Закон победы епископов

Закон победы епископов — закон в социологии марксизма, введённый Андреем Мальцевым на основании повторяемости процесса отстранения от власти пророков и прихода к власти епископов

Формулировка закона:

• Если коммунистическое движение приходит к власти в условиях, когда материально-техническая база коммунизма отсутствует, в этом движении с необходимостью возникает конфликт пророков и епископов, в котором епископы одерживают сокрушительную победу.

Первоначальное христианство

В работе «К истории первоначального христианства» Энгельс проводит параллели с первоначальным христианством коммунистического движения XIX века. «Хотел бы я видеть бывшего деятеля Интернационала, у которого при чтении… Второго послания Павла к коринфянам не открылись бы старые раны, по крайней мере в одном отношении… Как много самых ревностных пропагандистов шестидесятых годов с понимающим видом пожало бы руку автору этого послания, кто бы он ни был, приговаривая: „так и с тобой это бывало тоже!“». В общем коммунистический характер первоначального христианства является общепринятым, упоминается довольно часто и сомнений не вызывает.

После Энгельса характер процессов в первоначальном христианстве исследовал Каутский, который также отмечает коммунистический характер первоначальной христианской общины: «В начале ее пронизывал действенный, хотя и неопределенный коммунизм, отрицание частной собственности, стремление к новому, лучшему общественному порядку, в котором все классовые различия выравнивались бы путем раздела имущества». Таким образом, если классический марксизм можно определить как теорию коммунизма эпохи капитализма, то первоначальное христианство — это теория коммунизма эпохи феодализма (о формационной принадлежности общества, в котором христианство возникло, смотрите в статьях Феодальная революция, Пятичленка и Матрица Новикова).

Каутский описывает, как угасла надежда на революцию, которой жили первоначальные христиане. Далее К. Каутский описывает как христианская община старалась привлекать на свою сторону богатых — поскольку вступавший в общину должен был продать свое имущество и вырученные деньги разделить.

«Не перед христианским коммунизмом склонились в конце концов римские императоры, а перед христианской общиной. Победа христианства означала не диктатуру пролетариата, а диктатуру господ, которых оно само создало себе внутри своей общины. Передовые борцы и мученики первых христианских общин, отдавшие свое имущество, свой труд, свою жизнь для спасения бедных и нуждающихся, все они положили основание только для новой формы порабощения и эксплуатации».

«Внутри христианской общины образовались теперь два класса: обыкновенные члены, практический коммунизм которых ограничивался только общими трапезами и участием в организованных общиною учреждениях взаимопомощи; такими являлись приискание работы, поддержка вдов и сирот, а также заключенных, обеспечение больных, похоронная касса. Наряду с обыкновенными членами были еще „святые“, или „совершенные“, члены общины, которые осуществляли коммунизм самым радикальным образом: они отказывались от всякого имущества и брака и отдавали все, что имели, общине».

Далее описывается борьба между пророками и епископами, в которой епископы, опирающиеся на то, что держали в своих руках общественную кассу, постепенно побеждают.

Вспомните, кстати, что Иуда тоже носил денежный ящик, то есть по факту был первым епископом. И Папа Римский, и Патриарх — это вершина структуры епископата.

Советская республика

Большевистская революция 1917 года — второй случай в Истории, когда коммунистическое движение пришло к власти в каком-либо государстве. Что важно — в России не имелось не только материально-технической базы коммунизма, но даже материально-технической базы социализма. Большевикам ещё только предстояло провести индустриализацию.

Опасения Ленина

Октябрьская революция мыслилась Лениным как запал мировой. Ленин не собирался вводить в результате Октябрьской революции социализм, по крайней мере декларировал это — «не введение социализма как наша непосредственная задача». Он учитывал граничное условие возможности успешной социалистической революции в России, выдвинутое Марксом. И первое время события подтверждали ленинские надежды. На землях Эльзас-Лотарингии была провозглашена советская республика, просуществовавшая 12 дней. Бременская советская республика существовала с 10 января по 4 февраля 1919 года. Баварская советская республика существовала с 7 апреля по 8 мая 1919 года. Венгерская советская республика была провозглашена 21 марта 1919 года в Будапеште. Просуществовала 133 дня. Все эти республики были задавлены карательными операциями германского правительства.

Надежды на мировую революцию оставались, но постепенно таяли. Вот одно из последних замечаний Ленина по этому поводу: «На этом доверии, однако, продержаться нам вплоть до победы социалистической революции в более развитых странах нелегко, потому что мелкое и мельчайшее крестьянство, особенно при нэпе, держится по экономической необходимости на крайне низком уровне производительности труда».

Мировой революции нет, но не отдавать же из-за этого взятую власть? Чтобы избежать буржуазного перерождения, надо просто продержаться до наступления одного из двух моментов:

1. Произойдёт мировая революция. (Граничное условие возможности социализма).
2. В России будет построен экономический базис социализма. (Внутреннее условие возможности социализма).

А пока этого момента не наступило, социалистическая власть оказывалась под угрозой перерождения — базиса социализма нет, следовательно, массовое сознание в стране является буржуазным. Движение страны к социализму контролировалось небольшой группой высокосознательных руководителей, которые могли бы довести работу до конца, если между ними не случится раскола, и курс к социализму останется без изменения. Предчувствуя свой близкий уход, Ленин пишет завещание («Письмо к съезду»), где предупреждает партию о возможном расколе: «нашему Центральному Комитету грозили бы большие опасности /…/ конфликты небольших частей ЦК могли получить слишком непомерное значение для всех судеб партии /…/ Сталин и Троцкий. Отношения между ними, по-моему, составляют большую половину опасности того раскола». Однако Ленин ошибочно представлял себе суть этого конфликта, что было следствием ошибочности принятого в те годы марксистского классового анализа. Ленин исходил из существовавших на момент революции классов, а потому основную опасность для советской власти, видел в том, что партия опирается на два класса — рабочих и крестьян. А поскольку, согласно марксизма, крестьянство имеет мелкобуржуазный характер, то появляется возможность возникновения мелкобуржуазной платформы в партии (наряду с пролетарской), то есть появления раскола. Ну а поскольку наибольшую вероятность Ленин видел в персонификации раскола Сталиным-Троцким, то можно предположить, как именно, по мнению Ленина, такой раскол мог протекать.

Поскольку Троцкого-то уж никак с мелкой буржуазией связать было невозможно, он твёрдо придерживался пролетарской идеологии, в идеологических дискуссиях постоянно занимал крайнее левое положение, а саму идею, что в предстоящей революции не удастся удержаться на программе-минимум и придётся сразу переходить к программе-максимум, высказал задолго до Ленина, то в мелкобуржуазности Ленин скорее мог подозревать Сталина. Тем более, что в марте 1917 года (до приезда в Россию Ленина) Сталин вместе с Каменевым, возглавлявшие в тот момент Петроградский комитет РСДРП(б), держали курс не на социалистическую революцию, а на критическую поддержку Временного правительства. Ну а поскольку большинство населения страны — крестьяне, и поскольку крестьянство по теории постоянно производит буржуазность, то появление в партии буржуазного уклона, да ещё под руководством Сталина, могло полностью перечеркнуть пролетарскую перспективу развития страны. Именно поэтому Ленин рекомендовал съезду убрать Сталина с поста генерального секретаря, однако Каменеву и Зиновьеву с попустительства многих других членов Политбюро удалось блокировать эту ленинскую рекомендацию.

Борьба пророков между собой

Если при жизни Ленина именно он в большинстве случаев определял политику страны, следовательно и характер индустриализации, то после его смерти возникли различные группы большевиков, что по-разному смотрели на этот процесс:

1. Пророки-центристы (инерционная фракция). Эту группу возглавляли Лев Борисович Каменев и Григорий Евсеевич Зиновьев. На XII съезде РКП(б), первом съезде, проходившем без Ленина, председательствовал Каменев (он был председателем на большинстве заседаний этого съезда), и он же открывал съезд своим докладом. С Политическим отчётом ЦК выступил председатель Исполкома Коминтерна Зиновьев. Фактически Зиновьев претендовал на роль преемника Ленина. Стоит отметить, что и в Разливе в 1917 году Ленин скрывался не с кем-нибудь, а вместе с Зиновьевым. Зиновьев и Каменев претендовали, что именно они возглавят партию после ухода Ленина. Текущую политику они видели как продолжение ленинского НЭПа, то есть они намерены были проводить инерционную политику, не отличающуюся от политики, проводившейся в последние годы жизни Ленина.
2. Пророки слева — это прежде всего Троцкий. Как один из самых талантливых марксистов-социологов Троцкий основное внимание уделял возможности буржуазного перерождения. А чтобы этого избежать, предлагал планы форсированной индустриализации. Но это не только Троцкий, а, например, Преображенский,,.
3. Наконец правые коммунисты — это Бухарин, Рыков и Дзержинский. Пожалуй эта группа теоретиков в наибольшей степени среди большевиков заслужила название марксистов. Они исходили из исторического материализма, а потому полагали, что наиболее оптимальным развитие страны будет на основе естественного развития экономики. Именно поэтому Бухарин и выдвинул свой лозунг:

«Всему крестьянству, всем его слоям мы должны сказать: Обогащайтесь, накапливайте, развивайте свое хозяйство. Только идиоты могут считать, что у нас всегда должна быть нищета!».

Всю вторую половину 20-х годов шли идеологические дискуссии. РКП(б), оставшаяся без Ленина, пыталась определить ход дальнейшего развития страны. Однако реальным содержанием этих дискуссий были вовсе не споры о путях развития страны.

Епископ

У первоначальных христиан епископы отвечали за финансы и организационные вопросы. Именно это стало тем рычагом, опираясь на который епископы захватили власть в христианской общине. И епископы (первоначально чисто техническая должность) превратились в руководителей церкви.

У большевиков таким рычагом стал секретариат партии. Именно секретариат отвечал за то, куда именно направят на работу конкретного коммуниста, следовательно, обладал реальной возможностью расстановки кадров. Первоначально роль секретариата партии играл Свердлов. После его смерти пришлось создавать специальный отдел ЦК. Сталин всегда считался отличным организатором, но особенно проявил себя во время кризиса партии перед и во время Х съезда РКП(б). В стране прошли Тамбовский и Кронштадтский мятежи, наметился выход из партии рабочих. Фактически возникла революционная ситуация, правда, возглавить её было не кому — все оппозиционные партии были разгромлены. В партии возникли две платформы (децисты и рабочая оппозиция), что обращали внимание на отрыв руководства партии от партийных низов. Это был полноценный кризис партии. Поэтому Ленин уделял особое внимание подготовке к Х съезду.

Ленин серьезно готовился к этому съезду, добившись даже переноса срока созыва с 6 февраля на 6 марта. Важную роль в подготовке съезда играл Сталин, к которому поступала вся предварительная информация:

«в наших партийных органах, взамен сводки о военных фронтах стали давать место фронту партийному, под наблюдением военного стратега и архидемократа т. Сталина эта сводка редактировалась. И каждый раз мы могли получить донесения, что на таком-то фронте одержаны такие-то победы, что за точку зрения Ленина голосовало столько-то, за точку зрения Троцкого — 6 голосов, из них — один комиссар, один заместитель и так далее».

Заслуги Сталина по подготовке съезда были замечены и через год, на XI съезде, его изберут генеральным секретарем ЦК РКП(б). Отметим, что в те годы это была техническая должность, генеральный секретарь ни в коем случае не был главой партии.

Борьба пророков и епископа

После смерти Ленина группа Каменев-Зиновьев-Сталин претендовала на то, что именно к ним перейдёт руководство партией. Наиболее сильный их конкурент был Троцкий. А потому первый раунд борьбы был направлен против него.

Ленин перед смертью написал Письмо к съезду, которое было передано в ЦК непосредственно перед XIII съездом РКП(б). В этом письме Ленин предлагал сместить Сталина с поста Генсека и заменить его кем-нибудь другим. Довольно вероятно, что если бы это письмо на самом деле было прочитано на пленарном заседании съезда, и потом было проведено обсуждение этого письма, то Сталин вылетел бы с поста Генсека со свистом. Но дело в том, что Каменев и Зиновьев не чувствовали в себе силы справиться с Троцким без аппарата Сталина. Генсек, да ещё такой как Сталин, был им настоятельно необходим, чтобы задействовать аппарат партии в борьбе с Троцким. А потому они приложили все силы, чтобы максимально погасить эффект ленинского письма. Письмо не было прочитано на пленарном заседании, а зачитывалось отдельно каждой делегации, и обсуждения письма не проводилось. В результате Сталин сохранил свою должность. (Заметим в скобках, что впоследствии и Каменева, и Зиновьева настигло заслуженное наказание за эту операцию — Первый московский процесс и заслуженный расстрел.)

Идеологической основой борьбы с Троцким было то, что Лев Давыдович серьёзно опасался буржуазного перерождения партии, а потому настаивал на форсированной индустриализации. Но для форсированной индустриализации в стране не было денег, а кредиты Советскому Союзу никто не давал. Даже более того — от СССР не принимали даже золото. То есть для закупки иностранного оборудования для тяжелой промышленности, например, в Швеции, нельзя было просто расплатится золотом. Надо было золото передать Германии, получить от них эквивалентное количество золота, и уже германским золотом расплатится в Швеции. Была единственная возможность форсированной индустриализации — за счёт ограбления крестьянства как класса (как это обычно при индустриализации и происходило в других странах). Подобного рода предложения и поступали от экономистов этой фракции, например, Преображенского.

Это вступало в противоречие с объявленным Лениным НЭПом. Группа Каменев-Зиновьев-Сталин как раз и стала упирать на то, что политика Троцкого противоречит политике Ленина. Вспомнили идеологическое расхождение между Лениным и Троцким ещё до Революции. Это позволило выдавить Троцкого из руководства партии и отправить в изгнание.

На поражение Троцкого повлияло и новое прочтение последних статей Ленина, в которых указывалось на возможность строить коммунизм и без пролетариата передовых стран, с опорой на союз рабочего класса и середняка-крестьянина, с опорой на развитие кооперации. Стало очевидно, что мировой революции нет, приходилось исходить из имеющейся реальности. Первоначально на такое прочтение ленинских статей начал указывать Рыков, поддержанный Бухариным, чуть позднее это было зафиксировано XIV конференцией: «В истории нашей партии XIV конференция занимает важное место. Она отстояла и конкретизировала ленинское учение о победе социализма в одной стране, нанесла сокрушительный удар по взглядам капитулянтов и маловеров». Взглядам Троцкого, настаивавшим на мировой революции и негативно относящегося к НЭПу, это уже решительно противоречило.

Статья Ленина «О кооперации» была написана 4-6 января 1923 года, но Политбюро на нее сначала не обратило внимания, и опубликована она была только 27 мая. Не придавали значения этой статье ни в 23, ни в начале 24 года и ухватились за нее только в конце 24 года — когда полностью исчезли надежды на пролетарскую революцию в Европе. Ленин сказал буквально следующее:

«В самом деле, власть государства на все крупные средства производства, власть государства в руках пролетариата, союз этого пролетариата со многими миллионами мелких и мельчайших крестьян, обеспечение руководства за этим пролетариатом по отношению к крестьянству и т. д. — разве это не все, что нужно для того, чтобы из кооперации, из одной только кооперации, которую мы прежде третировали, как торгашескую, и которую с известной стороны имеем право третировать теперь при нэпе так же, разве это не все необходимое для построения полного социалистического общества? Это еще не построение социалистического общества, но это все необходимое и достаточное для этого построения».

Если ранее теория марксизма говорила о невозможности построения социализма в России без революции в Европе, если о том же говорится и в действующей Второй программе РКП(б), и если мировой революции нет, все попытки такой революции в Европе подавлены, то это должно означать и неминуемый крах власти большевиков в России. Для партии, которая обладает безраздельной властью, крайне неприятный прогноз. И тут Ленин предлагает выход — все-таки построить социализм, несмотря на ранее сделанные прогнозы и предсказания. Как уже говорилось, эту идею подхватили правые коммунисты — Бухарин, Рыков, Дзержинский. И не приняли довольно многие члены партии, в том числе и Каменев с Зиновьевым. Это создало для Сталина удобную возможность использовать борьбу пророков, и как ранее он использовал Каменева и Зиновьева против Троцкого, так на новом этапе использовать Дзержинского, Рыкова и Бухарина против Каменева и Зиновьева.

Кратковременное лидерство среди большевиков правых коммунистов означало, что большевизм кратковременно возвращается в рамки исторического материализма.

«…мы можем строить социализм даже на этой нищенской технической базе, что этот рост социализма будет во много раз медленнее, что мы будем плестись черепашьим шагом, но что все-таки мы социализм строим и что мы его построим. По этому поводу у нас и разгорелся спор на одном из заседаний Политбюро, примерно ко времени XIV партийной конференции /…/ тов. Каменев, а за ним и тов. Зиновьев защищали на этом заседании ту позицию, что мы не сможем строить до конца социализм из-за нашей технической отсталости. Мы об этом спорили с ними, мы из-за этого вопроса ломали копья. Мы соглашались с ними, что гарантией от интервенции, от новой войны, от реставрации, принесенной на штыках капиталистических армий, может быть только международная социалистическая революция; но мы оспаривали со всей страстностью выдвинутое ими положение, что мы должны погибнуть из-за нашей технической отсталости».

Весь 1925 год доктрина правого коммунизма была преобладающей среди большевиков — не в последнюю очередь потому, что ее придерживался тогда Сталин. Тройка, в которой он участвовал, когда надо было свалить Троцкого, перестала его устраивать, поскольку теперь надо было топить самих Каменева и Зиновьева. А потому Сталин присоединился к доктрине правого коммунизма, впрочем, не внеся в нее своего вклада, а лишь повторяя ее положения. Учащаются личные стычки Каменева и Зиновьева со Сталиным. Зиновьев стал обвинять правых коммунистов в ревизии ленинизма. Каменев также стал критиковать Сталина: «я пришел к убеждению, что тов. Сталин не может выполнить роли объединителя большевистского штаба (голоса с мест: „Неверно!“, „Чепуха!“, „Раскрыли карты!“ Делегаты встают и приветствуют тов. Сталина. Бурные аплодисменты. /…/ Голоса с мест. Да здравствует тов. Сталин !!! (Бурные продолжительные аплодисменты, крики „Ура“! Шум.)».

После того как Сталин стал генеральным секретарем, и аппарат партии начал работать на него, начал крушить его противников, какая-либо борьба со Сталиным изнутри партии большевиков становилась бессмысленной, заранее обреченной на поражение. Объединенный пленум ЦК и ЦКК 14 ноября 1927, учитывая требование местных партийных организаций и рабочих собраний, исключил из партии Троцкого и Зиновьева. XV съезд ВКП (б) (2-19 декабря 1927) подвел итог предсъездовской дискуссии, принял решение «Об оппозиции». Съезд признал, что оппозиционный блок полностью разорвал с ленинизмом и перешел от тактических разногласий к программным, нарушил не только устав партии, но и советские законы. Каменев и Зиновьев из партии были исключены.

Наступил третий раунд борьбы пророков и епископа. Теперь всевластие Сталина ограничивала только последняя группа пророков — правые коммунисты. Но их позиции сильно ослабели в результате смерти Дзержинского. 20 июля 1926 года на пленуме ЦК, посвящённом состоянию экономики СССР, Дзержинский произнёс двухчасовой доклад, во время которого выглядел больным. В нём он подверг резкой критике Георгия Пятакова, которого он назвал «самым крупным дезорганизатором промышленности» за фальсификацию статистики, и Льва Каменева, которого обвинил в том, что тот не работает, а занимается политиканством. Дзержинскому стало плохо, его отправили домой, где он умер от инфаркта. Очевидно, что Сталину стало гораздо легче свалить одного Бухарина, чем если бы тот был в связке с Дзержинским.

Посмотрите, как именно он дискредитировал Бухарина, это довольно забавно: «„Из молодых членов ЦК, — говорит Ленин, — хочу сказать несколько слов о Бухарине и Пятакове. Это, по-моему, самые выдающиеся силы (из самых молодых сил), и относительно их надо бы иметь в виду следующее: Бухарин не только ценнейший и крупнейший теоретик партии, он также законно считается любимцем всей партии, но его теоретические воззрения с очень большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским, ибо в нем есть нечто схоластическое (он никогда не учился и, думаю, никогда не понимал вполне диалектики)“ (Курсив Сталина, дается ссылка, откуда это: Стенограмма июльского пленума 1926 г., вып. IV, стр.66. — А.М. — далее Сталин продолжает уже своими словами.) Итак, теоретик без диалектики. Теоретик-схоластик. Теоретик, чьи „теоретические воззрения с очень большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским“. Такова характеристика теоретической физиономии Бухарина, данная Лениным». Это знаменитое Письмо к съезду Ленина. Теперь в 1929 году, когда понадобилось ударить по Бухарину, Сталин берет это письмо, замалчивает собственную негативную характеристику, вырывает характеристику Бухарина, сравнительно с характеристикой Сталина вполне благоприятную, выделяет ярлыки — схоластик, не вполне марксист, теоретик без диалектики — и бьет этими ярлыками в противника. Отметим — Бухарин был среди тех членов Политбюро, кто принимал решение не зачитывать это письмо на пленарном заседании съезда и не следовать ленинской рекомендации сместить Сталина с поста генерального секретаря.

Таким образом, все теоретики, все пророки, кто главным считали не борьбу за власть, а теоретическое осмысление реальности, проиграли в борьбе с епископом, с генеральным секретарем и были физически уничтожены. И именно с этих пор главой партии стал не председатель, а секретарь — по первоначальному смыслу вполне техническая должность, как, впрочем, и должность епископов у христиан первоначально была также чисто технической.

Таким образом не идейные конфликты, не поиск путей дальнейшего развития страны были действительным содержанием идейных дискуссий 20-х годов. Реальным содержанием этих дискуссий был захват власти в РКП(б) генеральным секретарём. В процессе борьбы этих различных платформ, различных взглядов на пути развития страны Сталин успел побывать сторонником всех без исключения платформ, разве что за исключением платформы троцкизма, платформы форсированной индустриализации. Однако захватив власть именно форсированную индустриализацию он и провёл. За проведенной ускоренной коллективизацией последовал голод с числом жертв в миллионы людей, что критики Сталина и сталинизма ставят в вину непосредственно Сталину.

«Лучше нажимать на кулака и выжать у него хлебные излишки... чем тратить валюту, отложенную для того, чтобы ввезти оборудование для нашей промышленности».

«…беря эти излишки у кулаков, мы не только облегчаем снабжение хлебом городов и Красной армии, но и подрываем средство хозяйственного и политического усиления кулачества /…/ Нужно организовать хлебозаготовки».

«Чтобы мелкокрестьянская деревня пошла за социалистическим городом необходимо еще, кроме всего прочего, насаждать в деревне крупные социалистические хозяйства в виде колхозов и совхозов... /…/ Социалистический город может везти за собой мелкокрестьянскую деревню не иначе, как насаждая в деревне колхозы и совхозы».

И это ещё ничего. В Китае в аналогичной ситуации (необходимость расплатиться за металлообрабатывающие станки, заказанные в ГДР) устроили самый большой голод в Истории — платить-то, кроме риса, было нечем. «В ходе „большого скачка“ от непосильного труда и голода, продолжавшегося четыре года, умерло почти 38 миллионов человек. Эту цифру подтвердил второй человек в государстве после Мао — сам Лю Шаоци. Незадолго до окончания голода он сказал советскому послу Степану Червоненко, что умерло уже 30 миллионов китайцев».

Последствия захвата власти Сталиным

В результате захвата власти в РКП(б) Сталиным характер партии заметно изменился. Особенно это видно при сравнении делегатов XVII и XVIII съездов. Ниже приводятся две таблички, составленные на основе списков делегатов, помещенных в конце стенографических отчетов этих съездов.

Таблица 1. Время вступления в партию для XVII съезда

Таблица 2. Время вступления в партию для XVIII съезда

Итак, к XVIII съезду характер ВКП(б) сильно изменился. Если в ЦК революционеры (члены с дореволюционным стажем) ещё сохраняли где-то треть состава, а воевавшие в гражданскую — две трети, то среди самой партии (среди делегатов съезда) члены партии с дореволюционным стажем сократились до уровня 5 %, а вступивших до окончания Гражданской войны стало менее одной пятой. (Стоит ожидать, что среди рядовых членов партии, не делегатов, эти проценты ещё ниже.) То есть основные кадры партии вступали уже в правящую партию, как они вступали бы в партию, скажем, кадетов (в буржуазной республике, если бы у власти были кадеты) или октябристов (в реставрированной монархии) — карьеру лучше всего делать именно в правящей партии. Нет, все те партийные кадры, что вступили уже после Гражданской войны, они скорее всего в Гражданскую воевали. И даже на стороне Красных. Но вот в партию вступать не спешили — мало ли что? Ещё в плен попадешь — шлёпнут. А вот после Гражданской, когда сомнений в том, что ВКП(б) власть взяла и удержала, не осталось — вот тогда в правящую партию можно и вступить.

Таким образом, характер партии сильно меняется после рубежа XVIII съезда. Впрочем, он также изменился и у христиан, когда христианство стало государственной религией.

Карл Каутский писал:

Так, например, автор Послания апостола Павла к колоссянам, «обращается к рабам со следующими словами: „Рабы, во всем повинуйтесь господам вашим по плоти, не в глазах только служа им, как человекоугодники, но в простоте сердца, боясь Бога“ (Кол. 3:22). Еще сильнее выражается автор Первого соборного послания апостола Петра, составленного, вероятно, в эпоху Траяна: „Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым. Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо. Ибо что за похвала, если вы терпите, когда вас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу“ (1 Пет. 2:18—20). /…/ Крайне ошибочно было думать, что христианство уничтожило рабство. Напротив, оно дало ему новую опору. Античный мир держал рабов в повиновении только при помощи страха. Христианство впервые возвысило безвольную покорность рабов на степень нравственной обязанности, которая должна выполняться с радостью».

Требование немедленного практического коммунизма сменилось у христиан пропагандой абстрактного гуманизма. Подобный процесс можно видеть и у современных коммунистов.