Участник:Андрей Зелев/Группа советских военных специалистов в Сирии

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Группа советских военных специалистов в Вооружённых силах Сирии — группировка войск Советского Союза в Сирии.

Содержание

[править] Главные направления деятельности военных специалистов

Во всех Арабо-израильских войнах в той или иной форме участвовал советский военный компонент, который заключался в:

  • Применении противоборствующими сторонами (Египтом, Сирией, палестинцами и частично Израилем) оружия и военной техники советского производства, полученных до начала боевых действий как непосредственно из СССР, так и транзитом через социалистические страны;
  • Осуществлении прямых военных поставок в ходе боевых действий;
  • Демонстрации военной силы вблизи очагов вооружённых конфликтов;
  • Командировании военных советников и специалистов в страны, где была велика вероятность иностранного военного вторжения;
  • Использовании в боевых действиях личного состава Вооруженных Сил СССР.

Генерал Г.П. Яшкин, прибывший в Сирию в 1980 году в качестве Главного военного советника, пишет, что перед ним и его подчинёнными стояли следующие задачи в части подготовки ВВС и ПВО Сирии, которые были сведены в единый вид вооружённых сил[1]):

  • Развернуть смешанные зенитно-ракетные бригады и две дивизии противовоздушной обороны, две смешанные авиационные дивизии, укомплектовать эти соединения техникой, вооружением, средствами управления;
  • Построить совмещенные командные пункты дивизий ПВО и ВВС;
  • По мере поступления из СССР развернуть автоматизированные средства управления;
  • На базе имеющейся и поступающей техники создать материально-техническую базу, помочь сирийцам их изучить и освоить, чтобы уметь применить в боевой обстановке
  • С учётом конкретной обстановки разработать и предложить сирийской стороне новую, соответствующую советской системе планирования и организации оперативной и боевой подготовки;
  • Разработать и внедрить новые способы и методику подготовки войск[2].

[править] История

Военные советники и специалисты Советской Армии— лётчики, моряки, зенитчики и представители других родов войск и специальностей — принимали непосредственное участие в боевых действиях на сирийско-израильском фронте: 5-13 июня 1967 г. (Шестидневная война), в марте-июле 1970 г. (Война на истощение), сентябре-ноябре 1972 г. (Война в воздухе), 6-24 октября 1973 г. (Война Судного дня), а также 1982 г. (Ливанская война) и 1983 г. (Оккупация и морская блокада Ливана силами НАТО). В межвоенное время, в течение многих лет советские специалисты передавали арабам свои знания и боевой опыт, обучали сирийских и египетских солдат и офицеров владению боевой техникой и оружием, поставляемым из СССР.

С момента прибытия в Сирию первой группы советских военных специалистов, их присутствие, численность и состав советского военно-технического и военно-советнического контингента зависели от военно-политической обстановки в регионе. В первую очередь, их количество и состав всегда были рассчитаны в пропорции к боевым возможностям Армии обороны Израиля и зависели от состава их группировки на сирийско-израильской границе и, в не меньшей степени, от присутствия оперативных соединений Вооружённых сил США, направляемых к сирийским и ливанским границам, и включавшим в себя ту или иную конфигурацию четырёх основных компонентов: Военно-морского флота, Корпуса морской пехоты, Военно-воздушных сил и Сухопутных войск. В отдельные годы (1958, 1959, 1967, 1970, 1973) у сирийских границ находились все четыре указанных вида вооружённых сил, в готовности к полномасштабному вторжению и переносу военных действий с прибрежного района вглубь страны.

По данным Генштаба ВС РФ, с 1956 по 1991 год в Сирию по линии Министерства обороны СССР было откомандировано 16 тысяч 282 человека, в том числе 294 генерала, 11169 офицеров, 624 прапорщика, 2179 солдат и сержантов и 2016 рабочих и служащих СА и ВМФ. Погибло и умерло от ран и болезней сорок четыре человека. Среди погибших: 3 генерала, 39 офицеров, 1 прапорщик и 1 рядовой.

Выгрузка личного состава, прибывшего на замену военнослужащим срочной службы 220-го и 231-го зенитно-ракетных полков, отслуживших установленный срок службы. 1984 год

Данные Генштаба о количестве военнослужащих, командированных в Сирию, не полные, так как не учитывают военнослужащих, находившихся в Сирии в кратковременных командировках. Кроме того, в данной статистике абсолютно не отражено значительное число командированных по линии смежных ведомств, выполнявших оборонные функции, которые выполняли свою работу наравне с военными, и одинаково рисковали попасть под бомбардировку израильской авиации, или в засаду, организованную агентами иностранных разведок. Численность советского военного персонала в Сирии варьировалась в зависимости от конкретных текущих, либо предстоящих задач: Количественный прирост объёмов поставляемого вооружения закономерно вёл к росту числа военных советников и специалистов, для его обслуживания и эксплуатации, и обучения национальных кадров[3]. В связи с тем, что многие данные о пребывании советских военных специалистов на Ближнем Востоке по-прежнему засекречены, единого мнения о численности, среди иностранных разведывательных служб и информационно-аналитических организаций и самостоятельных исследователей нет.

Руководством Сирии неоднократно подчёркивалось, что советские военные советники вносят важный вклад в укрепление обороноспособности страны и их дальнейшее пребывание не просто желательно, но жизненно необходимо: «Интересы сирийского народа требуют продолжения миссии советских военных специалистов в нашей стране», — заявил Президент САР Х. Асад вскоре после резкого сокращения советского войскового контингента в Египте в 1972 г., в связи с переориентацией Президента АРЕ А. Садата курса внешней политики на сближение с США[4].

[править] Отправка первой группы в 1956 году

Уже к середине 1950-х годов вокруг Сирии складывались предпосылки к началу глобального военного конфликта (США попытались изолировать и дестабилизировать Сирию изнутри, попутно перебросив на сирийскую границу контингент морской пехоты в готовности к последующему за дестабилизацией военному вторжению). В июне 1956 года Сирию посетил Министр иностранных дел СССР Д. Т. Шепилов, который помимо политической и экономической помощи, предложил также военную помощь Советского Союза сирийскому государству[5]. В ходе визита президента Шукри aль-Куатли в Москву в октябре 1956 года были проведены прямые двусторонние переговоры с Москвой о закупке советского оружия. По данным Центрального разведывательного управления США, переговоры с сирийцами вёл лично маршал Георгий Жуков. Ввиду того, что поставляемая боевая техника требовала высококвалифицированных специалистов, которыми Сирия не располагала, следом за техникой в страну выехала группа советских военных советников и специалистов число которых, по данным ЦРУ, составляло около ста шестидесяти человек.

Группа российских исследователей из Института военной истории МО РФ подтверждает, что первые группы военных специалистов направлялись в Сирию, начиная с 1956 года в соответствии с постановлениями Совета Министров СССР № 1929 от 9 апреля 1956 года, № 6628 от 7 ноября 1956 года и № 157-84 от 12 февраля 1957 года. При этом, по данным ИВИМО, в 1956 году в Сирию, по линии Министерства обороны было откомандировано в общей сложности шестьдесят че­ловек, в том числе пять переводчиков. ИВИМО не указывает, кто возглавлял первую группу советских военных специалистов, прибывших в Сирию. По данным директора Института исследований национальной безопасности (INSS) Тель-Авивского университета О. Эрана, первую группу возглавлял полковник Т. Козловский.

Ко второй половине 1950-х гг. относятся первые успехи советских советников в преобразовании структуры сирийских войск и создании новых сил и родов войск. Так, первым сирийским подразделением специального назначения стала сформированная в 1958 г. парашютно-десантная рота. В её создании активное участие принимали советские военные советники.

[править] Шестидневная война

 → Шестидневная война

Согласно справке, предоставленной начальником 15-го управления — заместителем начальника Генерального штаба Вооружённых сил СССР, генерал-полковником Е. И. Смирновым советские военные советники, специалисты и переводчики находились в Сирии во время военных действий 5-13 июня 1967 года. В воинские части Египта и Сирии были отправлены советские военные советники. О «советских инструкторах» в воюющих сирийских частях писал публицист Е. Финкель в своей статье «6 дней, которые потрясли мир». И, если прямое участие советских военных специалистов в боевых действиях Шестидневной войны с сирийской стороны — вопрос полемический, и более уместно будет говорить о советском военном присутствии на Ближневосточном ТВД, как о сдерживающем факторе, но, одновременно со сдерживанием эскалации конфликта, имела место беспрецедентная активность советской внешней разведки в Ливане и Сирии, что подтверждается официальными источниками, в том числе — СВР России.

[править] Война на истощение

 → Война на истощение

Umm Qais Galilee-Golan panorama.jpg
Magnify-clip.png
Холмистые, изрезанные долинами горные хребты Голанских высот, обеспечивали израильской авиации скрытный подход на предельно малых высотах к передовым позициям сирийских войск — в результате чего советские военные специалисты во фронтовых частях узнавали об очередном израильском авианалёте не заблаговременно, а вместе с первыми разрывами авиабомб и снарядов — это было весьма существенным отличием Ближневосточного театра военных действий от многих других регионов мира, в которых выполняли интернациональный долг советские военные[6]

Молниеносная война Израиля с Сирией и АРЕ в июне 1967 года закончилась победой израильтян, однако, благодаря поддержке, оказанной арабским государствам СССР и другими странами, Армия обороны Израиля до конца намеченных целей не достигла, и военный потенциал арабов сокрушён не был. В связи с усилившимися политическими разногласиями между руководством Сирии и СССР, в частности отказу сирийцев от попыток политического урегулирования конфликта с Израилем объёмы поставок существенно сократились по сравнению с периодом перед Шестидневной войной[7]. В аналитическом докладе ЦРУ от 16 марта 1970 года в частности отмечалось, что хотя советское руководство предпочитало в большей степени поддерживать умеренный курс Египта, чем сверхагрессивную политику сирийцев, продолжение военной помощи укрепляло в них излишнюю самоуверенность в собственных силах, и воинственные намерения в отношении Израиля[8].

Поэтому, несмотря на соглашения о прекращении огня, в небе Египта и Сирии всё чаще и чаще разворачивались воздушные бои. Воздушная война развернулась в 1968—1969 годах. Израильская авиация систематически наносила удары по средствам ПВО и другим объектам. Специалисты и советники по ВВС были вынуждены заниматься частями и подразделениями, находящимися в различных странах Ближнего Востока. Специалисты ВВС, командированные в ОАР, многократно командировались в САР, и наоборот. Так, И. П. Голей, служивший старшим советником начальника оперативного управления ВВС ОАР, шесть раз командировался в Сирию. Понимая неизбежность войны в воздухе, советским военным лётчикам нужно было готовиться к воздушным боям с опытными израильскими пилотами имевшими опыт приобретённый в боях с египетскими и с сирийскими лётчиками. В первую очередь, от них требовалось изучить этот опыт. Управление боевыми действиями ЗРВ ПВО АРЕ и САР совершенствовалось при участии советских военных специалистов на основе боевого опыта, накопленного Группой советских специалистов во Вьетнаме во время Американо-вьетнамской войны. В условиях Египта и Сирии производились работы по обеспечению живучести технических дивизионов ЗРВ САР. Пополнение ракетами зенитно-ракетных дивизионов производилось только в ночное время с соблюдением всех необходимых мер маскировки и охраны. Сами технические дивизионы дислоцировались на стационарных позициях. Основное направление в обеспечении живучести зенитно-ракетных дивизионов было взято на строительство капитально оборудованных в инженерном отношении позиций. Большое внимание было уделено строительству защищённых убежищ для личного состава и укрытий для техники. В начале 1969 г. для техники оборудовались окопы с частичным заглублением в грунт, однако, в ходе боевых действий выяснилось, что такие укрытия не могут полностью решить вопрос защиты материальной части — они не выдерживали попадания даже малых авиабомб, потому в конце того же года, началось оборудование стартовых позиций инженерными сооружениями из монолитного железобетона. По итогам послевоенного восстановления Вооружённых сил Сирии и Египта, советскому военно-советническому коллективу была объявлена благодарность Л. И. Брежнева за: «Значительную работу по восстановлению вооруженных сил ОАР [Египта] и Сирии проделали наши офицеры в качестве советников и специалистов». По словам Брежнева, советские офицеры хорошо поняли возложенную на них ответственность, достойно представляли Родину, и самоотверженно, со знанием дела, выполняли свои задачи, а потому по праву заслужили высокий авторитет и завоевали подлинное уважение среди арабов.

По мнению аналитиков ЦРУ, присутствие в Сирии советских военных советников и специалистов в большом количестве, ставившее своей главной целью удержание под контролем ситуации на Ближнем Востоке, существенно повышало шансы на прямое вовлечение советского контингента в возможный военный конфликт, хотя в том же докладе вероятность этого оценивалась как крайне низкая, а также отмечалось, что в любом случае факт прямого участия никогда не был бы признан официально.

[править] Воздушные бои в 1972—1973 годах

Израильский штурмовик барражирует над Голанскими высотами. Голанские высоты и горный хребет Антиливан в районе ливано-сирийской границы, существенно затрудняли обнаружение израильских самолётов на дальних подступах к объектам в прифронтовой полосе[9]

В сентябре 1972 — январе 1973 года спектр задействования советских военно-технических специалистов включал в себя:

  • Работу авиатехников по ремонту самолётов;
  • Работу за радарными установками;
  • Перегон прибывшей морем бронетехники в гарнизоны;
  • Ремонтно-восстановительные работы на технике.

[править] Война Судного дня

 → Война Судного дня

За полгода до октябрьских событий 1973 г., весной-летом израильтяне начали регулярный облёт позиций сирийских войск[нет в источнике]. По мере приближения осени, всё чаще специалисты слышали рёв воздушных тревог. Причем для того, чтобы не давать сирийским зенитным войскам возможности подготовиться, облёты сирийских позиций осуществлялись в рваном ритме, каждый раз в совершенно разное время. Подлётное время израильских самолётов от аэродромов подскока до передовых сирийских частей составляло всего несколько минут, из-за несвоевременности обнаружения и запаздывания сигнала тревоги, зенитному полку после первого сигнала тревоги фактически оставалась одна-две минуты на приведение в готовность, а иногда времени на приведение в готовность не было вообще. При отсутствии боевых действий, израильская авиация часто подвергала воздушным налётам сирийские войска на фронте, объекты военного назначения в тылу, бомбила лагеря палестинских беженцев в пригородах Дамаска. Тогда создание системы ПВО страны было ещё не завершено. Поэтому вопрос о прикрытии территории от нападения воздушного противника стоял очень остро[10]

Руины города Эль-Кунейтра

13 сентября 1973 года, после массированного авианалёта израильской авиации на прибрежную зону Латакии, в котором только с израильской стороны участвовало свыше шестидесяти самолётов, и в ходе которого, по имевшимся у советских военных данным, израильская авиация понесла значительные потери (На заседании Генеральной ассамблеи ООН была названа официальная сирийская оценка — 5 из 64 самолётов участвовавших в налёте, при 8 подбитых сирийских из числа направленных на перехват; различные источники оценивают потери сирийцев от 9 до 12 истребителей МиГ-21, при этом, израильская сторона, не подтвердила ни одной своей потери, как и сам факт налёта — согласно их заявлениям, это не они, а сирийцы напали на израильский разведывательный самолёт, мирно пролетавший над Средиземным морем, а сам инцидент был назван «террористическим актом»), руководство военно-советническим аппаратом ожидало в самом скором времени развития событий.

В начале октября началась срочная эвакуация семей всех советских военных и гражданских специалистов на Родину. В конце сентября-начале октября главный советский военный советник в Сирии был уведомлен о готовящемся на 6-е октября сирийской стороной начале военных действий. В последние дни затишья, эвакуация приобрела настолько стремительный характер, что некоторые специалисты, уезжая утром, провожались на работу женой, возвращались со службы уже в пустые квартиры с записками жён о срочном отъезде. Последние семьи из столичного гарнизона успели переправить по воздуху утром 6 октября, в день начала войны, а некоторых, привезённых из дальних восточных районов Сирии, в авральном режиме грузили на все приспособленные и неприспособленные суда в морских портах в тот же день, уже после начала боевых действий. Полковник М. В. Разинков вспоминает, что этот субботний день начался в обычных для них заботах, на дворе стояла солнечная и тёплая погода, и обстановка не предвещала никаких опасений. Специалисты, как обычно, завершали свою работу и готовились к отбытию в Дамаск на отдых… Отдохнуть им не пришлось, начались крупномасштабные военные действия. Первоначально советским военным специалистам объявили, что Израиль нарушил перемирие и начал боевые действия, однако по происшествию некоторого времени стала просачиваться информация о том, что эту войну начали сирийцы и египтяне. Советские офицеры принимали участие в боевых действиях на стороне Сирии, находясь при командирах дивизий, бригад, отдельных полков, начальниках штабов и родов войск, а также при старших офицерах служб обеспечения и снабжения[11].

Кроме ВС СССР, на стороне Сирии приняли участие вооружённые силы других арабских стран: на сирийском фронте в войну вместе с сирийскими войсками вступили части и соединения из соседней Иордании, неблизкого Кувейта и уж совсем далёкого Марокко (переброска марокканского корпуса также осуществлялась на советских транспортных кораблях). В разгар событий даже иракское правительство, несмотря на давние разногласия с Сирией, направило ей в помощь несколько мотопехотных бригад и авиационных эскадрилий[12]. Социалистические страны тоже не остались в стороне, так, накануне боевых действий в октябре 1973 г., на сирийский фронт прибыли 20-30 пилотов ВВС КНДР, танковая бригада СВ РВС Кубы численностью до 500 человек личного состава[13], и даже офицеры Вьетнамской Народной Армии.

6-24 октября 1973 г. на ближневосточном театре военных действий использовался весь арсенал вооружения и тактических приёмов, которые ранее использовались американским командованием в ДРВ и израильским командованием в АРЕ и САР. Так же как и в предыдущих военных кампаниях использовались средства поражения советских ЗРК, в частности противорадиолокационные ракеты (ПРС) AGM-45 Shrike и AGM-78 Standard ARM — ВВС Израиля осуществили ориентировочно 210 пусков ракет Shrike по позициям СА-75М, С-75, С-75М, С-125, при этом, у советских зенитчиков уже был вьетнамский опыт борьбы с ПРС, поэтому серьёзных потерь от этого смертоносного оружия удалось избежать — при таком значительном количестве пусков был выведен из строя всего один зенитно-ракетный дивизион СА-75М «Двина».. Всего, по группировке ЗРВ на сирийском фронте израильтяне нанесли 97 бомбовых ударов и артобстрелов, из которых около половины пришлось на позиции действующих дивизионов. Другая половина ударов фактически наносились по ложным, запасным, и оставленным накануне позициям.

[править] Участие в войне ВВС СССР

В боях в 1973 г., на сирийском фронте принимала участие авиационная эскадрилья радиоэлектронной борьбы из прибалтийского Шяуляя. Самолёты-постановщики помех групповой защиты Ан-12ПП, имевшие на борту сирийские опознавательные знаки, обеспечивали боевую деятельность арабской ударной авиации[14].

Частям советской военно-транспортной авиации, задействованным в воздушных перевозках, приходилось действовать в условиях интенсивных авианалётов израильской авиации на воздушных маршрутах транспортников, по аэродромам, на которые предстояло приземляться и осуществлять отгрузку боевой техники и имущества военного назначения. Всего в ходе войны, экипажи ВТА СССР выполнили 78 рейсов на Ближний Восток на самолётах Ан-22, 725 — на Ан-12, перевезя при этом 1700 человек и 8157 тонн боевой техники и боеприпасов.

[править] Роль системы ПВО Сирии в отражении налётов ВВС Израиля

Результаты стрельб ЗРВ по данным Главного штаба Войск ПВО СССР[15]
Тип
ЗРК
Проведено
стрельб
Сбито
самолётов
Расход ракет Эффективность
стрельб
Всего На один самолёт
СА-75М «Двина» 50 26 116 4,5 0,52
С-75М «Волга» 60 32 139 4,3 0,53
С-125 «Печора» 72 33 131 4,1 0,46
«Квадрат» N/A 64 96 1,5 N/A
«Стрела-2» N/A 18 159 8,8 N/A
Итого 173 641 4,6
Результаты стрельб зенитной артиллерии
Тип ЗУ Сбито самолётов Расход снарядов На один самолёт
ЗСУ-23-4 5 16500 3300
ЗА 18 540000 30000
Итого 23 556500 16650

Несмотря на тяжёлые потери, понесённые сухопутными войсками Египта и Сирии, и плохое взаимодействие ЗРВ со своей авиацией, в целом части ПВО обеих арабских стран действовали успешно. Историографы обеих сторон сходятся в том, что эта война стала самым тяжелым испытанием для ВВС Израиля в истории, и в том, что в самой значительный степени успех ПВО Египта и Сирии обусловлен советской техникой и работой советских военных специалистов. Количественные оценки потерь израильской авиации, тем не менее, существенно расходятся. По сирийским и российским данным за 18 дней боёв было уничтожено 250 самолётов, что составляет 43 % боевого состава ВВС Израиля. Израильские источники и западные историки называют примерно вдвое меньшую цифру: 102—110 самолетов, аналогичные данные были озвучены израильским военно-политическим руководством на секретных переговорах с госсекретарем США незадолго до окончания военных действий.

Во время боевых действий наиболее полно и эффективно показали себя зенитно-ракетные войска[16]. В боевых действиях принимали участие зенитно-ракетные комплексы различных типов, входящие в состав смешанных группировок ЗРВ САР. Наряду с хорошо освоенными ЗРК СА-75МК «Двина», были вновь полученные из СССР С-75М «Волга» и С-125 «Печора». Всего на долю зенитных ракетных войск Египта и Сирии, оснащенных ЗРК СА-75, С-125 и «Квадрат» пришлось 78 % всех сбитых израильских самолетов. В дни Октябрьской войны 1973 года хорошо себя зарекомендовал новейший по тому времени, поставленный из СССР ЗРК «Квадрат». Эта система ПВО на гусеничном ходу, сделав несколько пусков по воздушному противнику с одной позиции, быстро сворачивалась и перемещалась на запасную позицию. Там в считанные минуты приводила себя в боевую готовность и снова вела боевые пуски. Около трети всех сбитых на сирийском фронте израильских самолётов, были сбиты именно этим комплексом. Сирийские военнослужащие из войск ПВО очень высоко оценили боевые качества этого комплекса[17].

[править] Зенитные управляемые ракеты

На выставке трофейного вооружения в Каире были выставлены обломки сбитых над территорией АРЕ и САР самолётов (на фотографии: обломки A-4 Skyhawk). Оценивая эффективность боевого применения зенитных ракет на Ближнем Востоке в октябре 1973 г., французский журнал Paris Match писал, что «когда-нибудь сирийцы поставят памятник в честь изобретателя этих современных ракет… Жители Дамаска и его окрестностей были свидетелями того, как десятки „фантомов“, „скайхоков“ и „миражей“, сбитых зенитными ракетами, врезались в землю, а их пилоты катапультировались»

За шесть дней боёв, с 6 по 12 октября 1973 г., 23 из 38 зенитно-ракетных дивизионов ЗРВ САР (в ПВО Сирии имелось 38 зенитно-ракетных дивизионов, из них: С-75 «Волга» — 6, С-75 «Двина» — 5, С-125 «Печора» — 12 и ЗРК «Квадрат» — 15) сбили, по советским источникам, более 80 израильских самолётов (то есть каждый шестой из всех имевшихся у ВВС Израиля 479 боевых самолётов), при этом было израсходовано полтора боекомплекта имеющихся ракет. Наиболее интенсивные боевые действия ЗРВ велись в первую неделю боевых действий, достигнув своего пика в наиболее напряжённый период налётов израильской авиации 11—12 октября, на шестой-седьмой день боевых действий, когда зенитными ракетами было сбито: в четверг — 26, и в пятницу — 18 израильских самолётов (при 620 самолётовылетах в четверг и 580 в пятницу), при этом расход ракет достиг от ½ до ⅔ боекомплекта в день. Все типы зенитно-ракетных комплексов показали высокую эффективность стрельб. Эффективность стрельб за весь период боевых действий октября 1973 г. составила около 50 % при среднем расходе пять ракет на один сбитый самолёт. При этом, следует учитывать тот факт, что стрельбы проводились в условиях применения израильской авиацией активных и пассивных помех, ложных целей и радиолокационных ловушек, по внезапно появляющимся самолётам, идущим на звуковых и сверхзвуковых скоростях, на малой и сверхмалой высоте, применявшим резкие противоракетные манёвры курсом и высотой (в этих условиях зенитная артиллерия, за невозможностью вести прицельный огонь, переходила на заградительный, который открывался часто вне зоны поражения, после параметра. Создание плотных группировок ЗРВ смешанного состава, оборудованных позиционных районов, усиление зенитного прикрытия, не только обеспечили живучесть ЗРВ, но и успешное ведение ими активных действий против израильской авиации в октябре 1973 г. Потери ЗРВ от авиаударов снизились, усилий израильской авиации оказалось недостаточно для подавления системы ПВО АРЕ и САР. Важен был и человеческий фактор — эффективность стрельб в сложных условиях во многом зависела от уровня подготовки боевых расчетов зенитно-ракетных дивизионов и командных пунктов зенитно-ракетных бригад и полков.

Как отметил генерал-полковник А. А. Ноговицын, ход боевых действий показал, что умелое использование новейших советских средств борьбы с авиацией противника не позволили тому захватить господство в воздухе. Если в 1967 г., с использованием фактора внезапности, израильская авиация смогла решить проблему завоевания господства в воздухе с самого начала израильского вторжения, когда в первый же день внезапным первым и двумя последующими массированными ударами по аэродромам Египта, Иордании и Сирии уничтожила до 60 % их авиации, то в 1973 г. фактор внезапности был на стороне египетско-сирийских войск. Израильским ВВС не удалось захватить господство в воздухе, и одержать верх над сирийскими ВВС и ПВО.

Зенитно-ракетные комплексы С-75 и С-125 и их модификации успешно проявили себя в боевых действиях. В 1980-е, несмотря на сравнительно не частое применение, отлично зарекомендовали ЗРК С-200. Анализ боевых действий в 1982—1983 гг. показал, что в тех случаях, когда различий в профессиональной подготовке личного состава воюющих сторон не было и обеспечивалась надежная противовоздушная оборона войск, а также надлежащее применение вооружения, военная техника советского производства превосходила аналогичную технику США, Англии и других стран[18]. Иностранными специалистами также были высоко оценены высокая эффективность советского зенитного ракетного оружия, что предопределило на Западе необходимость дальнейшего совершенствования средств и способов противоборства с ЗРК.

Бывший начальник Генерального штаба Вооружённых сил СССР генерал армии М. А. Моисеев отметил в своём докладе на научно-практической конференции «Опыт и уроки Октябрьской войны на Ближнем Востоке», что присутствие за пультами управления сирийской системы ПВО советских специалистов привело к довольно значительным потерям израильской авиации и прекращению налётов на Дамаск[19]. Об этом же писал в своих воспоминаниях непосредственный очевидец событий, российский арабист, в то время — собкор «Правды» А. М. Васильев.

[править] Боевые трофеи

В середине декабря 1973 г., аппарат военного атташе при Посольстве СССР в Сирии, совместно с офицерами из Группы военных специалистов, организовал отправку в СССР обломков израильских самолётов, сбитых советскими ракетами во время боевых действий. Останки в виде покорёженных балок, бесформенных кусков фюзеляжа и крыльев, разбитых механизмов и агрегатов временно покоились в хозяйственном блоке при старом клубе Государственного комитета по экономическим связям СССР (ГКЭС), располагавшегося рядом с мечетью Эль-Фардус на площади Ат-Тахрир, а затем были по воздуху отправлены в Советский Союз[20].

[править] Итоги

Хафез аль-Асад (справа) и Мустафа Тлас (в центре) на передовых позициях, инспектируют войска, подготовленные советскими специалистами

По своему масштабу, война октября 1973 года носила локальный характер, но в боевых действиях участвовали все иды вооружённых сил, обе стороны использовали в большом количестве современное оружие и технику, на поле боя применялись некоторые новые тактические приёмы. При организации ПВО объектов в АРЕ и САР был учтён весь опыт, накопленный ЗРВ в годы Войны во Вьетнаме, и при ведении боевых действий на Ближнем Востоке в 1969—1970 гг. Для прикрытия наиболее важных административно-политических и экономических центров, объектов авиационной и транспортной инфраструктуры, и военных объектов в глубине страны, группировки сухопутных войск, сосредоточенных в районе Голанских высот, была создана группировка зенитно-ракетных войск смешанного состава. Ход событий подтвердил высокую эффективность, помехозащищённость и живучесть созданных группировок зенитно-ракетных войск. В отличие от Войск ПВО СССР, где существовала полковая структура (зрп), ЗРВ Сирии и Египта организационно состояли из зенитных ракетных бригад (зрбр), которые имели в своём составе по 4-8 огневых и 1-2 технических дивизиона и были вооружены советскими зенитными ракетными комплексами разных типов и модификаций — это было продиктовано вовсе не дефицитом новой техники, и отнюдь не стремлением поставить устаревшую технику — это было обусловлено различными тактико-техническими характеристиками самих ЗРК, так как разнообразие обеспечивало всевысотность системы ведения огня и повышало их помехозащищённость. Огневые дивизионы располагались в плотных боевых порядках на сокращённых интервалах (8-15 км друг от друга), обеспечивающих многократную слойность огня и взаимное прикрытие от авиаударов противника. С началом военных действий, израильская авиация пыталась путём нанесения массированных ударов по аэродромам истребительной авиации и группировкам зенитных ракетных войск подавить противовоздушную оборону Сирии. Этого ей сделать не удалось, в ходе боевых действий, ЗРВ успешно выполняли задачу по прикрытию сухопутных войск, аэродромов, политико-административных центров и других важнейших объектов и именно на долю ЗРВ приходится бо́льшая часть сбитых израильских самолётов [21]. Министр обороны Сирии Мустафа Тлас, подводя промежуточные итоги работы советских специалистов в 1976 г., заявил в ходе официальной встречи с председателем Совета Министров СССР Алексеем Косыгиным, что высоко оценивает их труд, и от всего сердца благодарит их за те усилия, которые они приложили для повышения боевой готовности войск и за огромный вклад в укрепление дружбы между советским и сирийским народами, и просил Министра обороны СССР Д. Ф. Устинова продолжать направлять военных советников и специалистов для работы в сирийских войсках.

[править] Война на истощение

Как Сирия с Египтом, так и Израиль после Войны Судного дня напряженно готовились к неминуемому возобновлению военных действий. В войсках и силах ПВО Сирии в течение 1973 г. были проведены оргштатные мероприятия, позволившие повысить огневые возможности частей и подразделений. Так, значительно усилилась ПВО дивизии, чему способствовало включение в пехотные и танковые бригады ПЗРК «Стрела-2» и «Стрела-2М», а в танковые бригады танковых дивизии, кроме того, ЗСУ-23-4 «Шилка». Тем не менее, многое задуманное осталось незавершенным. Так, был закончен только первый этап обучения личного состава «Шилка» и «Стрела-2». Тем не менее, уровень подготовки войск ПВО Сирии в целом оценивался удовлетворительно. По итогам Четвёртой арабо-израильской войны войны вскрылись недостатки в подготовке ВВС САР: Существовала излишняя централизация управления и, как следствие, недостаточное доверие командирам авиабригад. Лётный состав часто перемещался из части в часть, в результате чего в эскадрильях отсутствовали постоянные боевые расчеты, особенно в звене, и в паре. Командиры, лётный состав и расчёты командных пунктов слабо знали особенности противника. Обладая неплохими навыками пилотирования, сирийские лётчики имели неудовлетворительную тактическую, а многие и огневую подготовку — всё это в самое ближайшее время предстояло исправить силами советских военных советников по авиации.

Сверхзвуковые высотные самолёты-разведчики SR-71 Blackbird осуществили несколько полётов над территорией Сирии, пользуясь просчётами сирийского командования в информационном обеспечении системы ПВО САР, несмотря на то, что боевые возможности советских зенитных ракет В-755 позволяли осуществить их эффективный захват и уничтожение

Дальнейшие события не заставили себя ждать. Директор ЦРУ У. Колби предполагал сирийско-израильскую войну уже в течение 1975 года. По оценке ЦРУ, в распоряжении советского командования в Сирии были специалисты и зенитно-ракетный полк, оснащённый ЗРК «Квадрат», дислоцированный под Дамаском и включавший в себя пять зенитно-ракетных батарей, и пятьсот человек личного состава. Американская разведка не ошиблась — это был 716-й зенитно-ракетный полк 24-й стрелковой дивизии, развёрнутый в пригородах Дамаска с задачей его прикрытия (командир полка — подполковник В. А. Старун). Полк прибыл в Сирию морем и с началом войны ещё находился на разгрузке. В боевых действиях участия не принимал, так как морской путь из СССР в Сирию, разгрузка в порту Латакии, и переброска к Дамаску заняла продолжительное время. К тому моменту, как полк развернулся и согласовал взаимодействие дивизионов, интенсивность налётов израильской авиации резко снизилась из-за больших потерь в авиапарке на фронте. Но полк знаменателен тем, что это было первое боевое формирование ВС СССР со штатной советской техникой и советским личным составом, присланное для участия в боевых действиях в Сирии (помимо него, в период 1973—1974 гг. в Сирии находилась также наземная группа радиоэлектронной борьбы 100-го отдельного разведывательного авиаотряда, которая периодически размещалась на военном аэродроме Блей). Полк простоял на позициях под Дамаском до конца 1974 года. А потом техника была передана местной стороне, а советские офицеры и солдаты, которым сирийцы вручили ордена «За мужество» или «Шестого октября», убыли на Родину. В целом, аналитики ЦРУ не считали Сирийскую Армию серьёзной военной силой, и предполагали её скорый разгром, в связи с чем им необходимо было предсказать потенциальную реакцию СССР. У СССР, по их информации, не было заранее подготовленных планов относительно техники, поставляемой в Сирию, однако, было не исключено, что за рычаги уже поставленной техники тоже сядут советские военные.

Война на истощение 1973—1974 гг. развернулась по всему сирийско-израильскому фронту, но наиболее опасное направление, для защиты которого были привлечены большая часть ВС САР, находилось на Голанских высотах и в районе Джебель-Шейх. Сирийские лётчики показали высокую степень обученности в войне на истощение и успешно вели борьбу с израильской авиацией — большая заслуга в этом принадлежала старшему советнику командующего ВВС и ПВО САР генерал-майору К. А. Рябову, который совместно с другими военными советниками и инструкторами готовил сирийские эскадрильи, обучал их мастерству воздушного боя. Под его руководством была разработана и внедрена технология ускоренного выполнения регламентных работ на самолётах новых типов и пусковых установках зенитно-ракетных комплексов, в результате чего, сроки регламентных работ сократились в полтора раза, коэффициент технической готовности самолётов и ЗРК достиг 0,95. Как отмечает генерал-лейтенант М. Н. Терещенко, во многом, именно благодаря бескорыстной помощи Советского Союза и безупречной работе военных советников и специалистов в Сирии, потери ВС САР были быстро восполнены после войны 1973—1974 гг., вырос не только количественный, но и качественный уровень боевых возможностей ВС САР.

В период после окончания активной фазы боевых действий, противник применял для ведения воздушной и радиотехнической разведки разведки полёты высотных беспилотных самолётов-разведчиков типа BQM-34A и BQM-147F, а также малоразмерных беспилотных самолётов MQM-74A, запускавшихся с наземных пусковых установок, которые располагались в непосредственной близости от линии прекращения огня, что в значительной мере затрудняло их своевременное обнаружение и уничтожение[22].

Офицер-ракетчик Сергей Качко с полевым тренажёром ПЗРК.jpg
Magnify-clip.png
Переносные зенитно-ракетные комплексы «Стрела-2», применение которых началось с 1969 г., получили положительную оценку как средство прикрытия войск

Положительную оценку как средство прикрытия зенитно-ракетных дивизионов получили переносные зенитно-ракетные комплексы «Стрела-2». Опыт их боевого применения показал, что они являются эффективным оружием в борьбе с воздушными целями на высотах ниже 1 тыс. метров. Своевременно открытый стрелками огонь по самолётам резко снижал точность бомбометания и вынуждал самолёты противника увеличить высоту полёта. Боевые порядки отделений, вооружённых данным комплексом, строились с расположением нескольких зенитчиков на одной позиции для ведения залпового огня. При этом, более высокие результаты достигались при использовании их в составе подразделений от взвода до батальона использование комплексов в одиночном порядке приводило лишь к редким обстрелам отдельных целей. Позиции ПЗРК располагались на удалении 4—6 км от стартовых позиций зенитного ракетного дивизиона и до 12 км в ходе эшелонирования. В ходе боевых действий было выявлено, что самолёты противника, как правило, сбивались двумя и более прямыми попаданиями, для обеспечения обстрела воздушных целей одновременно с двух направлений, интервалы между отделениями устанавливались в 1,5—2 км. Разведка воздушного противника в боевых порядках взвода организовывалась системой визуального наблюдения специально выделенными стрелками. Использование ПЗРК «Стрела-2» в сочетании с зенитной артиллерией значительно повысило эффективность зенитного прикрытия на малых высотах. Авиация противника была вынуждена осваивать новые приёмы защиты от ПЗРК, в ходе боёв в Сирии в апреле — мае 1974 г., отмечалось применение израильскими самолётами тепловых ловушек с целью защиты от ПЗРК. Зенитная артиллерия, зенитные пулемёты и переносные зенитно-ракетные комплексы, предназначенные для прикрытия зенитно-ракетных дивизионов, в их штат не включались, а временно придавались зенитно-ракетным бригадам и дивизионам. В составе боевых расчётов, как правило, было по две-три смены личного состава, что обеспечивало непрерывность несения боевого дежурства при высокой постоянной степени готовности.

5 июня 1974 года, продолжавшиеся семь месяцев ожесточенные артиллерийские дуэли, к грохоту которых все давно привыкли, вдруг как по команде стихли по всему фронту ровно в 13:55. Тишина, повисшая над фронтом, по словам М. В. Разинкова, непривычно давила на уши. Но каждый понимал, что эта тишина, которая официально вступит в свои права через пять минут, станет тишиной достигнутого перемирия. Израиль освободил часть захваченной территории Сирии (более 600 кв. км) и оставил разрушенный город Эль-Кунейтру. Вместе с сирийским командованием, советские военные советники проанализировали ход противостояния. Опыт военных действий привёл к выводу о необходимости пересмотра организационно-штатной структуры СВ и ВМФ САР, чтобы придать соединениям большую компактность, повысить их огневую мощь. В коренном улучшении нуждалась система мобилизационной готовности — требовалось организовать заблаговременно подготовленный резерв и быстрый его сбор в случае перерастания напряжённости в новый военный конфликт; то же самое касалось резервов военной техники и боеприпасов[1]. Реализация этих важных задач была возложена на советников[23], и отмечен их колоссальный вклад в укрепление обороноспособности Сирии[24].

[править] Первая ливанская война

 → Первая ливанская война

На территории Ливана регулярных советских частей не было, однако в расквартированных здесь сирийских подразделениях находилось значительное количество советских военных советников и специалистов, которые принимали непосредственное участие в боевых действиях.

Во второй половине апреля 1981 года на территорию Ливана были введены и скрытно рассредоточены: зенитно-ракетная бригада смешанного состава, два зенитно-артиллерийских полка, два радиотехнических батальона и два батальона радиоэлектронной борьбы. По утверждению Г. П. Яшкина, результат был достигнут самое ближайшее время — были сбиты 4 израильских самолета: три F-16 и один F-15,[Прим. 1] и цель, поставленная перед советскими зенитчиками, была достигнута: налёты на позиции сирийских войск прекратились.

Map of the Syrian controlled territory in Lebanon, with SAM deployment areas (in color).png
Magnify-clip.png
     Территория Ливана, находящаяся под защитой Сирии (выделена алым цветом);      Предполагаемое размещение советских ЗРК в долине Бекаа (выделено ярко-красным цветом). Представлено майором ВВС США Д. И. Клэри

В сложившейся ситуации (довольно сложной и непредсказуемой) Москва пошла на беспрецедентный шаг — подписала с Дамаском в октябре 1980 года договор, один из пунктов которого гласил: «Если третья сторона произведет вторжение на территорию Сирии, то Советский Союз будет вовлечён в события». Третья сторона не называлась, но под ней подразумевался Израиль, США и страны НАТО. Но тем не менее Дамаску было твердо обещано, что уже в ближайшем будущем Сирия сможет самостоятельно, «без поддержки арабских стран», противостоять любому врагу в регионе и вести военные действия. Для этого, разумеется, требовались колоссальные поставки в страну советской военной техники, причем на льготных условиях. Этот договор, по мнению кандидата исторических наук В. А. Ярёменко, во многом охладил пыл израильских генералов, которые в ходе Ливанской войны 1982 года неоднократно предлагали Премьер-министру Израиля Менахему Бегину «наказать» Сирию за поддержку оказанную палестинцам, показательным вторжением на её территорию с окружением Дамаска.

8 апреля 1982 года, когда войска 40-й армии ВС СССР в Афганистане уже втянулись в боевые действия против моджахедов, в Сирии, из Москвы пришла следующая шифротелеграмма, информирующая Посла СССР в Сирии В. В. Юхина и Главного военного советника Г. П. Яшкина о принятии Политбюро ЦК КПСС Постановления № 723 от 8 апреля 1982 г. за подписью Л. И. Брежнева, в котором указывалось, что в целях поддержания режима Х. Асада в борьбе с антиправительственными выступлениями внутри страны и арабской реакцией признано целесообразным с советской стороны не увязывать соглашение о размещении советских военнослужащих с соглашением о поставках специальной техники, что означало буквально то, что крупный общевойсковой контингент в Сирию отправлен не будет. По свидетельству Г. П. Яшкина, прочитав это сообщение, он вздохнул с облегчением, так как общими усилиями им с В. Юхиным удалось предотвратить более масштабное втягивание СССР в ближневосточный конфликт: «Второго Афганистана теперь не будет…», — заключил он тогда

Офицеры 231-го зрп за рычагами ЗУ-23-2.jpg
Magnify-clip.png
Офицеры 231-го зенитно-ракетного полка за рычагами ЗУ-23-2 наблюдают воздушного противника в небе над Сирией

Как и ожидалось, 5 июня 1982 г. израильтяне начали операцию под кодовым названием «Мир Галилее». Разразилась пятая арабо-израильская война. Оперативно-стратегическое руководство сирийскими войсками осуществлялось при непосредственном участии советских военных советников в центральном аппарате Министерства обороны САР и в тесном контакте с сирийским руководством. Г. П. Яшкин, характеризуя своих подчинённых, особо отмечал, что вместе со своими подсоветными многие из них демонстрировали в ходе боевых действий образцы мужества, героизма и отваги. В один из первых дней войны советник при командующем войсками в Ливане генерал-майор М. П. Носенко предложил создать в механизированных бригадах подвижные противотанковые подразделения, вооруженные советскими ПТУР «Фагот», предложение одобрил первый заместитель Министра обороны СССР маршал С. Л. Соколов. Специальными авиарейсами в Сирию уже на второй день доставили 120 ПТУРов и по 6 комплектов боеприпасов к ним. Противотанковые взводы на легковых машинах-вездеходах создали в механизированных бригадах 1-й и 3-й танковых дивизий и во вновь созданной 10-й механизированной дивизии. За несколько дней боёв они сожгли более 150 израильских танков. Только одна 21-я механизированная бригада 3-й танковой дивизии в боях на подступах к Дамасскому плато уничтожила 59 вражеских боевых машин. А 20 июля в боях за удержание шоссейной дороги «Бейрут — Дамаск» на подступах к командному пункту генерала Бирогдара противник высадил тактический десантШаблон:Атрибутировать. Часть его просочилась в направлении ячейки управления генерала Носенко. Ячейка управления в составе пяти советских и трёх сирийских офицеров, двух экипажей радиостанций вступила в схватку. Около часа группа отражала натиск израильтян, пока не подошла танковая рота. Общими усилиями израильтяне были уничтожены. В этой схватке погибли сержанты Н. Юматов, В. Викторов и два сирийских офицера. Был ранен и М. П. Носенко. При выходе из окружения под Бхамдуном был тяжело ранен советник командира 21-й механизированной бригады 1-й танковой дивизии подполковник Л. Прокопьев. Он оказался в опасности и мог попасть в плен. Сирийские солдаты Ибрагим Саяд и Мустафа Салех под огнём израильтян около километра тащили его к своим позициям, несмотря на собственные ранения. Обессиленных, их подобрала машина национально-патриотических сил Ливана и доставила в полевой госпиталь. За жизнь советского офицера арабские хирурги боролись в течение ночи, и им удалось его спасти.

[править] Характеристика применения бронетанковых сил

Танк Т-72 в израильском бронетанковом музее. По отзывам сирийских танкистов, в боях 1982 г. танки Т-72 показали высокую эффективность. Даже по оценке израильских специалистов, они оказались малоуязвимыми как для танкового, так и для авиационного оружия. Хотя им не довелось встретиться с новейшими израильскими «Меркавами», примерно 11—12 Т-72 всё же было потеряно безвозвратно

В ходе Первой Ливанской войне 1982 года, в первые два дня боёв израильтянам противостояли лишь палестинские бригады «Айн Джалут», «Хатын» и «Эль Кадиссия», вооружённые танками Т-34 и Т-54. Главные силы сирийской группировки в Ливане — три дивизии в первом эшелоне и две во втором — к началу израильского наступления находились в запасных районах. В полосе обороны остались лишь силы прикрытия, а также ложные цели — надувные, закамуфлированные под цвет местности танки, орудия и зенитные ракетные установки, покрытые металлизированной краской и снабжённые термоизлучателями, имитирующими работу двигателей. Поэтому первый авиационно-артиллерийский удар израильтян перед форсированием реки Захрани пришёлся, практически, по пустому месту (роль израильской авиации в данном вопросе была решающей — почти 75 % потерь сирийских танков случилось в результате ударов высокоточными авиационными боеприпасами[26]). Главное танковое сражение развернулось утром 9 июня: за ночь сирийские войска выдвинулись из запасных районов и заняли заранее оборудованные оборонительные полосы. С рассветом четыре дивизии израильтян на фронте шириной более 100 км — от побережья Средиземного моря до горных районов Гармон — двинулись на противника. С обеих сторон в сражении участвовало около трёх тысяч танков и боевых машин пехоты. Бой продолжался весь день и не принес ни одному из противников явного успеха. В ночь с 9 на 10 июня сирийцы провели мощный артиллерийский контрудар по передовым позициям противника, а с рассветом сирийский огненный вал обрушился по второму эшелону израильтян. 10 июня их наступление, было приостановлено[27], тем не менее, к 13 июня израильская армия вышла к Бейруту и полностью завершила его окружение[28].

Танковые сражения Пятой арабо-израильской войны 1982 года начинались, как правило, на дальностях 1500—2000 м и заканчивались на рубеже сближения до 1000 м. По утверждению генерал-полковника Г. П. Яшкина, лично принимавшего участие в руководстве боевыми действиями в Ливане, танки Т-72 показали своё полное превосходство над бронетанковой техникой противника. Сказалась большая подвижность, лучшая защищённость и высокая огневая мощь этих машин. Так, после боя в лобовых листах некоторых Т-72 насчитывали до десяти вмятин от снарядов, тем не менее танки сохраняли боеспособность и не выходили из боя. В то же время 125-мм снаряды советских танковых пушек уверенно поражали неприятельские машины в лоб на дальности до 1500 метров. Так, по словам одного из очевидцев — советского офицера, находящегося в боевых порядках сирийских войск — после попадания снаряда пушки Д-81ТМ с дистанции приблизительно 1200 м в танк Merkava, башня последнего была сорвана с погона.

"Скрежетали от боли расщепленные траки. Мы горели, как в топке — экипаж «Меркавы» — писал израильский поэт, Член Союза писателей Израиля Борис Эскин. В Ливане состоялось первое боевое применение «Меркавы». В боях было уничтожено 7 машин этого типа

В ходе боёв в Ливане в 1982 году почти 75 % сирийских танков было поражено высокоточными авиационными боеприпасами. Опыт боевых действий показал, что перевозимые зенитные ракетные комплексы и радиолокационные станции из-за своей низкой мобильности были желанной целью для противника. В частности, в ходе операции «Арцав-19» 7-11 июня 1982 г. по стационарной группировке ПВО Сирии «Феда», расположенной в долине Бекаа (Ливан), во время израильской операции «Арцав-19» активно наносились внезапные ракетно-артиллерийские удары, ракетами «земля-земля», а также огнём дальнобойной и реактивной артиллерии, применившей шариковые и кассетные боеприпасы с инфракрасным и лазерным наведением. Для обнаружения зенитно-ракетных дивизионов авиация Израиля использовала имитаторы ложных целей и БПЛА с телекамерами на борту. Как правило, самолёты не входили в зону поражения ЗРК, а наносили удары с большой дальности с помощью высокоточных управляемых или самонаводящихся ракет. Вскоре, однако, благодаря специалистам советской оборонной отрасли, стали осуществляться перехваты управления израильских ракет с телевизионной системой наведения и БПЛА. Один беспилотный летательный аппарат даже удалось посадить во дворе возле Штаба Главного военного советника.

[править] Борьба со средствами воздушного нападения и разведки

Израильтяне активно применяли беспилотные летательные аппараты (БПЛА) IAI Scout, Ryan Firebee, Tadiran Mastiff (на представленном снимке) для разведки, целеуказания и дальнейшего уничтожения стартовых позиций советских средств ПВО

После того, как основные боевые действия на земле закончились и начался переговорный процесс, израильская военная авиация продолжала наносить удары по позициям сирийских войск. Отпор им давали контролируемые советскими военными специалистами силы ПВО САР.

Израиль широко использовал БПЛА, как для вскрытия системы ПВО Сирии, так и в качестве ложных целей: Наряду со средствами радиоэлектронного противодействия, против ЗРК «Оса-АК», дислоцированных в Южном Ливане, Израиль применял разнообразные тактические приемы, направленные на снижение боеспособности комплекса, в частности, массовый пуск БПЛА, имитирующих налёт боевых самолётов с последующей атакой ударной авиации на позиции израсходовавших боекомплект ЗРК. Уничтоженная боевая техника оперативно заменялась новыми прибывающими партиями. При этом, как отмечает проф. Р. Э. Канет, Советский союз не просто заменил уничтоженную и вышедшую из строя технику, он прислал необходимое количество специалистов для того, чтобы было кому сесть за рычаги этой новейшей техники.

[править] Использование ретрансляторов на аэростатах для истребительной авиации

Сирийские летчики с авиабазы Думейра часто вылетали в район долины Бекаа. Однако, как только они уходили за горный хребет, связь с ними терялась, что фактически ставило воздушные операции под угрозу срыва. В начале 1980-х гг. советское военное руководство уже достаточно хорошо знало о возможностях воздухоплавательной техники. Ретрансляторы «Выпь-П» на привязных аэростатах, использовавшиеся на границе с Афганистаном для связи с уходящими за границу авиаэскадрильями успешно себя зарекомендовали в ходе боевых действий. Начальник Воздухоплавательной службы ВВС СССР генерал-майор В. Жевагин предложил использовать уже опробованный метод подъёма ретранслятора на аэростате для устранения «мёртвых зон» в обеспечении связи и в Сирии. В одном из заброшенных капониров был устроен искусственный водоем для добычи водорода к аэростатам АЗ-55 (сирийцы называли его «хабир-баллон»). Каждое утро такой баллон поднимался в небо вместе с ретранслятором «Выпь-П», и как следствие появилась устойчивая связь с самолётами. Потери от огня израильтян свелись практически к нулю. В связи с непривычными климатическими условиями, не обходилось и без происшествий. В один из дней неожиданно для всех аэростат взорвался в воздухе на высоте более двух километров. Раскрывшаяся оболочка сыграла роль парашюта, и ретранслятор плавно опустился на землю — погнулась всего лишь одна антенна. Расследование этого инцидента показало, что причиной взрыва оказались высокая температура и солнечная радиация, повлиявшие на крепость швов баллона.

Ливанская война 1982 года показала, что сирийские пилоты-истребители были «ослеплены» и дезориентированы израильскими средствами радиоэлектронного подавления. Без связи с наземными пунктами управления, сирийские пилоты были в полном неведении относительно воздушной и наземной обстановки.

Как и в большинстве подобных случаев, оценки результатов и потерь авиации существенно различаются. Израиль заявил о 30 уничтоженных ЗРК и более чем 80 сбитых самолетах противника, при потере всего 1 штурмовика (сбитого не сирийской армией, а палестинскими боевиками). Американские источники, включая аналитический доклад, подготовленный Rand Corporation для командования ВВС США поддерживает израильские данные, а сирийские и советские СМИ обвиняет в систематической фальсификации сообщений[29]. Сирийская сторона не предоставила никаких материальных доказательств хотя бы одной воздушной победы.

[править] Радиотехническая разведка

Начальник управления РЭБ ВС САР, дивизионный генерал С. А. эль Ашрам высоко оценил результаты работы группы специалистов ЦНИИ-108, поставил её в пример другим и на прощание подписал благодарственную грамоту, в которой, назвав всех поименно, отметил выполнение поставленной спецзадачи

Проанализировав опыт боевых действий 1982 года, в СССР пришли к выводу о необходимости усиления работы на фронте радиоэлектронной борьбы, в частности подавления израильских радиолокационных средств и оснащения сирийской авиации средствами инфракрасного противодействия. Группа советских военных специалистов по радиотехнической разведке (РТР) под руководством научного сотрудника ЦНИИ-108 Е. К. Киреева и инженеров Б. В. Хлопова и Н. И. Мирового, позже на месте к работе группы подключился сотрудник Воронежского военного ЦНИИИ-5 подполковник В. И. Салтаганов, была направлена в Сирию во второй половине августа 1982 года для исследования радиолокационной аппаратуры американского самолёта Е-2C Hawkeye. При помощи этой системы израильские ВВС в течение лишь одной воздушной атаки уничтожили около десяти самоходных зенитных установок «Шилка». Все они были уничтожены в ходе боевой операции, проведенной по типовому сценарию, с применением средств радиоэлектронной борьбы. Со стороны Израиля выбросили дипольные отражатели, и созданные ими облака имитировали видимость массированного налёта израильской авиации. Сирийское командование отдало приказ включить в боевой режим радиолокаторы всех средств ПВО. Налёта за этим не последовало. Но израильский самолёт с аппаратурой радиолокационной разведки Е-2C Hawkeye, пролетевший на дальнем расстоянии от сирийских средств ПВО, установил положение объектов, в том числе и «Шилок», также работавших на излучение. После этого вылетели истребители-бомбардировщики с самонаводящимися ракетами AGM-45 Shrike и управляемыми планирующими бомбами AGM-62 Walleye на борту и провели по ним ракетно-бомбовую атаку. Уничтожение «Шилок» нанесло ощутимый удар по престижу советских средств ПВО. В срочном порядке требовалось понять принцип работы этой радиолокационной системы и найти пути её нейтрализации или способы противодействия. Исследования группы проводились с 26 августа по 20 октября 1982 года. В результате были выявлены диапазон рабочих частот Hawkeye, параметры излучаемых сигналов и другое, что позволило разработать новые методы и способы повышения живучести средств ПВО и эффективности их использования.

[править] Операция «Кавказ-2»

Секретная карта ЦРУ: Радиус охвата ЗРК С-200 воздушного пространства над Сирией и прилегающими странами, частями дислоцированными в Хомсе на севере Сирии, и в Думейре на юге страны (40 км к северо-востоку от Дамаска)

В сложившейся обстановке Сирия ожидала от СССР увеличения помощи, пропорциональной возникшей угрозе. Поначалу СССР ограничился лишь увеличением технической помощи, но в самом СССР шли интенсивные подготовительные мероприятия. На основании Постановления Правительства СССР № 897—246 от 28 сентября 1982 г. и Директивы МО СССР № 312/4/00836 от 25 ноября 1982 г. на базе частей Московского округа ПВО было начато формирование двух зенитно-ракетных полков дальнего действия ЗРК С-200. В конце октября 1982 года посол СССР В. В. Юхин и главный военный советник Г. Яшкин были вызваны в Москву. После докладов о сложившейся обстановке в Москву пригласили сирийское руководство, и в советско-сирийском военном сотрудничестве наступил новый этап. Тогда же, в октябре, в ходе московских переговоров Президента Сирии Х. Асада с членом Политбюро Ю. В. Андроповым, было принято решение о прямом военном участии СССР в конфликте. Решение вопросов по переброске в САР группировки сил ПВО было возложено на генерала В. М. Красковского, а со стороны Министерства морского флота СССР — на заместителя министра B. C. Зборащенко[30]. В начале января 1983 года в Сирию под легендой проведения военных учений «Кавказ-2» был направлен восьмитысячный контингент советских войск — Советский Союз фактически взял на себя охрану воздушного пространства Сирии. Контингент включал в себя два зенитно-ракетных полка, вооружённых сверхдальними комплексами С-200ВЭ (это была первая поставка ракетного комплекса С-200 за пределы Советского Союза), ракетно-техническую базу, а также вертолётные и наземные подразделения радиоэлектронной борьбы. Отправка происходила из порта города Николаев. Перекрасив технику под цвет пустыни, её погрузили на корабли. 10 января 1983 года в обстановке строжайшей секретности 220-й полк прибыл в порт Тартус. Под прикрытием сирийских войск колонна с советскими военнослужащими прибыла на место дислокации под городом Думейр, в 40 км западнее Дамаска. При вводе советских частей ПВО в Сирию, советским военнослужащим было приказано забыть о воинских званиях и военной форме. Весь контингент прибыл в страну тайно под видом туристов. Через месяц, в феврале, в Сирию прибыл второй караван кораблей, на борту которых находился 231-й зенитно-ракетный полк. 220-й полк осуществлял прикрытие и защиту 231-го полка во время разгрузки в порту, передвижения в город Хомс и развёртывания на боевое дежурство в 5 км восточнее города. Вскоре прибыли и другие воинские части: технический полк, вертолётная эскадрилья РЭБ, подразделения РЭБ наземного базирования. Закрытые военные городки, в которых находились зенитно-ракетные полки, очень хорошо охранялись, проникнуть туда несанкционированно было практически невозможно. Части напрямую подчинялись командующему войсками ВВС и ПВО САР. Только он мог отдать команду на применение С-200, которые сирийцы называли «оружием президента».

Военнослужащие 220-го зрп в колонне грузовиков на марше в Сирии

Подразделения радиоэлектронной борьбы были размещены на Голанском плато[уточнить] и в долине Бекаа и в дальнейшем хорошо себя зарекомендовали в плане успешного боевого применения. Основная задача зенитно-ракетных полков заключалась в том, чтобы пресечь нарушения воздушных границ САР. Это сковывало руки израильтян, делая начало массовых военных действий всё менее вероятным. На территорию Ливана регулярные советские части не вводились, но в сирийских частях и подразделениях находились многочисленные советники, принимавшие активное участие в боевых действиях. О появлении советских зенитно-ракетных полков моментально стало известно Израилю, который запретил полёты своей авиации в 250-километровом радиусе эффективного поражения. Появление этих ЗРК в Сирии сразу же заставило американцев перебазировать свои авианосцы и другие боевые корабли на значительное расстояние от сирийских берегов, и привело к сокращению нарушений сирийских воздушных границ израильской авиацией, а самолёты дальнего радиолокационного обнаружения и управления (AWACS) вообще стали летать только над Средиземным морем. «Теперь, нас защищает лапа советского медведя», — с удовлетворением комментировал впоследствии прибытие советских зенитно-ракетных полков Вице-президент САР А. Х. Хаддам.

Имевший радиус действия свыше 180 км и способный уничтожать израильские самолёты ещё на подлёте к сирийскому воздушному пространству в Израиле и на побережье Ливана, комплекс С-200 до этого не вывозился за пределы СССР, и представлял серьезную проблему для израильских и американских самолётов ДРЛО E-2 Hawkeye и E-767, в то же время, то обстоятельство, что комплексы С-200 обслуживались советскими, а не сирийскими военными являлось для Израиля весьма мощным сдерживающим фактором. В газете New York Times вышел ряд публикаций, в частности за авторством Джудит Миллер и Р. У. Эйпла-мл., о том, что советские части, вооружённые С-200 были неподотчётны сирийскому руководству и подчинялись Москве напрямую.

Генерал-полковник В. М. Красковский сообщает, что с целью координации вопросов, связанных с участием советских сил и средств, в Сирии были созданы две оперативные группы. Оперативную группу в Главкомате возглавил заместитель Главкома генерал-полковник авиации Б. В. Бочков, в Дамаске — генерал-лейтенант К. С. Бабенко. Заместителем генерала Б. В. Бочкова был назначен сам генерал В. М. Красковский. В его функции входили постоянное поддержание связи с генералом Бабенко и непосредственное руководство группой по выработке рекомендаций советским силам ПВО в Сирии по отражению возможного удара с воздуха[30]. Как отмечают доктор военных наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ генерал-майор В. Д. Рябчук и кандидат военных наук полковник В. И. Ничипор, даже мощнейшие американские вооружения не помогли Израилю избежать поражения в Ливане.

Полковник И. И. Тетерев, командовавший в Сирии 220-м зенитно-ракетным полком, отметил, что выполняя боевую задачу по оказанию САР интернациональной помощи, советские зенитчики регулярно несли боевое дежурство. По его словам, личный состав полков нёс службу в полевых, неимоверно трудных условиях, в обстановке высокого нервного напряжения, вдали от Родины, без семей, без отпусков, с минимальными сроками готовности к открытию огня[31].

[править] Действия против многонациональных сил в Ливане в 1983—1984 годы

Указ Президента Сирии о награждении советского военнослужащего высшим военным отличием страны — званием Героя Сирийской Арабской Республики

В 1982 году для наблюдения за выводом из Бейрута палестинских милиций в городе высадилась международная миротворческая группировка, состоящая из военнослужащих США, Франции и других стран. После заключения израильско-ливанского договора и отхода израильских сил из района Шуф к югу от Бейрута, раскрутился новый виток Горной войны (англ. Mountain War) между ливанской армией и шиитско-друзскими милициям, поддерживаемыми сирийцами. В декабре 1983 года для поддержки ливанской армии объединённые силы военно-морской группировки США, Англии, Франции, Италии начали морскую блокаду побережья Ливана.

Корабельная артиллерия во взаимодействии с бомбардировочной авиацией стала наносить массированные удары по шиитским и друзским милициям и сирийским войскам, занимающим оборону в горных районах Санины, прикрывающим автомагистраль Дамаск-Бейрут; ещё раньше, в ноябре, были нанесены авиаудары по сирийским войскам и силам Стражей Исламской революции, находившимся в долине Бекаа. Сирийцы нанесли ряд ответных ударов по корабельной группировке США[нет источника] и их ПВО действовало против палубной авиации. 4 декабря 1983 года во время авианалёта на позиции сирийских войск в Ливане силами 3-го и 6-го авиакрыльев, огнём советских средств ПВО были уничтожены штурмовики A-7 Corsair II и A-6 Intruder — это были первые за десять лет (с января 1973 года) потери палубной истребительно-бомбардировочной авиации ВМФ США со времён Войны во Вьетнаме.

Эффективность боевых стрельб ЗРВ
по типам сбитых самолётов (декабрь 1983 г.)
США США Израиль Израиль Франция Франция
BQM-34 A-6 A-7 F-14 F-4 E-2 N/A SEM
11 5 1 3 1 1 4 2
     Первый в мировой истории сбитый самолёт такого типа.

По данным Г. Яшкина, за шесть суток активных боевых действий, ракетчики сбили девять американских самолетов, в том числе пять А-6 Intruder, три F-14 Tomcat, один F-4 Phantom II,[Прим. 2] кроме того, четыре израильских и два французских палубных истребителя Super Étendard. В воздушных боях на МиГ-23МЛД сирийские пилоты, подготовленные советскими военными, сбили четыре израильских самолета — три F-15 Eagle и один F-14 Tomcat, не потеряв ни одного своего. Израильская сторона потери не подтвердила. Перед блокадой американцы массированно применили беспилотные самолеты-разведчики AQM-34, которые барражировали над позициями сирийских войск в Ливане, а также над советскими ЗРК в Сирии. Дивизионами непосредственного прикрытия «Оса» было сбито одиннадцать беспилотных самолетов. 202-й зрп доложил о пражении пуском одной ракеты на дальности 190 км самолёта раннего предупреждения E-2 Hawkeye, но ни США, ни Израиль, не подтвердили потери самолётов этого типа. Как сообщают официальные израильские источники, три из четырёх имевшихся у Израиля самолётов дальнего радиолокационного обнаружения и управления E-2C были проданы Мексике, а один находится в музее ВВС Израиля. На этом полёты самолетов США и Израиля прекратились — поставленная перед зенитчиками цель была достигнута.

После высадки в Бейруте многонациональных сил, непосредственную помощь палестинцам оказали ВВС Сирии, в частях которых находились советские советники и специалисты[32]. Всё изменилось в январе 1983 г ., когда СССР направил в Сирию три полка ЗРК С-200: После первого же включения локаторов С-200, полёты самолётов дальнего радиолокационного обнаружения над Ливаном и вдоль сирийской границы, и нарушения беспилотными самолётами разведчиками сирийской границы прекратились[33].

1983 год на Ближнем Востоке стал триумфом для новой советской зенитно-ракетной системы С-200 «Вега-М», — отмечают военные обозреватели И. Булавинов и М. Шестериков

В феврале 1984 года шиитские и друзские отряды возобновили боевые действия в районе Бейрута, а ливанская армия начала разваливаться, в результате многонациональные силы, не добившись стабилизации обстановки, были выведены из Бейрута. После их ухода присутствие советских войск на сирийской территории теряло актуальность, и к июлю 1984 года они также были возвращены на родину. В то же время в стране продолжали работать советские военные специалисты и советники. Так, например, в 1985—1986 годах в Сирии по просьбе президента Асада находилась группа специалистов, в задачи которой входили поиск, обезвреживание и демонтаж электронных систем прослушивания, установленных западными разведками. Все эти подслушивающие устройства были закамуфлированы под местные предметы и заминированы на неизвлекаемость. Попытки сирийцев снять некоторые из них самостоятельно закончились трагически: несколько человек погибли и получили ранения. В результате работы советской группы под руководством сотрудника Гостехкомиссии капитана 1-го ранга А. Ф. Токаря были обследованы основные правительственные и военные линии связи, обнаружено и обезврежено более десяти подслушивающих устройств различной модификации и маркировки. За эту работу все члены группы, участвовавшие в операции, были награждены сирийскими наградами.

Осенью 1983 года израильтяне вывели свои войска с занятых ими ранее позиций, расположившись в Южном Ливане (где они находились до 2000 года), стратегическая инициатива перешла к Сирии. Руководство Сирии, ободрённое поддержкой Советского Союза, своеобразно воспользовалось достигнутыми успехами, из глухой обороны перейдя в «наступление» на дипломатическом фронте, и начав открыто угрожать Израилю, и подкреплять свои угрозы в частности тем, что в сирийской печати открыто заявлялось, что за Сирией стоит весь советский ракетно-ядерный потенциал. Руководство Советского Союза, которое ввело контингент с целью стабилизации обстановки в регионе, с тем, чтобы сбалансировать силы противоборствующих сторон, и не ставившее целью эскалацию арабо-израильского конфликта с непредсказуемыми последствиями для всего мира, приняло решение вывести регулярные советские войска, оставив в стране только существенно ограниченную по численности группу советников и специалистов, достаточную для организации обороны страны в случае израильской агрессии, но слишком малую для обеспечения самостоятельных (наступательных) действий сирийских войск. Решение советского руководства явилось для сирийского руководства полной неожиданностью и даже вызвало некоторую растерянность. Однако Москва поспешила успокоить Дамаск, сообщив, что войска останутся до лета 1984 года. За это время предполагалось передать всю материальную часть сирийским военнослу­жащим, и провести с ними необходимые курсы переподготовки с тем, чтобы те освоили переданную им советскую технику. В июле 1984 года весь личный состав регулярных советских воинских частей покинул территорию Сирийской Арабской Республики.

[править] Командование

Руководство советского военно-советнического аппарата в Сирии
Звание Имя Годы
Старший Группы советских военных
специалистов в Вооружённых силах Сирии

كبير الخبراء العسكريين
полковник Т. Козловский 1956—1957
полковник Н. Ульянов 1959—1961
генерал-майор В. Андрющенко 1961—1963
генерал-лейтенант В. Шанин 1963—1964
генерал-майор С. Белоножко 1964—1967
Главный военный советник
العسكريين السوفييت كبير المستشارين
генерал-полковник М. Фроленков 1967—1970
генерал-лейтенант С. Магометов 1970—1972
генерал-лейтенант В. Макаров 1972—1974
генерал-лейтенант М. Терещенко 1974—1977
генерал-лейтенант В. Будаков 1977—1980
генерал-полковник Г. Яшкин 1980—1984
генерал-полковник В. Гордиенко 1984—1986
Звание Имя Годы
генерал-лейтенант Е. Смирнов 1986—1988
Руководитель аппарата советских
военных советников в
Сирийской Арабской Республике
генерал-лейтенант В. Копылов 1988—1991
генерал-лейтенант В. Цветков 1991—1992
Главный военный советник
генерал-полковник Ф. Марковский 1993
генерал-лейтенант В. Суворов 1993—1995
генерал-полковник А. Богданов 1996—1999
генерал-лейтенант В. Якушев 1999—2002
генерал-лейтенант М. Ашуров 2002—2004
генерал-лейтенант А. Усков 2004—2007
генерал-лейтенант А. Лукин 2007—2010
генерал-полковник Н. Ткачёв 2010—2012
С лета 2012 года деятельность
Аппарата ГВС в Сирии прекращена
     Данные за указанный период не доступны, или не подтверждены.

[править] Примечания

  1. Как и во многих подобных случаях, израильская сторона, своих потерь не подтвердила, отмечалось, что сирийцы не продемонстрировали им обломков летательных аппаратов или других материальных доказательств того, что самолёты были сбиты[25]
  2. Американцы, как обычно, эти потери не подтвердили. Согласно их официальной информации, они потеряли по одному А-6 и А-7. Ещё один А-7 был повреждён, но вернулся на авианосец.

[править] Источники

  1. 1,0 1,1 Терещенко М. Н. Миссия в Дамаск [Заметки главного военного советника в Сирии] // Военно-исторический журнал : Ежемесячное издание Генерального штаба Вооружённых Сил России. — М.: Изд-во «Красная звезда», 1994. — № 2. — С. 25-34. Тираж — 17500 экз. — ISSN 0321-0626.
  2. Яшкин Г. П. Мы воевали в Сирии // Вестник ПВО : Ежемесячный журнал Войск противовоздушной обороны СССР. — М.: Изд-во «Красная звезда», 1988. — № 4. — ISSN 0134-918X.
  3. Ewig, Mark G. All Countries Are Not Equal: U.S. Security Assistance to the Middle East During the Reagan Era (англ.). — Defense Analytical Study. — Maxwell Air Force Base, Alabama: Air War College, May 1990. — P. 43. — 60 p.
  4. Горбатов О. М., Черкасский Л. Я. Борьба СССР за обеспечение прочного и справедливого мира на Ближнем Востоке (1967—1980). — М.: Изд-во «Наука», 1980. — 280 с.
  5. Soviet Bloc and Western Support for Economic Development in Syria, Argentina, and Indonesia (англ.). — Office Memorandum. — Central Intelligence Agency, Office of Research and Reports, 30 April 1957. — P. 49-50,59-61. — 207 p. — (Secret).
  6. Шаблон:ЗРВ в войнах во Вьетнаме и на Ближнем Востоке (1965-1973)
  7. Soviet Relations with the Baathists in Iraq and Syria (англ.) / Directorate of Intelligence. — Special Report: Weekly Review. — Washington, D.C.: Central Intelligence Agency, Office of Current Intelligence, 27 June 1969. — P. 3-4. — 8 p. — (Secret).
  8. Freedom of Information Act Electronic Reading Room
  9. ЗРВ в войнах во Вьетнаме и на Ближнем Востоке (1965-1973)
  10. Разинков М. В. Первые шаги за «бугром» (DOC). Сирия: горячий октябрь 1973 года (Записки военного переводчика) С. 6-10. — 51 с. Триполи-Москва: Клуб Военного института иностранных языков (1999). Архивировано из первоисточника 6 апреля 2013. Проверено 18 марта 2013.
  11. Белослудцев О. А., Плоткин Г. Л. 1973 — война без победивших война без побежденных // Сержант : Научно-популярное издание. — М.: Изд-во «Рейтар», 1998. — № 9. — С. 17-27. Тираж — 1500 экз. — ISSN 0130-2647.
  12. Разинков М. В. Октябрь 1973 года (DOC). Сирия: горячий октябрь 1973 года (Записки военного переводчика) С. 36-45. — 51 с. Триполи-Москва: Клуб Военного института иностранных языков (1999). Архивировано из первоисточника 6 апреля 2013. Проверено 18 марта 2013.
  13. Сумбаев С. Война Судного дня грозила стать мировой // Красная звезда : Центральный печатный орган Министерства обороны Российской Федерации. — М.: Редакционно-издательский центр МО РФ, 23 октября 2003. — ISSN 0023-4559.
  14. Дроговоз И. Г. Сирийский фронт. Год 1973 // Необъявленные войны СССР. — Мн.: Харвест, 2004. — С. 362, 382. — 496 с. — (Военно-историческая библиотека). — 5 тыс, экз. — ISBN 985-13-2109-5.
  15. Сухов К. В. Над сирийским фронтом. Часть III: Авиация Израиля в войне // Авиация и время : Научно-популярный авиационный журнал. — К.: Изд. центр «АэроХобби», 1995. — № 3.
  16. ЗРВ в войнах во Вьетнаме и на Ближнем Востоке (1965-1973)
  17. Кнутов Ю. Малоизвестные факты хорошо известных событий // Гл. ред.: И. Коротченко Национальная оборона : Ежемесячный журнал. — М.: ООО «ИД «Национальная оборона», 2010. — № 12. — ISSN 1992-0563.
  18. Усов М. О военно-техническом сотрудничестве с Сирией // Техника и вооружение : Научно-популярный журнал. — М.: Техинформ, 2005. — № 4. — ISSN 1682-7597.
  19. Заир-Бек В. Октябрьская (1973 г.) война на Ближнем Востоке // Обозреватель : Ежемесячный информационно-аналитический журнал. — М.: ООО “РАУ-Университет”, 2009. — Т. 228. — № 1 (228). — С. 84-102. — ISSN 2074-2975.
  20. Сирия: горячий октябрь 1973 года (Записки военного переводчика)
  21. ЗРВ в войнах во Вьетнаме и на Ближнем Востоке (1965-1973)
  22. ЗРВ в войнах во Вьетнаме и на Ближнем Востоке (1965-1973)
  23. Армейский сборник
  24. Яшкин Г. П. Под жарким солнцем Сирии // Военно-исторический журнал : Ежемесячное издание Генерального штаба Вооружённых Сил России. — М.: Изд-во «Красная звезда», 1998. — № 4. — С. 58-66. — ISSN 0321-0626.
  25. Грановский О. Потери ВВС Израиля в Ливане (HTML). ЦАХАЛ / Статьи. Проект War Online (20 ноября 2003). Архивировано из первоисточника 15 марта 2013. Проверено 26 февраля 2013.
  26. Танки в позиционной обороне
  27. Ильин В., Никольский М. Современные танки в бою // Техника и вооружение : Научно-популярный журнал. — М.: Техинформ, 1997. — № 1. — ISSN 1682-7597.
  28. Эйтан Р. Повесть солдата / Пер. с иврита — Е. И. Баух. — Израиль: Изд-во «Яир», 1991. — С. 381-382. — 420 с.
  29. Lambeth, Benjamin S. Moscow’s Lessons from the 1982 Lebanon Air War (англ.) / United States Air Force. — Santa Monica, CA: RAND Corporation, September 1984. — 46 p. — (Project Air Force). — ISBN 0-8330-0587-1.
  30. 30,0 30,1 Красковский В. М. 1983 год. Накал борьбы за войска. Операция «К» // На службе неповторимой Отчизне: воспоминания. — СПб.: ВКА им. А. Ф. Можайского, 2007. — 461 с.
  31. Тетерев И. И. Про льготы, про антикоммунистов // Коммерсантъ-Власть : Аналитический еженедельник. — М.: ИД «Коммерсантъ», 1999. — № 20 (321). — С. 48. Тираж — 73 100 экз. — ISSN 2071-5358.
  32. Коллектив авторов. Участие советских военнослужащих в локальных войнах… На Ближнем Востоке. Арабо-израильские войны // Отечественная военная история: с древнейших времен до наших дней: в 3-х томах (Книга 2) / Институт военной истории МО РФ. — М.: Издательский дом «Звонница-МГ», 2003. — Т. 2-3. — С. 611. — 655 с. — 3 тыс, экз. — ISBN 5-88093-077-7.
  33. Тетерев И. И. Триумф С-200


Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты