбкина существенно искажают суть конфликта. По версии Б. С. Сеглина, популяризированной Борисом Родионовым, основной спор был по поводу применимости словосочетания «настоящая водка» к водкам из СССР/России и Польши, он происходил в 1976 году, был решен в западногерманском арбитраже и окончился мировым соглашением: лозунги были заменены на «Настоящая русская водка только водка из России» и «Настоящая польская водка только водка из Польши».

Содержание

[править] Версия Похлёбкина

По версии Похлёбкина, конфликт был связан с тем, что в этот период СССР стало активно и успешно продвигать бренд Водка в США, что вызвало желание воспользоваться подготовленным рынком со стороны европейских производителей водки. Было две попытки, вначале коллективный иск в Международный арбитражный суд от европейских производителей водки, основанных русскими фабрикантами, эмигрировавшими из Советской России; второй иск был от правительства Польской народной республики. Оба иска не были удовлетворены. Для сбора доказательств приоритета России во втором иске в качестве эксперта был привлечён Вильям Похлёбкин, его труд лёг в основу книги «История водки».

В 1972 компания году компания «Пепси-кола» пришла на советский рынок, заключив с «Союзплодоимпорт» соглашение о строительстве первого завода компании в Новороссийске[Прим. 1] по производству газированного напитка Пепси-кола, в обмен на поставки в Америку водки «Столичная». Так как соглашение предполагало зачёт в пользу компании «Пепси-кола» валютных доходов от продажи «Столичной», она была заинтересована в продвижении «Столичной» водки на территории США. Была проведена широкомасштабная, и весьма успешная рекламная компания, которая внедрила в сознание американцев, что русская водка — это некий признак избранности, элиты, что это модно[Прим. 2], продажи водки резко выросли.

Увеличение узнаваемости бренда водка в США существенно увеличил объём данного рынка, что привлекло европейских производителей водок: «Пьер Смирнофф», «Эристов», «Кеглевич» и других, которые не были заинтересоваы во вложении средств в рекламную кампанию, но после такого успеха решили продвинуть свои продукты на новом рынке. Для полного захвата рынка в Международный арбитражный суд было направлено требование запретить использование бренда «водка» для «Столичной» и вообще, любой алкогольной продукции из СССР. Иск обосновывался тем, что в СССР официально производство водки началось после декрета ЦИК и СНК СССР от 26 августа 1923 года, в то время как в Европе это произошло раньше, а именно в 1918—1921 годах, — в те годы возобновили производство предприятия основанные русскими фабрикантами.

Иск был воспринят в СССР с некоторым недоумением, так как в представлении советского обывателя, было очевидным, что водка — продукт исконно русский. Советской стороной была выбрана линия защиты, согласно которой постановление ЦИК и СНК СССР от 26 августа 1923 года разрешало производство водки, которое было ранее запрещено Советским правительством в декабре 1917 года. Таким образом СССР постановило продолжить производство водки, которое было ограничено государством-предшественником, которое, в свою очередь, фактически продлило запрет правительством царской России, ограничивающее производство и продажу водки на время Первой мировой войны. В соответствии с этой линией, никакого приоритета у фабрикантов-беженцев не было, это они являлись вторичным производством. Аргументы этой линии защиты были признаны и иск был остановлен без удовлетворения. В то же время Международный арбитражный суд постановил, что страны, которые претендуют на исключительное право на бренд «водка», должны доказать, что производство водки впервые было начато именно на их территории. Это было основано на прецеденте таких брендов как «коньяк»[Прим. 3], «виски»[Прим. 4], «шнапс»[Прим. 5] и других, для которых было точно известно место и время начала производства. Международный арбитражный суд не счёл возможным сделать исключение и в этом случае, основываясь на интуитивности понятия того, что водка — русский продукт.

Похлебкин утверждает, что в 1978 году Польская народная республика обратилась в международный арбитражный суд с исковым требованием о признании за ней исключительного права на бренд «водка». Основанием исковых требований было то, что на бывших территориях Королевства Польского и других территорий, в ходивших полностью или частично в состав республики[Прим. 6], водка производилась раньше, чем её стали делать в Московии, а именно — в 1540 году. Это подтверждалось некоторыми историческими документами, которые прилагались к иску. Предлагалось признать исключительное право Польши продавать и рекламировать на внешних рынках под именем «водка» свой товар, а именно, — «Водку выборову» («Wodka wyborowa»). Все другие производители, в таком случае, были бы вынуждены искать другое название для своей продукции. Подтверждений тому, что подобный иск действительно имел место, неизвестно.

В Министерстве внешней торговли иск правительства Польской республики был воспринят как недоразумение — инициатива мелких чиновников, которые не осознавали, что такая конкуренция ослабляет соцлагерь. Попытки доарбитражного урегулирования потерпели неудачу, так как официальная позиция Польши была такова: есть мировой рынок, который имеет свои законы, которым подчиняются все его участники и интересы соцлагеря тут ни причём, если советская сторона сможет доказать приоритет, никаких претензий Польская республика предъявлять не будет.

В Министерстве внешней торговли было решено найти исторические документы, на которые бы опиралась позиция советской стороны в арбитраже. Однако, по истечении трёх месяцев, не было найдено каких-либо доказательств приоритета производства водки в России. В царской России этот вопрос не поднимался, так как во время существования патентов, Польша входила в состав Империи. Обращения в Институт истории Академии наук СССР, Всесоюзный научно-исследовательский институт продуктов брожения Главспирта Минпищепрома СССР ничего не дали, институты отказывались исследовать вопрос в связи с отсутствием узких специалистов по данному вопросу.

Якобы было принято нестандартное решение, — решили обратиться к Вильяму Похлёбкину, который был известен как первоклассный специалист в области истории кулинарии, однако славился также как очень желчный, прямой и неуживчивый человек. Министр внешней торговли (Патоличев Николай Семёнович) не мог встретиться с Похлёбкиным несколько раз (он игнорировал приглашения). В третий раз Похлёбкина привезли в министерство с курьером, и между ним и министром, по словам Артура Таболова состоялся разговор, в котором министр требовал доказательств, что водку изобрели и впервые начали делать русские, Похлёбкин решил отказаться, так как не хотел подгонять результат исследования под требуемое решение, но согласился, только после заверений, что его исследование будет независимым, и давления со стороны министерства не будет, и будет признан такой результат, который будет соответствовать истине, вне зависимости от приоритета изобретения.

Через три с половиной месяца Вильям Похлёбкин предоставил рукопись, из которой следовало, что в Польше водка начала производиться даже ранее первоначально заявленной даты — около 1505—1510 годов, однако, на Руси водку производили начиная с 1431—1448 годов. Данный труд лёг в основу линии защиты в судебном процессе, и, в 1982-ом году, по решению Международного арбитражного суда, был окончательно признан приоритет производства водки в России. За водкой из СССР закрепился слоган: «Только водка из России есть настоящая русская водка»[Прим. 7] (Борис Родионов доказывает, что в реальности дело разбиралось в 1976 году не в Международном, а в западногерманском арбитраже, и, напротив, в результате достигнутого мирового соглашения импортерами водки было решено отказаться от использования этого лозунга, заменив его на «Настоящая русская водка только водка из России», а также использовать лозунг: «Настоящая польская водка только водка из Польши»).

Как утверждал Похлёбкин, работа, произведённая для министерства, легла в основу книги «История водки», которая вышла в середине 80-х годов в Англии, и лишь после 1991-го года уже в России, книга стала классическим произведением истории водки. Однако, существует критика книги, в частности, утверждается, что в её основу якобы не положен ни один исторический документ, что говорить о Московии во время, указанное Похлёбкиным, нельзя, так как в то время государство было под татаро-монгольским игом, что СССР не был правопреемником Российской империи и многие другие претензии.[1]

[править] Критика версии Похлёбкина Родионовым

Борис Родионов, историк алкогольных напитков, критикует сведения сообщаемые Похлёбкиным. Он со ссылкой на статью «Русская водка в международных судах»[2], автор которой Сеглин Борис Сергеевич с 1971 по 1987 гг. возглавлял юридический отдел ВО «Союзплодоимпорт», говорит, что события развивались так:

Вопрос происхождения чрезвычайно важен в конкурентной борьбе. Одно время дистрибьютор российских водок в Германии, фирма «Симекс», широко применяла в своей рекламе лозунг «Настоящая водка – это водка из России». Изготовители и распространители других водок, в частности водок из Польши, заявили протест. Дело было передано в так называемый миролюбивый арбитраж. Спор был вокруг вопроса о том, где раньше начали производить водку, в России или в Польше? Весьма важен при этом был тот факт, что согласно немецкому законодательству водка не является названием одного продукта, а объединяет весь ряд крепких напитков, произведенных по определенной технологии. Спор был завершен заключением мирового соглашения.

Ввиду возникшей конкуренции между российскими и польскими водками была проведена серия консультаций между советскими и польскими специалистами и обмен информацией и материалами исследований по истории происхождения, производства и распространения водок. Польская сторона представила серьезные исследования своих ученых.

Доктор Мария Дембинская посвятила свое исследование истории искусства дистилляции, берущей начало в Древней Греции, практике арабских алхимиков, использованию спирта в медицине и затем распространению в обществе в качестве питья «паленого вина». Доктор Збигнев Кухович в обширном исследовании проанализировал доступные польские и латинские литературные произведения и исторические труды для того, чтобы доказать, что производить и экспортировать водку в Польше начали раньше, чем в России. По его мнению, слово «водка» имеет польское, а не русское происхождение. Кухович отметил, что в русских источниках это слово впервые упоминается в 1533 г. в значении медицинской настойки. Между тем в польских документах слово «водка» появилось примерно на 150 лет раньше.Исследователь выразил несогласие с выводами русских ученых, содержащимися в частности, в этимологическом словаре русского языка о том, что слова «водка» русского происхождения.

После этого нам не оставалось ничего иного, как ввести в оборот новый рекламный лозунг – «Настоящая русская водка – это водка из России».

Борис Родионов со ссылкой на мемуары Сеглина «Отметины жизни» добавляет следующую цитату из них (Глава 19):[3]

Лишь значительно позднее известный советский историк Вильям Васильевич Похлебкин обратился к этой теме и создал интересный труд История водки. Как он сам упоминает в своей книге, мысль о ее создании у него возникла лишь после того, как весной 1979 года он узнал о претензиях поляков на приоритет в изобретении водки. Видимо, В. Похлебкин не обладал полной информацией о наших взаимоотношениях с польскими экспортерами водки, и поэтому он ошибочно ссылался на некое решение Международного арбитража от 1982 года, которого не было и в помине.

Выводы Родионова следующие:

  1. Рекламный лозунг «Настоящая водка — это водка из России», используемый российскими представителями, автоматически объявлял все водки из других стран и, в частности, из Польши ненастоящими водками. И Польша в данном конфликте интересов явно была стороной не нападающей, а защищающейся.
  2. Юридически сторонами конфликта были немецкие фирмы (фирма Simex — импортер русских водок и пять фирм — импортеров польских водок), а, значит, не о каком международном суде не могло идти и речи, все должно было решаться и решалось в пределах Германии.
  3. Вся история началась и закончилась в 1976 году без какого-либо участия В. В. Похлебкина, и это естественно, так как исследование он начал не ранее 1978 г., а закончил по его же свидетельствованию в 1979 году. И никакого международного суда ни в 1982, ни в каком-либо другом году попросту не было.
  4. Также не было никакого решения международного арбитража, которым «за СССР были бесспорно закреплены приоритет создания водки как русского оригинального алкогольного напитка».
  5. Что же касается того, что тем же судебным арбитражем «признан основной советский экспортно-рекламный лозунг — „Only vodka from Russia is genuine Russian vodka!“ („Только водка из России — настоящая русская водка!“)», то приведенные материалы ясно показывают, что эта формулировка, родившаяся в результате компромиссного мирового соглашения, означала, по сути, наш проигрыш. Никто и никогда в других странах не претендовал называть свою водку русской. Кто-нибудь может представить себе польский лозунг «Только водка из Польши — настоящая русская водка»? Кстати, и сам лозунг в его изложении предстает в искаженном виде. Настоящий лозунг в его первоначальном виде «Настоящая водка — только водка из России» был неизмеримо мощнее и действительно претендовал на мировое лидерство в производстве водки.
  6. В отличие от Похлебкинской версии, здесь названы фирмы, фамилии, годы, и если кто-то захочет провести независимое расследование этого вопроса, то при определенной доли настойчивости и терпения он, несомненно, сможет это сделать.

[править] Современные судебные споры за отдельные бренды водки

В 2015 году Россия в районном суде Роттердама выиграла у SPI Group тяжбу за водочные бренды Stolichnaya и Moskovskaya[4]. Суд длился более 10 лет (с 2003 года). Тяжба возникла оттого, что в 1997 году ВВО «Союзплодоимпорт» продал права на ряд брендов (всего 43 советских водочных марки) бизнесмену Юрию Шефлеру. В 2001 году такая продажа была признана Россией незаконной, и начались процессы возвращения брендов.

[править] См. также

[править] Примечания

  1. После успеха данного завода, было заложено еще два.
  2. В частности был использован образ Джеймса Бонда, который пил водку с томатным соком. Джеймс Бонд и тогда, и сейчас ассоциируется с рокошной жизнью.
  3. Коньяк впервые стали делать во Франции в 1334 году.
  4. Английское виски впервые стали производить в 1485-м, а шотландское — в 1490—1494 годах.
  5. Стали производить в период с 1520-го по 1522-й годы на территории современной Германии, в одном из княжеств
  6. А именно: Великого Герцогства Литовского и Речи Посполитой, в том числе Великой и Малой Польши, Мазовии, Куявии, Померании, Галиции, Волыни, Подолии и Украины с Запорожской Сечью.
  7. Only vodka from Russia is genuine Russian vodka!

[править] Источники

  1. Вадим Доружинский. ТЕОРИЯ ЗАГОВОРА. Самые известные мифы и мистификации, — М.: ЭКСМО, — 2009.
  2. Сеглин Б.С. Русская водка в международных судах. Газета «Бизнес адвокат», № 1, 2005.
  3. Сеглин Б.С. Отметины жизни. 2006. С. 149.
  4. Россия выиграла спор за права на бренды водки Stolichnaya и Moskovskaya

[править] Литература

  • В. В. Похлебкин. История водки — Центрополиграф, 2006.

[править] Ссылки


Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты