Евреи-кантонисты

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Евреи-кантонисты — принудительное взятие на военную службу в Царской России детей евреев; дискреционная политика (детей других национальностей не призывали). Их военная служба сопровождалась насильственным обращением в христианство в том числе с применением издевательств.[1].

[править] Общие сведения

По указу императора Николая I о введении для евреев натуральной воинской повинности от 26 августа 1827 года, евреи принимались к призыву с 12 лет.

Еврейские дети-рекруты до 18 лет направлялись в батальоны кантонистов, откуда бо́льшая их часть направлялась в школы кантонистов (от общего числа всех кантонистов туда брали только 10−13 %; например, в 1842 году — 37,5 тысяч из 293 тысяч, а в 1856 году — 37,2 тысяч из 372 тысяч человек), а немногих определяли в сёла на постой, либо в ученики к ремесленникам.

При этом годы пребывания в кантонистах евреям не засчитывались в срок военной службы (25 лет).

Квота призыва для еврейских общин составляла 10 рекрутов с 1 тысячи мужчин ежегодно, в то время как для христиан — лишь 7 с одной тысячи через год. Также, от еврейских общин требовали расплачиваться «штрафным» числом рекрутов за податные недоимки, за членовредительство и побег призывника (по 2 человека за каждого), причём было разрешено пополнять требуемое число призывников малолетними.

Всё это усиливало административные и полицейские функции старшин кагала, которые избирали в вопросах рекрутчины самый лёгкий путь, выполняя его за счёт детей, число которых нередко превышало половину общего количества сдаваемых в солдаты.

От призыва освобождались семьи раввинов, купцов, приписываемых к гильдиям, и старшин кагала на время их каденции. Имущие и влиятельные элементы еврейской общины перекладывали бремя рекрутчины в основном на бедняков. При этом допускались всевозможные злоупотребления: в рекруты сдавали прежде всего сирот, детей вдов (нередко в обход закона — единственных сыновей), бедняков, неугодных руководству еврейской общины лиц (еретиков и непокорных); мальчиков 7−8 лет, которых по ложной присяге 12 свидетелей записывали 12-летними; часто таких детей зачисляли в рекруты за счёт сыновей богатых семей.

В рекруты попадали и не‘эламим («тайные»), то есть специально не внесённые в «ревизские сказки» для уменьшения общего числа мужчин в еврейской общине.

Вскоре власти разрешили семьям заменять своего рекрута единоверцем-«охотником» (добровольцем) из того же уезда.

Военной службе евреев царские власти придавали особое значение как «воспитательной» мере, направленной на искоренение в их среде «фанатизма», то есть на обращение их в христианство. Поэтому еврейских детей направляли в суровые по режиму школы кантонистов, причём в самые отдалённые от Черты оседлости губернии, а отданных в сёла «для прокормления» поручали рьяным хозяевам, которым вменяли в обязанность обращать подопечных.

Существовала особая присяга:

Именем Ад-ная живаго, Всемогущаго и вечнаго Б-га Израиля, клянусь, что желаю и буду служить Русскому царю и Российскому Государству, куда и как назначено мне будет во все время службы, с полным повиновением военному Начальству, так же верно, как был бы обязан служить для защиты законов земли Израильской. <…> Но если, по слабости своей, или по чьему внушению, нарушу даваемую мной на верность военной службы присягу: то да падет проклятие вечное на мою душу и да постигнет вместе со мною все мое семейство. Аминь[2].

«Воспитание» начиналось ещё по пути в батальон кантонистов. Начальников партии ждала награда за каждого новообращённого, и часто моральное и физическое «воздействие» офицеров, «дядек»-унтеров и конвоиров сводило около половины партии в могилу.

В школе кантонистов еврейским детям запрещалось переписываться с родными, говорить на родном языке и молиться, у них отбирали и сжигали тфиллин, цицит и молитвенники. Главным предметом, наряду с военной муштрой, обучением грамоте и счёту, был «закон Божий».

Устоять против обращения в христианство могли немногие, в основном дети старшего возраста.

Существует народная легенда, что в 1840-х годах на военном параде в Казани загнанные в Волгу для крещения кантонисты в присутствии Николая I утопились. В то же время, Николай I действительно посетил Казань с кратким визитом 20-22 августа 1836 года, однако никакого крещения кантонистов в ней не значилось[3]. Тем не менее, Еврейская энциклопедия считает, что похожее событие могло иметь место в 1840-е гг., тогда немецкая газета в 1845 году сообщила о самоубийстве двух кантонистов во время массового крещения, и оно было воспето немецким поэтом Людвигом Вилем.[4]

Принявшие христианство получали 25 рублей и льготы, хотя первые 5 лет были ограничены в получении должностей. Порой такие кантонисты привлекались к миссионерской деятельности среди упорствующих.

Видимо, известный математик Н.И. Лобачевский тоже принуждал кантонистов к крещению, он значился как крёстный отец одного кантониста:

Восприемником Лейбы Мордехаева выступил великий ученый Николай Иванович Лобачевский, бывший ректором Казанского университета. Его жена – Варвара Алексеевна Лобачевская – стала крестной матерью Миреры Стеры Экивовой, принявшей после крещения имя Пелагея.

Случалось, что кантонист, достигший 18 лет, при переводе в часть регулярной армии заявлял, что желает вернуться в иудаизм. За это его подвергали разным наказаниям и вынуждали отказывался от своего заявления.

Ввиду того, что законы о кантонистах не распространялись на губернии Царства Польского, а до 1852 года и на Бессарабию, туда бежали многие евреи из губерний Малороссии (нынешняя Украина), Белоруссии и Литвы. Стремясь увеличить число кантонистов-евреев, царские власти разрешали солдатам-евреям жениться, чтобы их сыновья автоматически приписывались к военному ведомству. С той же целью с 1837 года дети евреев-ссыльнопоселенцев, а с 1847 года и евреев-каторжан, зачислялись в кантонисты.

В 1843 году царское правительство усилило меры по обращению кантонистов в христианство, и выкрест — профессор Санкт-Петербургской духовной академии В. А. Левисон составил для этой цели специальный «Катехизис». Противившихся крещению лишали еды, сна, пороли, окунали в воду до обмороков и утраты слуха, выставляли раздетыми на мороз и пр.

Власти пытались отучить кантонистов от мастурбации: в июне 1843 года военный министр А. И. Чернышев «имел счастие» (официальная формулировка) докладывать Императору о положении в новгородском батальоне кантонистов, следствием чего явилось предписание обер-прокурора Синода графа Н. А. Протасова тогдашнему Петербургскому митрополиту Антонию:

Военный министр сообщил мне, что Государь Император, по всеподданейшему докладу, о причинах, существующих между кантонистами Новгородского баталиона военных кантонистов болезней и смертности, усмотрев, что в числе их заключается вкоренившаяся страсть у кантонистов к онанизму, Высочайше повелеть соизволил: независимо от принятия полицейских и медицинских мер к искоренению сего порока, в особенности чаще беседовать Священнику с детьми и непременно не менее часу в день, но не в виде урока или класса, а собственно на препровождение времени с детьми, дабы выиграть их доверие и привязанность и тогда действовать убеждением.

С 1853 года власти разрешили заменять своего рекрута евреями из других общин, не имевшими местных свидетельств или паспортов.

В каждой еврейской общине появились ловцы (חאפער‎, «ловчики», «хаперс», «хапуны»), которые заодно с «чужими» хватали и детей «своих» неимущих для сдачи в кантонисты («пойманников»). Они также совершали налёты на еврейские сельскохозяйственные колонии, жители которых освобождались от призыва, и часто похищали учеников казённых еврейских училищ, не подлежавших, как и учащиеся раввинских училищ, в период учёбы сдаче в рекруты.

Некоторые крещёные кантонисты продолжали оставаться втайне верными иудейству, некоторые возвращались к нему после окончания военной службы. Если об этом узнавали власти, виновный ссылался в монастырь или привлекался к суду. В Выборге группа бывших крещёных кантонистов за возвращение в еврейство была в 1863 году арестована и подвергнута пыткам. Известен целый ряд судебных процессов 1870-1880-х годов по обвинению кантонистов «в отпадении от православия».

Всего с 1827 года по 1856 год было призвано свыше 50 тысяч евреев-кантонистов, которые участвовали в Крымской и Кавказской войнах. Вероятно миллионы людей являются их потомками.

26 августа 1856 года император Александра II отменил институт кантонистов. Солдаты из евреев и кантонисты до 20 лет возвращались семьям.

Отслужившие полный срок евреи-солдаты («николаевские солдаты») и их потомки получали право жить на всей территории Российской империи.

[править] См. также

[править] Источники

Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты