Битва за Тарент (212 до н. э.)

Материал из Циклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Битва за Тарент

Военный конфликт
Great Greece.jpg
Тарент на карте Южной Италии
Конфликт Вторая Пуническая война
Дата 212 г. до н. э.
Место Тарент, Южная Италия
Итог Победа Карфагена
Стороны
Командующие
Силы
10 тысяч воинов
15 тысяч воинов
Потери
1 200 воинов
13 тысяч воинов

Битва за Тарент — сражение за город Тарент в 212 году до н. э. в ходе Второй Пунической войны.

Содержание

[править] Предыстория

Город Тарент был насильственно присоединён римлянами после войны с Пирром, и поэтому в Таренте ненавидели римлян как оккупантов. Ганнибал Барка знал об этих настроениях, и рассчитывал захватить город[1].

В 212 г до н. э. в Риме жил некий тарентиец Филеас. Он сумел познакомиться с заложниками в Риме из Тарента и греческого города у Тарентского залива Фурий. Филеас уговорил заложников бежать, что, благодаря подкупу стражи, было осуществлено. Однако римляне настигли бежавших под Таррациной. Затем беглецов избили розгами и убили, сбросив со скалы[2].

Известие о казни римлянами заложников Тарента и Фурий вызвало новую волну ненависти к римлянам: многие потеряли родственников или друзей[3]. Тит Ливий пишет:

Такую потерю пережили и тринадцать знатнейших юношей-тарентинцев, составивших заговор, во главе которого стали Никон и Филемен. Прежде чем что-нибудь предпринять, решили поговорить с Ганнибалом, ночью вышли из города, будто бы на охоту, и направились к нему; неподалеку от лагеря около дороги остальные спрятались в лесу, а Никон и Филемен дошли до караульных постов, были схвачены и отправлены к Ганнибалу — этого они и хотели. Они рассказали ему о своих замыслах и намерениях. Ганнибал оказался щедр на похвалы и обещания; он велел им уверить горожан, что они выходили из города за добычей: пусть они гонят в город скот карфагенян, который выпустили пастись, и никакой помехи им не будет. Добычу оглядели — и в другой раз и дальше их смелым вылазкам почти перестали удивляться[4].

На следующей встрече с Ганнибалом, между карфагенянами и тарентийцами был утверждён договор, по которому: «тарентинцы свободны, они сохраняют свои законы и всё своё имущество; против своей воли они не будут платить пунийцам никакой дани, не примут никакой гарнизон; дома, занятые римлянами, и их гарнизон будут выданы карфагенянам»[5].

Римляне не подозревали об этих событиях, так как Филемен считался страстным охотником, и его частые уходы из Тарента не вызвали подозрений, тем более что пойманную или припасенную для него карфагенянами дичь он дарил или префекту, или охране, стоявшей у ворот. Римляне настолько привыкли, что стоило Филемену свистнуть, как ворота по этому знаку открывались в любое время ночи[6].

Ганнибал решил, что пора действовать. Он стоял в трёх днях пути от Тарента. Ганнибал притворился больным, чтобы римскому гарнизону в Таренте перестало казаться подозрительным затянувшаяся остановка карфагенского командующего недалеко от города[7].

[править] Захват Тарента

Для захвата Тарента Ганнибал выбрал 10 тысяч легковооружённых пехотинцев и всадников. С этим отрядом он выступил глубокой ночью, вперёд послав нумидийцев — 80 всадников, которым приказал «рассыпаться по дорогам и тщательно обследовать, не спрятался ли где кто-нибудь и не наблюдает ли издали за его отрядом». Ганнибал быстро вёл свой отряд и стал лагерем в 15 милях от Тарента. Причём его солдаты не знали куда идут. Ганнибал велел им «идти по дороге, никуда не сворачивать и не выходить из строя, а самое главное, внимательно слушать приказания и ничего не делать без распоряжения командиров; он своевременно объявит, что он намерен делать»[8].

Почти в это же время в Тарент дошёл слух, что нумидийцы разграбили несколько деревень; — ужас охватил жителей. Эти известия однако ничуть не встревожили ленивого римского префекта Марка Ливия, — он только приказал, чтобы часть всадников выступила завтра с рассветом, чтобы положить конец грабежам. Ни о чём другом он не позаботился, так как посчитал, что Ганнибал с войском не снялся с лагеря[9].

Тит Ливий пишет:

Ганнибал двинулся глубокой ночью; проводником был Филемен, по обыкновению нагруженный добычей; остальные изменники ждали, как и было условлено, что Филемен, внося дичь, проведет вооруженных знакомой ему калиткой; Ганнибал же войдет с другой стороны, через Теменитидские ворота. Они обращены на восток — в сторону суши; в этой части города много гробниц. Подойдя к воротам, Ганнибал, как было условлено, зажег огонь; в ответ блеснул свет — знак, поданный Никоном, — затем с обеих сторон он погас. Ганнибал в тишине подходил к воротам; неожиданно появившийся Никон перебил сонных стражей в их постелях и открыл ворота. Ганнибал вошёл с отрядом пехоты и велел всадникам не въезжать: пусть, когда потребуется, им будет где развернуться. Филемен подошёл к калитке, которой обычно входил в город; знакомый голос и обычный сигнал разбудили караульного. Филемен сказал, что он убил огромного зверя; впереди его двое юношей несли дикого кабана, сам он шёл без ноши, он выхватил рогатину и пронзил караульного, который, ничего не подозревая, изумлялся величине зверя. Вошли человек тридцать вооруженных, они перебили весь караул, взломали ближайшие ворота, туда стремительно ворвался вооруженный отряд, затем они проследовали на форум, где и присоединились к Ганнибалу. Там он разделил двухтысячный отряд галлов на три части и разослал их по городу; к каждой из них он прибавил проводниками двух тарентинцев и приказал занять самые людные улицы, а когда поднимется тревога, убивать встречных римлян; горожан не трогать. Юношам-тарентинцам он велел, если они увидят издали кого-нибудь из своих, сказать ему, чтобы молчал и не беспокоился[10].

В городе началась паника, так как люди кричали, шумели, но мало кто знал, что происходит, причём тарентинцы подумали, что пришли римляне и собираются разграбить город, а римляне решили, что горожане восстали против них[11].

Римский префект Марк Ливий, разбуженный тревогой, бежал в гавань и на лодке добрался до крепости. В заблуждение римлян вводила римская же труба, которой изменники запаслись заранее; но тарентиец трубил неумело, и было не понятно, кто и кому подает сигналы. Когда рассвело, римляне разглядели карфагенское и галльское оружие, а тарентийцы увидели тела убитых римлян: стало ясно, что город взят Ганнибалом. Оставшиеся в живых римляне бежали в крепость. Постепенно шум улёгся, и Ганнибал велел созвать тарентинцев (без оружия). Пришли все, кроме тех, кто последовал за римлянами в крепость. Ганнибал обратился к тарентинцам с благосклонной речью, напомнил им, как поступил он с их земляками, взятыми в плен у Тразименского озера и под Каннами, затем обрушился на римлян, «высокомерных властителей». Он велел всем, вернувшись домой, написать на дверях своё имя; дома, где этой надписи не будет, он распорядится немедленно разграбить; того, кто напишет своё имя на доме, где стоит римлянин (римляне занимали пустые дома), он будет считать врагом. Собрание было распущено; помеченные двери позволили различать дома друзей от вражеских; воины по данному знаку бросились в разные стороны грабить римские обиталища. Карфагеняне захватили богатые трофеи[12].

[править] Осада крепости

На следующий день Ганнибал приступил к осаде крепости. Он видел, что она «расположена как бы на полуострове, море омывает значительную часть, а от города отгорожена очень высокими скалами, стеной и огромным рвом — взять её невозможно было ни приступом, ни осадными машинами». Ганнибал не хотел задерживаться, и поэтому, для защиты тарентинцев, он распорядился отгородить город от крепости валом. При этом, Ганнибал надеялся на то, что римляне сделают вылазку, и он сможет многих из них убить[13].

И действительно, когда началась работа, ворота распахнулись и римляне кинулись на сооружавших вал. Охранявшие рабочих карфагенские солдаты позволили себя оттеснить, «чтобы успех раззадорил римлян», и те кинулись в погоню за многочисленным отрядом далеко ушедших карфагенян. Тогда, по сигналу отовсюду появились карфагенян, которых Ганнибал держал наготове. Римляне не выдержали натиска, но бежать врассыпную было невозможно: мешали теснота места, начатые работы, разбросанные устройства и инструменты. Многие римляне прыгали в ров, бежавших погибло больше, чем сражавшихся[14].

После этого римляне уже не мешали работе: был проведён огромный ров, за ним поднимался вал; в нескольких шагах от него Ганнибал готовился поставить ещё стену, чтобы тарентинцы могли и без его помощи защищаться от римлян. Ганнибал всё-таки оставил небольшой гарнизон чтобы солдаты помогали складывать стену[15].

Сам Ганнибал отправился с остальным войском к реке Галез которая протекает в 5 милях к востоку от города, где расположился лагерем. Откуда он вернулся посмотреть, как идёт работа. Оказалось, что она шла гораздо быстрее, чем он рассчитывал, и у него возникла даже надежда взять крепость, так как от города её отделяла только стена и ров[16].

Карфагеняне начали осаду, «используя разные машины», когда из Метапонта к римлянам пришло подкрепление. Осаждённые римляне воспрянули духом и ночью неожиданно напали на карфагенские сооружения: одни сожгли, другие раскидали. Так закончилась попытка Ганнибала взять крепость приступом. Оставалась надежда на осаду, но «крепость находилась на полуострове, над самым входом в гавань, — для римлян море открыто, но если в город нельзя будет доставлять продовольствие морем, то бедствовать придётся осаждающим, а не осаждённым»[17].

[править] Прорыв морской блокады

Ганнибал созвал тарентинских старейшин, рассказал им, в каком трудном положении находится город, и что пока на море хозяйничают римляне, взять укреплённую крепость приступом или осадой невозможно; а вот если бы у тарентинцев были суда и они мешали бы подвозу продовольствия, «то римляне сразу бы вышли из крепости или сдались бы». Тарентинцы согласились, но просили Ганнибала помочь: например прислать карфагенские суда из Сицилии, так как суда самих тарентинцев заперты в гавани — маленьком заливе, выход из которого охраняется римлянами. Тарентийцы спросили у карфагенского командующего, каким образом они смогут выйти в открытое море[18].

Ганнибал ответил:

Выйдут — многие затруднения, созданные природой, распутывает разум. Город ваш стоит на равнине; во все стороны расходятся ровные и достаточно широкие дороги. По той, которая проведена через центр города к морю, я перевезу на телегах не очень большие суда, и море, где сейчас хозяйничает неприятель, будет в вашей власти; мы осадим крепость и с моря, и с суши и вскорости возьмём её, или покинутую врагами, или даже с врагами вместе[19].

Эта речь внушила надежду и восхищение у тарентийцев карфагенским полководцем. Они приволокли отовсюду множество телег, связали их вместе, подвели машины вытаскивать суда, вымостили дорогу, чтобы телеги шли легче и не так трудно было везти груз. Потом собрали людей, мулов и взялись за дело усердно. Через несколько дней готовый снаряжённый флот обошёл крепость и стал на якорь у самого входа в гавань[20].

Ганнибал вернулся в свой зимний лагерь[21].

[править] Итог

Таким образом, Ганнибалу удалось захватить один из важнейших городов Южной Италии, портовый город, притом не отвлекая морские силы из Карфагена, ему удалось мобилизовать местную флотилию. В тоже время, Ганнибалу не удалось захватить крепость.

[править] Источники

  1. Ливий XXV 7, 10
  2. Ливий XXV 7, 11−14
  3. Ливий XXV 8, 1−2
  4. Ливий XXV 8, 3−7
  5. Ливий XXV 8, 8
  6. Ливий XXV 8, 9−11
  7. Ливий XXV 8, 12−13
  8. Ливий XXV 9, 1−4
  9. Ливий XXV 9, 5−7
  10. Ливий XXV 9, 8−17
  11. Ливий XXV 10, 1−2
  12. Ливий XXV 10, 3−10
  13. Ливий XXV 11, 1−4
  14. Ливий XXV 11, 5−6
  15. Ливий XXV 11, 7
  16. Ливий XXV 11, 8−9
  17. Ливий XXV 11, 10−11
  18. Ливий XXV 11, 12−15
  19. Ливий XXV 11, 16−17
  20. Ливий XXV 11, 18−19
  21. Ливий XXV 11, 20


Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты