Репрессии в ЕАО
Репрессии в ЕАО — сталинские репрессии в Еврейской автономной области.
Общие сведения[править]
Стоит выделить две крупные волны репрессий в ЕАО:
- Ежовщина
- Период позднего сталинского антисемитизма
Но, разумеется, репрессии были и до и после этих кампаний.
Жертвами массового террора 1937−1938 годов стали почти все слои населения и национальности в ЕАО: от крестьян до первых секретарей, которых в ЕАО направил сам Сталин. Из 311 делегатов I областного съезда Советов ЕАО было репрессировано 243 человека, из них 114 расстреляны. На этом съезде в президиум облисполкома избрано 7 человек, расстреляно 6.
Из 319 делегатов II съезда Советов ЕАО, состоявшегося в ноябре 1936 года, к концу 1938 года репрессировано 227 человек, из них 166 человек были расстреляны.
27 мая 1937 года на I пленуме обкома ВКП(б) ЕАО были избраны 9 членов бюро обкома и 3 кандидата в члены бюро: I секретарь Арон Борисович Рыськин, II секретарь Янкель Аронович Левин, I секретарь обкома комсомола А.М. Рутенберг, начальник облуправления НКВД А.Н. Ловтаков и т. д. Все они были репрессированы и бо́льшая их часть была расстреляна.
В начале 1937 года, после разоблачения Либерберга, Бергельсон (впоследствии также репрессированный), написал в телеграмме из Биробиджана, что «весь великий советский народ, все лучшие люди нашей страны облегченно вздохнули, узнав, что карающий меч правосудия обрушился на головы предателей родины, социализма, трудового человечества».
Многих руководителей области обвинили в планах превратить ЕАО в некий «Биробиджан-го», наподобие японской Манчжоу-го.
Под жернова репрессий конца 1930-х годов попадали самые разные люди — русские крестьяне, рабочие, плотники, евреи из партийной верхушки, деятели культуры, военные, чекисты, корейцы, японцы и т. д.
Например, арестовали и сослали переселенца из-за границы Пейсаховича, закройщика швейной фабрики, который, выступая по радио 9 августа 1937 года, сказал: «В Аргентине я даже не мечтал, что буду учиться. А здесь учусь в вечерней школе, а жена окончила педагогический техникум» («Биробиджанер штерн»). Потом Пейсаховича и еще нескольких иностранных переселенцев, кажется, выпустили. Из той же группы был арестован рабочий фибролитового завода Фридман. После его ареста его жена родила двойню. Один из близнецов умер в больнице.
Обычно женам арестованных приказывали в течение нескольких дней после ареста покинуть ЕАО под тем предлогом, что та лежит на границе, и жить в ней ЧСИР нельзя.
20 октября 1937 года был арестован начальник УНКВД по ЕАО старший лейтенант госбезопасности Александр Лавтаков. Незадолго до ареста А.Н. Лавтаков в рапорте на имя начальника краевого управления НКВД Г.С. Люшкова писал:
Основное обвинение, которое мне предъявлено было – это опоздание с разворачиванием ликвидации хавкинской троцкистской группировки… О Хавкине как троцкисте …нам стало известно в феврале этого года… Я… докладывал… о положении в области, о деятельности Хавкина и о том, что я ему, как троцкисту, не доверяю. Просил указаний, но не получил. ...Оторванный от края, чекистских событий.., воспитанный в духе палочной дисциплины – выполнять директивы без рассуждения, …я не нашел, предоставленный сам себе, политически правильного разрешения вопроса. …В таком состоянии я был захвачен поступающими один за другим оперативными приказами наркома т. Ежова.., на выполнение которых мобилизовал себя и аппарат. Ведь факт же, что на сегодняшний день в области сидит арестованных 200 человек, а с начала года уже посажено свыше трехсот. Цифра в практике работы облуправления очень большая.
В 1939 году ЦК ВКП(б) принял решение о преподавании русского языка во всех национальных школах страны, таким образом начался запрет обучения на идише, книги на идише конфисковались.
В 1947 году начался новый виток репрессий, связанный с «борьбой с космополитизмом».
В начале 1950-х годов репрессии приняли характер национальных, антиеврейских — Биробиджанское дело.
Всё это нанесло тяжёлый удар по хозяйству и культуре области. Атмосфера страха и террора, гонения на еврейскую национальность и культуру привели к тому, что сама идея Еврейской автономии оказалась фикцией.
«В Биробиджане Наталью Кригер приговорили к 2,5 годам условно за чтение Библии»[1]), была оштрафована Каганович Юлия Федоровна, которую признали виновной в участии в деятельности экстремистской организации (ч. 2 ст. 282.2 УК)[2]. Хайкин был предупреждён судом за отсутствие маски в магазине[3]. Павел Михайлович Кушнир, Сергей Аркадьевич Корнилевский внесен в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга. И т. д. Возбуждено уголовное дело против экс-губернатора Александра Винникова.
