Гасдрубал (сенатор)
Гасдрубал — карфагенский сенатор в эпоху Второй Пунической войны.
Когда в марте 219 г. до н. э. карфагенский полководец Ганнибал Барка начал осаду Сагунта, в Карфаген прибыли римские послы.
Ганнон единственный выступил защитником мирного договора, имея против себя весь Карфагенский Сенат. По Титу Ливию, точку зрения римлян в Карфагене разделял один Ганнон Великий II, противник разрыва мирного договора, но на него никто не обращал внимания.
По Зонаре[1], точку зрения баркидской группировки высказывает этот самый некий сенатор Гасдрубал; ему безрезультатно и возражает Ганнон. Безрезультатно, хотя старики и те, кто помнил первую войну с Римом, его поддержали: молодежь и сторонники Баркидов решительно ему возражали. Гасдрубал, согласно этой версии, говоря об обретении «древней свободы», явно призывает к войне, поскольку следствием мирного развития в его изображении было рабство[2].
Возможно, Гасдрубал и был тем не названным по имени карфагенским сенатором, который заявил римским послам, вновь явившимся в Карфаген в 218 г. до н. э.:
Опрометчиво, римляне, и оскорбительно поступили вы, отправляя к нам своё первое посольство, которому вы поручили требовать от нас выдачи Ганнибала, как человека, на собственный страх осаждающего Сагунт; впрочем, требование вашего нынешнего посольства только на словах мягче прежнего, на деле же оно ещё круче. Тогда вы одного только Ганнибала обвиняли и требовали выдать только его одного; теперь вы явились, чтобы всех нас заставить признаться в вине и чтобы тотчас же наложить на нас пеню, как на уличённых собственным признанием. Я же позволю себе думать, что не в том суть, осаждал ли Ганнибал Сагунт по государственному полномочию или на свой страх, а в том, имел ли он на это право или нет. Расследовать, что сделал наш согражданин по нашему и что — по собственному усмотрению, и наказывать его за это — дело исключительно наше; переговоры же с вами могут касаться только одного пункта: было данное действие разрешено договором или нет. А если так, то я — предварительно напомнив вам, что вы сами пожелали отличать самовольные действия полководцев от тех, на которые их уполномочило государство, — укажу вам на наш договор с вами, заключённый вашим консулом Гаем Лутацием; в нём ограждены права союзников того или другого народа, но права сагунтийцев не оговорены ни словом, что и понятно: они тогда ещё не были вашими союзниками. Но, скажете вы, в том договоре, который мы заключили с Газдрубалом, есть оговорка о сагунтийцах. Против этого я возражу лишь то, чему выучился от вас. Когда ваш консул Гай Лутаций заключил с нами первый договор, вы объявили его недействительным, ввиду того что он был заключён без утверждения сенаторов и без разрешения народа; пришлось заключить новый договор на основании данных Гаю Лутацию государством полномочий. Но если вас связывают только те ваши договоры, которые заключены с вашего утверждения и разрешения, то и мы не можем считать обязательным для себя договор, который заключён с Газдрубалом без нашего ведома. Перестаньте поэтому ссылаться на Сагунт и на Ибер, дайте наконец вашей душе разрешиться от бремени, с которым она так давно уже ходит[3].
В ответ, римский посол (Квинт Фабий или Марк Фабий), свернув полу тоги, сказал: «Вот здесь я приношу вам войну и мир; выбирайте любое!» На эти слова он получил не менее гордый ответ: «Выбирай сам!» А когда он, распустив тогу, воскликнул: «Я даю вам войну!» — присутствующие единодушно ответили, что они принимают войну и будут вести её с такою же решимостью, с какой приняли. Так началась Вторая Пуническая война.
Источники[править]
- ↑ Зонара 8, 22
- ↑ И.Ш. Шифман Ганнибал. — М.: Наука, 1976. — 400 стр. 50000 экз. 2-е изд. М., Наука. 1981.
- ↑ Тит Ливий Книга XXI, 18, 4−12
