Финикийцы в греческой мифологии

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Европа
Афродита
Кадм
Афродита и Адонисс
Ио
Ошибка создания миниатюры: Ошибочный параметр миниатюры
Гармония

Финикийцы в греческой мифологии (англ. Phoenician characters in Greek mythology) — предания о финикийцах в мифах Древней Греции.

Содержание

[править] Общие сведения

С финикийцами связаны многие греческие мифы, что говорит об очень близком и древнем знакомстве греков с финикийцами. Некоторые предания о финикийцах носят враждебный характер, описывая их как коварных и жадных людей, а другие, наоборот, героизируют их.

Древние предания показывают, что когда-то очень давно финикийцы обосновались на островах Эгейского моря (они колонизировали Санторин, Самофракию, Серифос, Родос, Крит, Мелос, Киферу, Фасос и т. д.), торговали в городах Греции, а иногда пиратствовали и захватывали людей в рабство. Сохранились глухие воспоминания о финикийском войске, которое в далёкие времена пришло в Грецию и захватило Беотию.

Хотя Финикия и Греция находятся далеко друг от друга, но издревле эти народы оказывались соседями, например на Кипре, где греки основали Саламин, а финикийцы основали такие города, как Китион, Карпасия, Кериния, Пафос и Лапиф.

Британский исследователь Мартин Бернал отмечал, что отрицание историками финикийского влияния на Грецию утвердилось к 1920-м годам в связи с растущим антисемитизмом в Европе[1].

В. Барнетт предполагает, что трансмиссия восточных образов в мифологию греков могла осуществляться через посещавших Грецию финикийцев и греческих переселенцев, обосновавшихся на Ближнем Востоке и в Малой Азии. Не исключено, что через сиро-финикийское посредничество в греческую мифологию могли проникать отдельные шумерские мифы[2]

Сильное финикийское культурное влияние, связанное с посещением финикийцами Греции и поселениями в ней, отмечалось уже древними, а Страбон делал вывод, что «греки проявляют постоянную склонность к иностранным заимствованиям... и в отношении культов чужеземных божеств»[3].

Таким образом, предания и мифы рассказывают, что финикийцы привнесли в Грецию письменность, некоторые культы, основали в Греции ряд колоний, и, наконец, вступали в отношения с жительницами Греции, и как следствие многие известные греки, начиная с Пифагора и Фалеса, имели по преданиям финикийских отцов. Греки приписали финикийцам множество изобретений, но, вместе с тем, изображали их алчными, коварными и жестокими людьми, с которыми грекам приходилось борться за голсподство на морях, торговые пути и за колониии.

Даже слово «олимп» возможно восходит к финикийско-угаритскому «’lm» — «вечность»[4] (в иврите «олам» означает «мир, сфера», а как эпитет Бога олам значит «вечный, властелин»).

[править] Купцы, ремесленники и работорговцы

Гомер пишет:

Славные чаши, сидонян искусных изящное дело.
Мужи ее финикийцы, по мглистому плавая понту,
В Лемнос продать привезли[5].

Из его стихов видно, что финикийцы явно вели активную морскую торговлю с Грецией:

К славным тотчас финикийцам бежал на корабль я и с просьбой
К ним обратился, добычу богатую в дар предложивши.
Я попросил, на корабль меня взявши, отвезть или в Пилос,
Или в Элиду, божественный край многославных эпейцев[6].

При случае, финикийцы могли похитить кого-нибудь и продать в рабство:

Прибыл в Египет тогда финикиец коварный и лживый,
Плут, от которого очень немало людей пострадало.
Умною речью меня убедил он, чтоб с ним в Финикию Все мы отправились [...]
В Ливию взял он меня на своем корабле мореходном,
[...] затем, чтоб меня там продать за огромную плату[7].

Не менее любопытную историю приводит Гомер, рассказывая, что некая финикиянка была захвачена пиратами и продана в Грецию, где стала служанкой. Несмотря на красоту, у неё судя по описанию не было отношений, пока некий финикийский купец, прибывший для торговли, не вступил с ней в интимные отношения, желая её похитить и продать в рабыни:

Как-то причалили к нам финикийцы, народ плутоватый.
Много красивых вещей привезли в корабле они черном.
А у отца моего была финикиянка в доме,
Стройная, редкой красы, в рукодельях искусная женских.
Голову хитрые ей финикийцы искусно вскружили.
Близ корабля их стирала она, и один финикиец
С нею сошелся любовью и ложем. А слабому полу
Голову это кружит, даже самой достойной из женщин.[8].

Финикийские купцы оставались в греческих городах подолгу (иногда целый год)[9], а их корабли Гомер называл быстроходными[10].

Из этих рассказов видно, что финикийцы в далёкие времена активно торговали с Грецией, Египтом и Ливией. Торговали они произведениями не только Финикии («пыш­но­узор­ные ризы, жен сидон­ских работы, кото­рых Парис бого­вид­ный сам из Сидо­на при­вез»[11]), но и Египта и Ассирии, при этом у них видимо складывались близкие отношения с греческими женщинами-покупательницами, так что сохранился миф о похищении финикийцами женщин:

Жен­щи­ны сто­я­ли на кор­ме кораб­ля и поку­па­ли наи­бо­лее при­гля­нув­ши­е­ся им това­ры. Тогда фини­ки­яне по дан­но­му зна­ку набро­си­лись на жен­щин. Бо́льшая часть жен­щин, впро­чем, спас­лась бег­ст­вом, Ио же с несколь­ки­ми дру­ги­ми они успе­ли захва­тить. Фини­ки­яне вта­щи­ли жен­щин на корабль и затем поспеш­но отплы­ли в Еги­пет[12].
Ясно ведь, что жен­щин не похи­ти­ли бы, если бы те сами того не хоте­ли[13].

Другие предания сообщают, что потомки финикийцев жили на некоторых островах, например на Фере, много веков («восемь чело­ве­че­ских поко­ле­ний жили фини­ки­яне на ост­ро­ве Кал­ли­ста»[14]), а это было бы невозможно без женщин. Не исключено, конечно, что финикийцы для создания семьи в Грецию могли завозить финикиянок (ср. Финикиянки (Еврипид)), однако, более логично предположить, что чаще они находили себе жён в самой Греции.

Есть и другие сообщения о том, что финикийцы захватывали женщин в рабство или торговали рабынями.

Например, жрицы, которые были похищены из египетских Фив финикийцами, учредили оракулы в Оазисе и Додоне:

Жре­цы Зев­са в Фивах рас­ска­зы­ва­ли мне, что две жен­щи­ны, жри­цы из Фив, были уве­зе­ны фини­ки­я­на­ми и одна из них, как узна­ли, была про­да­на в Ливию, а дру­гая — в Элла­ду... Если фини­ки­яне дей­ст­ви­тель­но похи­ти­ли тех жен­щин из хра­ма и одну про­да­ли в Ливию, а дру­гую в Элла­ду, то, по-мое­му, эта послед­няя при­бы­ла в Фес­про­тию в Элла­де... Когда она научи­лась затем эллин­ско­му язы­ку, то устро­и­ла про­ри­ца­ли­ще и рас­ска­за­ла, что ее сест­ру про­да­ли в Ливию те же самые фини­ки­яне, кото­рые про­да­ли и ее[15].

О матери Гомера утверждается, что она была рабыней с острова Итака в Ионическом море, проданной финикийцами:

Что касается его матери... говорят, что она была итакийская женщина, проданная в рабство финикийцами[16].

[править] Похищение Ио

Геродот рассказывает, что как-то финикийские купцы прибыли в Аргос, где один из них сошёлся с Ио, дочерью царя Аргоса Инаха (которого античные авторы Апион и другие считали современником Моисея):

О похи­ще­нии же Ио фини­ки­яне рас­ска­зы­ва­ют ина­че, чем пер­сы, вот что. Имен­но, по их сло­вам, они вовсе не уво­зи­ли Ио насиль­но в Еги­пет, так как она уже в Арго­се всту­пи­ла в любов­ную связь с хозя­и­ном кораб­ля. Когда же почув­ст­во­ва­ла себя бере­мен­ной, то от сты­да перед роди­те­ля­ми доб­ро­воль­но уеха­ла с фини­ки­я­на­ми, чтобы скрыть свой позор[17].

Единственный сын Ио Эпаф стал царём Египта и основателем Мемфиса. К нему античные авторы возводили родословные Даная, Эгипта, Амфитриона, Персея, Геракла, Эдипа; Кадм, сын Агенора, был потомком Ио.

Как и у Гомера, финикийские купцы у Геродота оказываются связанными с Египтом, новшеством является указание на связь правителей Египта с финикийцами. Следовательно, речь идёт о временах гиксосов.

Кажется правдоподобной деталь мифа об интимных связях финикийских купцов с греческими женщинами, так как без укоренения финикийцев в Греции трудно объяснить переход на финикийских алфавит, финикийское влияние на греческую мифологию (ГераклМелькарт, АфинаАнат, АдонайАдонис, АфродитаАстарта, АполлонРешеф, ЭшмунАсклепий и т. д.; в честь финикийского по происхождению бога Адониса в греческих городах, в том числе в Афинах, устраивались праздники; «Фини­кий­ской боги­ней» в Корин­фе назы­ва­ли Афи­ну) и прочие культурные заимствования. Кроме того, ещё во времена Геродота многие семьи помнили о своих финикийских корнях: род Гефи­реи (из него вышли Гармодий и Аристогитон), Фалес Милетский и другие.

Во всяком случае греческий историк Феопомп подтверждает, что финикийцы любили греческих женщин:

В пятнадцатой книге Филипповых историй Феопомп говорит, что Стратон, царь Сидона, превзошел всех людей в склонности к наслаждениям и роскошному образу жизни. Как и феакийцы в соответствии с басней Гомера, пировали и слушали кифаристов и певцов историй, в тех же занятиях и Стратон проводил большое количество времени. В самом деле, он настолько превзошел их страстью к удовольствиям, что если феаки, как говорит Гомер, выпивали в компании своих собственных жен и дочерей, Стратон затевал вечеринки с флейтистками и женщинами, которые развлекали игрой на арфе и лире. Он приглашал многих куртизанок из Пелопоннеса, многих музыкантш из Ионии, других молодых девушек со всей Эллады, певиц, танцовщиц. Вместе с друзьями он устраивал между ними соревнования и тратил время на интимное общение с ними. Он радовался этому роду жизни и был [сам] по своей природе рабом удовольствий, но особенно [им стал], когда начал конкурировать с Никоклом. Они оказались в неумеренном соперничестве друг с другом, каждый из которых стремился сделать свою собственную жизнь более приятной и беззаботной[18].

Финикиец Мелеагр Гадарский на старости лет переехал на Кос, где его страстью стали многие молодые греческие женщины, особенно часто повторяются имена Зенофилы и Гелиодоры, которые завоевали его сердце. Среди других его возлюбленных была Демо, но она предпочла ему еврея[19].

Таким образом, миф про похищение Ио навеян скорее всего тем, что финикийские купцы и переселенцы брали себе в жёны или любовницы гречанок, как бы похищая их. Это быстро привело финикийцев к ассимиляции.

У Герода, поэта III века до н. э., есть книга Мим II Свод­ник (Por­no­bos­kos) — моно­лог вла­дель­ца пуб­лич­но­го дома в Косе, огла­шаю­ще­го перед судом обви­ни­тель­ную речь. Обви­ня­е­мый, фини­кий­ский купец, вло­мил­ся в дом свод­ни­ка и похи­тил одну из деву­шек.

Данай впоследствии захватил Аргос в том числе как потомок Ио.

[править] Европа

Согласно преданиям, финикиянка Европа, дочь Агенора, переселилась на Крит, и её сын Минос стал царём острова (его именем названа Минойская цивилизация). Действительно, финикийцы основали на Крите колонию Итан, откуда родом ловец баг­ря­нок Коро­бий, сыгравший существенную роль в колонизации Киренаики греками.

Возможно, что данный миф отражает эпоху народов моря.

Таким образом, легенда указывает на то, что финикийцы правили греческим Критом:

В чем смысл легенды о том, что Минос был сыном Зевса и прекрасной финикиянки Европы? Сви­детельство ли это обожествления критянами царской власти или, мо­жет быть, воспоминание о финикийском происхождении властителей Крита?[20]

[править] Кадм

На поиски Европы по преданию отправился Кадм, который со своим войском колонизировал Беотию и ряд островов, в том, числе, как сообщает Диодор Сицилийский, и Родос:

Немного спустя (Даная) на Родос прибыл Кадм, сын Агенора, посланный царём на поиски (его дочери) Европы. Во время плавания, попав в сильную бурю, он дал обет в случае спасения воздвигнуть святилище Посейдона, и, спасшись, основал на острове священный участок этого бога, а для присмотра за ним оставил и часть своих финикиян. Эти финикияне смешались с жителями (общины, города) Ялиса, став их согражданами. От них якобы ведут род жрецы, совершающие священные обряды[21].

Тот же автор пишет, что Кадм вторгся в Грецию с Данаем когда египтяне изгнали из страны евреев:

Чужаки были изгнаны из страны, а наиболее выдающиеся и деятельные из них объединились и, как говорят некоторые, были выброшены на берег в Греции и некоторых других областях; их вождями были знаменитые люди, главные из них Данай и Кадм. Но большинство были изгнаны туда, что сейчас называется Иудей[22].

Таким образом, после свержения ига гиксосов в Египте, часть из них вторглась в Грецию, — по преданию финикийцы пиратствовали на островах Эгейского моря, грабя прибрежные поселения[23][24]. Павсаний сообщает, что Кадм и его финикийское войско изгнал побеждённое им в битве племя греческое племя гиантов в Беотии, а племя аоны покорил своей власти[25].

Данай захватил Аргос, а Кадм — Беотию, где основал Фивы. Геродот, рассказывая о том, как Фера, царь Спарты, основал колонию, подчёркивает его прохождение от Кадма:

Фера про­ис­хо­дил из рода Кад­ма и был дядей по мате­ри сыно­вей Ари­сто­де­ма — Еври­сфе­на и Прок­ла. Во вре­мя несо­вер­шен­но­ле­тия послед­них Фера (как их опе­кун) был царем Спар­ты[26].

Позднее предание утверждает, что спартанцы якобы потомки Авраама, а их наименование дорийцы может быть связано с Дором. Эти дорийцы захватили Пелопоннес у коренных греков, которых обратили в рабство:

После того как дорийцы, вторгшиеся в Пелопоннес, поделили на три части города и земли, отнятые у их законных владельцев, часть дорийцев - те, которые получили по жребию Аргос и Мессену, устанавливали у себя порядки, примерно те же, что и у остальных эллинов... Спартанцы были настолько разумны - ты и сам это утверждаешь, что, хотя их было не более двух тысяч, они сочли для себя достойным сохранить жизнь только в том случае, если смогу· стать господами всех пелопоннесских городов. Руководствуясь этим замыслом, спартанцы начали войну и, несмотря на многие бедствия и опасности, не отступили до тех пор, пока не подчинили себе все эти города за исключением Аргоса... Во время войны с варварами они возглавили всех эллинов[27].

Связсь финикийцев с дорийцами можно проследить и в том, что почти одновременно с дорийским завоеванием Пелопоннеса, Финикийцы пришли в Мани и основали город Гитион, ставший портом Спарты. Финикийцы обосновались в Гитион для сбора мурекса, из которого добывали пурпурный краситель в Лаконском заливе. Отсюда красное одеяние спартанцев.

Иудейский царь Агриппа I писал, что евреи заселили «все наиболее населенные и развитые области Пелопоннеса»[28].

Из этих преданий можно сделать вывод, что финикийцы подчинили себе многие острова (включая Крит, Кипр и Родос), Беотию, Аргос и Пелопоннес, а также Фракию, царём которой стал Финей, сын Агенора[29][30][31][32].

Вышеупомянутые браки финикийцев с дочерьми царей греческих городов способствовали данному переселению:

Среди них был Кадм, спутником которого стал Протей, бежавший из Египта в страхе перед царствовавшим там Бусирисом. После долгих и бесполезных скитаний они достигли Паллены. Там Протей был гостеприимно принят Клитосом (Клитос был мудрым и справедливым царем Ситонов - фракийского племени) и, одарив его многими подарками, женился на его дочери Хрисоное. Изгнав бизалтов с их земель в результате войны, развязанной против них Клитосом и Протеем, там воцарился Протей и породил сыновей, совсем на него не похожих, жестоких и попирающих законы[33].

Диодор пишет, что жители Ялиса на Родосе — потомки финикиян, женившихся на местных греческих жительницах (V. 58).

Завоевание финикийцами Греции произошло благодаря техническому превосходству последних не только на море, но и на суше (у финикийцев были щиты и шлемы, ещё неизвестные грекам):

Тасос является производным от Тасоса, брата Кадма; там он пребывал с оставленной братом частью войска. Сам Кадм, приобретя в Фимникии достаточную силу и известность, был послан в Европу. Финикийцы были тогда (говорит автор) очень могущественными, завоевали большую часть Азии и центром своего царства сделали Фивы Египетские. Кадм был направлен туда, как говорят эллины, в поисках Европы, дочери финикийца, похищенной Зевсом, который превратился в быка. Но, прибыв в Европу, он попытался там остаться, делая вид, что занят поисками сестры; поэтому миф о Европе и достиг эллинов. Прибыв в Европу и, оставив брата Тасоса, как уже говорилось, на острове, он отплыл в Беотию и остановился у места, именуемого сейчас Фивами; окружив с помощью войска его стенами и дал название «Фивы», во имя своего отечества. Беотийцы вступили в сражение с прибывшими и стали одолевать финикийцев, но те победили с помощью хитростей, устройства засад, имея необычное оружие и внешний вида; к тому же шлем и щит тогда эллинам были не известны. Кадм сделался хозяином земли беотийцев; те кто спаслись – бежали – каждый в свой город. Финикийцы обосновались в Фивах, а он женился на Гармонии, дочери Афродиты и Ареса. А беотийцы были так сильно поражены оружием и устроенными засадами, что были убеждены, будто те выходили из земли в полном вооружении и назвали их «спартами», что означает «вышедшие из земли». Такова правдивая история о Кадме и основании Фив[34].

От греческой женщины Гармонии Кадм имел несколько детей[35], в том числе сына Полидора, продолжавшего династию.

Кроме того, Кадм по преданию подчинил себе иллирийцев:

Меж­ду тем Кадм с Гар­мо­ни­ей, оста­вив Фивы, отпра­вил­ся к энхе­лей­цам. Послед­ние под­вер­га­лись посто­ян­ным напа­де­ни­ям илли­рий­цев, и бог пред­ска­зал энхе­лей­цам победу, если они избе­рут себе в каче­стве пред­во­ди­те­лей Кад­ма и Гар­мо­нию. Послу­шав­шись ора­ку­ла, они избра­ли их сво­и­ми вождя­ми в войне с илли­рий­ца­ми и одер­жа­ли победу. Кадм воца­рил­ся у илли­рий­цев, и у него родил­ся сын Илли­рий[36].

Вторжение Даная ставит вопрос о происхождении данайцев. Есть учёные которые видят в них колено Дана или финикийцев:

М.Астур настойчиво разрабатывал теорию финикийского влияния на микенскую культуру и особенно на греческую мифологию; он отождествил малоазийских дануна с греческими данайцами, приписав первым финикийское происхождение. И соответственно сблизил мифы о Дане и Данаидах с угаритскими сказаниями о Данеле и его дочери (привлекая и библейский эпизод с Диной)[37].

На связь данайцев с финикийцами указывает и «Земля Дануны» возле Угарита (в XIV в. до н. э. царь финикийского города Тира сообщал в Египет о событиях в царстве Дануна, а в XI — IX вв. царство Дануна упоминается в ассирийских надписях), и надпись Аменхотепа III, согласно которой городами tnjw (данаи) являются Фивы и Кифера — возможно уже финикийские колонии к тому времени.

Согласно тем же мифах о Кадме, его брат Килик стал править в Киликии, что вполне соответствует финикийской надписи VIII в. до н. э. из Каратепе, в которой киликийский династ Азитивада указывает на свое происхождение из «дома Мопса» (bt Mps).

[править] Кронос, Урания и другие

С греческим богом Кроносом нередко отождествляли Баал-Хаммона. По преданию, у Кроноса был сын Йехуд:

Крон имел от туземной нимфы, называемой Анобрет, единственного сына, — его поэтому назвали Йехуд (῞Ιεοὺδ), так как еще и теперь у финикийцев это слово означает "единородный", - его Крон, когда на страну обрушились величайшие несчастия вследствие войны, украсив царским нарядом и соорудив жертвенник, принес в жертву[38].

Согласно Павсанию (III, 23, 1), самый древний храм Афродиты Урании у греков — основанный финикийцами храм на острове Кифера; он же в согласии с Геродотом указывает, что этот культ был воспринят киферейцами у финикийцев. Как отметил Л. Фарнелл, греческая эпиклеса «Урания» — это буквальный перевод семитского Méleket Aschamaim — «царица небес», прозвище Астарты у пророка Иезекииля.

Агрей — в греческой мифологии — финикийский герой, первый охотник, брат Галиея, обучившего людей рыболовству.

Именем Адониса греки даже назвали месяц Adonisios.

История Персея и Андромеды происходила в Финикии, а Андромеда -— дочь царя Йаффы[39].

[править] Афина-Анат

На билингвах (двуязычной надписи IV века до н.э. на финикийском и греческом языках) в Ларнакс-Лапифу (Лапетоса на Кипре) находим: לענת עז חיס (Ἅθηνâ σώτειρα νίκη — Афина Спасительница и Победа), что подтверждает догадку, что греческая Афина — это финикийская Анат:

Даже Богиня Афина (Анат) имела не греческое происхождение, как и Европа – мать Миноса, была финикиянкой[40].

Ю.Б. Циркин писал:

Жившие на Кипре греки считали, что Анат — та же самая богиня, что и их Афина[41].

Филон Библский утверждает, что Крон (Баал-Хаммон) дал во владение Афины (Анат) Аттику[42].

Михаил Израйлевич Зильберман комментируя, что «Анат, по Филону,- царица Аттики» («согласно «Финикийской истории», Анат – владычица Аттики, города Афин»), считает это поздним преданием.

Догре­че­ское про­ис­хож­де­ние обра­за Афи­ны не поз­во­ля­ет рас­крыть эти­мо­ло­гию име­ни боги­ни, исхо­дя из дан­ных толь­ко гре­че­ско­го язы­ка[43].

По преданиям, около 1550 г. до н. э. (в последние годы власти гиксосов) из Саиса, в Нижнем Египте, переселился в Аттику Кекропс. Он был принят тамошним царем и женился на его дочери, став правителем Афин. Возможно, какие-то выходцы из Финикии могли принести в Аттику мифы об Анат, которые греки адаптировали с Афиной.

[править] Афродита

Имя Αφροδίτη (Aphtoreth, Aphroteth, Aphrodeth), необъяснимое из греческого языка, ясно указывает на семитское происхождение богини; при детальном рассмотрении оно оказалось тождественным с именем «Ашторет», עשתרת‎. Уже в период Авраама[44] упоминается город Аштерот-Карнаим, ей посвященный. Также её называли Аштарт (Астартой). Аштарт считалась главной богиней сидонян, которые видели в ней двойника Баала и называли её «Аштарт имени Баала». Соломон почитал эту богиню[45]. Особенно её почитали в Тире[46] и Библе (в последнем она была связана со священной проституцией[47]). Культ её в Карфагене, по словам Августина, сопровождался бесстыдными обрядами[48].

Филон Библский пишет: «Финикийцы говорят, что Астарта есть Афродита»[49]. Из надписей известно, что финикийцы из Китиона основали храм Афродиты в Афинах.

Павсаний пишет, что культ Афро­ди­ты Ура­нии (Небес­ной) раньше греков исповедовали фини­кий­цы — жите­ли Аска­ло­на в Пале­стине, а уже от фини­кий­цев вос­при­ня­ли это покло­не­ние жите­ли Кифе­ры, а после царь Эгей, потомок Кекропса, ввёл этот культ в Афинах[50].

ЕЭБЭ пишет:

Финикийские колонии распространили культ Ашторет по берегам Средиземного моря. С Кипра ее культ перешел в Коринф и другие греческие области, где благодаря этому был нанесен удар нравственности древнегреческой семьи.
В Афинах было разрешено также китийцам (торговцам из города Кития на Кипре) построить храм Афродиты; a несколько позже сидоняне построили здесь храм своему богу Баал-Сидону.

Страбон, говоря о священной гостеприимной проституции в Коринфе, где по его словам «свя­ти­ли­ще Афро­ди­ты име­ло боль­ше 1000 хра­мо­вых рабынь-гетер»[51], упоминает съезжающихся в него иностранцев (там поселились евреи, финикийцы и т. д.[52]):

[В] Корин­ф[е] дей­ст­ви­тель­но, [...] бла­го­да­ря мно­же­ству гетер, посвя­щен­ных Афро­ди­те, посто­ян­но был боль­шой наплыв ино­стран­цев, справ­ляв­ших празд­ник[53].

У подножия Акрокоринфа поклонялись Меликерту, богу, покровительствовавшему навигации (он же Мелкарт, главный бог, или «ваал», города Тира, чей культ проник в Израиль в IX в. до н. э., когда Ахав женился на Иезавели, дочери царя Тира и Сидона). Таким образом, Астарта и Мелькарт стали богами Коринфа, что указывает на активное взаимодействие города с финикийцами.

С древности Афродита отож­дествля­ет­ся с фини­кий­ской Астар­той.

Считалось, что Афродита появилась из пены морской (угаритские тексты называют Ашеру «rabat Atirat yammi» — Госпожа Ашера морская) в районе Пафоса на Кипре, который издавна был связан с Финикией. По другой версии, в Евфрат с неба упало огромное яйцо, рыбы выкатили его на берег, а голубки высиживали, пока из него не вышла Афродита[54].

И.Ш. Шифман считает, что религиозная проституция связанная с культом Афродиты в Коринфе может иметь финикийские корни:

Некоторые религиозные культы в раннем Коринфе: Афродиты с сопровождавшей ее культ священной проституцией, Геры Акреи с человеческими жертвоприношениями, Афины, носившей титут Φοινίκη (ср. Schol. Lyc. 658; St. Byz., s. ν. Φοινίκαιον) — испытали на себе, быть может, воздействие финикийской религиозной практики[55].

Немецкий филолог и археолог Фридрих Готлиб Велькер, сторонник минимизации восточного влияния на древних греков, признал, что Афродита явно была финикийского происхождения.

Возможно, не случайно и то, что самое известное изваяние этой богини было найдено на Мелосе, древней финикийской колонии в Греции.

Имеет чув­ст­вен­ный харак­тер (счи­та­лась даже боги­ней гетер, сама име­но­ва­лась гете­рой и блуд­ни­цей), обладала сти­хий­ной сек­су­аль­но­стью и пло­до­ви­то­стью; была, таким образом, богиней плодородия и любви.

Похоже, как не странно, и евреям не была совсем уж чужда Афродита. Помимо Аскелона[56], её культ процветал в Яффе[57], в Басре во времена р. Симеона бен-Лакиш[58], в Иерусалиме при Адриане[59] и в Акко, где находились термы, украшенные изображением прекрасной богини; интересно отметить, что еврейский патриарх Гамлиил разрешал евреям мыться там и сам купался в этих термах; а на вопрос философа Прокла, почему он это позволяет себе, он ответил, что изображение Афродиты никем не считается божеством и баня не место культа:

Прокл, сын философа, купался однажды вместе с р. Гамлиилом в термах Афродиты в Птолемаиде. Прокл спросил р. Гамлиила: В вашей Торе написано: «Да не прилипнет к руке твоей ничего из заклятого» (Второз., 13, 18); почему же ты купаешься в термах Афродиты? Тот ответил: не я вступил в ее владение, а она вступила в мое; ведь не говорится: «Устроим баню для украшения Афродиты», а говорят: «Поставим изваяние Афродиты для украшения бани». Кроме того, сколько бы тебе ни заплатили, ты не зайдешь в храм своего божества обнаженным и не будешь отправлять пред ним своих естественных потребностей; тут же Афродита стоит над водопроводом, и весь народ ведет себя пред нею без стеснения. В Торе сказано об их «божествах»: то, с чем обращаются как с божеством, запрещено; а то, с чем не обращаются как с божеством, дозволено[60].

[править] Геракл и Меликерт

Геродот (II, 44; VI, 47) и Павсаний (V, 25,12) говорят об основании финикийцами храма Геракла на Фасосе.

Геракл соответствовал богу Мелькарту (מלך קרת‎, царь города) финикийцев.

Походы Геракла совпадают с районами финикийской колонизации на её первом этапе, а наличие большого войска сопоставляют с мифической армией финикийского Мелькарта во время его похода в Испанию[61], — всё это указывает на то, что основа рассказанного Диодором Сицилийским мифа о Геракле — финикийская, которая позднее была эллинизирована и включена в цикл мифов о Геракле.

Греки переняли от финикийцев этот культ и ввели Меликерта, морского божества, в пантеон своих богов. В его память были учреждение Истмийские игры.

[править] Финикийцы как цари греков

Как сказано выше, финикиянка Европа и её потомки правили Критом, а Кадм и его потомки — Фивами. Данай, родственник Кадма, стал правителем Аргоса и т. д.

Финей, брат Кадма, поплыл в Тинию — полуостров, отделяющий Мраморное море от Понта Эвксинского, и стал царём Салмидесса во Фракии.

По преданию Агава, дочь Кадма, вышла замуж за иллирийского царя Ликоферса. Затем Агава убила Ликоферса и отдала его царство Кадму.

Потомки Кадма правили и в Спарте:

Фера происходил из рода Кадма и был дядей по матери сыновей Аристодема – Еврисфена и Прокла. Во время несовершеннолетия последних Фера (как их опекун) был царем Спарты[62].

Финикиец Кекропс пришел в Грецию, где основал в провинции, получившей название Аттика, город Афины[63][64].

Согласно мифу, на Кипре как-то обосновался финикиец Кинир, переселившийся из Библа. Высадившись на острове, Кинир женился на местной женщине и имел двух сыновей и трех дочерей. Он стал 1-м царём Кипра. По легенде, Кинир открыв в недрах Кипра медную руду, организовал её добычу и выплавку.

Греческие историки единодушны, что финикийцы когда-то давно захватили многие острова Эгейского моря (Мелос, Кифера, Родос, Ферас, Фасос и т. д.). Из сообщения Геродота о том, что на этих островах (до переселения дорийцев) жили одни лишь финикийцы, очевидно, что это завоевание сопровождалось истреблением греков, во всяком случае мужчин.

Однако, это нашествие финикийцев на Грецию почти не сохранилось в письменных памятниках. Лишь Фукидид писал об ужасе жителей Греции из-за набегов морских пиратов, «занимались разбоем финикяне, заселившие большинство островов» [Эгейского моря].

Геродот говорит, что спартанцы-дорийцы не стали изгонять финикийцев с остров, а поселились с ними.

Павсаний также говорит, что финикийцы, которые жили на Фасосе стали считаться эллинами.

На Кипре, в греческой колонии Саламин поселился некий финикиец, который завладел властью над городом:

Спустя некоторое время из Финикии прибыл один изгнанник и, снискав доверие тогдашнего царя, достиг высокого положения в государстве. Однако он не чувствовал никакой благодарности за это; напротив, проявив столько же вероломства, сколько и ловкости в преследовании собственной выгоды, он изгнал своего благодетеля и сам завладел его царством... Дела все еще находились в таком положении и властью продолжали пользоваться потомки того финикийца, когда на свет появился Эвагор[65].

Затем власть над Саламином и над всем островом захватил некий Абдемон[66].

Эти примеры показывают, что финикийские авантюристы могли становится правителями греческих городов.

[править] Дионис и оргии

В. Буркерт отмечает, что ещё в Угарите существовал бог йгеи, «напившийся допьяна».

Согласно Лукиану, в Библе было святилище Афродиты, где происходили оргии в честь Адониса, сопровождавшиеся священной проституцией, причем первый день был посвящен плачу, а второй — радости по воскресшему Адонису.

От финикийцев эти оргии в честь Адониса (Диониса-Вакха) переняли и греческие женщины.

Плутарх отождествлял вакхантов с евреями, и производит имя субботы, שבת, от греческого σάβος, крика исступленных вакханок.

То, что эти оргии были привнесены в Греции финикийцами ясно из описания Эврипида, рисующего исход фиванских женщин в горы под предводительством трех дочерей Кадма, воздвигающих Дионису три отдельные алтаря:

Дома, детей фиванки побросали;
В вакхическом безумии они
Скитаются в горах, поросших лесом,
И бога Диониса - что за бог,
Не знаю - почитают пляской.
Среди их роев полные вином
Стоят кратеры, а вакханки наши
Тайком, поодиночке, в чащу леса
Бегут с мужчиной ложе разделить[67].

Многие полагали, что этими женщинами двигало не почитание Диониса, а похоть:

Украдкой уходят в укромные места, чтобы там отдаваться мужчинам; они прикидываются при этом, будто они - священнодействующие менады, на деле же они более служат Афродите, чем Вакху.

Таким образом, изначально вероятно этим оргиям придавались жительницы Фив (фиванки), — финикийской колонии в Греции. Недаром, Дионис считался греками сыном Зевса и фиванской царевны Семелы.

Если гречанки в период Дионисий охотно становились вакханками, то грекам видимо это было мало интересно, — Платон ("Федон", 69 cd) говорит: «Да, ибо, как говорят те, кто сведущ в таинствах, «много тирсоносцев, да мало вакхантов». Зато, согласно Плутарху, евреи полюбили эти действия.

Из этого всего можно сделать разные выводы, но очевидно, что финикийцы, жители Фив, приобщили греческих женщин к оргиастическому культу Адониса. Во времена Плутарха мужская роль в вакханалиях как бы перешла от финикийцев к евреям, которых было много в Греции:

Евреи празднуют свой наиболее значительный праздник в период сбора винограда; они нагромождают на своих столах всевозможного рода плоды и живут в палатках и шалашах, сооруженных преимущественно из виноградных лоз и плюща. Первый день этого празднества они называют праздником Кущей. Несколько дней спустя они празднуют другой праздник, призывая Вакха уже не при помощи символов, но непосредственно взывая к нему. Далее у них имеется еще один праздник, во время которого они держат в руках ветви фигового дерева и тирсы; с ними они вступают в храм, где они, вероятно, справляют вакханалии, при чем трубят в небольшие трубы; при этом многие из них, именно левиты, играют на кифарах[68].

Возможно, что эти евреи и были финикийцами (см. Романиоты).

Еврейские поклонники этого культа привнесли его из Греции или Фригии в Рим во II веке до н. э. В эпитоме Юлия Парида упоминается, что по эдикту перегринского претора Гн. Корнелия Гиспала евреев выгнали за попытку заразить римские нравы культом Юпитера Сабазия: Idem Iudaeos, qui Sabazi Iovis cultu Romanos inficere mores conati erant, repetere domos suas coegit — «Он же (Гиспал) иудеев, которые пытались заразить римские нравы культом Юпитера Сабазия, заставил возвращаться в свои дома».

В Греции нравы были свободными, недаром так много было преданий о том, что отцом того или иного греческого деятеля был какой-нибудь бог. Афинский философ Антисфен на вопрос, какую женщину лучше брать в жены, ответил так: «красивая будет общим достоянием, некрасивая — твоим наказанием».

[править] Предания о любви финикийцев к гречанкам

Рассказы, что дочь царя Аргоса Ио вступила в любовную связь с капитаном финикийского корабля и уплыла с ним в Египет, а также Эвмея, «искусная в тончайших работах», которую соблазнил купец-финикиец, и другие подобные древние предания уже перечислены выше.

Согласно Геродоту и другим авторам, в Грецию переселялись финикийцы-мужчины, например Павсаний пишет: «при­был Кадм и фини­кий­ское вой­ско»; так как так как их потомки так и жили в Греции, очевидно, что финикийцы женились на эллинках.

Антонин Либерал приводит миф о том, как Афродита превратила в камень девушку, за то, что она отвергла полюбившего её финикийца:

Аркеофонт, сын Миннирида, из города Саламина на Кипре, хоть происходил не от знатных родителей (были они из Финикии), значительно превосходил остальных богатством и всяческим благополучием. Увидев однажды дочь саламинского царя Никокреонта, он влюбился в нее. Род же Никокреонта происходил от Тевкра, помогавшего Агамемнону взять Илион. По этой причине Аркеофонт еще охотнее стремился к браку с его дочерью и пообещал принести много больше даров по сравнению с другими женихами. Никокреонт же не внял просьбе о браке из-за презрения к происхождению Аркеофонта, ибо родители его были финикийцами. Получив отказ, Аркеофонт еще тяжелее переживал свою любовь и стал ночью приходить к дому Арсинои и проводить там время вместе со своими сверстниками. И так как у него ничего не выходило на пользу дела, он убеждает кормилицу девушки и, послав обильные дары, пытается ее соблазнить: нельзя ли-де ему соединиться с Арсиноей втайне от родителей. А девушка, когда кормилица передала ей эти слова, сообщила их родителям. И они, отрезав у кормилицы конец языка, нос и пальцы и изуродовав ее <таким образом>, безжалостно выгнали из дому. И богиня вознегодовала на их дело. Аркеофонт, из-за безмерной страсти и потеряв всякую надежду на брак, кончает с собой после неудачи с кормилицей. А сограждане сожалели о его смерти и опечалились, а на третий день его близкие понесли его тело в назначенное место. Когда они собирались оказать ему последние почести, Арсиноя, пожелав по своей надменности увидеть, как сожгут тело Аркеофонта, свесилась из окна. И пока она глядела, Афродита, возненавидев ее нрав, превратила ее из человека в камень, так что ноги у нее вросли в землю[69].

Другой роман, «Историей Аполлония, царя Тира» (Historia Apollonii regis Tyri). повествует о неком царе Антиохе (очевидно, одному из правителей Селевкидской державы), который жил в с родной дочерью, и поэтому не хотел, чтобы она вышла замуж. Претендентам на руку дочери он предлагал трудноразрешимую загадку и казнил нерешивших её. Молодому царю Тира Аполлонию удается, однако, отгадать загадку, но разгневанный этим царь не только не выполняет обещания, но и грозит Аполлонию смертью.

Аполлоний бежал, предупрежденный об опасности стариком тирийцем Гелеником, и просил Странгвиллиона, жителя Тарса, оказать ему гостеприимство. Но тот ответил, что жители города сами терпят ужасный голод из-за неурожая и потому помочь ему не могут. Аполлоний продал голодающим сто тысяч модиев хлеба по низкой цене, чем спас их от смерти, и вырученные деньги пожертвовал на нужды государства. Благодарные жители ставят ему на форуме статую.

Затем Аполлоний направляется в Пентаполис в Киренаику, чтобы там укрыться, но буря разбивает его корабль и он вплавь добирается до берега. Ему оказывает помощь бедный старик, он делит с ним кров, еду и одежду.

Отправившись в город, Аполлоний попадает на гимнастические игры и состязается с царём Архистратом в игре в мяч. Заинтересованный Аполлонием царь приглашает его к обеду, где гость поражает всех своими музыкальными способностями и другими дарованиями.

Дочь Архистрата влюбляется в Аполлония и переживает любовь как болезнь. Аполлоний остается в доме Архистрата учителем музыки. Архистрат устраивает свадьбу Аполлония н Архистратиды. Тем самым, тирский царь женился на греческой царевне.

В романе Аполлоний дважды оказывает помощь городам Тарсу и Митилене, жертвуя им хлеб, деньги, отстраивая их (гл. 10 и 47).

Наряду с языческими богами в романе неоднократно встречается упоминание «бога единого».

Получив известие о том, что Антиох убит молнией, Аполлоний отправляется с женой в Антиохию принимать завещанное ему царство. Во время плавания у Архистратиды родится дочь Тарсия. В конце концом он получает царство Антиоха[70].

Все эти рассказы имеют ряд общих черт: финикиец или прибывает в греческую страну, или живёт в ней, влюбляется в дочь местного царя. В общем-то не удивительно, что такие предания появлялись: прибывая в Грецию, финикийские купцы не могли не заводить романов с гречанками. Так или иначе, их любовные отношения с греческими женщинами остались в культурной памяти в виде подобных сказок и преданий.

В «Эфиопике» Гелиодора также описывается, как финикийские купцы в Греции покорялись местным красавицам:

Красота Хариклеи была ей в тягость. Тот тирский купец, победитель на Пифийских играх, с которым мы вместе прибыли, стал приходить ко мне и, отводя меня в сторону, часто донимал меня докучными просьбами, чтобы я, как отец, выдал Хариклею за него замуж[71].

Особенно характерен рассказ «Левкиппа и Клитофонт» (см. ниже), где упоминается ряд персонажей, финикийцев по отцу и греков по матери как нечто естественное.

Геродот, говоря о тех или иных знаменитых греках — героев (Фера, Гифереи), царей (Фив и Спарты), учёных (Фалес) и т. д., — отмечал их финикийские корни по мужской линии.

Жители Фив были финикийцами по отцу и греками по матери:

Печальные, недобрые лучи
Агенориду Кадму посылал ты
В тот день, когда на эту землю он
Вступил, брега покинув Финикии...
Киприды дочь, Гармонию, поял
Здесь в жены он, и сына Полидора
Он с ней родил. Был внуком их Лабдак
И правнуком покойный муж мой Лаий,
Мне ж был отцом могучий Менекей,
И мать одна носила нас с Креонтом.
Иокастою отец меня нарек
И Лабдакиду в жены отдал Лаию[72].

(Внуком Кадма был Лабдак, правнуком — Лаий, от брака которого с Иокастой родился Эдип. В свою очередь, Иокаста и ее брат Креонт, дети Менекея, возводили свое происхождение к дочери Кадма Агаве, выданной замуж за одного из «спартов», Эхиона из финикийского войска Кадма.)

Но Фивы были финикийской колонией Греции, более странным было то, что в Фивы прибывали девушки-вакханки и из других городов, чтобы «служить сладкую службу» «перед народом Кадма». Благодаря слабости гречанок к финикийцам, финикийские культы и распространились по Греции.

Финикийские поэты, Мелеагр Гадарский и другие воспевали красоты гречанок. Например, Филодем из Гадары пишет о любовницах с Пафоса, Самоса, Арголиды и т. д.

Спартанцы считали себя потомками Авраама, то есть семитами по мужской линии.

[править] Левкиппа и Клитофонт

В конце II века греческий писатель и учёный Ахилл Татий написал роман «Левкиппа и Клитофонт», в котором рассказывается о любви двух молодых людей, Левкиппы и Клитофонта. Левкиппа — дочь византийского стратега Сострата. Клитофонт — двоюродный брат Левкиппы, житель Тира. Безусловный интерес представляет то, что из этого романа можно сделать вывод о многожёнстве у финикийцев, а также о том, что те могли жениться на богатой гречанке, а их дети могли достигнуть поста стратега:

Я родил­ся в Тире, в Фини­кии, зовут меня Кли­то­фонт, отца Гип­пий, его бра­та Сострат, но они не род­ные бра­тья, — у них один отец, мате­ри же раз­ные: у отца тири­ян­ка, а у Состра­та визан­ти­ян­ка. Сострат живет в Виза́нтии: в наслед­ство от мате­ри ему доста­лось боль­шое состо­я­ние; мой же отец в Тире... Отец женил­ся во вто­рой раз, и от это­го бра­ка роди­лась моя сест­ра Кал­ли­го­на[73].

В том же рассказе упоминается и «Хере­фон, стар­ший стра­тег, тири­ец по отцу»[74].

Таким образом, этот рассказ говорит о том, что финикийцы не только брали в жёны греческих женщин, но и могли занимать высокие должности (во всяком случае, те, у кого хотя бы мать гречанка).

[править] Предание о том, как финикийцы принесли в Грецию науки

Геродот, сообщая о финикийских корнях рода Гифиреев отметил, что финикийцы принесли в Грецию алфавит (письменность), и науки:

Гефи­реи же, к кото­рым при­над­ле­жа­ли убий­цы Гип­пар­ха, по их соб­ст­вен­ным сло­вам, при­шли пер­во­на­чаль­но из Эре­трии. А, как я узнал из рас­спро­сов, они были [по про­ис­хож­де­нию] фини­ки­я­на­ми, при­быв­ши­ми вме­сте с Кад­мом в зем­лю, теперь назы­вае­мую Бео­ти­ей. Здесь они посе­ли­лись, полу­чив по жре­бию Тана­гр­скую область. Отсюда кад­мей­цев сна­ча­ла изгна­ли аргос­цы, а этих Гефи­ре­ев затем изгна­ли бео­тий­цы, и они при­шли в Афи­ны. Афи­няне же при­ня­ли их в чис­ло граж­дан на извест­ных усло­ви­ях, нало­жив на них мно­го огра­ни­че­ний, не сто­я­щих упо­ми­на­ния.
А фини­ки­яне эти, при­быв­шие в Элла­ду с Кад­мом (сре­ди них были и упо­мя­ну­тые Гефи­реи), посе­ли­лись в этой зем­ле и при­нес­ли элли­нам мно­го наук и искусств и, меж­ду про­чим, пись­мен­ность, ранее, как я думаю, неиз­вест­ную элли­нам. Пер­во­на­чаль­но у кад­мей­цев пись­ме­на были те же, что и у осталь­ных фини­ки­ян. Впо­след­ст­вии же вме­сте с изме­не­ни­ем язы­ка посте­пен­но изме­ни­лась и фор­ма букв. В то вре­мя из эллин­ских пле­мен соседя­ми их были в боль­шин­стве обла­стей ионяне. Они пере­ня­ли от фини­ки­ян пись­мен­ность, изме­ни­ли так­же по-сво­е­му немно­го фор­му букв и назва­ли пись­ме­на фини­кий­ски­ми (что было совер­шен­но спра­вед­ли­во, так как фини­ки­яне при­нес­ли их в Элла­ду)[75].

Аналогично пишет и Страбон:

Пре­да­ние изо­бра­жа­ет сидо­нян масте­ра­ми во мно­гих изящ­ных искус­ствах, как об этом ясно гово­рит и Гомер. Кро­ме это­го, они зани­ма­лись науч­ны­ми иссле­до­ва­ни­я­ми в обла­сти аст­ро­но­мии и ариф­ме­ти­ки, начав со счет­но­го искус­ства и ноч­ных пла­ва­ний. Ведь каж­дая из этих отрас­лей зна­ния необ­хо­ди­ма куп­цу и корабле­вла­дель­цу. Так, напри­мер, гово­рят, что гео­мет­рия изо­бре­те­на егип­тя­на­ми и воз­ник­ла от изме­ре­ния земель­ных участ­ков, необ­хо­ди­мость кото­ро­го вызы­ва­лась сме­ше­ни­ем гра­ниц во вре­мя раз­ли­вов Нила. Эта нау­ка, таким обра­зом, как дума­ют, пере­шла от егип­тян к гре­кам, а аст­ро­но­мия и ариф­ме­ти­ка — от фини­ки­ян. В насто­я­щее вре­мя, одна­ко, мож­но почерп­нуть от этих горо­дов гораздо более обшир­ный запас зна­ний в каж­дой науч­ной обла­сти. Если верить Посидо­нию, то и древ­нее уче­ние об ато­мах про­ис­хо­дит от сидо­ня­ни­на Моха, жив­ше­го еще до Тро­ян­ской вой­ны. Одна­ко оста­вим древ­ность. В наше вре­мя родом из Сидо­на были сле­дую­щие зна­ме­ни­тые фило­со­фы: Боеф, вме­сте с кото­рым мне при­шлось зани­мать­ся фило­со­фи­ей Ари­сто­те­ля, и Дио­дот, его брат. Из Тира — Анти­патр, а неза­дол­го до мое­го вре­ме­ни — Апол­ло­ний, кото­рый издал пере­чень фило­со­фов Зено­но­вой шко­лы со спис­ком их книг[76].
Счет и ариф­ме­ти­ка воз­ник­ли у фини­кий­цев бла­го­да­ря их тор­гов­ле[77].

Климент Александрийский и Филон Библский, утверждают, что «Ферекид не получал наставлений в философии ни от какого учителя, но приобрел своё знание из тайных книг финикийцев».

Греческое слово byblion (книга) связано с финикийским городом Библом, что также указывает на финикийское происхождение письменности у греков.

Согласно Неанфу Пифагор был уроженцем сыном уроженца Тира[78] и гречанки. Он сыграл заметную роль в становлении греческой науки, у него было много учеников, и детей-учёных, которых рождали Пифагору жёны его учеников. Другими видными сирофиникийскими учёным в Греции были Зенон Китийский, Зенон Сидонский, Евклид, Менандр Эфесский, Менипп Гадарский, Никомах Геразенский, Евтоций Аскалонский, Клитомах, Хрисипп, Порфирий, Либаний, Адриан Тирский, Ямблих, Лукиан, Николай Дамасский, Аполлодор из Дамаска, Гелиодор, Посидоний, Нумений, Прокопий Кесарийский, Евсевий Кесарийский, Филодем Эпикуреец, Антипатр Сидонский, Антипатр из Тира, Феодосий из Триполи, Мелеагр Гадарский, Малх Клеодемус, Евтоций Аскалонский, Евфрат, Боэт Сидонский, Дорофей Сидонский, Максим Тирский, Марин Тирский, Василид из Тира, Диодор из Тира, Теодора из Эмесы и др.

Распространение финикийской религии в Греции может быть подсказано биографиями таких учёных, как «сына финикийского купца Зенона»; очевидно, что к греческому он приобщился от матери, а его отец финикиец Мнасей (Манассия), как пишет Деметрий Магнесийский, «часто бывал по торговым делам в Афинах». Близкие отношения, которые складывались у финикийских купцов в Греции не могли не осеменить Элладу финикийскими культами. Без близких отношений греков и финикийцев не было бы эллинистических финикийских авторов. В греческих городах существовали общины финикийцев, например известна надпись «народа сидонян» в Афинах, что указывает на то, что финикийские купцы заводили в Греции семьи, и привносили свои культы, например в той же надписи говориться о Баале.

Самым известным «продуктом» смешанного греко-финикийского брака был вероятно Фалес Милетский:

У Геродота мы находим утверждение, что Фалес был по происхождению финикийцем (т. е. варваром). Древним грекам это утверждение не казалось ни парадоксальным, ни в какой бы то ни было степени скандальным. Милет, как и другие греческие города Малой Азии, был связан с финикийцами традиционными торговыми отношениями. Многие финикийцы оставались жить в Милете, брали себе в жены гречанок, и их дети уже ничем не отличались от коренных жителей города. В отдельных случаях они получали милетское гражданство. Именно из такой смешанной семьи и мог выйти Фалес.
Но это обстоятельство показалось скандальным не современникам и соотечественникам Фалеса, а германским филологам конца прошлого и начала нынешнего столетия. Еще Э. Целлер, явный сторонник идеи автохтонности греческой культуры, высказал предположение, что Фалес, вероятно, происходил не от современных ему финикийцев, а от биотийских потомков мифического Кадма[79].

Со временем, легенды стали приписывать мудрость евреям:

Наиболее ясное свидетельство содержится у писателя Мегасфена, современника Селевка Никатора. В третьей книге своего сочинения Об индусах пишет он следующее: "Все, сказанное древними о природе, было уже ранее высказано не эллинскими философами, отчасти индийскими браминами, отчасти так называемыми сирийскими евреями"[80].

Даже в римское время продолжалась традиция отмечать финикийский вклад в науки. Так, тириец Агенорид был назван основоположником врачевания и сравнивавшийся с Асклепием[81].

[править] Выводы

Таким образом, предания греков о финикийцах претерпели целую эволюцию:

Финикийские купцы в Греции → романтические отношения финикийских купцов и переселенцев с женщинами Греции → финикийцы подчиняют силой часть Греции и колонизируют острова → финикийцы как просветители и учёные.

Вклад финикийцев в основании греческой культуре трудно переоценить:

Финикийцам принадлежит основная роль в передаче грекам достижений наиболее передового варианта ближневосточной культуры (своего собственного), послужившего основой для невиданно быстрого культурного прогресса Греции, поскольку финикийцы в IX-VIII вв. до н. э. непосредственно колонизировали целый ряд районов собственно Греции, быстро смешиваясь при этом с местным населением и передавая ему тем самым достижения своей культуры.
Слово «варвар» - финикийского происхождения, восходящее ещё к аккадскому «барбару» - «чужеземец». Вообще, греки позаимствовали из семитских языков значительную часть своей культурной лексики, в том числе и такие слова, как «диск», «хламида», «грифон», «Борей» (северный ветер, север), «плинфа» (плоский кирпич, плитка) и т. д. Слова «Европа» и «Азия» происходят от финикийских слов «эреб» и «асу» – «запад» и «восток». Контакты греков-дорийцев Крита с семитами, имевшими писаное право, способствовали выработке критянами в VII в. до н. э. письменного законодательства, из которого черпали правовые идеи законодатели других греческих областей. Существенен вклад восточных культов в формирование религиозных представлений греков. В частности, они заимствовали у финикийцев культ Адониса, а также в значительной мере - и культ Диониса (а также Аполлона; у сирийцев - Решефа). Так, Геродот писал (11, 49), что греки познакомились «с египетским служением Дионису через тирийца Кадма и его спутников, прибывших с ним из Финикии в страну, которая теперь называется Беотией».
Но главное - греки позаимствовали у финикийцев их алфавит, получив важнейший инструмент культуры, без которого Греция не смогла бы стать фундаментом европейской цивилизации[82].

Ранние посещения финикийскими купцами Греции подтверждается многими археологическими находками.

Любовные отношения финикийцев и гречанок не вызывает сомнений, так как о переселении Кадма говориться о его войске, согласно мифам, на поиски Европы отправились именно мужчины. Геродот пишет, что на острове Фера Кадм оставил лишь несколько финикиян, тем не менее, финикийцы владели островом ещё 8 поколений, следовательно, захватив остров, финикийцы оставляли в живых местных женщин, которых взяли себе в жёны. Аналогично поступали финикийцы и в Беотии.

О вторжении финикийского флота и армии в Грецию известно крайне мало. В основном лишь подчёркивается завоевание Беотии Кадмом. В этой экспансии тоже нельзя видеть чего-то сверхъестественного: финикийцы колонизовали обширные территории от Гадеса до Киликии, и вполне могли совершать нападения на архаичную Грецию. О том, что финикийцы силой захватили острова (Родос, Мелос, Кифера, Фера, Фасос и другие) сведений не сохранилось, вполне возможно, что это произошло мирным путём — при помощи браков с местными женщинами, так что на островах стали рождаться дети от финикийцев, а не от греков. Отсюда могли происходить и вышеописанные предания о похищении финикийцами женщин. Во всяком случае, невероятно, чтобы на островах не жили люди ранее финикийцев, следовательно, финикийцы каким-то образом сумели на многие века вытеснить оттуда греков. Возможно, что греков они не изгоняли, а «финикизировали» через приобщение к своей культуре и религии.

Так или иначе, греки многому научились у финикийцев, и вскоре превзошли своих учителей, существенно дополнив финикийские мифы собственными преданиями[83], а затем создав собственную уникальную эллинистическую цивилизацию.

Некоторые греческие мифы (особенно, связанные с Европой, Данаем и Кадмом), интересны и для истории пребывания евреев в Египте, так как восходят к временам, когда в Египте правили «финикийцы» (гиксосы).

[править] См. также

[править] Источники

  1. Жорова Полина Сергеевна. Ближневосточные теоретические источники раннегреческой философской мысли в западноевропейской историографии.
  2. Буркерт В. Греческая религия. Архаика и классика / Пер. с нем. М. Витковской и В. Витков-ского. СПб.: Алетейя, 2004. 524 с.
  3. Strabo. X, 3, 18
  4. ОПЫТ ПОСТРОЕНИЯ ГИПОТЕЗЫ О СЕВЕРО-ЗАПАДНОЙ СЕМИТСКОЙ ЭТИМОЛОГИИ ПОНЯТИЯ "ОЛИМП" С УЧЕТОМ ДАННЫХ О ПРОТООЛИМПИЙСКИХ ТРАДИЦИЯХ СРЕДИЗЕМНОМОРЬЯ
  5. Илиада, 23, 740-744
  6. Одиссея, 13, 272-275
  7. Одиссея, 14, 288-297
  8. Одиссея, 15, 415-421
  9. Одиссея, 15, 455-456
  10. Одиссея, 15, 473
  11. Или­а­да, 6, 289
  12. Геродот, I, 1
  13. Геродот, I, 4
  14. Геродот, IV, 147
  15. Геродот, II, 54-56
  16. Состязание Гомера и Гесиода
  17. Геродот, I, 5
  18. Книга 15, F114
  19. Мелеагр, 26
  20. Немировский Александр Иосифович > Нить Ариадны. В лабиринтах археологии
  21. Диодор, 5. 58
  22. Диодор, 40. 3
  23. Фукидид, I, 8
  24. Лонг. Дафнис и Хлоя. I, 28
  25. Павсаний. Описание Эллады. IX 5, 1.
  26. Фукидид, IV, 147
  27. Исократ, Речи, XII
  28. Филон Александрийский. О посольстве к Гаю. 36
  29. Аполлоний Родосский. Аргонавтика II 177
  30. Валерий Флакк. Аргонавтика IV 445
  31. Гигин. Мифы 19
  32. Нонн. Деяния Диониса II 686
  33. Конон. Повествования, 32
  34. Конон. Повествования, 37
  35. Диодор Сицилийский. Историческая библиотека V, 48-49.
  36. Аполлодор. Мифологическая библиотека III 5, 4
  37. Е.М. Мелетинский. Мифы древнего мира в сравнительном освещении.
  38. Филон Библский. Финикийская история, 42
  39. Strab., XVI, 28; Pausanais, IV, 35:9; Phot. Cod. 186
  40. Дмитрий Герасимов. Мир как ценность. Разговоры о язычестве
  41. Циркин Юлий Беркович » Мифы и легенды народов мира. Том 12. Передняя Азия » Страница 22
  42. Филон Библский. ФИНИКИЙСКАЯ ИСТОРИЯ, 33
  43. «Мифы наро­дов мира». Энцик­ло­пе­дия. (В 2-х томах). 2-е изд. Гл. ред. С. А. Тока­рев. — М.: «Совет­ская энцик­ло­пе­дия», 1987. Т. I, с. 125—129.
  44. Бытие, 14, 5
  45. 3 Цар., 11, 5
  46. Флавий, «Древн.», VIII, 5, § 3; «Против Апиона», I, 18
  47. Лукиан. De Syria dea, §§ 6—9
  48. Augustinus, De civitate Dei, II, 4; cp. Hebraica, Χ, 48—53
  49. Филон Библский. ФИНИКИЙСКАЯ ИСТОРИЯ, 32
  50. Описание Эллады, I, 14
  51. Страбон VIII.6.20.
  52. Дейвид Прайер. Первое послание к Коринфянам
  53. Страбон. XII, 3, 6
  54. Гигин. Мифы 197
  55. Из истории финикийской торговли в Греции во второй половине II тысячелетия и в начале I тысячелетия до н. э.
  56. Геродот. I, 105
  57. Plinius, Hist. natur., V, 129
  58. Иерушалми Шебиит, VIII, 38б
  59. Sozomen, Hist. eccles., II, 1; Hieronymus, Epistolae, XIII
  60. Мишна, Абода Зара, III, 4
  61. Sal. lug. 18
  62. Геродот, IV, 147
  63. По следам древнегреческих богов. Афины
  64. Хелен Гербер. Мифы Греции и Рима
  65. Исократ. Речи. IX. Эвагор
  66. Cod. 176. Феопомп
  67. Еврипид. Вакханки
  68. Symposion, ІV, 6
  69. Метаморфозы, XXXIX
  70. Т. И. Кузнецова. СКАЗОЧНЫЙ РОМАН. "ИСТОРИЯ АПОЛЛОНИЯ, ЦАРЯ ТИРСКОГО"
  71. Гелиодор. ЭФИОПИКА. Книга V
  72. Еврипид. Финикиянки. Явление первое.
  73. Ахилл Татий. Левкиппа и Клитофонт. I 3
  74. Ахилл Татий. Левкиппа и Клитофонт. II 14
  75. Геродот, V, 57-58
  76. Страбон, 16. 2. 24
  77. Страбон, 17. 1. 3
  78. Климент Алекс. Строматы, 1, 62
  79. РАСИЗМ И ДРЕВНЯЯ ГРЕЦИЯ. И. Д. Рожанский
  80. FRAGM. XLII. Clem. Alex. Strom. I. p. 305 D (ed. Colon. 1688).
  81. Плутарх. Застольные беседы III 1, 3
  82. Рассоха Игорь. Финикийская философия и Библия. Открытие финикийцами Америки.
  83. Филон Библский. Финикийская история, 40

[править] Ссылки

Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты