Иудео-назареи и ислам
Иудео-назареи и ислам — теория, которую выдвинул теолог Эдуард-Мари Галлез (Édouard-Marie Gallez), доктор богословия и истории религий Страсбургского университета. Галлез особенно известен своими исследованиями происхождения ислама, который он связывает с иудео-назаретским контекстом, находящимся под влиянием общин ессеев Кумрана. Его главный тезис, разработанный в работе «Мессия и Его Пророк», утверждает, что ранний ислам возник из мессианской иудео-христианской среды, а не из независимого откровения: он связывает происхождение ислама с иудео-назаретизмом и с ожиданием возвращения победоносного и мстительного Мессии, от которого он должен был произойти[1][2].
Мессианская мысль, возникшая еще во 2 веке до н. э., появилась как система взглядов в конце I века. В конце 6 века борьба арабов против христианизации привела к возникновению недолговечной иудео-арабской общины, которая стала колыбелью ислама. Иудео-христианская элита второго поколения превратила библейский мессианизм в политическую идеологию спасения. Они ожидали второго пришествия Мессии как возвращения того, кто будет править землёй, подчиняя её власти Бога и особенно Его верующих. Некоторые исследователи полагают, что Мухаммед хотя бы частично был евреем, иначе к «пророку» не присоединились бы евреи-раввины. Исследования показывают, что Мекка ни в одном древнем источнике до арабских завоеваний не упоминается, этот город был создан халифами с нуля. Полного текста Корана, датируемого ранее 9 века, не существует, исламские богословы до сих пор спорят о месте «вознесения» Мухаммеда. Уничтожив большую часть наследия назореев, халифы, духовные лидеры мусульман, возглавлявшие арабские завоевания в 7—9 веках, и враждебно настроенные к тринитарному христианству, сформировали новую мировую религию.
Общие сведения[править]
В 2005 году французский католический священник Эдуард-Мари Галлез опубликовал книгу «Мессия и его пророк: истоки ислама» («Le Messie et son prophète», Éditions de Paris).
Эта монография, ставшая результатом более чем десятилетних исследований, разделена на два тома: первый посвящен мессианскому феномену (Том I: От Кумрана до Мухаммеда — Tome I: De Qumran a Muhammad), а второй – исламологическим вопросам (Том II: От Мухаммеда халифов до Мухаммеда истории — Tome II: Du Muhammad des Califes au Muhammad de l’histoire ). На основе этих исследований Эдуар-Мари Галлез защитил докторскую диссертацию по теологии/истории религий в Страсбургском университете II в 2004 году.
Первый том посвящён ессеям, кумранским документам и еврейскому мессианскому движению с момента его зарождения во II веке до н. э. до его кульминации в VII веке н. э. в исламе.
Второй том в значительной степени посвящён зарождению ислама, попыткам искоренить наследие назареев и его следам, сохранившимся в Коране, который изначально представлял собой сборник назарейских лекционариев («кэри’н», от которого произошло арабское слово «коран»). Эти лекционарии изначально были даны арабским коренным жителям, чтобы приобщить их к мессианской идеологии и вовлечь в завоевание Палестины.
По мнению Галлеза, ислам возник в результате масштабного движения еретикоов — евреев-мессианцев, которых называли назарянами, которые не принадлежали к раввинам. Назаряне отрицали божественность Христа, соблюдали все иудейские ритуалы, но следовали только «Евангелию от евреев» («Евангелие от назореев»), некоторые отцы Церкви называли их «полуевреями». В конце 6 века борьба арабов против христианизации привела к возникновению недолговечной иудео-арабской общины, которая стала колыбелью ислама.
По мнению Геллеза, Коран и исламские легенды развивались постепенно со временем. Согласно его теории, иудео-назареи могли быть у истоков протоисламской истории и, в частности, у истоков текстов, впоследствии включённых в Коран. Соответственно он связывает происхождение ислама с иудео-назареизмом.
В 7 веке, считает Геллез, то, что ещё не носило названия «ислам», коренилось в иудаизме и христианстве, но не напрямую: благодаря крайностям некоторых иудео-христианских кругов 2-го поколения, которые превратили библейский мессианизм в политическую идеологию спасения, они ожидали второго пришествия Мессии как возвращения того, кто будет править землёй, подчиняя её власти Бога.
Дискурс сформировался, по сути, в 8 веке («откровение» Мухаммеду, путешествие на небеса, вмешательство ангела Джибрила, продиктовавшего ему Коран, и пр.).
Единственными историографически достоверными и датированными данными о Мухаммеде является его попытка захватить Эрец-Исраэль в 629 году. В обычных книгах и статьях об этом упоминается лишь отрывочно: с точки зрения общепринятого дискурса, что делал Мухаммед по дороге в Иерусалим — город, к которому он сам обратился с молитвой, — когда, как предполагается, его заботило только завоевание Мекки?
В своей книге «Мессия и его пророк: истоки ислама» Эдуар-Мари Галлез показывает, что ислам возник в результате масштабного движения евреев-мессианцев, которых называли «эбионитами» или «назарянами».
Эти евреи, не принадлежавшие к раввинам, признавали Иисуса мессией, но не божественным Логосом. Галлез показывает, как свитки и фрагменты, найденные в Кумранских пещерах у Мёртвого моря и в окрестностях Масады, проливают свет на идеологию этого движения евреев, которые были готовы последовать за мессией в священную войну, веря, что тем самым они спасут мир.
В отличие от раввинов, которые смотрели в прошлое, эти люди мечтали о земной утопии, которая наступит только после массового истребления. Как и более поздние мусульмане, они верили, что мессия не умер на кресте, а был вознесён живым на небеса и готов вернуться на Елеонскую гору и повести их за собой, чтобы покорить весь мир, как только сложатся подходящие условия (то есть когда Палестина перестанет быть в руках нечестивцев и Храм будет восстановлен). Назареи, как и мусульмане, запрещали есть свинину и пить вино.
Последняя глава 2-го тома называется «Исторический Мухаммад: портрет» и основана на источниках, датируемых VII веком. Галлез утверждает, что первая жена Мухаммада Хадиджа, богатая вдова, приходилась двоюродной сестрой назарейскому священнику Вараке ибн Науфалю, так что, вероятно, она и сама была назарейкой.
Варака также приходился дальним родственником Мухаммеду и сыграл важную роль в их браке. (Это наводит меня на мысль, что сам Мухаммед, возможно, имел еврейские корни).
Варака убедил арабское племя корешитов, которые ранее были христианами, присоединиться к делу назареев, которое заключалось в том, чтобы силой оружия вернуть Иерусалим и ускорить возвращение мессии.
Когда в 614 году Хосров возглавил персидскую экспедицию в Эрец-Исраэль, тысячи евреев оказали ему помощь (в одной еврейской энциклопедии, на которую ссылается Галлез, говорится, что их было 24 000). В благодарность за победу персидский полководец отдал им Иерусалим.
Во время той же экспедиции Мухаммед (имя, которое на языке назареев означало «тот, кто желает угодить Богу») по-видимому, привёл своих воинов-корешей в Иерусалим, но евреи, которые были там у власти, изгнали его и его корешей, а также назареев. Тем не менее Мухаммед убедился, что Иерусалим можно завоевать.
Византийский император начал повторное завоевание региона в начале 620-х годов, поэтому персы покинули Иерусалим в 622 году. Галлез считает вероятным, что переселение Мухаммеда, или хиджра, в оазис Медину было результатом этого повторного завоевания христианами. «Себейская хроника» (660 год) сообщает, что в Медине Мухаммед — назарей, последователь Торы — запретил вино и приказал забить камнями до смерти еврейскую женщину и её любовника за прелюбодеяние.
В Медине он завоевал расположение окрестных арабских племён, проповедуя им, что Бог обещал Эрец-Исраэль потомкам Авраама и что, поскольку они сами были потомками Авраама, они унаследуют это обещание, если вернутся к поклонению единому Богу Авраама и только ему.
Эта проповедь была направлена на то, чтобы заставить их отказаться от христианской религии. Вопреки утверждениям мусульман, обращение арабов в христианство началось тремя столетиями ранее, и в 632 году Максим Исповедник писал о них, что у них «исчезла ошибка многобожия».
Успех Мухаммеда подтверждается «Хроникой Иакова Эдесского» (до 692 года), а также «Доктриной Иакова» (до 640 года). Из последней мы узнаём, что некоторые евреи, прибывшие в Медину в 625 или 627 году, обнаружили, что арабы уже прониклись идеологией назареев, а их вождь Мухаммед «провозглашал приход мессии» с таким энтузиазмом, что все они твёрдо объединились под его властью.
Хроника Феофана (умер в 817 году) гласит, что в 622 году несколько евреев, известных византийцам, присоединились к Мухаммеду: они считали его одним из «своих пророков», тем, кто, как предсказывал Малахия 3:23, должен был предшествовать мессии.
В еврейском апокалиптическом сочинении 8 века «Тайны рабби бен Йохая» есть отрывок, относящийся к 650 году, в котором еврей всё ещё верит, что Мессия придёт, если Умар восстановит Иерусалимский храм.
Мухаммед и его арабские войска вскоре начали совершать набеги на Эрец-Исраэль, чтобы освободить её и восстановить «Дом Божий» Он и его последователи называли себя «мухаджирами» или «эмигрантами», переживающими новый Исход.
Другие называли их «агарянами» и «сарацинами», но сами они сохраняли это уникальное название «мухаджиры» по крайней мере на протяжении трёх поколений. Это название использовалось в официальных документах, таких как Мединская хартия — договор, который включал евреев (назареев) в их «умму», или военное братство.
Галлез пишет, что «мухаджирун» означало «те, кто покинул свою страну или эмигрировал, чтобы сражаться за Бога». Только в 775 году они начали называть себя «муслимунами», а «хиджра» была заменена на «ислам».
В 629 году Мухаммед предпринял попытку завоевать Иерусалим, но потерпел поражение от византийцев в Муте, к юго-востоку от Иордании. Он умер несколько лет спустя, вероятно, в 634 году, в том же году, когда Софроний, патриарх Иерусалимский, сообщил, что арабы хвастаются «завоеванием мира». Иерусалим был захвачен в 637 году Умаром.
Галлес отмечает, что никто не знает, как бы отреагировал Мухаммед, если бы дожил до того момента, когда мессия так и не пришёл. Это отсутствие мессии изменило всё. Сначала арабы позволили назареям построить место для молитв прямо на том месте, где когда-то стояла Святая святых, но позже они прогнали их и сделали это место своим.
Интересно, что Купол Скалы, строительство которого халиф Аль-Малик начал в 691 году, изначально назывался Куполом Авраама, поскольку считалось, что он находится на горе Мориа, где Авраам чуть не принёс в жертву Исаака. Название было изменено, поскольку позже стало известно, что в нём находится скала, с которой Мухаммед поднялся во время своего ночного путешествия на небеса.
По мнению Галлеса, коррумпированность иудейского духовенства во II веке до н. э. привела к возникновению антихрамового движения, которое привело к появлению фарисеев, а затем и назареев. Галлес отдает должное Жаклин Жену (1938 2004, французский историк и философ) за то, что она интерпретировала ряд кумранских свитков как тексты, связанные с последователями «учителя справедливости» Йосе бен Йоэзера, священника из Зерады, которого первосвященник Алкиме приказал убить в Йом-Кипур в 159 году до н. э.
После жестокого убийства его последователи прониклись эсхатологическим рвением, ожидая, что Бог через своего мессию создаст новый Храм и новое священство. На самом деле они ждали двух мессий: первого — священника из колена Левия, второго — царя-воина из колена Иуды, который обагрит землю кровью нечестивцев и завоюет мир.
В I веке в паутину апокалиптического еврейского мессианства вплелась ещё одна важная нить: последователи Иакова Праведного — который был не апостолом, а кровным родственником Иисуса и первым епископом в Иерусалиме — превозносили его над апостолами и даже утверждали, что разрушение Храма произошло из-за того, что в 62 году его забили камнями до смерти зилоты.
После смерти Иакова некоторые из его последователей переосмыслили христианство в радикальном иудеоцентрическом ключе, что привело к появлению идеологии назареев.
Галлез показывает, что Заветы двенадцати патриархов являются ключом к пониманию эволюции этого мессианского движения с I по VII век н.э. Заветы были хорошо известны ещё до того, как их нашли в Кумранских пещерах, поскольку это были популярные произведения, вдохновлённые эсхатологией, которые неоднократно адаптировались к новым временам.
Исследователи обнаружили в этих текстах якобы христианские вставки, но Галлез тщательно анализирует эти отрывки и показывает, что они принадлежат назарянам, а не христианам. Во-первых, они показывают, как Всемогущий вселяется во взрослого мужчину, а не как Логос становится воплощением. Именно в это верили назореи: что Бог вселился в Иисуса во время его крещения на реке Иордан и впоследствии использовал его как мессианское орудие.
В этих назарейских вставках полностью отсутствует имя Иисус, которое, как учили христиане, указывает на божественность Иисуса. Точно так же в Коране Иисус девять раз назван мессией, но его настоящее имя ни разу не упоминается; вместо этого его называют Иса, что является формой имени Исав.
Галлез отмечает, что в Талмуде христиане также называются «сынами Исава». Любопытно, что у назареев было антитринитарное изречение: «Нет бога, кроме Бога; нет у него сотоварищей». Точно так же у мусульман изначально было изречение «Сабада»: «Нет бога, кроме Бога; нет у него сотоварищей». Полвека спустя они добавили: «Мухаммед — его посланник» (или «расул Аллах»). Первое упоминание о нём как о посланнике Бога появилось на персидской монете, отчеканенной в 685 году.
Примечательно также, что, хотя в этих якобы христианских вставках говорится о распятии мессии, в них никогда не упоминается о его смерти на кресте. Это совпадает с верой назареев (а позднее и мусульман) в то, что мессия не пролил свою кровь на Голгофе. По этой причине их Евхаристия совершалась с использованием воды, а не вина.
В их идеологии речь шла не об избавлении человека через покаяние, а об избавлении человека через массовые истребления. Как и последовавшие за ними мусульмане, они не верили ни в первородный грех, ни в личный грех. По их мнению, человек грешит только тогда, когда противится замыслу Бога (который, как они думали, они могли постичь).
Кроме того, они верили, что Бог не освящает человека, но, пока тот верует, покрывает его мантией справедливости. Назареи следовали только Евангелию от евреев (также известному как Евангелие от назареев) — искажённой и радикально переработанной версии Евангелия от Матфея.
Он не сохранился до наших дней, но мы можем найти цитаты из него в трудах Отцов Церкви, посвящённых еретикам. В то же время назореи соблюдали все иудейские ритуалы, поэтому Иероним называл их «полуевреями».
Отцы Церкви, от Иринея до Иеронима, говорят об эбионитах, или назаретянах, как о еретиках и ссылаются на них, предостерегая от «иудействующих». Они знали, что назаретяне отрицали божественность Христа, но признавали непорочное зачатие, что они практиковали обрезание, что они упрекали раввинов в том, что те изменяют тексты Библии, чтобы скрыть тот факт, что Иисус был мессией, и что они молились в направлении Иерусалима.
Всё это мусульмане будут делать после них, за исключением того, что со временем они изменили киблу и стали молиться в сторону Мекки. Ориген говорит, что назареи отказывались пить вино, но не из аскетизма, а для того, чтобы приберечь его для того дня, когда мессия провозгласит своё земное царство. Интересно, что, когда Иероним описывает плотские удовольствия, которых назареи ожидали в этом царстве, они очень похожи на те удовольствия, которые, по мнению мусульман, ждут их в раю.
В последней части первого тома Галлез приводит обзор всех еврейских восстаний, произошедших в Римской империи в период с 1 по 7 век, и описывает лежащее в их основе эсхатологическое рвение. Те, кто отвергал Иисуса как мессию, по его словам, пытались заменить его другим мессией. Это хорошо видно на примере восстания 135 года, когда рабби Акиба был «пророком», провозгласившим Бар-Кохбу мессией.
В Коране, в суре 5:82 говорится, что ближе всего к истинно верующим не иудеи и не христиане, а те, кто говорит: «Мы назореи» («насара»). Однако в других сурах термин «насара» используется для обозначения христиан, которые, как говорится, являются врагами истинно верующих. Галлез обращает внимание на «подмену» здесь и в ряде других терминов, значение которых меняется от самых ранних стихов Корана к более поздним.
Умар начал собирать и уничтожать арабские сборники (куры), которые назореи использовали для идеологической обработки кореитов. После него Утман продолжил политику систематического уничтожения. Галлез считает маловероятным, что когда-либо будет найден хотя бы один из этих сборников. Тем не менее они сформировали первые слои Корана, и Галлез показывает нам, что мы всё ещё можем увидеть их следы в сурах (еврейское слово, означающее «элементы свитка»).
Галлез приводит датированную 644 годом переписку между Иоанном I, яковитским патриархом, и Саидом ибн Амиром, арабским эмиром Хомса. Этот разговор был записан в письме патриарха вскоре после того, как он состоялся. Эмир поставил под сомнение божественность Христа, сославшись на Тору и призвав на помощь «еврейского» писца (скорее всего, назорея, как пишет Галлез). Затем он предложил христианам принять закон мухаджиров (переселенцев).
Полного текста Корана, датируемого ранее 9 века, не существует, а самые ранние фрагменты, найденные в Сане, относятся к первой половине 8 века. Власти Йемена не предоставляют доступ к этим фрагментам, но на фотографиях видно, что текст под ними стёрт. Помимо отсутствия ранних записей, мусульманская традиция говорит о систематическом и неоднократном уничтожении рукописей по приказу халифов. Галлез упоминает письмо, отправленное византийским императором Львом III (717-741) в 719 году халифу Умару II (717—720), в котором говорится об уничтожении хаджаджем древних писаний в Месопотамии и создании новых.
Коран считают «нетварным Словом Божьим». И иудеи (в том числе назареи) говорили нечто подобное о Торе, а именно, что её копия находится в руках Бога, так что она одновременно и земная, и небесная. На празднике Шавуот некоторые иудеи читали текст о том, как Моисей вознёсся на небеса и получил Тору из рук Бога.
Первая часть работы завершается обобщающей главой, предлагающей сравнение. Можно ли соотнести учение иудео-назарян с протоисламизмом? Для лучшего понимания автор уже указывает на пять идеологических осей, которые разделяют все группы этого течения: i) осознание эсхатологической битвы и надежда на обновленный мир, ii) открытие Третьего Храма, iii) неравенство, предопределенное Богом, между всеми людьми, разделенными на две основные группы, iv) вера в Мессию-Иисуса, чудесным образом рожденного от Девы Марии, вознесшегося на Небеса, где Бог хранит его, ожидание его возвращения в Иерусалим и v) Судный день, где восторжествует Божья справедливость.
Чтобы лучше понять динамику иудео-назаренской идеологии, Галлез проводит очень поучительное сравнение с гностицизмом.
Битва при Муте, почти единственный эпизод в жизни Мухаммеда, подтвержденный немусульманскими источниками, который закончился его поражением, была бы попыткой начать это завоевание после того, как союз между иудео-назарянами из Медины и арабами во главе с Мухаммедом был бы формализован. Действительно, по мнению исламоведа, евреи Медины были людьми назаретского типа, одержимыми идеей возвращения Святой Земли и видевшими в Мухаммеде воина-воина, способного возглавить арабские войска, но их попытка провалилась.
Мухаммед, хороший знаток еврейской Торы и выдающийся политик, преуспел в объединении и создании новой армии для завоевания Иерусалима.
В «Хронике Себеоса» (660 год) сообщается, что в Медине Мухаммед — как последователь Торы из Назарета — запретил вино и приказал забить камнями еврейку и её любовника за прелюбодеяние. Действительно, Себеос пишет:
В то же время один муж из самих сынов Исмаиля, по имени Махмет явился к ним, как бы по повелению Бога, для проповедования между ними пути истины, и учил их познавать Бога Авраамова. Он был сведущ и знаком с историей Моисея. Так как повеление было свыше, то по одному предписанию его все обратились к единству верования и оставив суетные свои богослужения, они обратились к живому Богу, который явился отцу их, Аврааму[3].
Развитие ислама[править]
Галлез дает следующую картину дальнейшего развития. В период с 639 по 645 год, после завоевания Иерусалима и строительства нового храма, первобытная идеология вступила в кризисный период. Были начаты походы против Египта (640), за которыми последовала победа при Вавилоне (641). Персы были разгромлены, и весь Хозистан перешел под арабское правление (642). В 644 году Омар был убит в Медине, и его преемником стал Усман. При Усмане, в период с 645 по 660 год, по мере расширения империи, произошло первое собрание основополагающих текстов Корана и уничтожение других. Впервые была предпринята экспедиция против самой Византии (654). После смерти Усмана разразилась первая гражданская война среди мухаджиров, поскольку их союз с иудеями-назарянами был разорван. В период с 660 по 680 год победитель Муавия добился признания себя халифом в Иерусалиме, переоборудовал новый Храм в мечеть, завершил составление Корана, выбрал новое место паломничества в Мекке, где построил первую Каабу, и изменил направление молитвы. После его смерти разразилась новая гражданская война. В период с 680 по 700 год его преемник Ибн аз-Зубайр поселился в Мекке, обеспечив городу место в мусульманской литературе, подчеркнув его святость как места Авраама, распространив официальный Коран и возродив пророческую роль Мухаммеда. Начиная с 700 года, фигура Мухаммеда вытеснила фигуру Авраама в Мекке и в мусульманском благочестии. Была построена мечеть Аль-Акса, и Мухаммед был возведен в священное положение, которого он ранее не занимал; даже Иерусалим перестал быть местом Авраама или Иисуса, а стал путем Мухаммеда на Небеса[4].
Выводы[править]
Галлез показывает, что он зародился в обширном движении мессианских евреев, называемых «эбионитами» или «назаринами». Эти евреи, не принадлежавшие к раввинской церкви, принимали Иисуса как мессию, но не как божественного Логоса. Галлез показывает, как свитки и фрагменты, найденные в пещерах Кумрама у Мертвого моря и в окрестностях Масады, освещают идеологию этого движения евреев, которые стремились и желали следовать за мессией в священную войну, веря, что тем самым они спасут мир. В отличие от евреев-раввинов, которые обращались к прошлому, эти люди смотрели в будущее, к земной утопии, которая должна была наступить только после массовых истреблений. Подобно более поздним мусульманам, они верили, что мессия не умер на кресте, а был вознесён живым на небеса и готов, когда для этого настанут подходящие условия (то есть, когда Палестина перестанет быть в руках нечестивых и Храм будет восстановлен), вернуться на Масличную гору и привести их к покорению всего мира. Назаряне, как и мусульмане, запрещали свинину и вино[5].
См. также[править]
Источники[править]
- ↑ https://history.eco/illarion-stoik-iudejskie-korni-islama/
- ↑ https://history.eco/illarion-stoik-iudejskie-korni-islama-okonchanie/
- ↑ https://www.vostlit.info/Texts/rus10/Sebeos/frametext3.htm
- ↑ https://www.academia.edu/82272082/Book_Review_Edouard_Marie_Gallez_Le_Messie_et_son_prophete_Aux_origines_de_lIslam_Tome_1_De_Qumr%C3%A2n_%C3%A0_Muhammad_Tome_2_Du_Muhammad_des_Califes_au_Muhammad_de_l_histoire_Collection_Studia_Arabica_Editions_de_Paris_2005
- ↑ https://culturewars.com/news/jewish-origins-of-islam
.jpg){kind=link}