Аль-Яхуду
Аль-Яхуду (англ. Al-Yahudu, ивр. אל-יהודו) — еврейское поселение в Вавилонии, известное из одноимённого архива.
Общие сведения[править]
Представляло собой сельскохозяйственное поселение.
Упоминается с 33-го года правления Навуходоносора II (572 г. до н. э.) до девятого года правления Ксеркса (477 г. до н. э.).
Тексты, написанные в Аль-Яхуду, можно хронологически разделить на две группы. Ранняя из них охватывает период с 33 год правления Навуходоносора II по 5 год правления Кира, тогда как основная группа относится к 4–15 годам правления Дария, за которой следует небольшое количество связанных документов.
Большинство текстов относятся к деятельности трех поколений иудейской семьи. Рапа-Яма/Самак-Яма, его сын Ахикам и его пять внуков упоминаются в Яхуду и его окрестностях с первого года правления Амел-Мардука до 34-го года правления Дария I (561–488 гг. до н. э.).
Несмотря на центральное положение семьи Ахикама, тексты из Яхуду нельзя просто охарактеризовать как их личный архив. Хотя часть документов может соответствовать этому описанию, ряд текстов периода правления Дария I, по-видимому, принадлежат административному архиву. Более того, ряд других текстов, написанных в Яхуду, включая два самых ранних документа периода правления Навуходоносора II и последний документ периода правления Ксеркса, трудно связать с семьей Ахикама.
Самые ранние тексты из Яхуду относятся к двум иудеям, Рапа-Яме/Самак-Яме и Сидки-Яме/Шиллиму, которые жили и работали в Яхуду в поздний нововавилонский и ранний персидский периоды. Они были коллегами или родственниками, владевшими участками земли, и многие тексты документируют их взаимодействие с государственными чиновниками.
Два самых ранних текста корпуса, C1 и B1 (33 и 38 Nbk, 572 и 567 гг. до н. э. соответственно), были написаны в деревне, когда она ещё называлась Аль-Яхудайя (Āl-Yāhūdāya).
Текст C1 относится к поставке ячменя и, возможно, некоторых других сельскохозяйственных продуктов в 33 Nbk. Это административный документ, а не частная сделка, поскольку обязанное лицо Šum(?)-[…]/Giddâ был посланником sēpiru. Хотя титул sēpiru обычно переводится как «писец», доступные источники ясно показывают, что sēpiru были не просто писцами, а должностными лицами различных рангов.
B1 – это долговое обязательство на 10 курру ячменя, которое Пигла (?)-Яма/Шуллуму должен Нубе/Шаламу-Яме. Документ выглядит как частная сделка, и обе стороны были иудейского происхождения. Существует вероятность, что кредитор Нуба/Шалам-Яма был отцом Бел-(или Яху-)шар-усур/Нубы, который упоминается как кредитор в нескольких ранних текстах из Яхуду.
Большинство ранних текстов из Яхуду относятся к Сидки-яме/Шиллиму и Рапа-яме/Самак-яме, землевладельцам в секторе «земля для обслуживания». Сидки-Яма занимал должность азанни уже во времена правления Навуходоносора (C2), и однажды (C7) говорится, что Рапа-Яма был должен ячмень, принадлежащий царской собственности (makkūr šarri). Уплата налога ilku его сыном Ахикамом (C12) дополнительно подтверждает эту точку зрения. Рапа-Яма засвидетельствован в пяти документах (C6–9, 11) с 1-го года Амел-Мардука до 5-го года Кира (561–533 гг. до н. э.), а Сидки-Яма – в шести документах (C2–6, 9) с конца правления Навуходоносора II до 8-го года Набонида (ок. 565–548 г. до н. э.). Все документы, в которых фигурируют Рапа-Яма и Сидки-Яма, относятся к их долгам ячменем и серебром, а также один раз финиками.
Сидки-Яма был владельцем небольшого участка земли, которому время от времени требовался кредит для уплаты налогов (C2) или приобретения посевного зерна для посева (C4). В C5, он должен заложить своего раба, чтобы обеспечить погашение своего долга, проценты по которому были погашены работой раба. В трех случаях его кредитором был Бел-шар-усур или Яху-шар-усур, сын Нубы, который, по-видимому, был чиновником, ответственным за земли, выделенные Сидки-Яме.
Вексель C8 проливает свет на социальный статус Рапа-Ямы: он был должен финики и ячмень некоему Туб-Яме, сыну Муккеи. Документ также содержит редкое свидетельство о роли женщин в иудейской общине Вавилонии. Поставка основных продуктов питания гарантировалась женой Рапа-Ямы, Япой-Яху, которая, таким образом, имела право заниматься экономической деятельностью в общественной сфере.
C10 – это долговая расписка на ячмень, которую Шалам-Яма/Надаб-Яма должен был поставить Гуммулу/Би-хаме (5-й год Набонида). Документ был написан в Яхуду, но ячмень должен был быть доставлен в Адабилу, где Гуммулу выдал долговую расписку Рапа-Яме в 5-м году Набонида (C9).
Единственный брачный договор от Яхуду (A1, 5-й год Кира) касается людей, о которых мы знаем очень мало. Невеста Нана-каната была выдана замуж за некоего Набу-бан-ахи/Кину своей матерью Дибби/Данна, брачный договор был заключен в присутствии ее брата Мушаллама. Брачный договор Нана-канаты и Набу-бан-ахи содержит положения о разводе и прелюбодеянии. Семья Нана-канаты, очевидно, не могла позволить себе предоставить своей дочери приданое, и необычное условие гласит, что жених должен был предоставить матери невесты одежду стоимостью в 5 шекелей серебра. Если эта плата была фактически косвенным приданым, а не простым подарком матери невесты, она находит параллель в арамейских брачных договорах с Элефантины. Исключительная формулировка пункта о разводе также перекликается с брачными соглашениями Элефантины.
Важным моментом сравнения является брачный договор того времени из Ālu-ša-banê (yos 6 188, 27-IX-14 Nbn), который относится к невесте и жениху иностранного происхождения. Топоним Ālu-ša-banê не засвидетельствован больше нигде, и наиболее вероятным географическим контекстом брака является сельская деревня в некотором удалении от крупных городов. Жених Набу-ах-усур был иудейского происхождения, судя по имени его отца, Хата-Яма736. Невеста Талла-Урук, ее брат Иль-натан и ее отец Бара-иль носили западносемитские имена; ее мать Баниту имела аккадское имя. Список свидетелей представляет собой смесь аккадских и западносемитских имен.
Основная часть текстов Яхуду связана с деятельностью сына Рапа-Ямы Ахикама и его внуков Нир-Ямы, Хаггы и Яху-изри. Два ранних текста (C12–13), относящихся к Ахикаму, относятся к 5-му и 7-ому годам правления Кира (533–531 гг. до н. э.), но остальные его документы датируются периодом между 4-м и 15-м годами правления Дария I (518–507 гг. до н. э.). Ахикам умер вскоре после своей последней задокументированной сделки, и его деловые активы в Вавилоне были разделены его сыновьями, вероятно, в 16-й год правления Дария I. Его сыновья Нир-Яма, Хагга и Яху-изри занимались предпринимательской деятельностью ещё до смерти отца и продолжили её после кончины Ахикама. Последнее упоминание о Яху-изри относится к 34 дару (B16, 488 г. до н. э.).
Деятельность этой иудейской семьи была сосредоточена в Яхуду, но три самых ранних упоминания об Ахикаме были написаны за пределами деревни. Первый документ Ахикама (C12, 5 Cyr) регистрирует его выплату илку заместителю иудейского чиновника деку в Кеше, что предполагает, что Ахикам был землевладельцем в секторе «земля за услуги» и, возможно, членом иудейской организации, подобной хатру.
Два года спустя, скорее всего, после смерти Рапа-Ямы, Ахикам отправился в Бейт-Нашар, чтобы уплатить долг, который изначально был должен его отец (C13, 7 год Кира). Эта сделка тесно связывает Ахикама с группой текстов, относящихся к Ахикару.
Более поздние документы C44–45 относятся к пивоваренной деятельности Ахикама в Вавилоне: первый документ сообщает о поставке 15 чанов пива в Вавилон, цену которых Ахикам заплатил ячменем в Яхуду. Последний представляет собой раздел наследства бизнес-активов Ахикама в Вавилоне, включая несколько чанов и двух рабов.
Ахикам не управлял своим бизнесом в одиночку, в нём участвовало несколько человек. В частности, трое его сыновей – Нир-Яма, Хагга и Яху-изри.
Деловые партнёры, не принадлежавшие к семье, также регулярно присутствуют в документах, относящихся к Ахикаму и его сыновьям. Наиболее примечательным был Изрикам/Шама-Яма.
